Золотая VIP-карта произвела фурор. Больше всех в VIP-кабинете изумились Юаньэр и юная красавица, служившая живой мишенью. Обе они работали в «Небесах на земле» и прекрасно понимали, какой колоссальный вес имеет этот золотой пластик. Девушки мгновенно переменились в лице, и теперь в их глазах читалось глубочайшее почтение к Лу Юю.
Золотая VIP-карта произвела фурор. Больше всех в VIP-кабинете изумились Юаньэр и юная красавица, служившая живой мишенью. Обе они работали в «Небесах на земле» и прекрасно понимали, какой колоссальный вес имеет этот золотой пластик. Девушки мгновенно переменились в лице, и теперь в их глазах читалось глубочайшее почтение к Лу Юю.
Юаньэр, облаченная в элегантный приталенный жакет, почтительно склонилась перед Лу Юем. На ее прелестном личике заиграла чарующая, кокетливая улыбка.
Юаньэр, облаченная в элегантный приталенный жакет, почтительно склонилась перед Лу Юем. На ее прелестном личике заиграла чарующая, кокетливая улыбка.
— Господин, прошу простить мою прежнюю непочтительность, — нежно пропела она, заискивающе заглядывая ему в глаза. — Я и подумать не могла, что вы — обладатель золотой карты нашего клуба!
— Господин, прошу простить мою прежнюю непочтительность, — нежно пропела она, заискивающе заглядывая ему в глаза. — Я и подумать не могла, что вы — обладатель золотой карты нашего клуба!
Лу Юй с детства рос обычным бедняком: ни выдающейся внешности, ни богатой семьи, за душой ни гроша. Прежде не то что писаные красавицы вроде Юаньэр — даже самые заурядные девчонки не удостаивали его и взгляда, общаясь исключительно сквозь зубы.
Лу Юй с детства рос обычным бедняком: ни выдающейся внешности, ни богатой семьи, за душой ни гроша. Прежде не то что писаные красавицы вроде Юаньэр — даже самые заурядные девчонки не удостаивали его и взгляда, общаясь исключительно сквозь зубы.
И вот теперь эта неземная красавица лебезила перед ним, выказывая невероятную покорность. Лу Юй, никогда не знавший подобного обращения, растерялся. Его приятное лицо мгновенно вспыхнуло пунцовым румянцем, а язык словно прилип к гортани.
И вот теперь эта неземная красавица лебезила перед ним, выказывая невероятную покорность. Лу Юй, никогда не знавший подобного обращения, растерялся. Его приятное лицо мгновенно вспыхнуло пунцовым румянцем, а язык словно прилип к гортани.
— Д-девушка, ну что вы... не стоит! — забормотал он, запинаясь.
— Д-девушка, ну что вы... не стоит! — забормотал он, запинаясь.
Чжуан Мин, заметив крайнее смущение друга, бесцеремонно приобнял Юаньэр за тонкую талию и притянул к себе.
Чжуан Мин, заметив крайнее смущение друга, бесцеремонно приобнял Юаньэр за тонкую талию и притянул к себе.
— Ох, красавица Юаньэр, уж не влюбилась ли ты в нашего Сяо Юя? Неужто решила променять меня на него?
— Ох, красавица Юаньэр, уж не влюбилась ли ты в нашего Сяо Юя? Неужто решила променять меня на него?
Юаньэр притворно надула губки, сделав обиженный вид. Она словно и не замечала шаловливых пальцев Чжуан Мина, которые уже начали блуждать по ее телу.
Юаньэр притворно надула губки, сделав обиженный вид. Она словно и не замечала шаловливых пальцев Чжуан Мина, которые уже начали блуждать по ее телу.
— Ну что вы такое говорите, господин Чжуан! — капризно протянула она, ластясь к нему. — Как я посмею бросить вас? Это вы, небось, наиграетесь и забудете про бедную Юаньэр!
— Ну что вы такое говорите, господин Чжуан! — капризно протянула она, ластясь к нему. — Как я посмею бросить вас? Это вы, небось, наиграетесь и забудете про бедную Юаньэр!
