Я, Катарина Клаес, когда-то была самой обычной дочерью герцога — такой, каких по всему королевству Сорсье пруд пруди. Но однажды, когда мне было восемь лет, я упала на территории замка, ударилась головой и вспомнила свою прошлую жизнь!
В той жизни я была неприметной старшеклассницей-отаку и жила в стране под названием Япония. Когда в восемь лет на меня разом нахлынули все эти воспоминания, у меня поднялась высокая температура. А поправившись, я осознала нечто ещё более пугающее! Как ни трудно было в это поверить, я оказалась в мире отоме-игры, в которую играла незадолго до смерти в прошлой жизни, — Fortune Lover.
Да, я переродилась в мире отоме-игры! Будь у меня хоть какая-то надежда встретить здесь прекрасную любовь, я бы совсем не возражала... Но Катарина Клаес была злодейкой: по ходу игры она издевалась над главной героиней, а в конце её ждала гибель!
Если героиня приходила к Good End, меня изгоняли из королевства, а если к Bad End — я погибала. На любом маршруте меня ждала гибель. Такова была судьба злодейки Катарины Клаес!
Вот уж невероятное невезение. Но я не сдалась.
Надеясь хоть как-нибудь избежать гибели, я завела собственный огород, научилась владеть мечом и мастерила игрушечных змей, которых легко было принять за настоящих. Я упорно трудилась, но всё же успела подружиться и с потенциальными возлюбленными героини, и с её любовными соперницами.
Наконец пришло время поступать в Академию магии, где разворачивался основной сюжет игры. Я подружилась с Марией — главной героиней — и разбила при академии новый огород. И, должна признать, огород получился замечательный.
В итоге все мои усилия окупились: мне удалось избежать гибели. Ура! — подумала я. Теперь я свободна и могу наслаждаться жизнью! С этой уверенностью в сердце прошлой весной я благополучно окончила академию и начала работать в Министерстве магии вместе со своей дорогой подругой Марией — главной героиней.
Однако это привело к новой трагедии! Вскоре после поступления на службу в Министерство я узнала, что начался сюжет продолжения игры — Fortune Lover II: Love at the Magical Ministry.
К своему ужасу, я выяснила, что в продолжении Катарина Клаес возвращалась из изгнания живой и снова принималась творить злодейства. Теперь Good End героини означал для меня тюрьму, а Bad End — смерть. По сравнению с первой игрой моя гибель вышла на новый уровень!
Только я подумала, что спаслась от гибели... Вдоволь посетовав на судьбу, я снова принялась придумывать, как её одолеть. Но реальность явно не желала считаться с моими надеждами: вскоре мне достались сразу два предмета, насквозь пропитанных злодейством, — тёмный фамильяр и Тёмный договор.
Посреди всех этих несчастий благодаря загадочному сну, который время от времени повторялся, я узнала, что до конца игрового сюжета осталось всего полгода.
Катарина Клаес не проиграет какой-то там гибели! Клянусь, я одержу победу и вернусь к жизни самой заурядной дочери герцога!
Глядя на великолепный огород, разбитый в укромном уголке Министерства магии, я прокручивала в голове события своей жизни, словно трейлер аниме о главной героине. Прекрасный способ скоротать небольшой перерыв в работе на грядках.
Для финального штриха я представила себя с сияющими звёздами в глазах и поднятым над головой жезлом со звездой на навершии. Правда, на моём настоящем магическом жезле красовался череп.
И всё же трейлер вышел довольно удачным, должна признать. Жаль, я не могла показать кому-нибудь трейлер жизни Катарины Клаес, целиком созданный в моей голове.
Я покосилась на Марию и Сайруса, которые тоже отдыхали рядом со мной. Они обсуждали что-то по работе, и момент явно не подходил для того, чтобы вклиниться в разговор и поведать им о моём замечательном трейлере.
Меня даже впечатлило, с каким усердием они обсуждали работу, отдыхая от нашего общего увлечения. На их фоне мне стало немного неловко за то, что я сидела рядом и сочиняла в голове аниме-трейлер.
Я отвела от них взгляд и снова посмотрела на огород.
