Ранним утром следующего дня мы услышали, как у обеденного стола кто-то стучит по тарелкам, и тут же раздался голос Лунного Бога:
— Дамы и господа, просыпаемся!
Мы отворили двери и вышли.
— Хорошо ли вы отдохнули вчера? — с улыбкой поинтересовался Лунный Бог, восседая на главном месте.
— Благодаря вам, прекрасно, — ответил Ли Чэ.
— Позавтракав, мы начнем игру в догонялки.
Никто ему не ответил.
— Сегодня мы немного изменим правила. Скажите-ка... — он взглянул на Сиринь, Гейджа и Коливина, а в его глазах промелькнула насмешливая и игривая искорка. — Кто-нибудь хочет добровольно оказаться среди догоняющих?
— Я! — тут же поднялся Ли Чэ.
— Я тоже, пожалуй, — вслед за ним встал я.
— О? — Лунный Бог удивленно посмотрел на нас обоих. — Чудно, у этих двоих господ определенно есть смелость. К сожалению, один из наших друзей покинул нас, но в роли догоняющих по-прежнему три места. Желает ли кто-нибудь еще?
Лунный Бог обвел всех взглядом.
— Я, — Дэлайр в упор уставился на Лунного Бога.
— Хорошо, господин Дэлайр, — кивнул Лунный Бог. — Тогда попрошу вас троих выстроиться в ряд.
С этими словами он щелкнул пальцами. Я почувствовал, как вместе с этим щелчком в мое тело проникло нечто чужеродное, и во всех кровеносных сосудах вспыхнула жгучая боль, словно от тысяч иголок. Я заметил, как моя кожа постепенно покрывается трещинами.
Ли Чэ бросил на меня и Дэлайра многозначительный взгляд. Превозмогая страшную боль, мы кивнули, с трудом поднялись на ноги и изо всех сил бросились к парадной двери. Створка была приоткрыта на узкую щель. Перед глазами все расплылось, ногти то ли сошли, то ли непомерно выросли, и мы изо всех сил налегли на тяжелую дверь.
— А-а-а! — из-за боли и непрекращающегося напряжения я невольно закричал. Я чувствовал, как мой голос все дальше от человеческого.
Наконец дверь подалась, образовав щель, в которую мог протиснуться один человек, и мы втроем один за другим выскочили наружу. В самый момент побега мне показалось, что я слышу, как Лунный Бог в ладоши хлопает и смеется.
Но мне было некогда оглядываться. Сейчас все кости в моем теле хрустели, а волны пробирающей до мозга костей боли накатывали одна за другой, грозя захлестнуть меня с головой. Мои конечности словно росли: в ушах непрекращающимся эхом отдавался треск ломающегося бамбука.
Я скосил глаза на тех двоих, чьих лиц уже было не разглядеть — они испытывали точно такие же муки, но я заметил, как уголки их губ слегка приподнялись.
Никакие монстры на нас не напали. Они лишь бросили на нас мимолетный взгляд и удались.
Удалось...
Это была моя последняя мысль.
Позавчера, после окончания первого раунда догонялок, я не смог сделать ни кусочка и сразу ушел в свою комнату. Ли Чэ тоже бред за мной, опустив голову и шагая очень медленно.
Ни один из нас не мог произнести ни слова, мы лишь томились в тишине.
Он вдруг встал, подошел к двери, приоткрыл ее на щелочку и выглянул наружу, а мгновение спустя вернулся к постели:
— Господин Артур, как вы думаете, игра в догонялки окончена?
Я еще не оправился от пережитого шока и омерзения, а его вопрос сбил меня с толку еще сильнее:
— Что ты имеешь в виду?
— Я к тому, что это были лишь первые догонялки. Если ничего не изменится, будет и второй раунд.
Он крепко сжимал в руке свою медную монетицу, а брови его были сдвинуты.
— Что? — мне было трудно вообразить, что у этой кровавой и жестокой игры может быть продолжение.
— Сейчас ситуация такова: выиграть стороне монстров не так-то просто, ведь им нужно перебить всех людей. Но с другой стороны, превращение в монстра гарантирует безопасность твоей собственной жизни, — он посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло нечто ускользающее.
