Шэнь Цяньси произнесла эти слова с совершенно невозмутимым видом.
Но от них воздух в больничной палате буквально застыл.
Ши Ее приподнял веки и холодным взглядом посмотрел на Су Вэйвань.
Лэн Яньцы отвернулся, и его косой взгляд, брошенный на Су Вэйвань, был полон отчуждения.
— Ваньвань? — Вэньжэнь Че слегка удивился, после чего нахмурился, выражая крайнее замешательство.
Лицо Су Вэйвань застыло.
В следующее мгновение на её лице одновременно отразились гнев и обида, и она с неверием в голосе спросила: — Шэнь Цяньси, что ты хочешь этим сказать? Ты подозреваешь меня? Я пришла навестить тебя из лучших побуждений, как ты можешь так меня оклеветать?
Шэнь Цяньси склонила голову набок и с озадаченным видом парировала: — Мисс Су, я просто вспомнила одну классическую фразу, я же не говорила, что это ты. Почему ты примерила её на себя, а теперь ещё и допытываешься у меня ответа? Ты занервничала или испугалась?
Су Вэйвань опешила, её руки, опущенные вдоль тела, судорожно сжались в кулаки.
Она закусила губу и заговорила так, будто оправдывается после несправедливых обвинений: — Я только пришла, а ты вместо любых других слов произносишь именно эту фразу — любой на моём месте подумал бы, что ты говоришь обо мне!
Не желая сдаваться, она указала на Чу Цинъюй и спросила Шэнь Цяньси: — А она? Она ведь тоже пришла, почему ты не сказала такого ей?
Чу Цинъюй закатила глаза: — Су Вэйвань, не думай, что раз ты учишься в классе А, то можешь втягивать меня в свои грязные игры. Какое мне до этого дело?
Шэнь Цяньси развела руками и пожала плечами: — Потому что у Чу Цинъюй характер истинной королевы. У неё есть собственная гордость: если она встречает соперницу, то говорит ей всё прямо в лицо или использует деньги для честной сделки. Она не способна на подобные подлые и грязные штучки.
Чу Цинъюй бросила на неё беглый взгляд и легко фыркнула: — Считай, что у тебя есть глаз-алмаз.
— Так ты и впрямь думаешь, что я способна на такое? — глаза Су Вэйвань тут же покраснели, и по её щекам градом покатились слёзы.
Она посмотрела на остальных парней в комнате.
— А-Е, почему ты смотришь на меня таким взглядом? Ты тоже считаешь, что это моих рук дело? — всхлипывая, Су Вэйвань перевела взгляд на двух других молодых господ. — А-Цы, А-Че, а вы? Вы тоже меня подозреваете? Сколько лет мы знакомы? Вы же знаете, что я никогда никому не причиняла вреда!
— Как вы можете так меня клеветать...
Слёзы Су Вэйвань капля за каплей падали вниз, она плакала так жалобно и красиво, что у любого дрогнуло бы сердце.
Ши Ее и Лэн Яньцы молча смотрели на Су Вэйвань, их взгляды были скрытными и нечитаемыми.
Вэньжэнь Че поскрёб в затылке, выглядя крайне озабоченным: — Эх, Ваньвань, не плачь. Просто... всё это выглядит слишком подозрительно. Когда я учил Цяньси ездить верхом, всё было в полном порядке. Но стоило тебе увести меня, как у Цяньси тут же случилась беда.
— Н-но... разве не потому, что... — Су Вэйвань, убитая горем и незаслуженно обиженная, захлёбывалась слезами. — Разве не она сама сменила лошадь? Она ведь прекрасно знала, что она новичок, но всё равно поменяла коня. Разве это я заставила её сделать? Почему вы все меня обвиняете?
Су Вэйвань снова закусила губу и, глядя на Ши Ее сквозь пелену слёз, прошептала: — А-Е, неужели тебе в голову не приходило, что она использует трюк с причинением вреда себе, чтобы намеренно вызвать у вас жалость и подобраться к вам поближе?
— Едва ли, — Шэнь Цяньси изобразила крайнее недоумение. — Человек, с детства имеющий доступ к элитным ресурсам образования, как он может нести такую глупость? Неужели в извилинах твоего мозга плещется мочевина?
— Что? Как ты смеешь меня оскорблять? — сквозь слёзы возмутилась Су Вэйвань, гневно глядя на Шэнь Цяньси.