Прошло уже почти полгода с тех пор, как мы с Марией начали после работы помогать Сайрусу с огородом, который он втайне разбил ради своего увлечения в уголке территории Министерства. Заполучив дополнительные рабочие руки, Сайрус так воодушевился, что немного расширил участок.
Приближалась пора осеннего урожая. Значит, скоро нас ждали крупные, сочные овощи. В Японии моей прошлой жизни в это время ещё собирали рис, и можно было поесть свежего урожая.
Гладкие, блестящие зёрнышки свежесобранного риса были сладкими и вкусными сами по себе. А если положить сверху что-нибудь классическое — солёную сливу или соленья, — получалось настоящее пиршество. Добавку можно было брать сколько угодно. Ах, как же хочется риса.
— Хотите риса, леди Катарина? — спросила Мария своим милым голосом, и я поняла, что произнесла мысли вслух.
— Ага. Я смотрела на овощи и подумала, что скоро пора собирать рис. И ужасно захотелось свежего.
Сайрус удивлённо моргнул.
— Вы знаете, в какое время собирают рис? Должно быть, вам и правда очень нравится кухня Сиармы.
Ещё бы. В прошлой жизни я была внучкой рисовода и даже помогала высаживать рис и собирать урожай! — гордо сказала я у себя в голове.
— Да. Очень нравится, — ответила я вслух.
К слову, главным продуктом в Сорсье был хлеб из пшеничной муки — иными словами, здешняя кухня напоминала западную, а рис почти нигде не встречался. Зато в соседней Сиарме, похожей на Японию, рис был основной культурой, да и еда, похоже, напоминала японскую.
Рис выращивали и во владениях семьи Сайруса, расположенных у самой границы с Сиармой; местная кухня тоже была похожа на японскую. Я узнала об этом от Сайруса вскоре после того, как начала помогать ему с огородом.
С тех пор мне до невозможности хотелось побывать у него на родине и попробовать тамошнюю еду. Но оказалось, что дорога до владений Сайруса занимает четыре дня в конном экипаже. На такое расстояние по прихоти не съездишь.
— Рад слышать, что вам нравится кухня моих родных мест. Каждый год после сбора урожая семья присылает мне наши лучшие продукты, так что я смогу поделиться с вами, мисс Катарина, — сказал Сайрус, довольно прищурившись.
— Правда? Ура! — вскрикнула я и запрыгала от радости.
— Я так рада за вас, — широко улыбнулась Мария.
— Когда посылка придёт, давай поедим вместе, — предложила я ей.
Мария тихонько рассмеялась и улыбнулась.
Ах... лучшие продукты с родины Сайруса. Не могу дождаться. Интересно, будут там соленья? А вдруг пришлют свежий рис? Что вообще семья посылает ему каждый год? Не в силах сдержать любопытство, я снова повернулась к Сайрусу и увидела на его лице умиротворённую улыбку.
— Эм, господин Сайрус, что-то случилось? — спросила я.
Он рассмеялся, слегка смущённо почесал затылок и тихо ответил так, чтобы слышала только я:
— Да нет. Просто после недавних событий я удивился, когда вы предложили сегодня поработать на огороде. Но теперь, увидев улыбку Марии, я рад, что мы пришли.
Я и не подозревала, что Сайрус думал об этом, когда я предложила заняться сегодня огородом. Мне всего лишь казалось, что приближается сбор урожая и стоит помочь. Я ещё считала, что проявляю заботу.
— Мария пока невольно вздрагивает от любого пустяка. Но, побыв рядом с вами, она явно расслабилась. Уже не выглядит такой напряжённой, — так же тихо продолжил Сайрус.
Вот оно что, Мария всё ещё немного нервничает. Она на время отложила расшифровку своего магического договора, и мы какое-то время не виделись, поэтому я ничего не заметила. Но, конечно, она должна была нервничать. После происшествия прошло всего несколько дней.
Недавно загадочная шайка людей, связанных с тёмной магией, — для краткости буду звать их бандой тёмных магов, — напала на Марию в доме её семьи и попыталась причинить ей вред.
