Глава 6

Глава 6. ПротивостояниеУправление образования уезда Циншань.Трехэтажное здание советской постройки встретило их облезлым, пыльно-серым фасадом. Стенд с правилами у входа пестрел пожелтевшими от времени бумажками. Во внутреннем дворе сиротливо жались друг к другу грязные правительственные машины. Навстречу им, звеня цепью, катила старый велосипед какая-то женщина; в корзине на руле вяло колыхалась пожухлая ботва зеленого лука.Су Бэйчэнь поднял голову, окинул взглядом тусклую табличку над входом и набрал полную грудь воздуха.Он был уверен, что аудиенции у начальника придется ждать как минимум дня три. Ли МинДэ взял сутки на размышления, бюрократическая машина должна была поскрипеть еще пару дней...Но Линь Шиюй кому-то позвонила ночью, и уже утром их ждали на ковре.Это было слишком странно. Ненормально быстро.— Идем, — раздался за спиной спокойный голос Линь Шиюй. Сегодня на ней был строгий темно-синий деловой костюм, волосы стянуты в тугой, агрессивный хвост. В руке она сжимала кожаный портфель. — Время Чжао Минъюаня стоит дорого. Не заставляй его ждать.Су Бэйчэнь молча кивнул и шагнул в полумрак коридора.Освещение внутри было отвратительным, куски штукатурки угрожающе свисали с потолка. Мимо них спешили мужчины средних лет в мятых рубашках-поло; они бросали на Су Бэйчэня быстрые, оценивающие взгляды и тут же отворачивались.Третий этаж. Кабинет начальника Управления.Дверь оказалась неплотно прикрыта, и из-за нее доносился густой, раскатистый смех.— Проходите, проходите!Су Бэйчэнь едва успел переступить порог, как Чжао Минъюань уже поднялся из-за массивного дубового стола, широко раскинув руки.Мужчине было слегка за пятьдесят. Зализанные назад волосы, гладкое, сытое лицо и заметно выпирающий живот. Светло-голубая рубашка с коротким рукавом застегнута на все пуговицы. Его мягкая, располагающая улыбка делала его похожим на добродушного дядюшку-соседа.— Сяо Су, верно? Наслышан, наслышан! Настоящий самородок из Циншаня, покоривший каменные джунгли Шэньчжэня! — Чжао Минъюань обогнул стол и энергично, обеими руками потряс ладонь Су Бэйчэня. — Решил вернуться, вложиться в малую родину? Благое дело! Великое дело!— Вы мне льстите, начальник Чжао, — Су Бэйчэнь ответил дежурным рукопожатием, сохраняя каменно-вежливое выражение лица.— Присаживайтесь, не стойте на ногах! — хозяин кабинета суетливо усадил гостей на кожаный диван и махнул секретарю, требуя чай. — Сяо Су, вчера старина Ли рассказал мне о твоей инициативе. Выкупить долги и восстановить Первую среднюю? Молодец. Хвалю за масштаб мыслей.Су Бэйчэнь промолчал, терпеливо ожидая продолжения.Конечно же, за елейными речами всегда скрывается стальной капкан.Чжао Минъюань вальяжно отпил горячего чая, со смаком подул на плавающие чаинки и резко сменил тон: — Но видишь ли... Образование — это тебе не ларек с шаурмой открыть. Тут спешка ни к чему. У закрытия школы были веские основания: учеников нет, педагогический состав разбежался, финансовая дыра просто колоссальная. Искусственно тянуть этот труп — значит попусту разбазаривать ресурсы.— Я понимаю, — холодно отозвался Су Бэйчэнь. — Поэтому я готов взять расходы на себя. Три миллиона юаней в год.— Три миллиона? — Чжао Минъюань медленно опустил пиалу на стол. Его брови скорбно изогнулись. — Сяо Су, твои намерения чисты, спору нет, но три миллиона... Скажу честно, этого маловато будет.Глаза Су Бэйчэня неуловимо сузились.