Шэн Бокай слегка повернул стеклянный круг на обеденном столе, переставив простое на вид блюдо — тушеные рыбные желудки и абалон с курицей — прямо передо мной.
— Сигуан обязательно должна это попробовать. Фирменное блюдо нашего повара, такого за пределами дома не сыщешь. Твой отец в прошлый раз, когда приезжал, до сих пор его вспоминает.
Хоть на душе у меня было скребуще, ответить что-то резкое я уже не могла. Я положила на тарелку кусок курицы, съела его и вежливо похвалила угощение.
Атмосфера снова потеплела.
Все принялись непринужденно переговариваться. Синлэ и Синсю явно были куда ближе с Линь Юйсэнем — они заговорили с ним через стол, спрашивая, не собираемся ли мы вечером вместе пропустить по стаканчику, но Линь Юйсэнь отговорился тем, что ему нужно зайти к учителю. Шэн Синцзе сидел неподалеку от них, но почти не участвовал в беседе. Позже разговор снова свелся к бизнесу; впрочем, при мне, постороннем человеке, обсуждать что-то секретное они, разумеется, не стали.
Старейшина Шэн молчал почти весь вечер, а под конец и вовсе погрузился в глубокую задумку, словно о чем-то размышляя. Стоявшая позади женщина из прислуги тихонько подкладывала ему еду. Домочадцы, казалось, привыкли к такой манере поведения: каждый говорил о своем, не пытаясь его тревожить.
Ближе к концу ужина старейшина Шэн отложил палочки и неожиданно заговорил, обращаясь к Шэн Бокаю:
— Шуанюань — это наше совместное с Сяо Не предприятие? У кого большая доля?
Шуанюань — это как раз та компания, где мы с Линь Юйсэнем сейчас работаем, полное её название звучит как Сучжоуская научно-техническая компания фотоэлектрических технологий Шуанюань, и по меркам отрасли она считается средним по масштабу предприятием. Наверняка это лишь одна из бесчисленных инвестиций семьи Шэн, так что ничего удивительного, что старейшина Шэн не знал подробностей. Вот только с чего бы ему вдруг заводить об этом речь?
Шэн Бокай ответил:
— Нам принадлежит пятьдесят один процент.
— При случае переоформи все акции на имя Юйсэня.
Все за столом замерли. Я тут же покосилась на Линь Юйсэня и успела заметить мелькнувшее в его глазах изумление: очевидно, заранее он ничего не знал.
Но реакция остальных меня слегка озадачила: почему у всех лица так и сияли радостью?
Тетя Цянь и вовсе не смогла скрыть ликования:
— Сучжоу — прекрасное место, жить там уютно. Не то что Шанхай: с виду блеск и суета, а на душе только усталость.
Шэн Бокай заметил:
— Для этого нужно, чтобы и Чэн Юань дал добро.
Шэн Шукай тотчас вставил:
— Разве он откажется, когда ему делают такой щедрый подарок для будущего зятя?
Старейшина Шэн кивнул:
— С Сяо Не я созвонюсь сам.
Линь Юйсэнь уже обрел прежнее невозмутимое выражение лица, вовремя кивнул и улыбнулся:
— Спасибо, дедушка.
Всё произошло стремительно — всего пара фраз решила судьбу компании, и каждый за столом лучился довольными улыбками в атмосфере всеобщего благополучия. Но в этой обстановке во мне словно разом проснулась житейская сметка, и я мгновенно уловила подтекст этих коротких реплик.
Судя по искренней радости остальных членов семьи Шэн, это выглядело вовсе не щедрым даром, а самой настоящей ссылкой?
Линь Юйсэня вот так запросто спровадили?
На сердце у меня стало чуточку горько. И вовсе не из-за акций Шуанюаня, которые рядом с активами Шэнъюаня не стоили и ломаного гроша. Я всегда считала, что имущество старших принадлежит им самим, и они вольны отдавать его кому пожелают.
Дело было в этой зыбкой, натянутой атмосфере в доме.