По чистой случайности мы с Сезаром, принцем Этенелла, оказались там и спасли её. Для краткости назову всё это делом о спасении Марии. В итоге нам удалось схватить лишь нескольких головорезов, нанятых специально для того дела, а Сара, владевшая тёмной магией и игравшая важную роль в замыслах банды, ушла от нас.
Всё потому, что появился какой-то красивый, сексуальный и загадочный мужчина постарше и эффектно помог Саре сбежать.
После дела о спасении Марии расследование банды тёмных магов по-прежнему стояло на месте: одна преграда сменяла другую. Стало лишь совершенно ясно, что банда нацелилась на Марию.
Поэтому было решено, что Мария и её семья останутся под защитой Министерства магии, пока обстановка не станет достаточно безопасной. За пределами Министерства их должны были сопровождать телохранители.
В таких обстоятельствах было бы странно, если бы Мария не нервничала. Даже сегодня, пока мы работали на огороде, где-то рядом, судя по всему, дежурили телохранители на случай опасности.
Мы находились на территории Министерства магии — в одном из двух самых безопасных мест Сорсье, — да ещё и рядом с Сайрусом, главой отдела Министерства, который превосходно владел магией, боевыми искусствами и мечом. Так что реальная опасность нам почти не грозила.
Я предложила Сайрусу поработать на огороде лишь потому, что приближался сбор урожая, но была рада, что это заодно помогло Марии немного снять напряжение. Если она и дальше будет так переживать, то только измучает себя.
Но выражение Сайруса, нежившегося в лучах улыбки Марии, стало уж слишком умилённым. Я остро почувствовала себя третьей лишней и снова посмотрела на грядки — и тут заметила несколько мест, где земля вздыбилась маленькими холмиками.
Хм? Они были здесь, когда мы пришли? — подумала я и подошла посмотреть поближе.
— Нас атаковали! Господин Сайрус, враг! Здесь враг! — закричала я. Сайрус мгновенно вскочил и заслонил Марию собой.
— Где? — резко спросил он, оглядываясь вокруг.
— Вот здесь. Посмотрите на эту дыру, — сказала я, указывая на ближайшую ямку. Сайрус озадаченно посмотрел на меня.
— Дыру? О чём вы?
— Именно. Эта дыра означает, что на нас напали кроты — заклятые враги всех земледельцев! — твёрдо объявила я.
Сайрус смерил меня убийственно хмурым взглядом, а стоявшая рядом Мария громко рассмеялась. От её смеха его суровое выражение немного смягчилось.
— Мисс Катарина, — ответил он, — кроты, несомненно, злейшие враги земледельцев, но пока я прошу вас не употреблять слово «враг». В нынешних обстоятельствах вы только поднимете панику.
Я ахнула, осознав свою ошибку.
— Ой, точно! Простите. Просто нападение на наш огород выбило меня из колеи, — торопливо извинилась я. Мария засмеялась ещё сильнее и уже держалась за живот.
Посмотрев на смеющуюся Марию, Сайрус нахмурился, подошёл ко мне и заглянул в ту самую ямку, которую я разглядывала.
— Вы правы. Похоже, это сделали кроты.
— Совершенно точно.
В этой жизни на мой собственный огород кроты пока не нападали, зато в прошлой жизни они время от времени наведывались к бабушке. Помню, как её это раздражало.
— Даже на территорию Министерства пробрались кроты, — задумчиво произнесла я.
— Здесь всё ещё хватает природы, так что ничего удивительного. До сих пор мне просто везло: кроты не портили мой участок, и я не принимал мер. Теперь приму, — сказал Сайрус и на некоторое время задумался, вероятно, о способах борьбы с кротами.
Подумав о таких способах, я вспомнила, как бабушка в прошлой жизни втыкала в землю, которую хотела защитить, похожие на гвозди устройства, издававшие писк. Правда, через некоторое время она ворчала: «Как же раздражает этот писк!» — и выдёргивала их, поэтому я не знала, насколько они вообще действенны. К тому же в этом мире таких устройств, похоже, не существовало.
Другой известный мне способ отпугнуть кротов — положить на землю что-нибудь с неприятным для них запахом. Какой запах не любят кроты?..
— А, придумала! Почи, выходи.