Он досконально изучил финансовые отчеты школы. В лучшие годы ее годовой бюджет составлял около четырех миллионов. Из них половину покрывало государство, четверть — целевые пожертвования, а остаток школа добывала сама.Три миллиона плюс стандартные государственные дотации — этого с лихвой хватило бы, чтобы запустить учебный процесс на полную мощность.Слова «маловато будет» означали только одно: с него нагло вымогали больше.— И какова позиция Управления? — прямо спросил Су Бэйчэнь.Чжао Минъюань тяжело вздохнул и постучал пухлым пальцем по лежащей на столе папке.— Руководство уезда придает этому вопросу первостепенное значение. На днях мы общались с заместителем Ли, и он четко обозначил два незыблемых условия. Первое: чтобы открыть школу, в ней должно быть не менее двухсот учеников. Второе: качество образования должно соответствовать высочайшим стандартам.Двести человек.Су Бэйчэнь мысленно усмехнулся абсурдности ситуации.Население Циншаня едва дотягивает до восьмидесяти двух тысяч. Сколько из них — выпускники средней школы в этом году? Вычтем тех, кто уедет учиться в город, тех, кто пойдет в ПТУ, и тех, кто вообще бросит учебу ради работы. В лучшем случае наберется человек сто пятьдесят, готовых остаться в местной старшей школе.Планка в двести человек — это откровенная, неприкрытая удавка.— Проблем с набором не возникнет, — не моргнув глазом солгал Су Бэйчэнь.— Замечательно! Уверенность — отличное качество, — хищно оскалился Чжао Минъюань. — Но слова к делу не пришьешь. Давай так: ты кладешь мне на стол детальный план набора. Доказываешь, что способен привлечь двести школьников за один месяц. И вот тогда мы подписываем бумаги о твоем финансировании.— План набора?— Именно, — кивнул чиновник. — Как только ты гарантируешь приток двухсот студентов в тридцатидневный срок, я лично подпишу приказ о возобновлении работы Первой средней.Один месяц.Двести человек.Су Бэйчэнь впился взглядом в круглое, лоснящееся лицо чиновника, пытаясь пробить брешь в его непроницаемой маске.Но Чжао Минъюань сидел расслабленно, словно сытый кот, и его лицо не выражало ничего, кроме фальшивого чиновничьего сочувствия.В этот момент в разговор неожиданно вмешалась Линь Шиюй.— Начальник Чжао, я... подруга господина Су, а также специалист в сфере образования, — она ослепительно улыбнулась. — Позвольте задать один технический вопрос?— Прошу.— Вы требуете план набора до обсуждения инвестиций. Но где гарантии, что когда план будет готов и квота выполнена, с вашей стороны не появятся новые, «незыблемые» условия?Атмосфера в кабинете мгновенно заледенела.Дежурная улыбка Чжао Минъюаня на долю секунды дрогнула и сползла с лица, но тут же вернулась на место.— Госпожа Линь, к чему эти провокации?— Никаких провокаций, — Линь Шиюй изящно развела руками. — Просто бизнес. В переговорах должна быть прозрачность. Если одна сторона постоянно меняет правила игры, договориться невозможно.— Вы слишком драматизируете, — процедил чиновник, теряя благодушие. — Я оперирую фактами. Решения в сфере образования не принимаются с наскока.— А какие решения принимаются с наскока? — ледяным тоном перебил его Су Бэйчэнь.Чжао Минъюань медленно перевел на него тяжелый взгляд. Молчание затянулось.Затем он потянулся к нижнему ящику стола, вытащил оттуда плотный лист бумаги и с легким шорохом пододвинул его к Су Бэйчэню.— Раз уж Сяо Су настроен так решительно, не будем играть в кошки-мышки, — голос чиновника утратил всякую теплоту. — Это черновик соглашения о намерениях от Управления. Ознакомься.Су Бэйчэнь пробежал глазами по тексту.