Шэнь Цяньси всё ещё пыталась сопротивляться.
Легкие поглаживания по коже, властное и сильное доминирование, а также задетые уязвимые места — всё это со всех сторон атаковало защиту Шэнь Цяньси.
— У-у-у... Трое молодых господ, отпустите меня, я действительно могу сама намазать мазь, — молила о пощаде Шэнь Цяньси.
Ей было так страшно щекотно.
От ощущения мягкости по всему телу ей было одновременно не по себе и стыдно.
Трое молодых господ остались непреклонны.
Дверь палаты снова открылась.
Вновь появилась Чу Цинъюй.
— Ши-шао, хотя ты мне и нравишься, но я всё же должна тебе сказать: она хочет сама нанести мазь, а ты пользуешься ее беспомощным положением и издеваешься над ней. Разве это дело? — Чу Цинъюй откинула длинные волосы и, скрестив руки на груди, подошла ближе.
Затем она посмотрела на Лэн Яньцы и Вэньжэнь Че: — Молодой господин Лэн, молодой господин Вэньжэнь, почему вы тоже потакаете выходкам Ши-шао? Профессиональные дела всё же стоит доверять профессионалам. Что, если из-за вашего неумения вы снова раните Шэнь Цяньси? Как вы считаете?
Шэнь Цяньси едва не расплакалась от умиления: — У-у-у... Одноклассница Чу Цинъюй...
Чу Цинъюй закатила глаза: — Хватит смотреть на меня таким щенячьим взглядом. Даже если ты каешься такой милой и очаровательной, на меня этот трюк не подействует.
— Какая еще одноклассница? Звучит ужасно, — она легко кашлянула. — Называй меня королевой.
— Королева Чу Цинъюй! — Шэнь Цяньси тут же покладисто согласилась.
Оказывается, Чу Цинъюй любит такое!
Надо срочно записать в блокнотик.
В критический момент это может спасти жизнь!
Ши Ее неторопливо опустил стройные ноги Шэнь Цяньси.
Он поднялся на ноги, уголки его губ тронула беспечная улыбка, но во взгляде таилась мрачная свирепость. Искоса глядя на Чу Цинъюй, он произнес: — Какое тебе до этого дело? Проваливай.
Шэнь Цяньси тут же заступилась за Чу Цинъюй: — Ши-шао, она... она моя подруга! Ты не можешь прогнать мою подругу.
— Хм, о себе возомнила. С чего это я согласилась быть твоей подругой? — Чу Цинъюй гордо фыркнула и с видимым трудом произнесла: — Ради твоего ранения так уж и быть, побуду твоей подругой на один раз.
Шэнь Цяньси почувствовала себя совершенно беспомощной: — Тогда... спасибо тебе.
Теперь она раскусила характер Чу Цинъюй.
Гордой избалованной аристократки с твердым языком и мягким сердцем.
Ши Ее лениво откинулся назад на соседнем диване, небрежно закинув руку на подлокотник.
Наконец он смягчился и кивнул Чу Цинъюй: — Раз уж Цяньси сама заступилась, так и быть, разрешаю тебе остаться.
Поза молодого господина высшего круга проявилась во всей красе.
Лэн Яньцы стоял у окна, засунув одну руку в карман брюк, вернув свой привычный отчужденный и холодный вид.
Вэньжэнь Че прилип к больничной койке Шэнь Цяньси, неотступно следуя за ней.
Шэнь Цяньси наконец с облегчением выдохнула: она наконец-то вырвалась из лап демонов.
Любопытно поинтересовалась она: — Чу Цинъюй, ты пришла сюда специально ради меня?
— Ещё бы. Проверю, не обезобразило ли тебя, чтобы минус одна соперница в любви, — бросила Чу Цинъюй и швырнула на кровать Шэнь Цяньси фирменный бумажный пакет.
— Что это? Ай... — Шэнь Цяньси попыталась протянуть руку, чтобы открыть его, но запястья были стерты веревками, и любое движение отдавалось болью.
— А еще ученица класса Д, а капризнее меня, — с брезгливым видом произнесла Чу Цинъюй и ловко раскрыла пакет. — Я сама.
Она достала оттуда вещь.
Это было свободное платье сладкого и стильного фасона, выполненное из комфортной ткани с безупречной тонкой отделкой.
— Ого, какое красивое платье, — Шэнь Цяньси влюбилась в него с первого взгляда.
— Дарю тебе, — с надменным видом произнесла Чу Цинъюй, снова откинув длинные волосы. — Новое, я его не носила. Просто не люблю платья в таком приторно-сладком стиле, они не подходят к моему темпераменту.
— Спасибо тебе. Но почему ты вдруг решила подарить мне одежду?
— Считаю твой вкус отвратительным, а одежду, что ты обычно носишь, слишком уродливой — глаза режет.
— Правда? — Шэнь Цяньси вовсе не рассердилась.