Едва я его позвала, из моей тени радостно выпрыгнул чёрный щенок и тявкнул. Почи был моим тёмным фамильяром и чем-то вроде домашнего питомца, а ещё надёжным товарищем, способным при необходимости сражаться. Поскольку он тёмный фамильяр, я не могла свободно вызывать его при людях, которые о нём не знали. Но Мария и Сайрус были в курсе моей ситуации, так что всё было в порядке.
— Мисс Катарина, зачем вы только что призвали фамильяра? — спросил Сайрус, слегка нахмурившись.
— Я подумала, что Почи может покакать на землю и отпугнуть кротов.
— Что?! — вскрикнул Сайрус, потрясённо разинув рот.
— Я слышала, что если оставить на огороде собачьи какашки, тануки не станут подходить. Подумала, что и с кротами может сработать.
Кажется, я помню, как бабушка брала какашки у соседского пёсика, который всегда заливался лаем при виде меня, и разбрасывала их по огороду, чтобы отвадить тануки.
Почему-то в прошлой жизни собаки меня ненавидели, и я не могла к ним приблизиться. Но теперь у меня был собственный пёс, так что одалживать какашки у других людей больше не требовалось. Можно было просто попросить Почи сделать их.
— Ну же, Почи. Мне нужно, чтобы ты покакал!
Почи радостно тявкнул, словно понял приказ, упёрся лапами в землю и принял нужную позу. Я сжала кулаки и напрягла мышцы вместе с ним.
— Ты сможешь, Почи! Кряхти, если надо! И напряги попу! — изо всех сил подбадривала я его со стороны.
— Простите, но, поскольку Почи — тёмный фамильяр, возможно, он вообще не способен испражняться, — нерешительно заметила Мария.
— А... Точно! — простонала я, схватившись за голову. Почи выглядел и вёл себя как собака, но всё-таки был тёмным фамильяром и не какал. Я совершенно об этом забыла.
Похоже, Почи тоже забыл: он удивлённо уставился на меня, будто его мордочка говорила: И правда. Потом подбежал ко мне и заскулил — по-моему, это означало: Прости...
— Прости, что потребовала невозможного, Почи, — извинилась я. Увидев, как мы просим друг у друга прощения, Мария снова рассмеялась.
— Для начала, на территории такого почтенного учреждения, как Министерство магии, вам всё равно не позволили бы оставлять собачьи экскременты, — сказал Сайрус, который сам разбил огород на территории такого почтенного учреждения, как Министерство магии.
— Верно. Запах будет ужасный, да и кто-нибудь может наступить, — согласилась я.
— Нет, беспокоиться следовало не об этом... Как бы то ни было, забудем идею разбрасывать экскременты. Я подумаю, какие способы, применявшиеся у меня дома, можно использовать здесь. Вам больше не нужно об этом размышлять, мисс Катарина.
— Наверное, так и лучше. В конце концов, настоящий знаток ухода за огородом здесь вы, господин Сайрус. Полагаюсь на вас, — сказала я. Почи радостным тявканьем выразил такое же доверие.
Но я заметила, что от лая Почи Сайрус слегка вздрогнул.
— Господин Сайрус, у вас проблемы с собаками?
— Нет, я бы так не сказал... — ответил он и замолчал.
— Может, вы хотите с ними подружиться, но они начинают лаять, как только вы подходите? — спросила я. Вдруг он такой же, как я? Но Сайрус покачал головой.
— Нет. В детстве у меня была собака, и она очень меня любила.
Я сразу ему позавидовала. Сколько раз собаки рычали на меня и облаивали?.. Но теперь у меня есть Почи, и всё это в прошлом. Я присела и погладила Почи по пушистой голове. Он от удовольствия прикрыл глаза.
— Когда я его гладил, он закрывал глаза и вилял хвостом. Мы всегда были вместе, почти как братья, — сказал Сайрус, глядя куда-то вдаль. — Но тот пёс погиб в несчастном случае. Прямо у меня на глазах. С тех пор я немного боюсь сближаться с другими собаками... нет, вообще с любыми животными.
Услышав это, я почти бессознательно подняла Почи на руки и крепко прижала к себе — так крепко, чтобы не потерять его.