Пункт первый: инвестор обязуется ежегодно вносить не менее 3 000 000 юаней; контроль за целевым расходованием осуществляет Управление.Пункт второй: инвестор имеет совещательный голос, но право вето по всем стратегическим решениям остается за Управлением.Пункт третий: если в течение первого года численность учащихся падает ниже двухсот человек, Управление расторгает контракт без возврата вложенных средств.Пункт четвертый...Палец Су Бэйчэня остановился на четвертом абзаце.— Что это значит?Чжао Минъюань подался вперед, сцепив пальцы в замок.— Ах, это? Гарантийный депозит. Учитывая... скажем так, специфический бэкграунд инвестора, государство должно застраховать свои риски. Мы требуем внести 500 000 юаней на специальный счет до подписания основного договора.— Специфический бэкграунд?Су Бэйчэнь вскинул голову. Его взгляд обжигал не хуже раскаленного железа.Чжао Минъюань тяжело вздохнул, мастерски изображая сочувствие.— Сяо Су, не принимай на свой счет. Ты давно здесь не был и оторвался от реальности. То, что произошло в «Синъюнь Текнолоджи»... ну, об этом все наслышаны. Человек, находящийся под подпиской о невыезде, хочет управлять школой? Согласись, властям нужны железобетонные гарантии твой надежности.Подписка о невыезде.Эти слова вбили в грудь Су Бэйчэня четыре ржавых гвоздя.Он ожидал, что Чжао использует этот аргумент. Но то, с каким цинизмом он разыграл эту карту, вызывало тошноту.— То есть, Управление требует, чтобы я сначала доказал свою невиновность?— Я этого не говорил, — Чжао Минъюань небрежно махнул рукой. — Но посуди сам: если ты не в состоянии наскрести жалкие полмиллиона залога, как мы можем поверить в твои басни про три миллиона на развитие?Су Бэйчэнь погрузился в глухое молчание.Деньги были.Точнее, будут. Прямо сейчас на балансе Системы значилось 245 000.[Текущий баланс: 243 490 юаней]Через два дня капнет еще две выплаты по 82 000.[Поступления за два дня: 82 000 + 82 000 = 164 000 юаней]Если сложить все вместе, получится 407 490 юаней.[Итого: 243 490 + 164 000 = 407 490 юаней]Для заветных полумиллиона не хватало 90 000 юаней.Если подождать три дня — сумма соберется.Но Чжао требовал деньги немедленно. Он давил. Он блефовал. Он рассчитывал, что раздавленный уголовным делом пацан сломается прямо здесь, в этом кабинете.— Два дня, — голос Су Бэйчэня разорвал тишину.— Что?— Дайте мне сорок восемь часов, и депозит будет у вас.Чжао Минъюань опешил. Он явно не рассчитывал на такой поворот.— Полмиллиона за два дня? — он язвительно хохотнул. — Сяо Су, ты перегрелся на солнце?— Я абсолютно серьезен, — Су Бэйчэнь резко поднялся, возвышаясь над столом. — Через двое суток я принесу вам 500 000 юаней. И положу рядом тот самый план набора на двести человек.— А если не принесешь?— Если не принесу, то навсегда забуду дорогу в это здание и больше не произнесу название школы вслух.Чжао Минъюань откинулся на спинку кресла. Его глаза сузились, сканируя стоящего перед ним молодого хищника, оценивая риски и потенциальную прибыль.— По рукам, — удовлетворенно кивнул чиновник. — Жду тебя через два дня.Су Бэйчэнь развернулся и зашагал к выходу.Когда его рука легла на ручку двери, в спину ударил голос Чжао:— Сяо Су!Он остановился, но оборачиваться не стал.— В этом мире деньги решают далеко не все, — ровным, лишенным эмоций тоном произнес чиновник. — Вода в Циншане темнее, чем кажется. Ты парень с головой. Не наделай глупостей.Су Бэйчэнь толкнул дверь и вышел в коридор.Снаружи их ослепило жестокое, раскаленное солнце.Линь Шиюй тут же нагнала его.— Ты с ума сошел?! Полмиллиона за двое суток?!