Она склонила голову набок, задумчиво вглядываясь в выражение лица Чу Цинъюй.
Внезапно Шэнь Цяньси улыбнулась, ее глаза изогнулись полумесяцами.
Чу Цинъюй от такого взгляда стало неуютно во всем теле, и она закатила глаза: — Ты чего улыбаешься? Совсем дурочка?
— Цинъюй, на самом деле ты... узнав о моем ранении, тут же приготовила платье и примчалась сюда? Ты испугалась, что моя прежняя одежда и брюки будут давить на раны на теле? Поэтому ты специально выбрала такое свободное платье без пояса, чтобы максимально избежать соприкосновения с моими травмами, верно?
Чу Цинъюй: — ...
Шэнь Цяньси лучезарно и искренне улыбнулась ей: — Цинъюй, ты оказалась намного добрее, заботливее и внимательнее, чем я думала. Огромное тебе спасибо.
Чу Цинъюй фыркнула и закатила глаза: — Перестань нести эту тошнотворную чушь.
Шэнь Цяньси моргнула: — Цинъюй, могу я попросить тебя об одном одолжении?
Раздраженным тоном бросила Чу Цинъюй: — Говори.
— Мне сейчас не очень удобно, ты не могла бы помочь мне переодеться?
— Заставить меня, молодую госпожу, переодевать тебя? Ты шутишь? — Чу Цинъюй указала на троих парней. — Я тебе не они трое, чтобы вокруг тебя прислуживать?
Трое молодых господ: «?»
Шэнь Цяньси устремила на нее полный ожиданий взгляд: — Королева Чу Цинъюй, будь так добра, выручай.
Чу Цинъюй: — ...
— Тц, — она откинула прядь волос и легко кашлянула. — Если сделаю больно — я не виновата.
Троих молодых господ снова выставили за дверь.
Они ждали снаружи.
Только что, переживая за Шэнь Цяньси, они были полностью сосредоточены на обработке ее ран.
Теперь же, оставшись без дела и вспоминая только что увиденную картину...
У всех троих были совершенно разные лица.
Адамово яблоко Ши Ее дернулось, он потянул за воротник; Лэн Яньцы опустил взгляд, пряча эмоции; Вэньжэнь Че облизывал губы, выглядя донельзя голодным.
— Вы что, все здесь с ума соходите от жары? Почему у всех уши раскраснелись? — мимо проходил школьный врач Ли, подняв голову на систему климат-контроля. — Вроде бы исправна.
Получив в ответ три предупреждающих, полных опасности взгляда, школьный врач Ли тут же испарился.
Помогла Шэнь Цяньси переодеться в платье, Чу Цинъюй открыла дверь палаты.
Места, куда нанесли мазь, были аккуратно замотаны марлевыми повязками.
Мягкие волосы Шэнь Цяньси послушно спадали на плечи.
Длинное платье в нежном стиле подчеркивало ее прелесть, делая чистой и невинной на вид.
Чу Цинъюй любовалась плодами собственного труда: — Мой вкус в подборе одежды и правда безупречен.
Шэнь Цяньси рассыпалась в похвалах: — Королева Чу Цинъюй просто невероятна!
— То-то же, — Чу Цинъюй от похвалы едва не задрала нос кверху.
Трое молодых господ тоже вернулись в палату.
Их взгляды были прикованы исключительно к Шэнь Цяньси.
— Цяньси, — Ши Ее подошел к ней, коснулся пальцами ее щеки и слегка приподнял ее подбородок.
Опустив взгляд, он заглянул ей в глаза: — Расследование уже идет.
Под внешне спокойной поверхностью бушевали скрытые течения.
Это было предельное подавление сдерживаемой ярости, готовой вырваться наружу смертоносной жаждой убийства.
Он никому не позволит уйти безнаказанным за причиненную Цяньси боль.
В коридоре послышался быстрый топот шагов.
— Шэнь Цяньси, как ты себя чувствуешь? — в дверях палаты появилась Су Вэйвань.
Из-за слишком быстрого бега она тяжело дышала, а на лице читались беспокойство и тревога.
— А-Е, А-Цы, А-Че, вы тоже здесь, — Су Вэйвань перевела дыхание, чувствуя себя гораздо спокойнее. — Раз вы рядом с ней, с ней, должно быть, всё в порядке.
Она подошла к кровати и участливо спросила: — Шэнь Цяньси, как ты сейчас себя чувствуешь? Если чувствуешь хоть малейший дискомфорт, обязательно скажи об этом.
Шэнь Цяньси спокойно посмотрела на Су Вэйвань.
Уголки ее губ изогнулись в улыбке: — И правда.
Су Вэйвань растерянно моргнула: — Что?
Шэнь Цяньси: — Преступник всегда возвращается на место преступления к своей жертве.

Комментарии

Загрузка...