Сайрус замолчал, всё так же глядя вдаль, и, наверное, вспоминал погибшего пса. Через некоторое время он покачал головой, словно прогоняя эти чувства.
— Хорошо. Ещё немного поработаем и на сегодня закончим, — бодро объявил он.
Решив больше ни о чём не расспрашивать, мы с Марией дружно ответили: «Хорошо». Потом вернулись к работе, а закончив, разъехались по домам.
О том, что я забыла спросить Сайруса, какие продукты присылает ему семья, я вспомнила лишь ночью, уже лёжа в постели.
Рассеянно глядя из окна экипажа, я вспоминала вчерашний рассказ Сайруса. Он признался, что с тех пор, как его пёс погиб у него на глазах, ему страшно сближаться и с собаками, и с другими животными. Сайрус настаивал, что проблем с собаками у него нет, но, по-моему, страх сблизиться с ними означал ровно то же самое.
Выходило, что у него и правда проблемы и с молодыми женщинами, и с животными. Для потенциального возлюбленного набор фобий у него был на редкость широким. Раз это отоме-игра, его страх перед женщинами наверняка коренился в какой-то травме... Но в какой? Я знала, что в детстве вокруг него почти не было молодых женщин, а теперь ещё выяснилось, что любимый пёс погиб у него на глазах. Может, в детстве случилось что-то ещё?
Хм, не знаю. Впрочем, в игровом сюжете до сих пор явно прослеживалась закономерность: в детстве с потенциальными возлюбленными происходило что-нибудь ужасное и оставляло глубокую травму.
Например, Алан должен был вырасти озлобленным из-за того, что всё детство его сравнивали с талантливым во всём Джиордом. Мария должна была сказать ему, что у него тоже есть свои достоинства, и лишь тогда он бы это понял. Но с настоящим Аланом всё вышло иначе: он развивал музыкальный талант и рос без особых забот.
Что до моего приёмного брата Кита, по сюжету биологические родители отвергали его и отдавали на усыновление в поместье Клаесов. Там он должен был отдалиться от приёмной матери и терпеть издевательства приёмной сестры, из-за чего окончательно перестал бы верить людям. Лишённый любви, он вырос бы бабником, который играючи менял женщин. По сюжету Мария должна была научить Кита настоящей любви.
Но в действительности семья Клаесов приняла Кита с любовью, и он вырос образцовым старшим сыном. Он прекрасно ладил с приёмной матерью и стал чистосердечным юношей, который заботился о сестре.
Я посмотрела на брата, сидевшего рядом со мной в экипаже. Совсем не похожий на бабника, он держал спину идеально прямо, а одежда была безупречна. Но сексапильность всё равно исходила от него волнами — наверное, неизбежное следствие изначального дизайна персонажа. Разумеется, выросший таким чистосердечным юношей Кит понятия не имел, что делать с этой бездной сексапильности. Какой напрасный расход ценного ресурса.
— Какая жалость, — невольно вырвалось у меня.
Услышав это, Кит подозрительно посмотрел на меня.
— Чего тебе жалко?
— Эм... Я просто подумала, как же жаль, что исходящая от тебя сексапильность до сих пор не принесла тебе никакой пользы, — честно ответила я.
Несколько мгновений Кит таращился на меня, потом нахмурился и глубоко вздохнул.
— Погоди, моя сексапильность не принесла мне никакой пользы?.. То есть ты совершенно права, но я всё равно не ожидал, что кто-нибудь скажет мне это прямо в лицо, — произнёс Кит, немного приуныв.
— Прости, — искренне извинилась я, чувствуя себя ужасно.
— Не переживай, ничего нового, — криво улыбнулся Кит. А потом добавил: — Ты так долго молчала, что я решил, будто ты думаешь о сегодняшнем вечере. Похоже, я совсем не угадал.
— А... Да, прости.
— Сестрица, ты ведь понимаешь, насколько важен этот праздник?
— Ну-у, понимаю...
Кит был прав: мы направлялись во дворец на важный праздник. Сейчас было не время сидеть с дурацким отсутствующим выражением и размышлять о вчерашнем рассказе Сайруса или о том, что должно было произойти в игре. Но всё же...