— У меня есть план.— Какой к черту план?! — она схватила его за локоть, ее глаза метали молнии. — Бэйчэнь, не ври мне! Откуда у тебя эти три миллиона? А теперь еще и залог! Твои счета арестованы, ты только вернулся, где ты возьмешь эти деньги?!Су Бэйчэнь остановился как вкопанный и медленно повернул к ней голову.Ее лицо было искажено эмоциями: тревога, страх и... какая-то болезненная, отчаянная поспешность.Нет. Не тревога.Она умирала от желания выведать его секрет.— Скажи мне правду, Линь Шиюй, — его голос звучал тихо, но резал как бритва.— Что?— Вчера ты настойчиво советовала мне не лезть в дело Су Цзяньго. Почему?Она замерла, словно налетела на невидимую стену.— Ты всё еще копаешься в этом?— Я копаюсь в совпадениях, которых слишком много, — он сделал шаг к ней, вторгаясь в личное пространство. — Директор Ли просит сутки на раздумья, но некий заместитель Ли тут же звонит мне, чтобы назначить встречу. Начальник Чжао выкатывает невыполнимые условия, которые подозрительно перекликаются с директивами того же заместителя Ли. А ты — бывшая сотрудница образовательной сферы — совершенно случайно оказываешься рядом именно тогда, когда мне нужен выход на Управление.Он смотрел на нее в упор, не давая шанса отвести взгляд.— Линь Шиюй, на кого ты работаешь?Молчание давило на барабанные перепонки.— Бэйчэнь, есть вещи, о которых я пока не могу говорить, — ее голос упал до едва слышного шепота, но взгляд остался прямым. — Но клянусь тебе всем святым: я не причиню тебе вреда.— С чего бы мне верить?— Потому что... — в ее глазах мелькнуло нечто глубокое, совершенно непонятное для Су Бэйчэня, — мы с тобой на одной стороне.На одной стороне?На какой именно?Он открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но резкая трель рингтона разорвала тишину.Линь Шиюй выхватила смартфон, и ее лицо мгновенно побледнело.— Прости, это срочно, — она отступила на шаг. Приняв вызов, она отошла на пару метров, напряженно бросила в трубку несколько коротких фраз и вернулась.— На работе ЧП, я должна бежать, — она нервно поправила сумку. — Насчет того, что будет через два дня... умоляю, будь осторожен.Развернувшись на каблуках, она быстро зашагала прочь, растворяясь в уличной толпе.Су Бэйчэнь проводил ее тяжелым взглядом.Он с самого начала знал, что с ней что-то не так.Но масштаб игры оказался куда более запутанным.На одной стороне?С кем? И против кого?Глубоко вздохнув, он заставил себя выкинуть эти вопросы из головы. Время тикало. Через сорок восемь часов он должен положить на стол Чжао Минъюаня деньги и план.[Текущий баланс: 243 490 юаней][Поступления за два дня: 82 000 + 82 000 = 164 000 юаней][Итого: 243 490 + 164 000 = 407 490 юаней]Не хватает 90 000.Он не собирался отступать. Найдет. Заработает. Выбьет.Но как быть с планом?Двести человек.За месяц.Его мозг заработал с бешеной скоростью, анализируя демографию. В Циншане зарегистрировано 81 954 человека. Выпускников девятых классов — около трехсот. Тех, кто захочет остаться — максимум шестьдесят.Где взять еще сто сорок подростков?Внезапно в кармане коротко завибрировал телефон.Смс с неизвестного номера.[Хочешь набрать двести человек? Приходи. Заброшенное зернохранилище на востоке города, сегодня в восемь вечера. Приходи один. — Ли Цзяньго]Су Бэйчэнь впился взглядом в светящийся экран, и уголки его губ медленно поползли вверх, обнажая зубы в хищной ухмылке.Как интересно.Ли Цзяньго все-таки не выдержал первым.Он сунул телефон в карман и неспешно пошел вниз по раскаленной улице.

