Вернувшись к толпе учеников, Чжан Лайсань вновь выпрямил спину.
Окинув всех взглядом и убедившись, что те, кому положено, уже расселись по местам, он привел набранную благодаря авторитету Лян Шаохуа стражу, велел им занять лучшие места и раздобыть еды.
После чего вразвалочку подошел к оставшейся толпе простых учеников и процедил сквозь зубы:
─ Запомните правила: сначала едят молодой господин Лян и остальные, а уж потом вы. Ясно?
─ Кто вздумает нарушить порядок – того я, Чжан Лайсань... лично научу уму-разуму!
...
Тьфу ты, да за что ж народу-то столько?
Омывшись с ног до головы, Чжуан Сюнь заглянул в столовую, бегло окинул взглядом зал – свободных мест не наблюдалось, и пробормотал про себя.
Ань Дафу тоже удивился: ─ Странно. Чего это сегодня все так поздно ужинают? Пойду спрошу.
Заприметив знакомого из своего дворика, он быстрой рысью бросился к нему.
Выслушав вернувшегося Ань Дафу, Чжуан Сюнь и остальные наконец прояснили картину происходящего.
─ И академия сидит сложа руки? – недоуменно нахмурился Ли Цзигэн.
─ Да наверняка среди этих зазнаек крутятся потомки старейшин да управляющих, – пожал плечами Ань Дафу. – Хорошо хоть мы додумались сперва в баню сгонять, а то б тоже торчали здесь ни с чем – мало того что время потерял бы, так еще и позорище на всю голову.
Чжан Те скривился: ─ Тьфу, и ни у одного не нашлось хребта! Струсили до дрожи. Будь я один – сам бы бросился и втащил этому ублюдку Чжан Лайсаню!
Правда что ли? – с сомнением покосился на него Ань Дафу.
─ Слышь, Дафу, ты на что намекаешь? Нашелся бы тот, кто пошел впереди, я б первый за ним рванул!
─ Да ладно тебе, не кипятись, не кипятись, – примирительно заулыбался Ань Дафу, успокаивая разгоряченного Чжан Те.
─ Тц, ну как вам, Пиншэн, Цзигэн? – ища поддержки, Чжан Те перевел взгляд на остальных.
─ Ага, – неопределенно хмыкнул Чжуан Сюнь, чувствуя, как внутри закипает злость.
Совсем ошалели эти кретины, возомнили себя небожителями?
Не будь он занят в другом месте, непременно притащил бы сюда Бай Юйцзина и устроил им сладкую жизнь.
...
На следующий день в полдень Чжан Лайсань превзошел сам себя – он перекрыл саму дверь в столовую.
Изнуренные утренней тренировкой, голодные и уставшие ученики вынуждены были жариться под палящим солнцем прямо перед входом, и их недовольство кипело куда сильнее, чем накануне.
Один из учеников со зрелой внешностью с трудом сдерживал гнев:
─ Чжан Лайсань! Вчера мы стерпели, что ты не пускал нас на раздачу, но сегодня ты не даешь даже войти внутрь – не находишь, что это уже чересчур?
Чжан Лайсань презрительно хохотнул:
─ Чересчур? Вы, голодранцы, до сих пор не усвоили свое место? Возомнили, раз переступили порог академии, будто сравнялись с молодым господином Ляном? Куда вам до них за одним столом сидеть.
─ Вчерашний допуск был милостью со стороны молодого господина Ляна, а нынче никакой милости не будет – извольте подождать на улице!
─ Пока молодой господин Лян и остальные не закончат трапезу, носа сюда не кажете.
─ И сколько же это продлится?! – взревела толпа возмущенных учеников.
─ Что, не согласны? А ну, выйди тот, кто смел вякнуть!
─ Ты недоволен? Или ты? А может, ты?.. Ась? Разве не несогласные тут собрались? Выходите же! Смеете возражать?
─ Ха, сброд низкородный, а туда же – пасть разевают. Да вам радоваться должно, что вам вообще разрешают есть, и кланяться за мою доброту!
Наслаждаясь видом перекошенных от бессильной ярости лиц, которые боялись вымолвить слово, Чжан Лайсань просто упивался собственным величием.
Вытянув шею и брезгливо оскалившись, он дерзко прошелся взглядом по каждому.
─ Чего уставился? Новенький, ты тоже не... –
Внезапно его взгляд зацепился за холодную, отрешенную фигуру, сошедшую словно с небесной картины, маячившую за спинами остальных, и выражение его лица мгновенно застыло.
─ Ст-старший... старший брат Бай-й-й! –
От страха Чжан Лайсань едва не наложил в штаны и кубарем скатился со ступенек.