— Ах ты, острая на язычок плутовка! — расплылся в довольной ухмылке Чжуан Мин. Он победоносно подмигнул Лу Юю и добавил: — Ну погоди, сегодня я тебя досыта удовлетворю!
— Ах ты, острая на язычок плутовка! — расплылся в довольной ухмылке Чжуан Мин. Он победоносно подмигнул Лу Юю и добавил: — Ну погоди, сегодня я тебя досыта удовлетворю!
Хоть Юаньэр и работала в столь злачном месте, она всё же оставалась молодой девушкой и умела вовремя смутиться. От столь двусмысленного обещания ее щеки тут же покрылись нежным румянцем. Она шутливо толкнула Чжуан Мина в грудь.
Хоть Юаньэр и работала в столь злачном месте, она всё же оставалась молодой девушкой и умела вовремя смутиться. От столь двусмысленного обещания ее щеки тут же покрылись нежным румянцем. Она шутливо толкнула Чжуан Мина в грудь.
— Молодой господин Чжуан, вам бы только издеваться надо мной!
— Молодой господин Чжуан, вам бы только издеваться надо мной!
От этого кокетливого взгляда у Чжуан Мина окончательно помутился разум. Он с силой сжал ее упругую, округлую ягодицу и, едва сдерживая нетерпение, скомандовал:
От этого кокетливого взгляда у Чжуан Мина окончательно помутился разум. Он с силой сжал ее упругую, округлую ягодицу и, едва сдерживая нетерпение, скомандовал:
— Ладно, давай к делу. Устрой всё в лучшем виде. Мой названый брат здесь впервые, так что подготовь для него что-нибудь особенное!
— Ладно, давай к делу. Устрой всё в лучшем виде. Мой названый брат здесь впервые, так что подготовь для него что-нибудь особенное!
— Всё будет исполнено, — смущенно прошептала Юаньэр.
— Всё будет исполнено, — смущенно прошептала Юаньэр.
Чжуан Мин небрежно махнул рукой остальной компании — мажорам и чиновничьим сынкам, вовсю развлекавшимся в кабинете.
Чжуан Мин небрежно махнул рукой остальной компании — мажорам и чиновничьим сынкам, вовсю развлекавшимся в кабинете.
— Ладно, парни, развлекайтесь тут без нас. А мы, пожалуй, откланяемся.
— Ладно, парни, развлекайтесь тут без нас. А мы, пожалуй, откланяемся.
С этими словами он увлек за собой окончательно одеревеневшего Лу Юя. Впереди шла Юаньэр, ведя за руку ту самую красавицу-мишень.
С этими словами он увлек за собой окончательно одеревеневшего Лу Юя. Впереди шла Юаньэр, ведя за руку ту самую красавицу-мишень.
Из кабинета полетели пьяные выкрики:
Из кабинета полетели пьяные выкрики:
— Счастливо, брат Чжуан!..
— Счастливо, брат Чжуан!..
— Покажи класс, Чжуан-гэ!..
— Покажи класс, Чжуан-гэ!..
Разумеется, здешние гуляки сразу поняли, куда держит путь их приятель, и проводили его похотливым хохотом.
Разумеется, здешние гуляки сразу поняли, куда держит путь их приятель, и проводили его похотливым хохотом.
Лу Юй вовсе не был дураком. Из намеков Чжуан Мина и Юаньэр он прекрасно понял, к чему всё идет. Нервно сглотнув, он уставился на друга круглыми от паники глазами.
Лу Юй вовсе не был дураком. Из намеков Чжуан Мина и Юаньэр он прекрасно понял, к чему всё идет. Нервно сглотнув, он уставился на друга круглыми от паники глазами.
— Брат Чжуан, послушай... я... мы... куда это мы?
— Брат Чжуан, послушай... я... мы... куда это мы?
— Да брось ты, Сяо Юй! — весело хохотнул Чжуан Мин, глядя на его деревянную походку. — Ты же мужик! Чего трясешься-то так? Вон, девчонка и то спокойнее тебя идет.
— Да брось ты, Сяо Юй! — весело хохотнул Чжуан Мин, глядя на его деревянную походку. — Ты же мужик! Чего трясешься-то так? Вон, девчонка и то спокойнее тебя идет.