Глава 6. Противостояние

Управление образования уезда Циншань.

Трехэтажное здание советской постройки встретило их облезлым, пыльно-серым фасадом. Стенд с правилами у входа пестрел пожелтевшими от времени бумажками. Во внутреннем дворе сиротливо жались друг к другу грязные правительственные машины. Навстречу им, звеня цепью, катила старый велосипед какая-то женщина; в корзине на руле вяло колыхалась пожухлая ботва зеленого лука.

Су Бэйчэнь поднял голову, окинул взглядом тусклую табличку над входом и набрал полную грудь воздуха.

Он был уверен, что аудиенции у начальника придется ждать как минимум дня три. Ли МинДэ взял сутки на размышления, бюрократическая машина должна была поскрипеть еще пару дней...

Но Линь Шиюй кому-то позвонила ночью, и уже утром их ждали на ковре.

Это было слишком странно. Ненормально быстро.

— Идем, — раздался за спиной спокойный голос Линь Шиюй. Сегодня на ней был строгий темно-синий деловой костюм, волосы стянуты в тугой, агрессивный хвост. В руке она сжимала кожаный портфель. — Время Чжао Минъюаня стоит дорого. Не заставляй его ждать.

Су Бэйчэнь молча кивнул и шагнул в полумрак коридора.

Освещение внутри было отвратительным, куски штукатурки угрожающе свисали с потолка. Мимо них спешили мужчины средних лет в мятых рубашках-поло; они бросали на Су Бэйчэня быстрые, оценивающие взгляды и тут же отворачивались.

Третий этаж. Кабинет начальника Управления.

Дверь оказалась неплотно прикрыта, и из-за нее доносился густой, раскатистый смех.

— Проходите, проходите!

Су Бэйчэнь едва успел переступить порог, как Чжао Минъюань уже поднялся из-за массивного дубового стола, широко раскинув руки.

Мужчине было слегка за пятьдесят. Зализанные назад волосы, гладкое, сытое лицо и заметно выпирающий живот. Светло-голубая рубашка с коротким рукавом застегнута на все пуговицы. Его мягкая, располагающая улыбка делала его похожим на добродушного дядюшку-соседа.

— Сяо Су, верно? Наслышан, наслышан! Настоящий самородок из Циншаня, покоривший каменные джунгли Шэньчжэня! — Чжао Минъюань обогнул стол и энергично, обеими руками потряс ладонь Су Бэйчэня. — Решил вернуться, вложиться в малую родину? Благое дело! Великое дело!

— Вы мне льстите, начальник Чжао, — Су Бэйчэнь ответил дежурным рукопожатием, сохраняя каменно-вежливое выражение лица.

— Присаживайтесь, не стойте на ногах! — хозяин кабинета суетливо усадил гостей на кожаный диван и махнул секретарю, требуя чай. — Сяо Су, вчера старина Ли рассказал мне о твоей инициативе. Выкупить долги и восстановить Первую среднюю? Молодец. Хвалю за масштаб мыслей.

Су Бэйчэнь промолчал, терпеливо ожидая продолжения.

Конечно же, за елейными речами всегда скрывается стальной капкан.

Чжао Минъюань вальяжно отпил горячего чая, со смаком подул на плавающие чаинки и резко сменил тон: — Но видишь ли... Образование — это тебе не ларек с шаурмой открыть. Тут спешка ни к чему. У закрытия школы были веские основания: учеников нет, педагогический состав разбежался, финансовая дыра просто колоссальная. Искусственно тянуть этот труп — значит попусту разбазаривать ресурсы.

— Я понимаю, — холодно отозвался Су Бэйчэнь. — Поэтому я готов взять расходы на себя. Три миллиона юаней в год.

— Три миллиона? — Чжао Минъюань медленно опустил пиалу на стол. Его брови скорбно изогнулись. — Сяо Су, твои намерения чисты, спору нет, но три миллиона... Скажу честно, этого маловато будет.

Глаза Су Бэйчэня неуловимо сузились.

Он досконально изучил финансовые отчеты школы. В лучшие годы ее годовой бюджет составлял около четырех миллионов. Из них половину покрывало государство, четверть — целевые пожертвования, а остаток школа добывала сама.