─ Дорогу! Расступитесь! – распихивая учеников, он подлетел к Бай Юйцзину и, дрожа всем телом, выжал из себя раболепную улыбку: – Старший брат Бай, вы пожаловали? Молодой господин Лян и остальные как раз вас ждут...
─ Тьфу! Ах...! –
Чжуан Сюнь неспешно убрал ногу, оставив лежать бездыханного, воющего от боли Чжан Лайсаня, и шагнул прямо в образовавшийся в толпе живой коридор.
Заблокированные у входа ученики содрогались от ужаса при виде поверженного мерзавца и бежали врассыпную, едва завидев приближение Бай Юйцзина.
Добравшись до дверей столовой, Чжуан Сюнь внезапно остановился, бросил взгляд через плечо на замерших учеников и бросил небрежно:
─ Чего встали?
«Если вы не зайдете, как я заставлю Янь Пиншэна войти и поесть...» – мысленно добавил он.
Ученики сперва остолбенели, а затем разразились восторженными криками.
─ Да здравствует старший брат Бай!
Гурьбой они повалили в столовую вслед за своей путеводной звездой.
─ Кто им позволил входить?.. – уже начал было хмуриться один из трапезничавших внутри аристократов, но, завидев впереди фигуру Бай Юйцзина, моментом разгладил брови, прояснил взгляд и глубоко вогнал подбородок в грудь, опасаясь, как бы грозный старший брат не запомнил его лицо.
«Этот идиот Чжан Лайсань клялся, что Бай Юйцзин уже пообедал и ушел!» – мысленно взбеленился Лян Шаохуа.
Глубоко вздохнув, он поднялся, расправил складки на одежде и с натянутой улыбкой двинулся навстречу Бай Юйцзину.
─ Старший брат Бай... –
Стоило ему встретиться взглядом с ледяными глазами Бай Юйцзина, как в голове у него мгновенно посветлело, заготовленная речь вылетела из памяти начисто. Осталось лишь одно воспоминание: когда прошел слух, что в начале следующего месяца Бай Юйцзин станет главой учеников Военной академии Вансин, глава клана лично наказывал поддерживать с ним хорошие отношения, а если не выйдет – по крайней мере, не переходить дорогу.
Пропал, пропал... – Лян Шаохуа покрылся холодным потом, дрожь пробивала его от макушки до пят.
Поразглядывав Лян Шаохуа пару мгновений и решив, что давление выдалось на славу, Чжуан Сюнь процедил: ─ Не желаю больше видеть подобного. Ясно?
─ Ясно, – Лян Шаохуа опустил голову так низко, что нос почти касался груди, не смея поднять взгляд.
─ Проваливай.
Услышав это, Лян Шаохуа почувствовал себя так, будто с его плеч свалилась гора, и только сейчас заметил, что нижнее платье насквозь пропиталось липким потом.
Кое-как волоча ноги, он вернулся на свое место.
Тот самый бравый парень, сидевший рядом вчера, тут же придвинулся ближе и вполголоса осведомился: ─ Ну как? Старший брат Бай ничего такого не сказал?
Лян Шаохуа отправил в рот кусок еды и небрежно бросил: ─ Ничего особенного. Просто посоветовал впредь так не делать. Наверное, проявил уважение к моему клану Лян.
Судя по мелкому дрожанию его пальцев, остальные моментально сообразили, что правда была совсем не столь безобидной.
К тому же Бай Юйцзин являлся безальтернативным кандидатом в главы учеников Военной академии Вансин. Рано или поздно он наверняка займет пост ректора – с какой стати ему оглядываться на клан Лян?
Скорее уж клану Лян приходилось оглядываться на него.
В Цзэчуане правили две силы: Военная академия Вансин и резиденция городского главы, и лишь затем шла семерка великих кланов.
Чистая, изнеженная красотка-девица испуганно пролепетала: ─ Скажи, а старший брат Бай не упоминал меня?
─ Не знает ли он, что я тут была?
Увидев ее перепуганное лицо, Лян Шаохуа почувствовал странное раздражение и брякнул наугад: ─ Сестрица Юнь, не тешь себя надеждами. Ты же оба дня отиралась со мной, стоило старшему брату Баю спросить, и всплыло бы твое имя.
─ Ой?! – в панике вскочила Лю Юнь. – Что же делать?! Вдруг старший брат Бай неправильно меня поймет, вдруг возненавидит меня?.. –
Ее воображение рисовало всё более страшные картины, пока она не перевела стрелки на самого Лян Шаохуа: ─ Во всем виноват ты! Я же говорила тысячу раз не затевать эту дрянь, а ты настоял! Живо пошли со мной к старшему брату Баю – будем на коленях вымаливать прощение!
Хрясь.
Палочки для еды выскользнули из ослабевших пальцев Лян Шаохуа и со стуком упали на пол. ─ Сестрица Юнь... ты!..

Комментарии

Загрузка...