— Когда приедем, обещаю собраться и вести себя прилично, поэтому дай мне пока ещё немного повитать в облаках. Клянусь, такую дурацкую физиономию я буду строить только наедине с тобой. Но если с моим характером я стану держать себя в руках всё время, то наверняка очень быстро устану. Прошу тебя, — сказала я, слегка запрокинув голову и глядя на Кита, от которого по-прежнему исходила сексапильность.
После короткой паузы Кит нехотя согласился.
— Только наедине со мной...
С разрешения Кита я позволила себе ещё немного посидеть с тем же дурацким отсутствующим видом.
Я снова посмотрела в окно на проплывающий мимо пейзаж. День выдался ясным, и на улицах было много людей. В такую погоду хотелось провести время на огороде, но после дневной работы теперь я мечтала передохнуть за чашкой чая с чем-нибудь вкусным, а потом погреться на солнце.
Эх, как же утомляют эти праздники, — подумала я. Но не успела оглянуться, как наш экипаж прибыл во дворец.
Сегодня во дворце должен был состояться праздник в честь годовщины основания королевства Сорсье, на который съехалось множество гостей из других стран.
По атмосфере праздник напоминал Международную ассамблею, на которой я когда-то побывала. Но, в отличие от неё, укрепление отношений между главами государств было не главной целью нынешнего события. Нам сказали, что король хотел, чтобы все гости хорошо провели время, празднуя годовщину основания Сорсье. К тому же Ассамблея длилась несколько дней, а нынешнее торжество должно было закончиться за один.
Поэтому стараться так же изо всех сил, как на Ассамблее, мне не требовалось. Но на праздник всё равно прибыли многочисленные посланники из других стран, и я должна была как следует со всеми поздороваться. Вести себя так же, как на вечере, где присутствовали только подданные Сорсье, было нельзя.
Кроме того, банда тёмных магов всё ещё оставалась на свободе, так что на многолюдном собрании следовало быть особенно осторожной. Из-за толпы я могла не обратить внимания на незнакомое лицо. Конечно, праздник был важный, и внутрь впускали лишь людей, чью личность тщательно проверили, однако полностью исключить проникновение самозванцев наверняка было трудно.
Я настроилась внимательно следить за окружающими и при этом не обидеть иностранных гостей невежливостью.
Для праздника отвели самый большой зал дворца — тот самый, где проходила Ассамблея.
Сегодня, с учётом обычаев других стран, гостям разрешили приходить без полного сопровождения. Поэтому в зал я вошла только с Китом.
Внутри уже собралось множество людей. Празднование основания королевства Сорсье было редким событием, и, похоже, здесь было представлено ещё больше стран, чем на Международной ассамблее. Каких только людей тут не было!
Одни носили одеяния, похожие на японские кимоно, которые я уже видела на официальных мероприятиях; другие были в нарядах арабского стиля, а третьи — в одежде, напоминавшей китайскую.
Разнообразием отличались не только костюмы: у гостей были самые разные оттенки кожи и цвета волос. Столько непохожих друг на друга людей страшно меня воодушевило, хотя на официальном празднике этот восторг как раз следовало сдерживать.
Международная ассамблея тоже была потрясающей, но здесь совсем другой уровень.
Вокруг радостно беседовали на всевозможных языках люди, настолько разные внешне, что мне казалось, будто я заблудилась в чудесном ином измерении.
— Невероятно! — невольно воскликнула я.
— На этот праздник пригласили больше стран, чем на Международную ассамблею, — заметил стоявший рядом Кит. — Поразительно, сколько здесь разных народов.
— О-о, я только что подумала ровно о том же! Удивительно, что ты догадался.
— Я уже десять лет твой приёмный брат. Такое понять нетрудно, — рассмеялся Кит. А потом перешёл к нравоучениям: — И я слишком хорошо знаю, что на подобных мероприятиях ты слишком увлекаешься происходящим и попадаешь в неприятности. Сегодня постарайся обойтись без этого, ладно?
На последнем крупном мероприятии — Международной ассамблее — я действительно умудрилась попасть в неприятности, поэтому возразить было нечего.