Три миллиона плюс стандартные государственные дотации — этого с лихвой хватило бы, чтобы запустить учебный процесс на полную мощность.

Слова «маловато будет» означали только одно: с него нагло вымогали больше.

— И какова позиция Управления? — прямо спросил Су Бэйчэнь.

Чжао Минъюань тяжело вздохнул и постучал пухлым пальцем по лежащей на столе папке.

— Руководство уезда придает этому вопросу первостепенное значение. На днях мы общались с заместителем Ли, и он четко обозначил два незыблемых условия. Первое: чтобы открыть школу, в ней должно быть не менее двухсот учеников. Второе: качество образования должно соответствовать высочайшим стандартам.

Двести человек.

Су Бэйчэнь мысленно усмехнулся абсурдности ситуации.

Население Циншаня едва дотягивает до восьмидесяти двух тысяч. Сколько из них — выпускники средней школы в этом году? Вычтем тех, кто уедет учиться в город, тех, кто пойдет в ПТУ, и тех, кто вообще бросит учебу ради работы. В лучшем случае наберется человек сто пятьдесят, готовых остаться в местной старшей школе.

Планка в двести человек — это откровенная, неприкрытая удавка.

— Проблем с набором не возникнет, — не моргнув глазом солгал Су Бэйчэнь.

— Замечательно! Уверенность — отличное качество, — хищно оскалился Чжао Минъюань. — Но слова к делу не пришьешь. Давай так: ты кладешь мне на стол детальный план набора. Доказываешь, что способен привлечь двести школьников за один месяц. И вот тогда мы подписываем бумаги о твоем финансировании.

— План набора?

— Именно, — кивнул чиновник. — Как только ты гарантируешь приток двухсот студентов в тридцатидневный срок, я лично подпишу приказ о возобновлении работы Первой средней.

Один месяц.

Двести человек.

Су Бэйчэнь впился взглядом в круглое, лоснящееся лицо чиновника, пытаясь пробить брешь в его непроницаемой маске.

Но Чжао Минъюань сидел расслабленно, словно сытый кот, и его лицо не выражало ничего, кроме фальшивого чиновничьего сочувствия.

В этот момент в разговор неожиданно вмешалась Линь Шиюй.

— Начальник Чжао, я... подруга господина Су, а также специалист в сфере образования, — она ослепительно улыбнулась. — Позвольте задать один технический вопрос?

— Прошу.

— Вы требуете план набора до обсуждения инвестиций. Но где гарантии, что когда план будет готов и квота выполнена, с вашей стороны не появятся новые, «незыблемые» условия?

Атмосфера в кабинете мгновенно заледенела.

Дежурная улыбка Чжао Минъюаня на долю секунды дрогнула и сползла с лица, но тут же вернулась на место.

— Госпожа Линь, к чему эти провокации?

— Никаких провокаций, — Линь Шиюй изящно развела руками. — Просто бизнес. В переговорах должна быть прозрачность. Если одна сторона постоянно меняет правила игры, договориться невозможно.

— Вы слишком драматизируете, — процедил чиновник, теряя благодушие. — Я оперирую фактами. Решения в сфере образования не принимаются с наскока.

— А какие решения принимаются с наскока? — ледяным тоном перебил его Су Бэйчэнь.

Чжао Минъюань медленно перевел на него тяжелый взгляд. Молчание затянулось.

Затем он потянулся к нижнему ящику стола, вытащил оттуда плотный лист бумаги и с легким шорохом пододвинул его к Су Бэйчэню.

— Раз уж Сяо Су настроен так решительно, не будем играть в кошки-мышки, — голос чиновника утратил всякую теплоту. — Это черновик соглашения о намерениях от Управления. Ознакомься.

Су Бэйчэнь пробежал глазами по тексту.

Пункт первый: инвестор обязуется ежегодно вносить не менее 3 000 000 юаней; контроль за целевым расходованием осуществляет Управление.

Пункт второй: инвестор имеет совещательный голос, но право вето по всем стратегическим решениям остается за Управлением.

