Хозяина мастерской напугал этот почти жуткий, ледяной взгляд Ян Цзяня.
Но вскоре он, храбрясь только на словах, оттолкнул Ян Цзяня и заорал: — Чего? Ты ещё и драться вздумал? Хочешь — прямо сейчас полицию вызову. Я вижу, ты вор. Ко мне краденое принёс, не вышло — так ещё и драться? Не хочешь неприятностей — забирай свой хлам и катись, не то упеку в тюрьму. Думаешь, я тебя испугался?
— Эй, народ, смотрите все! Этот тип принёс мне краденое, вызывайте полицию, пусть его заберут!
Мало того что хотел надуть Ян Цзяня с телефонами — ещё и обвинить его же во всём.
Люди рядом, услышав крик хозяина, обернулись в их сторону.
Тут Ян Цзянь окончательно понял, до чего же злобен этот прохвост.
— Хозяин, раз уж ты сам нарываешься — не пеняй на мою жестокость. Тебе так нравятся телефоны? Тогда я подарю тебе ещё один.
На его губах мелькнула холодная усмешка.
Не говоря ни слова, он схватил телефон и замахнулся им на голову торговца. Из его ладони сочился слабый красный свет, а на тыльной стороне руки тут же открылся глаз.
— Шлёп!
Ян Цзянь хлопнул торговца по макушке, но когда убрал руку, телефон, только что зажатый в ней, уже исчез.
— Ты правда драться?! Сейчас же вызову полицию, погоди, трус, не убегай! — взбеленился торговец и схватился за телефон, собираясь звонить.
Но на душе у него всё же кошки скребли — он тыкал в аппарат, а набрать так и не решался.
Если полиция проверит записи с камер и обнаружит, как он подменил телефоны, то в тюрьму сядет, пожалуй, не этот парень, а он сам.
— Звони, если хочешь, — сказал Ян Цзянь. — Мне как раз тоже надо позвонить.
С этими словами он взял телефон и набрал номер.
Вскоре линия соединилась.
— Лянлян, лунный свет, тоска по тебе течёт рекой...
Вдруг зазвучал рингтон и разнёсся по всей лавке.
Звук этот раздавался не от Ян Цзяня и не с прилавка, а в... голове у торговца.
— А-а!
Торговец с воплем свалился на пол, всё его тело беспорядочно забилось в судорогах, из носа, рта и глаз хлынула кровь.
В этот миг ему казалось, что голова вот-вот лопнет.
Ян Цзянь быстро сбросил вызов, взял ручку и написал рядом номер счёта: — Тот телефон я оценил в десять тысяч. Через десять минут переведи мне десять тысяч. Не придут деньги — звонок в твоей голове зазвучит снова. Ещё тут мой номер: как захочешь вытащить тот телефон из головы — дай знать.
Договорив, он забрал остальные телефоны, вскинул рюкзак на плечо и вышел из мастерской.
Вздумал меня надуть?
Я заставлю тебя, прохвост, корчиться от боли.
Прошло немало времени после ухода Ян Цзяня, прежде чем хозяин, валявшийся на полу в судорогах и с кровавыми потёками из носа и глаз, с ужасом поднялся на ноги.
Он ощупал голову.
Казалось, внутри появилось что-то лишнее, будто туда силой впихнули посторонний предмет. Голова болела, было невыносимо гадко, так и хотелось вскрыть её и вытащить эту штуку...
Он выглянул на улицу, но того парня с рюкзаком, что сдавал телефоны, уже и след простыл.
На прилавке лежала записка — номер телефона и номер счёта.
Десять тысяч?
Перевести этому человеку десять тысяч в течение десяти минут, иначе звонок в голове снова зазвучит?
Торговец вовсе не горел желанием снова испытать ту дикую боль, от которой голова готова была расколоться. Он поспешно схватил телефон и перевёл десять тысяч на оставленный счёт.
Но в тот момент, когда нужно было нажать «подтвердить», он замешкался.
А вдруг тот человек его обманывает?
Вдруг то, что случилось, — просто совпадение, случайность.
Если так, то, переведя десять тысяч, он сегодня останется в убытке.
Нет, нет, нельзя переводить.
Хозяин глотнул воды, немного передохнул. Хотя в голове всё ещё было мутно и тяжело, будто там что-то застряло, стало заметно лучше, чем раньше.
— Сходи всё-таки в больницу, проверься.
Однако десять минут спустя.