— Ты хочешь... превратиться в монстра? — я невольно вспомнил жуткий облик чудовищ и растерзанного Армстронга, и меня снова затошнило.
— Господин Артур, завтра или послезавтра — в общем, до начала второго раунда — Лунный Бог наверняка спросит, нет ли желающих добровольно стать монстрами. Если к тому моменту вы захотите выжить, превратитесь в монстра вместе со мной, — его тон стал холодным.
— Нет... Нет... Как ты можешь такое предлагать? Ни за что... — я отказывался верить, что он мог выдать подобную идею. — Я не согласен. Хочешь стать монстром — становись сам!
Я почувствовал легкую злость, но злиться по-настоящему не получалось: он был прав. Чтобы гарантированно и безопасно выжить, стать монстром в этом раунде — лучший выбор.
— Ха-ха-ха-ха... — он вдруг рассмеялся. — Я и знал, что вы не захотите.
Холод на его лице мгновенно сменился мягкостью.
— Ты меня проверял? — я зыркнул на него.
— О нет, это мои самые искренние мысли, — улыбнувшись, он замахал руками. — Для меня важнее всего, чтобы мы оба остались в живых, просто убивать мне тоже не улыбается.
— Тогда зачем становиться монстром? К тому же, если он снова решит крутить бутылочку, чтобы поделить команды, что ты будешь делать? — я уже переставал понимать, о чем он думает.
— Быть монстром вовсе не обязательно значит убивать, — он продолжал улыбаться. — Что же до распределения ролей, он обязательно спросит, есть ли добровольцы. Вы видели, как он кланялся телу Армстронга? Он явно лицемер и омерзительный тип. В этой игре он целиком наслаждается нашими страданиями, и с его характером в следующем раунде отбора он непременно с усмешкой глянет на сегодняшнюю тройку и бросит: „Есть желающие добровольно стать монстрами?“
— В твоих словах есть смысл, я уже представляю эту противную рожу. Но скажи... то, что монстрам не обязательно убивать — это правда?
Признаться, людей Ли Чэ оценивать умел метко.
— Конечно правда, хотя ручаться на сто процентов не могу, шансов где-то сорок из ста, — он глянул на меня, а затем перевел взгляд на стену у самой двери. Окон там не было, но я понял, что он смотрит наружу. — Господин Артур, вы ведь тоже заметили, что монстры не нападают друг на друга?
Я кивнул.
— Вы помните, как те трое превращались в монстров? На это требуется время, и лишь когда они полностью обращаются, Лунный Бог надевает на них цепи.
— Неужели... ты хочешь... — я проследил за его взглядом к той самой стене.
— Верно, вы все-таки умный человек, — уголки его губ слегка приподнялись. — Мы заранее приоткроем дверь, а затем во время превращения изо всех сил рванем наружу.
План и впрямь был безумным.
— Даже если не удастся выбежать наружу, нужно постараться добежать до комнаты, а потом попросить остальных захлопнуть дверь и забаррикадировать нас внутри.
— А если времени не хватит, можно еще немного сдвинуть стол к выходу, верно? — подхватил я его мысль. — Когда Лунный Бог придет, он сядет на свое место, а значит, расстояние, которое нам придется бежать, сократится.
— Отлично, господин Артур, — он пару раз хлопнул в ладоши.
— Но ведь весь твой план строится на том, что он предложит нам стать монстрами добровольно, и... — я вздохнул. — С чего ты взял, что когда мы побежим наружу или обратно в комнату, Лунный Бог не вмешается и не вернет нас назад?
— Вот почему я и говорю, что шансов всего сорок процентов. Судя по нашему опыту, ему не слишком нравится лично вмешиваться в игру. И вдобавок, чтобы повысить шансы на успех... — он сделал паузу. — Вы готовы довериться остальным?
— Остальным?
— Мы можем рассказать об этом плане всем. Независимо от того, кто станет монстром, пусть поступают так же. В худшем случае, если Лунный Бог не станет вмешиваться, мы все выживем. А если вмешается — что ж, значит, так тому и быть.