Пункт третий: если в течение первого года численность учащихся падает ниже двухсот человек, Управление расторгает контракт без возврата вложенных средств.

Пункт четвертый...

Палец Су Бэйчэня остановился на четвертом абзаце.

— Что это значит?

Чжао Минъюань подался вперед, сцепив пальцы в замок.

— Ах, это? Гарантийный депозит. Учитывая... скажем так, специфический бэкграунд инвестора, государство должно застраховать свои риски. Мы требуем внести 500 000 юаней на специальный счет до подписания основного договора.

— Специфический бэкграунд?

Су Бэйчэнь вскинул голову. Его взгляд обжигал не хуже раскаленного железа.

Чжао Минъюань тяжело вздохнул, мастерски изображая сочувствие.

— Сяо Су, не принимай на свой счет. Ты давно здесь не был и оторвался от реальности. То, что произошло в «Синъюнь Текнолоджи»... ну, об этом все наслышаны. Человек, находящийся под подпиской о невыезде, хочет управлять школой? Согласись, властям нужны железобетонные гарантии твой надежности.

Подписка о невыезде.

Эти слова вбили в грудь Су Бэйчэня четыре ржавых гвоздя.

Он ожидал, что Чжао использует этот аргумент. Но то, с каким цинизмом он разыграл эту карту, вызывало тошноту.

— То есть, Управление требует, чтобы я сначала доказал свою невиновность?

— Я этого не говорил, — Чжао Минъюань небрежно махнул рукой. — Но посуди сам: если ты не в состоянии наскрести жалкие полмиллиона залога, как мы можем поверить в твои басни про три миллиона на развитие?

Су Бэйчэнь погрузился в глухое молчание.

Деньги были.

Точнее, будут. Прямо сейчас на балансе Системы значилось 245 000.

[Текущий баланс: 243 490 юаней]

Через два дня капнет еще две выплаты по 82 000.

[Поступления за два дня: 82 000 + 82 000 = 164 000 юаней]

Если сложить все вместе, получится 407 490 юаней.

[Итого: 243 490 + 164 000 = 407 490 юаней]

Для заветных полумиллиона не хватало 90 000 юаней.

Если подождать три дня — сумма соберется.

Но Чжао требовал деньги немедленно. Он давил. Он блефовал. Он рассчитывал, что раздавленный уголовным делом пацан сломается прямо здесь, в этом кабинете.

— Два дня, — голос Су Бэйчэня разорвал тишину.

— Что?

— Дайте мне сорок восемь часов, и депозит будет у вас.

Чжао Минъюань опешил. Он явно не рассчитывал на такой поворот.

— Полмиллиона за два дня? — он язвительно хохотнул. — Сяо Су, ты перегрелся на солнце?

— Я абсолютно серьезен, — Су Бэйчэнь резко поднялся, возвышаясь над столом. — Через двое суток я принесу вам 500 000 юаней. И положу рядом тот самый план набора на двести человек.

— А если не принесешь?

— Если не принесу, то навсегда забуду дорогу в это здание и больше не произнесу название школы вслух.

Чжао Минъюань откинулся на спинку кресла. Его глаза сузились, сканируя стоящего перед ним молодого хищника, оценивая риски и потенциальную прибыль.

— По рукам, — удовлетворенно кивнул чиновник. — Жду тебя через два дня.

Су Бэйчэнь развернулся и зашагал к выходу.

Когда его рука легла на ручку двери, в спину ударил голос Чжао:

— Сяо Су!

Он остановился, но оборачиваться не стал.

— В этом мире деньги решают далеко не все, — ровным, лишенным эмоций тоном произнес чиновник. — Вода в Циншане темнее, чем кажется. Ты парень с головой. Не наделай глупостей.

Су Бэйчэнь толкнул дверь и вышел в коридор.

Снаружи их ослепило жестокое, раскаленное солнце.

Линь Шиюй тут же нагнала его.

— Ты с ума сошел?! Полмиллиона за двое суток?!

— У меня есть план.

