Нет, не может быть.
Не может этого быть.
Ты что, совсем не проверял чемодан?! Почему ты им абсолютно не пользуешься?!
Задание, которое я откладывал на потом, оправдываясь тем, что слишком занят адаптацией.
Я резко поднялся с места и вытащил чемодан, задвинутый в самый угол под кроватью.
Перед поступлением на работу я наведался в дом «здешнего меня», адрес которого был указан в документах.
В том доме не было никакой мебели, лишь одиноко стоял этот чемодан.
Тогда я был в замешательстве, но решил особо не вдаваться в подробности, посчитав, что это вещи, заранее собранные КОР.
«Но ведь перед тем, как заселиться в общежитие, чемодан точно досматривали... Неужели в нём скрывалось что-то ещё?»
Я спешно распахнул чемодан.
«Когда я бегло проверял его в прошлый раз, там точно не было ничего особенного».
Предметы первой необходимости, одежда, канцелярские принадлежности, всякий хлам.
Однако среди всего этого в глаза бросилась одна вещь, абсолютно выбивавшаяся из повседневного быта.
Белый носовой платок, в который была завёрнута дорогая шариковая ручка.
И главной деталью здесь была вовсе не ручка.
— ... Ха-а. Я сейчас сойду с ума, честное слово.
Швырнув ручку на пол, я развернул платок.
Хоть бы не это. Пожалуйста, пусть это окажется не тем, о чём я думаю.
Я прямо-таки слышал, как рушится созданная мною легенда.
Сжав платок обеими руками и крепко зажмурившись, я...
Хлоп, хлоп, хлоп!
Ровно на третий раз сильно встряхнул его.
И напоследок еще раз, хлоп!
Платок у меня в руках развернулся и превратился в длинное полотно.
Ткань была украшена изысканной, невероятно красивой золотой вышивкой.
Непрозрачная белая ткань в форме вуали, какую надевают для молитвы в церкви, выскользнула из моих пальцев и плавно опустилась на пол.
Прямо по центру алел чёткий красный символ. Грубый и жуткий, будто выведенный кровью.
Я ошеломлённо уставился на это зрелище, и из меня вырвался нервный смешок:
— Ха-ха... Ха-ха-ха-ха!
У меня просто слов не было.
Вуаль, которую в «Ордене Странствующего Света» вручают только послушникам.
То есть...
Я.
Точнее, «я в этом мире»...
Священник религиозного культа.
— Жить не хочется, честное слово.
Первая мысль, вспыхнувшая в голове: если Ли Канхён и Итан узнают об этом, мне конец, пришьют на месте.
Вторая, железобетонная уверенность в том, что всем отношениям, которые я с таким трудом выстраивал в КОР, припадёт полный пиздец.
Телефон снова завибрировал.
Младший! Почему ты не отвечаешь?!
Перед тем как отправить сообщение, мои пальцы мелкой дрожью затряслись.
Интересно, какова привычная манера речи «того меня»? И что они предпримут, если поймут, что я, это не он?
Если разоблачат, я труп. В самом буквальном смысле.
Я пока лишь кандидат в оперативники, поэтому никакой информации добыть не удалось.
Не может быть!
И кто вообще этот человек, отправляющий мне сообщения?
С каким заданием «я» внедрился сюда?
Однако я непрестанно возношу благодарность за прирастающие знания.
Прекрасный настрой! Совсем скоро я подготовлю почву для твоего триумфа!
Подготовит почву?
На финальном испытании ты слишком растерялся!
... Финальное испытание?
А ведь детское кафе было весьма недурным вариантом!
Да и в библиотеке ты не смог сыграть должной роли!
В этот момент мои руки задрожали ещё сильнее.
Неужто это не твоё призвание?
Тут-тук, тук-тук.
Казалось, сердце билось не в груди, а где-то в макушке.
Вовсе нет. Я посчитал, что для оперативника КОР мне следует действовать куда осмотрительнее.
А-а, вот как! Поскольку сам я туда не проникал, отдаю должное твоему выбору!
Я буду чаще выходить на связь.
Замечательно!
Наконец разговор подошёл к концу.
В таком случае доброй ночи!
Да, спасибо.
Отложив телефон, я бессильно обмяк. Опустошённо прислонившись спиной к стене, я крепко сжал зубы.
На краю поля зрения всё ещё белела покрывавшая пол вуаль.
«Чёртов мир».
В итоге в ту ночь я так и не смог нормально поспать.
Сегодня утром, когда я засунул в рот «особо кислую конфету», полученную от Ли Дохви, кончик языка тут же онемел.