В этой семье Линь Юйсэня большинство воспринимало как чужака. Или даже — как врага.
Но при всем уважении — чужие семейные дела, соваться без спросу нельзя. Я перевела взгляд на тарелки. Жареная рыба-меч выглядела невероятно аппетитно, а Линь Юйсэнь, кажется, к ней даже не притронулся. Я решила отвоевать для него последний кусочек.
Пока я терпеливо ждала, когда блюдо повернется ко мне, подал голос Шэн Синцзе:
— Дядя Не теперь наверняка будет доволен. Разве он не заикался о том, чтобы докупить еще акций Шуанюаня? Раз уж Юйсэнь принесет их в качстве прида... то есть, в качестве свадебного подарка, он точно обрадуется.
Мое внимание мгновенно переключилось с рыбы на Шэн Синцзе. До этого он сидел с мрачным лицом, а теперь торжество так и рвалось наружу.
Шэн Бокай тут же осадил его:
— Дедушка говорит, не перебивай.
Я-то собиралась с самого прихода поменьше говорить, молчать побольше, улыбаться загадочно — раз уж нет серьезных поводов для споров. Но раз уж Шэн Синцзе сам упомянул моего отца, было бы просто невежливо не подхватить тему.
Я слегка задумалась и жизнерадостно произнесла:
— Мой папа определенно будет рад, но совсем не из-за каких-то там акций сторонних компаний. Просто я ужасно не люблю заниматься бизнесом, и раз уж в будущем управлять всем возьмется Юйсэнь, папа сможет вздохнуть спокойно. Только вот не знаю, не покажется ли Юйсэню, что забот слишком много и он один не справится.
Сказав это, я искоса глянула на Шэн Синцзе. Чему ты радуешься? Пусть тебя назначили следующим главой Шэнъюаня, но разве остальным членам семьи Шэн не захочется урвать свой кусок? Думаешь, потом тебе удастся избежать всяческих интриг и контроля? Как бы не так!
То ли дело моя семья!
— Я так завидую вам, у вас такая большая семья. А я единственный ребёнок, и если бы захотела попросить помощи у братьев или сестер, мне и обратиться не к кому, так что в будущем придется рассчитывать только на Юйсэня.
Пусть я сроду не задумывалась о наследовании отцовской компании, прямо сейчас я должна была выглядеть будущей властной и непоколебимой бизнес-леди!
С самым довольным видом я повернулась к старейшине Шэню:
— Спасибо, дедушка Шэн, за то, что вы вырастили Юйсэня таким прекрасным человеком. Папа точно будет счастлив получить готового наследника на всё готовенькое.
Самодовольное выражение мигом слетело с лица Шэн Синцзе.
Как же я обожала выводить Шэн Синцзе из себя.
У него ведь всегда всё было написано на лице — не то что у остальных, чьи лица, о чем бы они ни думали внутри, неизменно украшали вежливые улыбки. Даже сидевший рядом со мной Линь Юйсэнь не позволял проскользнуть ни единой эмоции.
Впрочем, он подыграл мне и неожиданно положил тот самый оставшийся кусок рыбы мне в тарелку:
— Я постараюсь изо всех сил. Съешь еще кусочек?
— С удовольствием, — я сладко улыбнулась.
— Если Сигуан так нравится, я попрошу повара завернуть с собой порцию, — с улыбкой произнесла тетя Цянь.
Видите? Без Шэн Синцзе мои актерские таланты оставались бы совершенно без отклика.
Злить его было так весело, что я не удержалась и продолжила.
Я повернулась к тете Цянь:
— Спасибо, тетя, но с собой заворачивать не нужно. Можно только спросить, как готовится эта рыба-меч? Тут есть какие-то особенные специи? Хочу научиться и потом готовить для Юйсэня.
Тетя Цянь рассмеялась:
— Зачем тебе самой возиться у плиты, для этого есть повара.
— А я не люблю, когда в доме посторонние. К тому же, когда он будет на работе, мне дома всё равно скучно, почему бы не готовить, хоть какое-то развлечение.

Комментарии

Загрузка...