— Да нет, брат Чжуан, просто... — Лу Юй вспыхнул с новой силой, отчаянно подбирая слова.
— Да нет, брат Чжуан, просто... — Лу Юй вспыхнул с новой силой, отчаянно подбирая слова.
Чжуан Мин покосился на шедших впереди девушек, которые о чем-то вполголоса шептались, и заговорщицки придвинулся к Лу Юю.
Чжуан Мин покосился на шедших впереди девушек, которые о чем-то вполголоса шептались, и заговорщицки придвинулся к Лу Юю.
— Слышь, Сяо Юй... Ты что, до сих пор девственник, что ли? — шепнул он.
— Слышь, Сяо Юй... Ты что, до сих пор девственник, что ли? — шепнул он.
Лу Юй дернулся, как от удара током. Он порывался было соврать и гордо заявить, что за его плечами богатый опыт, но у него попросту не хватило духу. Вид у него сделался донельзя глупый и виноватый.
Лу Юй дернулся, как от удара током. Он порывался было соврать и гордо заявить, что за его плечами богатый опыт, но у него попросту не хватило духу. Вид у него сделался донельзя глупый и виноватый.
Искушенному в таких делах Чжуан Мину хватило одного взгляда, чтобы понять: стрела попала точно в цель. Он уставился на товарища так, словно перед ним предстало редчайшее ископаемое.
Искушенному в таких делах Чжуан Мину хватило одного взгляда, чтобы понять: стрела попала точно в цель. Он уставился на товарища так, словно перед ним предстало редчайшее ископаемое.
— Ну ты даешь, Сяо Юй! — прыснул он со смеху. — Тебе уже третий десяток пошел, а ты еще ни разу с женщиной не был? Ну и дела, глазам своим не верю!
— Ну ты даешь, Сяо Юй! — прыснул он со смеху. — Тебе уже третий десяток пошел, а ты еще ни разу с женщиной не был? Ну и дела, глазам своим не верю!
От этих слов лицо Лу Юя налилось такой густой краской, что стало багровым, точно спелый томат.
От этих слов лицо Лу Юя налилось такой густой краской, что стало багровым, точно спелый томат.
Чжуан Мин заговорщицки пихнул его локтем в бок и хитро прищурился:
Чжуан Мин заговорщицки пихнул его локтем в бок и хитро прищурился:
— Ну так что, хочешь?
— Ну так что, хочешь?
— А?.. — Лу Юй от неожиданности даже затормозил.
— А?.. — Лу Юй от неожиданности даже затормозил.
Поняв, что друг туго соображает от волнения, Чжуан Мин хлопнул себя по лбу и высказался без обиняков:
Поняв, что друг туго соображает от волнения, Чжуан Мин хлопнул себя по лбу и высказался без обиняков:
— Я спрашиваю: барышню хочешь? Давай сегодня исправим это недоразумение и сделаем из тебя настоящего мужика!
— Я спрашиваю: барышню хочешь? Давай сегодня исправим это недоразумение и сделаем из тебя настоящего мужика!
Лу Юй, который в своей жизни и за ручку-то ни разу не держался, от столь неприкрытой прямоты впал в ступор. Он только хватал ртом воздух, силясь выдавить хоть слово.
Лу Юй, который в своей жизни и за ручку-то ни разу не держался, от столь неприкрытой прямоты впал в ступор. Он только хватал ртом воздух, силясь выдавить хоть слово.
— Я... да как... послушай...
— Я... да как... послушай...
Хотя Чжуан Мин знал Лу Юя всего день, он уже успел изучить его скромный и застенчивый нрав. Снисходительно улыбнувшись, он по-братски приобнял парня за плечи.
Хотя Чжуан Мин знал Лу Юя всего день, он уже успел изучить его скромный и застенчивый нрав. Снисходительно улыбнувшись, он по-братски приобнял парня за плечи.
— Да ладно тебе, все мы мужики и все хотим одного и того же. Быть девственником не зазорно, но затягивать с этим точно не стоит. Сегодня отличный день, чтобы покончить с прошлым!
— Да ладно тебе, все мы мужики и все хотим одного и того же. Быть девственником не зазорно, но затягивать с этим точно не стоит. Сегодня отличный день, чтобы покончить с прошлым!