— Хорошо, буду осторожна, — покорно кивнула я в ответ на предупреждение Кита-матушки.
Мы обошли зал, здороваясь с дворянами Сорсье и иностранцами, с которыми я уже познакомилась на Международной ассамблее. Наверное, из-за огромного числа гостей я пока не встретила никого из друзей.
Особенно странно было, что я ещё не видела Джиорда, который на таких праздниках обычно появлялся первым. Возможно, королевская семья Сорсье всё ещё готовилась: пока не пришёл никто из них.
Пить хочется.
Я повернулась к Киту, увлечённо беседовавшему с иностранным дворянином.
— Я только найду чего-нибудь выпить, — объявила я.
Кит кивнул, но взгляд его почти кричал: Не ешь и не пей слишком много.
Я подошла к столу с едой и напитками и взяла себе питьё. Мне хотелось лишь быстро утолить жажду и вернуться к Киту. Но...
— Как вкусно выглядит... — Для праздника в честь столь важного события столы накрыли ещё роскошнее обычного, и блюда казались особенно аппетитными.
Наверное, немножко можно. Если не переедать, ничего страшного. И я положила на тарелку совсем чуть-чуть.
От этого мяса нельзя отказаться. И рыбу обязательно надо попробовать. О-о, такого блюда я ещё не видела. Его тоже непременно возьму.
Хм? Когда тарелка успела наполниться? Ну ладно, всё равно съем.
Ням-ням. Ах, как вкусно! Во дворце и правда прекрасно готовят. Просто чудесно.
Ой. Когда тарелка успела опустеть? Что ж, тогда следующим попробую вон то блюдо, а потом возьму немного этого, — думала я, вновь наполняя тарелку. И тут...
— Ты опять переедаешь, — произнёс чей-то голос.
Я вздрогнула и застыла. Обернувшись на голос, я увидела незнакомого мужчину. К счастью, смотрел он не на меня, а на женщину, стоявшую в паре шагов сбоку.
А, это он не мне. Я с облегчением перевела взгляд на соседку и увидела, что она застыла в точности в той же позе, что и я, держа тарелку с горой еды. Меня охватило сильнейшее чувство родства.
И женщина, и мужчина были одеты в наряды, напоминавшие кимоно. Я решила, что они, вероятно, из соседней Сиармы — страны, чьи обычаи, по слухам, напоминали японские, знакомые мне по прошлой жизни.
— Разве я не говорил тебе, что леди не пристало набивать рот на подобных мероприятиях? — обратился мужчина к женщине.
Кит постоянно говорит мне то же самое. Хотя мужчина обращался не ко мне, его слова попали прямо в цель.
— Но, старший брат, сколько ещё у нас будет возможностей насладиться таким пиршеством в королевстве Сорсье? Если я не поем сейчас, то когда?! — вызывающе возразила женщина. Похоже, они были братом и сестрой.
В душе я горячо с ней согласилась.
Именно! Эта годовщина настолько важна, что для пиршества наверняка постарались особенно сильно. Если не съесть эту еду сейчас, то когда ещё представится шанс?
Глядя на женщину, я энергично закивала. Видимо, она почувствовала мой пристальный взгляд, повернулась, и наши глаза мгновенно встретились. Теперь я разглядела, что глаза у неё такие же чёрные, как волосы, а сама она очень красива.
Встретившись со мной взглядом, она посмотрела на мою тарелку, такую же переполненную, как её собственная, и ответила тем же решительным кивком. Мы прибыли из разных стран, но понимали друг друга в одном: сколько бы нас ни ругали и ни твердили, что леди так себя не ведут, не съесть разложенное перед нами угощение было совершенно невозможно.
Мужчина, по всей видимости старший брат женщины, не заметил возникшего между нами взаимопонимания. Он вздохнул и снова заговорил.
— Нет, я не запрещаю тебе есть. Я лишь прошу не переедать.
И это Кит тоже говорил мне постоянно.
— Простите за прямоту, старший брат, но при таком количестве блюд невозможно не съесть больше обычного. И всё же каждого блюда я взяла лишь понемногу, — ответила женщина.
Я поступила точно так же, и чувство родства вспыхнуло с новой силой.