— Какой к черту план?! — она схватила его за локоть, ее глаза метали молнии. — Бэйчэнь, не ври мне! Откуда у тебя эти три миллиона? А теперь еще и залог! Твои счета арестованы, ты только вернулся, где ты возьмешь эти деньги?!

Су Бэйчэнь остановился как вкопанный и медленно повернул к ней голову.

Ее лицо было искажено эмоциями: тревога, страх и... какая-то болезненная, отчаянная поспешность.

Нет. Не тревога.

Она умирала от желания выведать его секрет.

— Скажи мне правду, Линь Шиюй, — его голос звучал тихо, но резал как бритва.

— Что?

— Вчера ты настойчиво советовала мне не лезть в дело Су Цзяньго. Почему?

Она замерла, словно налетела на невидимую стену.

— Ты всё еще копаешься в этом?

— Я копаюсь в совпадениях, которых слишком много, — он сделал шаг к ней, вторгаясь в личное пространство. — Директор Ли просит сутки на раздумья, но некий заместитель Ли тут же звонит мне, чтобы назначить встречу. Начальник Чжао выкатывает невыполнимые условия, которые подозрительно перекликаются с директивами того же заместителя Ли. А ты — бывшая сотрудница образовательной сферы — совершенно случайно оказываешься рядом именно тогда, когда мне нужен выход на Управление.

Он смотрел на нее в упор, не давая шанса отвести взгляд.

— Линь Шиюй, на кого ты работаешь?

Молчание давило на барабанные перепонки.

— Бэйчэнь, есть вещи, о которых я пока не могу говорить, — ее голос упал до едва слышного шепота, но взгляд остался прямым. — Но клянусь тебе всем святым: я не причиню тебе вреда.

— С чего бы мне верить?

— Потому что... — в ее глазах мелькнуло нечто глубокое, совершенно непонятное для Су Бэйчэня, — мы с тобой на одной стороне.

На одной стороне?

На какой именно?

Он открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но резкая трель рингтона разорвала тишину.

Линь Шиюй выхватила смартфон, и ее лицо мгновенно побледнело.

— Прости, это срочно, — она отступила на шаг. Приняв вызов, она отошла на пару метров, напряженно бросила в трубку несколько коротких фраз и вернулась.

— На работе ЧП, я должна бежать, — она нервно поправила сумку. — Насчет того, что будет через два дня... умоляю, будь осторожен.

Развернувшись на каблуках, она быстро зашагала прочь, растворяясь в уличной толпе.

Су Бэйчэнь проводил ее тяжелым взглядом.

Он с самого начала знал, что с ней что-то не так.

Но масштаб игры оказался куда более запутанным.

На одной стороне?

С кем? И против кого?

Глубоко вздохнув, он заставил себя выкинуть эти вопросы из головы. Время тикало. Через сорок восемь часов он должен положить на стол Чжао Минъюаня деньги и план.

[Текущий баланс: 243 490 юаней]

[Поступления за два дня: 82 000 + 82 000 = 164 000 юаней]

[Итого: 243 490 + 164 000 = 407 490 юаней]

Не хватает 90 000.

Он не собирался отступать. Найдет. Заработает. Выбьет.

Но как быть с планом?

Двести человек.

За месяц.

Его мозг заработал с бешеной скоростью, анализируя демографию. В Циншане зарегистрировано 81 954 человека. Выпускников девятых классов — около трехсот. Тех, кто захочет остаться — максимум шестьдесят.

Где взять еще сто сорок подростков?

Внезапно в кармане коротко завибрировал телефон.

Смс с неизвестного номера.

[Хочешь набрать двести человек? Приходи. Заброшенное зернохранилище на востоке города, сегодня в восемь вечера. Приходи один. — Ли Цзяньго]

Су Бэйчэнь впился взглядом в светящийся экран, и уголки его губ медленно поползли вверх, обнажая зубы в хищной ухмылке.

Как интересно.

Ли Цзяньго все-таки не выдержал первым.

Он сунул телефон в карман и неспешно пошел вниз по раскаленной улице.