Он скользнул взглядом по удаляющимся женским фигуркам и понизил голос до заговорщицкого шепота:
Он скользнул взглядом по удаляющимся женским фигуркам и понизил голос до заговорщицкого шепота:
— Кстати, я присмотрелся к походке и осанке той милашки, что идет впереди. Готов поспорить, она тоже девственница. Так что всё честно: для твоего первого раза — идеальный вариант, не продешевишь!
— Кстати, я присмотрелся к походке и осанке той милашки, что идет впереди. Готов поспорить, она тоже девственница. Так что всё честно: для твоего первого раза — идеальный вариант, не продешевишь!
От столь откровенных и бесстыдных подробностей у Лу Юя окончательно запылали уши.
От столь откровенных и бесстыдных подробностей у Лу Юя окончательно запылали уши.
К этому моменту длинный, полумрачный коридор подошел к концу. Юаньэр со своей спутницей на мгновение скрылись за поворотом. Когда же Лу Юй и Чжуан Мин вышли на ту же площадку, они увидели лишь Юаньэр, замершую у дверей одной из комнат. Красавицы-мишени рядом с ней уже не было.
К этому моменту длинный, полумрачный коридор подошел к концу. Юаньэр со своей спутницей на мгновение скрылись за поворотом. Когда же Лу Юй и Чжуан Мин вышли на ту же площадку, они увидели лишь Юаньэр, замершую у дверей одной из комнат. Красавицы-мишени рядом с ней уже не было.
Завидев гостей, Юаньэр тут же шагнула им навстречу, расплываясь в завлекающей улыбке.
Завидев гостей, Юаньэр тут же шагнула им навстречу, расплываясь в завлекающей улыбке.
— Молодые господа, всё готово, — проворковала она. — Наша милая Цзыцзы уже ждет вас внутри.
— Молодые господа, всё готово, — проворковала она. — Наша милая Цзыцзы уже ждет вас внутри.
С этими словами она протянула Лу Юю массивный ключ и изящную, со вкусом оформленную визитку.
С этими словами она протянула Лу Юю массивный ключ и изящную, со вкусом оформленную визитку.
— Давай, Сяо Юй, оторвись по полной! — подмигнул другу Чжуан Мин.
— Давай, Сяо Юй, оторвись по полной! — подмигнул другу Чжуан Мин.
Он, не теряя ни секунды, крепко обхватил Юаньэр за талию и увлек ее в противоположную сторону по коридору.
Он, не теряя ни секунды, крепко обхватил Юаньэр за талию и увлек ее в противоположную сторону по коридору.
Проводив взглядом Чжуан Мина, чьи руки уже вовсю хозяйничали на упругих бедрах хохочущей девушки, Лу Юй мысленно выругался.
Проводив взглядом Чжуан Мина, чьи руки уже вовсю хозяйничали на упругих бедрах хохочущей девушки, Лу Юй мысленно выругался.
«Ну и кобель...»
«Ну и кобель...»
Он перевел взгляд на тяжелую запертую дверь перед собой, а затем на зажатый в руке ключ. Было очевидно, что именно он открывает проход в этот таинственный чертог.
Он перевел взгляд на тяжелую запертую дверь перед собой, а затем на зажатый в руке ключ. Было очевидно, что именно он открывает проход в этот таинственный чертог.
Но стоило ему взглянуть на красивую визитку в другой руке, как он буквально лишился дара речи. На плотной глянцевой бумаге аккуратным шрифтом было выведено:
Но стоило ему взглянуть на красивую визитку в другой руке, как он буквально лишился дара речи. На плотной глянцевой бумаге аккуратным шрифтом было выведено:
«Имя: Чжао Цзыцзы».
«Имя: Чжао Цзыцзы».
Возраст: 21 год.
Возраст: 21 год.
Прописка: Шэньши.
Прописка: Шэньши.
Рост: 168 см.
Рост: 168 см.
Параметры: 82-55-79.
Параметры: 82-55-79.
Род занятий: студентка Института иностранных языков Шэньда.
Род занятий: студентка Института иностранных языков Шэньда.