Этот дикий раздражитель, даже не сладкий и не кислый, а доставляющий почти физическую боль, впервые за долгое время принёс мне своеобразное удовольствие.
Похоже, только от такой ядрёной штуки я вообще способен чувствовать вкус.
Сегодняшнее задание немного отличалось от привычных.
— В арт-холле нужно просто постоять на страже, верно?
Проще говоря, обычное дежурство.
От долгого стояния наверняка затекли бы ноги, но это в любом случае лучше, чем очередной смертоносный инцидент.
Однако по мере того, как мы ехали в машине, Ли Дохви на соседнем сиденье выглядел всё более странно.
Как бы это сказать... он казался дерганым и тревожным.
— Гидам, ты в порядке?
А теперь опишите ваши чувства, когда этот самый Ли Дохви начинает переживать за вас. (4 балла)
Вообще-то, это я должен спрашивать.
— Ты в последнее время сам не свой. Когда закончим с дежурством, сходи на консультацию. Я тоже собираюсь, пойдём вместе?
Консультация.
Вообще-то она стоит 5000 CP.
Я нищий, мне такие роскошества не по карману.
— Я не про платную, а про бесплатную.
— Раз в два месяца можно пройти бесплатную консультацию, — добавила сидевшая рядом Ким Рина. — Для оперативников КОР положен один бесплатный сеанс раз в два месяца. Но учти, если не используешь, он сгорит, на следующий период не переносится. А та консультация, что за 5000 CP, это уже личная запись. Обычно все ходят по бесплатной программе. Впрочем, компания может и сама увеличить количество сеансов, но если уж работодатель настоятельно рекомендует зачаститься к мозгоправу, значит, дело совсем дрянь.
Программа психологической помощи КОР.
Насколько я помню, для проведения таких сеансов Фонд ESS выделял специальный телефонный аппарат.
Но поскольку в оригинале это описывалось от лица Итана... М-да, а эта штука точно безопасна?
Впрочем, консультация сейчас, дело десятое.
— Старший менеджер?
— А? Не-не, гм, всё в порядке! Я в норме!
Когда я продолжить давить, Ли Дохви не выдержал и махом схавал конфету, которую я ему дал.
— Уэ-э-э-рек!
Но тут же издал дикий звук и выплюнул её обратно на ладонь.
— Э-это что, концентрированный уксус?! Ты меня убить вздумал?! Я, конечно, сильно перед тобой виноват, но...
— Нет-нет! Это... так это кислая конфета?
— У меня аж слёзы из глаз брызнули! Ух, спасибо. Мозги сразу на место встали.
Так мы прибыли в арт-холл.
Выходя из машины, я незаметно кинул взгляд на Ли Канхёна.
В прошлый раз я ослушался его приказа и спас Ли Дохви, но он до сих пор ничего мне не сказал.
Может, его мнение обо мне сменилось на более благосклонное?
И что мне делать теперь?
Когда я только что осознал, что я, чёртов сектант, а Ли Канхён ненавидел культистов больше всего на свете!
При одной мысли о том, что будет, если меня разоблачат, к горлу подступила тошнота.
Уэ-э-э.
Однако работа шла своим чередом, будто мои метания не имели никакого значения.
Всё задание в арт-холле сводилось к тому, чтобы стоять у входа в зрительный зал на первом этаже.
Зрителями в основном были воспитанники детского сада.
Ещё на инструктаже нам сообщили, что сегодня на представление оптом привезут детей из детского сада «Звёздный городок».
К нам лавиной хлынула орава мелких круглоголовых цыплят.
Звенящие ободки, криво завязанные хвостики, нескончаемый шорох пакетиков с чипсами.
В мгновение ока холл ожидания превратился в шумную площадку для детского пикника.
«Милота».
Я невольно перевёл дыхание.
— О-о-о... Какой огромный!
— Настоящий великан!
Двое мальчишек, стоя рядом, указывали пальцами на Ли Канхёна.
Дети один за другим, абсолютно ничего не боясь, начали подходить к нему.
Ли Канхён прогонять их не стал. Напротив, он весьма серьёзно и честно отвечал на каждый их вопрос.
— А это что такое?
— Трогать нельзя.
— Дядя, а почему вы такой высокий?
— Надо хорошо спать.
На его лице не проскользнуло ни единой эмоции, но детям это почему-то нравилось ещё больше.
И вскоре в эту круговерть затянуло и меня.
— Дядя, у вас такие длинные волосы! Почему не стрижётесь?
— Сегодня как раз собирался.
— Дядя, а у вас есть вкусняшки?