— В той ситуации, если бы я рухнула с лошади, я бы в худшем случае погибла, а в лучшем — осталась калекой. Разве у меня остался бы шанс кого-то охмурять? — Шэнь Цяньси искренне не понимала. — Ты обладаешь высшими ресурсами и безграничными возможностями, но вместо того, чтобы становиться лучше самой, ты только и думаешь о том, какими методами другие станут отнимать у тебя мужчин?
— А сама-то ты не такая? — Су Вэйвань уже не удавалось сохранять образ мягкой и нежной девушки, и она перешла с Шэнь Цяньси на открытую конфронтацию. — Какая-то девчонка из класса D всерьёз возомнила, будто раз уж учится в том же колледже, то имеет право сидеть наравне с учениками класса А? Это ты та, кто совсем не учится!
Шэнь Цяньси кивнула: — А, да-да-да.
— Ты... — Су Вэйвань лишилась дар речи от гнева.
Эти четыре простые слова резали слух хлеще ножа, в них сквозило такое абсолютное презрение, что она была готова взорваться от злости.
До чего же мерзкая эта Шэнь Цяньси!
— Заткнись, — взгляд Ши Ее сделался ледяным и свирепым, он упорно смотрел прямо на Су Вэйвань. — Проваливай.
Чем спокойнее звучал его голос, тем явственнее чувствовалось затишье перед бурей.
Опасная аура, исходившая от него, заставила атмосферу во всей палате опасть до предела.
Лицо Су Вэйвань побледнело, а слёзы снова заструились по щекам.
— Хорошо. Ради какой-то девчонки, которую ты знаешь всего ничего, ты вот так меня оклевываешь, — с болью в голосе произнесла Су Вэйвань, глядя на него. — А-Е, если в конце концов выяснится, что это сделала не я, заставишь ли ты её извиниться передо мной? Испытаешь ли ты хоть капельку вины?
Сразу после этих слов Су Вэйвань в палату вошёл мужчина в строгом деловом костюме.
— Молодой господин, — подойдя к Ши Ее, он понизил голос: — Всё проверено. Всех причастных уже привели, как с ними поступить?
— Введите их, — Ши Ее сидел в кресле, погруженный в тень, которая скрывала его выражение лица.
Когда он действительно гневался, голос его звучал подчеркнуто ровно, однако каждое слово словно было выточено из льда — от этого кровь стыла в жилах, напоминая судью из самых темных глубин ночи.
В палате воцарилась тишина, все взгляды устремились к двери.
Внутрь втолкнули нескольких учеников, а снаружи дежурили с десяток профессиональных телохранителей семьи Ши.
— Молодой господин, мы осмотрели ту взбесившуюся лошадь, в её организме обнаружен нейротоксин, нарушающий работу нервной системы. Мы также проверили записи с камер наблюдения и допросили этих учеников, чьё поведение показалось нам подозрительным.
Мужчина почтительно докладывал, стоя подле Ши Ее.
А среди тех самых подозрительных учащихся находились те самые заводилы, что задирали Шэнь Цяньси на ипподроме.
Среди них были как ученики из класса А, так и из класса D.
Вэньжэнь Че нетерпеливо выпалил: — А Ваньвань? Что насчёт неё? Она замешана в этом деле?
— Мисс Су? — мужчина на мгновение растерялся, но всё же ответил с полной серьезностью: — Согласно результатам нашего расследования, мисс Су не имеет к этому абсолютно никакого отношения. Мы не обнаружили никаких улик или зацепок, связывающих её с данным инцидентом.
Услышав это, Су Вэйвань снова залилась слезами.
На этот раз она не шумела и не спорила.
Она выглядела так, будто на неё обрушилось невыносимое горе: она горько плакала, вздрагивая всем телом, и непрерывно утирала слёзы.
Ши Ее холодно усмехнулся: — Хм, неужели.
Никто из присутствующих не мог угадать, что творится в голове у молодого господина.
То ли он поверил, то ли нет, а может, вообще не принял всё это всерьез.
Однако внимание Шэнь Цяньси было приковано вовсе не к Су Вэйвань.
С того самого момента, как в палату завели тех учеников, что пытались её подставить, её взгляд зацепился за паренька, который передал ей ту лошадь.
Он учился в классе D, в одном с ней потоке.
— Ты мой одноклассник, но я не помню, чтобы когда-либо обижала тебя. С самого начала учебного года и вплоть до сегодняшнего дня я даже словом с тобой не перекинулась. Зачем ты попытался меня подставить?
Шэнь Цяньси смотрела на этого юношу с абсолютным непониманием.
На душе у неё было паршиво.
Ведь никому не хочется, чтобы его ненавидели просто так, верно?

Комментарии

Загрузка...