Статус: девственница.
Статус: девственница.
Лу Юй ошеломленно моргнул. Неужели в подобных местах всё настолько цинично и просто? Каким бы неискушенным в амурных делах он ни был, смысл написанного дошел до него сразу. Карточка содержала краткое досье на ту самую молчаливую красавицу, выполнявшую роль мишени. Ее звали Чжао Цзыцзы.
Лу Юй ошеломленно моргнул. Неужели в подобных местах всё настолько цинично и просто? Каким бы неискушенным в амурных делах он ни был, смысл написанного дошел до него сразу. Карточка содержала краткое досье на ту самую молчаливую красавицу, выполнявшую роль мишени. Ее звали Чжао Цзыцзы.
«Мать твою... А ведь богатым быть чертовски приятно!»
«Мать твою... А ведь богатым быть чертовски приятно!»
Он уставился на глухое дверное полотно. Там, внутри, его ждала очаровательная юная девушка. Ждала его одного, готовая беспрекословно подчиниться любому его желанию. От этой мысли у Лу Юя закружилась голова, словно от крепкого алкоголя. В коридоре было довольно прохладно, но его бросило в жар, лоб покрылся испариной, а сердце заколотилось так неистово, словно вознамерилось пробить грудную клетку и выскочить наружу.
Он уставился на глухое дверное полотно. Там, внутри, его ждала очаровательная юная девушка. Ждала его одного, готовая беспрекословно подчиниться любому его желанию. От этой мысли у Лу Юя закружилась голова, словно от крепкого алкоголя. В коридоре было довольно прохладно, но его бросило в жар, лоб покрылся испариной, а сердце заколотилось так неистово, словно вознамерилось пробить грудную клетку и выскочить наружу.
В конце концов, он был совершенно нормальным двадцатилетним парнем, чьи гормоны бурлили через край, и глупо было бы отрицать, что он безумно желал близости с женщиной. Но сейчас, стоя на пороге, Лу Юй отчетливо осознал, что ему страшно. Это было дикое, гремучее смешение животного восторга и парализующего ужаса перед неизведанным.
В конце концов, он был совершенно нормальным двадцатилетним парнем, чьи гормоны бурлили через край, и глупо было бы отрицать, что он безумно желал близости с женщиной. Но сейчас, стоя на пороге, Лу Юй отчетливо осознал, что ему страшно. Это было дикое, гремучее смешение животного восторга и парализующего ужаса перед неизведанным.
Пальцы мертвой хваткой сжали ключ, который стал скользким от выступившего пота.
Пальцы мертвой хваткой сжали ключ, который стал скользким от выступившего пота.
«Лу Юй, соберись! Мужик ты или кто? Чего трусишь? Она же тебя не съест!»
«Лу Юй, соберись! Мужик ты или кто? Чего трусишь? Она же тебя не съест!»
Мысленно отвесив себе подзатыльник для храбрости, Лу Юй решительно вставил ключ в замочную скважину и толкнул дверь. Перед ним предстали роскошные апартаменты площадью около пятидесяти квадратных метров. В центре высилась огромная двуспальная кровать под шелковым покрывалом, у стены расположился мягкий гарнитур с журнальным столиком, а в углу виднелась еще одна приоткрытая дверь — судя по всему, в ванную комнату.
Мысленно отвесив себе подзатыльник для храбрости, Лу Юй решительно вставил ключ в замочную скважину и толкнул дверь. Перед ним предстали роскошные апартаменты площадью около пятидесяти квадратных метров. В центре высилась огромная двуспальная кровать под шелковым покрывалом, у стены расположился мягкий гарнитур с журнальным столиком, а в углу виднелась еще одна приоткрытая дверь — судя по всему, в ванную комнату.
Но всё это убранство померкло, стоило Лу Юю заметить стоявшую посреди комнаты девушку. Это была она — та самая безмолвная красавица-мишень из VIP-кабинета.
Но всё это убранство померкло, стоило Лу Юю заметить стоявшую посреди комнаты девушку. Это была она — та самая безмолвная красавица-мишень из VIP-кабинета.
Чжао Цзыцзы.
Чжао Цзыцзы.

Комментарии

Загрузка...