Вот именно. Я вовсе не собиралась брать столько еды. Просто блюд было так много, что в итоге набралась целая гора. Я вновь энергично закивала. Мы снова встретились глазами, и, поняв, что я с ней согласна, женщина кивнула в ответ. Почему-то мне кажется, мы бы отлично поладили.
— Но незачем пробовать столько разных блюд. На подобном пиру полагается выбрать одно-два приглянувшихся блюда и попробовать понемногу, — сказал мужчина.
Меня передёрнуло. Какой безумец станет требовать, чтобы мы попробовали всего одно-два блюда, когда перед нами такое изобилие?! Мы с ним совершенно несовместимы.
— При столь великолепном выборе совершенно невозможно удовольствоваться одним-двумя блюдами. Боюсь, мы никогда не поймём друг друга, старший брат, — заявила женщина с таким же оскорблённым видом, какой наверняка был у меня.
А вот мы с ней точно поладили бы.
— Хорошо, обсудим это позже. Но король Сорсье, кажется, сейчас обратится к гостям. Можешь хотя бы поставить тарелку? — устало попросил мужчина.
Ого, король сейчас произнесёт речь? Тогда... надо поскорее отправить содержимое тарелки в желудок. Я принялась есть с невероятной скоростью.
Похоже, женщина рядом пришла к тому же выводу.
— Постой, я велел поставить тарелку! Почему ты стала есть ещё быстрее?! Я тебя совершенно не понимаю! Что? Леди рядом с тобой делает то же самое?!
Наконец заметив, что я тоже с предельной скоростью запихиваю в рот содержимое тарелки, мужчина потрясённо вскрикнул. Но мне требовалось поскорее всё проглотить, поэтому я не обратила на него внимания и продолжила есть.
М-м, как вкусно. Потом возьму добавку. Ах, какое нежное мясо.
Поспешно поедая угощение, но всё же не забывая наслаждаться вкусом, я опустошила тарелку и поставила её на стол. Женщина рядом сделала то же самое.
Наши взгляды снова встретились. Мы улыбнулись друг другу и кивнули.
В этот момент протрубил рог. Весь зал мгновенно затих, и над гостями разнёсся громкий голос.
— Его Величество, король Сорсье!
В зал торжественно вошёл король Сорсье Орвен Стюарт, окружённый телохранителями. Рядом с ним шла королева, а следом — четверо их сыновей. Как я и предполагала, на официальное мероприятие вся королевская семья входила вместе. Поднявшись на подобие сцены в передней части зала, король повернулся к собравшимся и начал речь.
— Благодарю всех, кто сегодня собрался здесь, чтобы отпраздновать трёхсотлетие основания королевства Сорсье... — Король, как и на Международной ассамблее, начал приветствие с улыбки и слов благодарности. Завершив речь чем-то вроде: «А теперь прошу всех наслаждаться праздником», он вызвал волну аплодисментов.
Одни гости вернулись к оживлённым разговорам, а многие другие направились приветствовать королевскую семью.
Нас заранее предупредили, что сегодня королевская семья отдаст первенство иностранным гостям, а дворян Сорсье просили не спешить с приветствиями. Поэтому мне незачем было сразу туда идти.
Я взяла новую тарелку и снова принялась за еду, но женщине рядом повезло меньше.
— Мы идём приветствовать королевскую семью. Поставь тарелку, — сказал мужчина, отобрал её и потащил сестру прочь.
Уводимая прочь девушка с тоской оглядывалась на еду. Наши глаза встретились в последний раз.
— Держись, — невольно пробормотала я.
Она уже отошла далеко и могла меня не услышать, но, кажется, прочитала слова по губам и кивнула на прощание. Я была уверена: успей мы поговорить, непременно стали бы подругами. Если ещё встретимся, хочу с ней познакомиться, — подумала я, продолжая есть.
— Похоже, ты переедаешь, — снова произнёс чей-то голос.
Хм? На этот раз обо мне? Хотя вдруг опять о ком-то другом. Я обернулась.
Но говоривший совершенно точно смотрел прямо на меня. Да, эти слова без сомнения предназначались мне. Более того, человеком, который ко мне обратился, оказался...
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...