— Э-э-эм, конфетку хочешь?
— А я себе чипсы ещё утром купил! Дядя, а у вас мама есть?
— Э-э... а? Есть... Конечно есть.
От простого детского вопроса у меня перехватило дыхание совсем в ином смысле.
Видя, как я завис, словно сломанный робот, Ли Канхён не выдержал, подошёл и увёл детей за собой.
— Дядя, дядя! А правда, что здесь всё превращается во что-то волшебное?
— Это же магия!
Но даже Ли Канхён потерпел поражение и явив редкое выражение замешательства на лице.
А сзади донеслось:
— Пф-ф-ф!
Это был Ли Дохви.
Не в силах сдержать хохот, он прислонился к ближайшей колонне и откровенно ржал.
Ким Рина сначала недоумённо смотрела на него, но затем, увидав меня, попавшего в детское окружение, тоже тихонько прыснула.
— Извините, ради бога, извините!
Подбежавшая воспитательница стала спешно оттаскивать детей по одному и уводить в зал.
Малыши до последнего махали нам ручонками и кричали: «Дядя, пока-а-а!».
... Я чувствовал себя так, будто из меня высосали всю жизнь.
Ощущение крошечных ладошек на моих руках казалось странным и непривычным.
«Совсем скоро я подготовлю почву для твоего триумфа!»
В памяти всплыло то самое сообщение.
«... Господи, пусть у этих сектантов будет хоть какая-то профессиональная этика».
Щёлк.
Двери закрылись.
Стоило детскому гомону затихнуть в глубине зала, как атмосфера вокруг Ли Канхёна мгновенно изменилась.
— Всем заняться своими позициями.
И прямо перед тем, как я собрался уходить:
— Гидам.
Внезапно окликнул меня Ли Канхён.
Слегка повернув голову, я увидел стоящего неподалёку командира.
Выражение его лица было крайне сложным и читалось с трудом.
— Почему вы спасли старшего менеджера Ли Дохви? Или вы и в обычные дни часто думаете о смерти?
— Что?.. Вовсе нет. Я просто подумал, что по возможности стоит спасти обоих.
Ли Канхён долго молчал, а затем произнёс лишь одну многозначительную фразу и удалился:
— В таком случае попытайтесь и в этот раз. Сделайте так, чтобы выжили оба.
Я остался стоять у входа в театр вместе с Ли Дохви.
Я и Ли Дохви стояли у входа, а Ким Рина с Ли Канхёном у выхода.
Косясь вбок, я замечал, как лицо Ли Дохви становится всё мрачнее.
— ... Старший менеджер.
Осторожно окликнув его, я достал конфету в чёрной обёртке, какую давал ему раньше.
Ли Дохви поджал губы и поспешно замахал руками:
— Не буду я это есть. Эта штука создана для покушений.
Его тон звучал шутливо и легко, но кончик голоса дрожал.
— Вы точно в порядке?
Повисла пауза.
Ли Дохви тяжело вздохнул.
— Каждому, кто живет в этом мире, есть о чем пожалеть. Просто... эх, накатило что-то.
Он потрогал пирсинг в ухе.
— Раньше на этом месте был парк аттракционов. Совсем небольшой, эдакий уютный городской парк.
Парк аттракционов, от одних этих слов можно было догадаться, какие воспоминания хранили эти стены.
В месте, где должно жить только счастье.
В этом мире даже единичная ошибка приводит к смерти.
— Да и у кого в нашем мире нет своей истории за плечами?
Он пожал плечами.
— Ты ведь тоже перед тем, как подписать контракт, указал «это»?
Это?
Мозги на мгновение заклинило.
Что за «это»?
— На самом деле именно сегодня исполняется «то самое», ради чего я здесь, — спокойно произнёс Ли Дохви. — Весь день нервничаю. Но мы всё же не чужие люди, так что хотя бы поздравь меня.
Я ляпнул раньше, чем успел подумать:
— Вы собираетесь уволиться?
Ли Дохви замер.
Ровно на одну секунду.
И эта секунда показалась бесконечно длинной.
— Ты чего с таким лицом стоишь?
С каким это «таким» лицом?
— Увольняться я не собираюсь... Просто хочу подать заявление на перевод в Департамент P. У меня условия выполнены раньше срока, так что, думаю, мне пойдут навстречу.
Департамент P. Выполнение условий. Контракт.
«Видишь ли, КОР, в отличие от обычных корпораций, ничего не даёт нам просто так».
В голове прозвучали слова Го Даён.
«Так что хорошенько подумай о том, какова была твоя истинная причина пойти сюда».
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...