У шагавшего по улице Ян Цзяня на телефоне так и не появилось уведомление о переводе. Он без колебаний набрал номер.
«Ночь Лянлян, и тоска по тебе рекой...»
Телефон зазвонил, и рингтон снова зазвучал в голове того хозяина ломбарда. Вибрация опять причинила ему такую муку, что он повалился на пол, скорчился в судорогах, изо рта пошла пена, а из уголков глаз и из носа потекла кровь.
— А-а-а!
Через десять секунд Ян Цзянь сбросил вызов.
Как ни в чём не бывало он зашагал дальше по улице.
Жизнь этого жулика теперь у него в руках. Вздумал обмануть? Что ж, сыграем не спеша.
На этот раз после звонка не прошло и нескольких минут, как раздался звук зачисления денег на счёт.
Десять тысяч!..
В ту же пору зазвонил другой его телефон.
Едва он ответил, как послышался молящий голос жулика: — Б-братан, отпусти меня, я же перевёл тебе деньги, отпусти!
— Деньги? Какие деньги? Мне ничего не пришло, наверняка не тот счёт указал. Осталось три минуты, потом я тебе ещё разок позвоню. Но на сей раз не десять тысяч, а двадцать. — Ян Цзянь врал с честными глазами и, договорив, сбросил вызов.
Давай, обманывать друг друга!
Жулик, видимо, уже хлебнул мучений — и вскоре перевёл ещё двадцать тысяч.
На телефоне Ян Цзяня снова прозвучало уведомление о переводе.
— Б-братан, на этот раз я трижды сверил счёт, ты получил? — снова позвонил жулик, чуть не плача.
— Получил, — ответил Ян Цзянь. — Эти десять минут я тебе не звоню. Потом позвоню опять, по старой схеме: десять тысяч.
И сбросил вызов.
Что?!
Через десять минут снова звонить?
Ещё один звонок — и ему точно придёт конец.
В ломбарде жулик едва не рыдал от отчаяния, лупил себя по щекам. Чёрт, сам виноват, сам во всём виноват! Знал бы — не польстился на тот телефон. Сколько раз всё обходилось, а тут нарвался на крепкого орешка.
Он снова набрал номер, желая упросить Ян Цзяня отпустить его и уладить это дело.
Но Ян Цзянь не взял трубку.
А этот хозяин ломбарда оказался не из тех, кто сдаётся: он перевёл ещё десять тысяч и позвонил снова — на этот раз дозвонился.
Дорогой звонок.
Десять тысяч за один.
— Братан, отпусти меня, вернись, я же тебе телефон отдам, неужто не отдам? Не мучай меня больше, хватит, я и так уже на четыре куска тебе отстегнул. — Хозяин продолжал умолять.
— Хозяин, что-то ты раньше больно борзый был, — сказал Ян Цзянь. — «В полицию пойду», кричал. Если считаешь, что я тебя вымогаю, беги сейчас в полицию, забирай меня, я тут неподалёку гуляю. И вот ещё что: следующие десять минут — десять тысяч.
Сказав это, он опять сбросил вызов.
Минут через семь-восемь деньги снова пришли на счёт.
Хозяин ломбарда позвонил опять, теперь он рыдал ещё горше: — Братан, умоляю, я на колени встану, поклонюсь тебе в ноги. Ты хороший человек, прости меня в этот раз, я сволочь, не надо было обманывать тебя с телефоном, не надо было так борзеть. Я потом сам в полицию явлюсь, сяду в тюрьму, а? Как тебе?
— Сесть в тюрьму — твоё дело, мне до этого нет дела. Я с тобой просто сделку веду, никто тебя платить не заставляет. И так: следующие десять минут — десять тысяч.
— Но, но у меня на карте денег не осталось, — с отчаянием проговорил хозяин лавки. — Я же уже пятьдесят тысяч перевёл.
— Нет денег — не беда. Я знаю пару сетевых кредитных контор: проценты, конечно, высоковаты, зато выдают быстро и надёжно. Думаю, тебе отлично подойдёт... Если за десять минут деньги не придут — Лянлян тебе в подарок, — сказал Ян Цзянь.
— Да ты, да ты же грабишь! — Голос хозяина уже дрожал.
— Не болтай лишнего, разве грабёж бывает таким неспешным? Всё, у меня на телефоне деньги за разговоры кончаются.
— Ту-ту...

Комментарии

Загрузка...