— Тогда давай расскажем им всем, — я кивнул и уже собирался распахнуть дверь, как вдруг снаружи послышался легкий шорох.
Я поспешно толкнул створку, но за дверью никого не было.
Наверное, мои нервы просто на пределе.
Мы с Ли Чэ вышли наружу. Остальные по-прежнему молча сидели за обеденным столом.
— Ребята, у нас с Ли Чэ есть план...
Я пересказал все от начала до конца.
Кристина нахмурилась:
— Вы подумали о том, что за дверью полно монстров? Если вы выбежите, но еще не превратитесь в чудовищ или игра закончится раньше, а когда Лунный Бог вернет вам человеческий облик, вы не сможете войти — что тогда? К тому же подобное нарушение правил вызовет немедленное вмешательство. Я не согласна.
Она покачала головой.
— Я согласна, — Сиринь поднялась на ноги. — Вы хотите после превращения в монстров убивать и пожирать людей? Я не хочу, чтобы кто-то еще погиб. Пусть шанс всего один из десяти, я хочу попробовать, я не хочу...
Слова утонули в слезах, которые водопадом хлынули из ее глаз.
Норман мягко похлопал ее по плечу и налил ей бокал красного вина.
— Я тоже согласен, — промолвил Норман, глядя на тело Армстронга, уже накрытое белой скатертью. — Дамы и господа, мы люди. Но если мы превратимся в монстров и будем выживать с руками по локоть в крови, есть ли в этом вообще смысл?
— Я против, — подал голос всегда молчаливый Гейдж. — Я намерен победить, стать преемником Лунного Бога и тогда...
Он не договорил, но я примерно понял, к чему он клонил. Как и говорил Лунный Бог, он хотел занять место хозяина этого места и вернуть свою жену.
— Я согласна... — раздался за моей спиной робкий голос Хилла.
— И я согласен, — Дэлайр казался невероятно изможденным, от его прежней расслабленности и невозмутимости не осталось и следа. Теперь глаза его потухли, взгляд блуждал, и у него больше не было сил ни есть, ни пить, ни шутить.
— Мое мнение ведь уже ничего не изменит? — поразмыслив немного, наконец произнес Коливин. — Сейчас счет пять против двух. Но, к сожалению, в таких делах меньшинство не подчиняется большинству. Хотите — делайте, я в этом не участвую.
После этих слов Кристина и Гейдж молча кивнули.
— Тогда... не окажете нам маленькую услугу? — Ли Чэ подмигнул Коливину.
— Слушаю.
— Помогите нам сдвинуть стол и все стулья поближе к выходу. Спасибо всем.
Ли Чэ отвесил присутствующим поклон.
— Хорошо, — бросил Коливин и поднялся.
...
Когда я снова открыл глаза, моим взорам предстали лица Сиринь и остальных.
— Получилось? — мой голос прозвучал ужасно хрипло, горло саднило, а во всем теле ощущалась такая боль, будто меня искромсали ножами.
Сиринь со слезами на глазах кивнула:
— Благодаря вам все живы и невредимы. Когда вы выскочили наружу, Лунный Бог лишь громко рассмеялся, бросил нам алмазы на долю каждого и ушел.
— Игра в догонялки окончена... — голос Ли Чэ был столь же хриплым.
— Похоже на то, — бесстрастно кивнул Коливин.
— Спасибо вам, — Норман подошел ближе и поклонился нам.
— Как мы вообще ворвались обратно? — спросил Дэлайр.
— После отсчета Лунного Бога вы еще не успели полностью перекинуться обратно, как дядя Гейдж распахнул дверь и затащил вас внутрь, — ответила Хилл.
Гейдж в этот момент молча прислонился к стене. Сначала он смотрел в нашу сторону, но, услышав, как Хилл произнесла его имя, тут же отвернулся.
— Спасибо тебе, — мы посмотрели на Гейджа. Я допускал, что кто-то попытается нас вытащить, но никак не ожидал, что это будет он.
— Интересно, какая гадость ждет нас в следующем раунде, — Коливин поправил очки, его взгляд был затуманен.

Комментарии

Загрузка...