Кабинет барона.
Голос барона Уэра звучал сурово: — Этот никчёмный мальчишка вернулся?
Дворецкий низко поклонился: — Милорд, молодой господин Сирил вернулся. Он говорит, что номер для бала полностью отрепетирован, но... его терзали опасения, будто друг, подавший ему эту идею, может не явиться, поэтому он взял на себя смелость привести его с собой. Тот сейчас переодевается в гримёрной.
— Друг? — Лицо барона Уэра чуть смягчилось. — Из местных?
— Да, это тот самый юноша из семьи Атмесии...
Брови барона Уэра сошлись на переносице. Он махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху: — Понятно.
На его лице промелькнула тень сожаления вперемешку с явным неодобрением.
«Этот юноша из семьи Атмесии... Его затянувшееся пребывание в городе рано или поздно станет серьёзной проблемой».
— Передай мой приказ: больше не позволяй Сирилу водиться с этим человеком. А ту одежду, что была на госте... сожгите.
— Слушаюсь, милорд.
Проводив взглядом удаляющегося дворецкого, барон Уэр не избавился от тревоги.
Он взял бокал вина, и взгляд его стал тяжёлым.
Бал задумывался как праздник для молодёжи, и сам он участвовать в нём не намеревался. Барон знал, что всё готово, но отделаться от дурного предчувствия не мог.
К тому же всего несколько часов назад в имение доставили ошеломляющую весть: граф Лори Холт, правитель региона Нортон-Холт, скончался от болезни.
С графом — сколотившим состояние на торговле и в конце концов купившим титул — они были едва знакомы, но благородный этикет требовал лично отправиться в город Хордер для выражения соболезнований.
И всё же сама новость казалась подозрительной.
Граф Холт, несмотря на свои почти шестьдесят лет, всегда отличался крепким здоровьем и енергией, которой позавидовал бы любой юнец. Не так давно он даже женился на знаменитой своей красотой леди Роуз — баронессе Селене Найтторн.
«Как он мог вот так запросто... умереть от болезни?»
У барона Уэра нервно задергалось веко.
Бессознательно приблизившись к окну, он уставился на холодную луну, висевшую в ночном небе.
Студёный лунный свет проливался на землю, выхватывая из темноты мерцающие, расплывчатые контуры густых зарослей за стенами имения.
Он сделал глоток вина. Прохладная жидкость скользнула по горлу, но странную тревогу в сердце это не уняло.
Известие прозвучало слишком внезапно, взбаламутив мысли, точно подводное течение под гладью спокойного озера.
В этот миг из-за двери донёсся голос слуги.
— Милорд, баронесса ждёт вас.
— Понял.
Подавив сумбур в голове, барон Уэр опустил бокал на стол и повернулся, чтобы покинуть кабинет.
Ночной ветер пронёсся над землёй, зашевелив листву кустарника у ограды. Сгустившиеся тени синхронно качнулись.
Во тьме несколько пар тускло-жёлтых глаз следили за ярко освещённым изнутри поместьем.
«В гримёрной имения».
— Сирил, хватит. Этот вариант отлично сидит. Прекращай переодеваться.
В голосе Хесии проскользнули нотки раздражения.
Его необъяснимым образом «похитили», притащили в поместье и без всяких расспросов затолкнули в гардеробную. Словно какую-то марионетку, его обступили слуги, заставляя примерять один парадный костюм за другим. Хесия чувствовал, что ещё немного — и он сорвется.
Для современной души, привыкшей к футболкам и спортивным штанам, эти многослойные, усыпанные пуговицами наряды были настоящей пыткой.
Когда Хесию наконец «освободили» и он предстал перед Сирилом и слугами, на нём был тёмный приталенный жакет с высоким воротником, подчёркивающий его худощавую, но прямую фигуру.
Нижнюю часть дополняли брюки для верховой езды цвета хаки.
Поверх накинули полуплащ, сшитый так, чтобы элегантно ниспадать с одного плеча, а изнанку выполнили из шкуры демонизированного ящера, выкрашенной особым магическим зельем.
Этот наряд идеально подчёркивал таинственную ауру древнего рода, к которому он принадлежал.
Фердинанд протёр глаза и толкнул Отто локтем в бок: — Всеблагие боги! Этот сорванец... всегда был таким красавцем? Или дело в какой-то магии этих вещей?
Отто недовольно поморщился: — Не будь глупцом. Очевидно же, дело в одежде! Ты только посмотри на эту ткань, на этот крой! Во всём виноват этот проклятый портной.
Сирил же просиял, и его самоуверенность в собственном «блестящем решении» лишь укрепилась.
Он велел слуге подать церемониальный меч, заготовленный заранее.
Бал был в самом разгаре.
Множество юношей и девушек уже кружились в центре зала под весёлую музыку.
В тихом углу, подперев подбородок рукой, сидела Иша, отрешённо глядя перед собой.
Она походила на нежный лотос, случайно занесённый на шумный рынок, и в ней совсем не осталось той острой, воинственной решимости, с которой она проходила ежедневные тренировки.
На ней было длинное платье из туманно-голубого шифона. Наряд был лишён вычурных украшений, а простые струящиеся линии безупречно подчёркивали её юную, прелестную фигуку.
Длинные мягкие золотистые волосы были небрежно собраны назад и перехвачены именно тем кожаным ремешком, который подарил ей Хесия.
Несколько непокорных прядей выбились у самых щек, придавая её облику детскую, томную непринуждённость.
Казалось, её взгляд был прикован к танцующим парам, но в то же время он пронзал эту оживлённую суету, устремляясь куда-то далеко за её пределы.
Уильям Рик прислонился к колонне галереи, забыв про бокал с вином, который держал в руке. Его жадный взгляд прилип к девушке в углу, и он языком слизал несуществующую капельку вина из уголка рта.
Будучи вторым сыном виконта из соседнего Оук-Тауна, он поначалу презрительно фыркал при мысли об этом провинциальном бале, считая его не более чем крестьянской забавой, ничем не отличающейся от плясок гоблинов.
Он предполагал, что здесь может встретиться пара симпатичных девиц, но после предательства любимой женщины был уверен, что его больше не тронет ни одна простая смертная.
Но всего пару недель назад, проезжая через Принт, он случайно заметил молодую белокурую женщину-рыцаря, оттачивавшую мастерство владения мечом. С тех пор этот мимолетный образ не шел у него из головы.
Узнав, что она — ученица старого рыцаря Эдвина и может появиться на сегодняшнем балу, он соизволил явиться сюда с хищным настроем охотника.
Убедившись, что внушительного на вид старого рыцаря поблизости нет, Уильям больше не мог сдерживать нетерпение.
Он одёрнул дорогой бархатный жакет, разгладил кружева на воротнике, напустил на лицо привычную улыбку и элегантной походкой направился к Ише.
Положив левую руку на сердце и слегка поклонившись, он заговорил нарочито низким, бархатным голосом.
— Добрый вечер, прекрасная леди. Звёздный свет в этом углу так ярок, но почему же вы так одиноки?
Он уверенно протянул руку ладонью вверх, изображая безупречный жест приглашения.
— Не соизволите ли вы, ослепительная звезда моя, составить компанию нежному лунному свету на танцполе хотя бы на один танец?
В мыслях он уже предвкушал те «восхитительные» истории, которые развернутся в его спальне в Оук-Тауне после того, как он «сорвёт» этот тихий цветок лотоса.
Иша вздрогнула от неожиданного голоса и манерного тона, вынырнув из собственных мыслей.
Она подняла голову, и в её лазурных глазах промелькнуло раздражение и растерянность от такого бесцеремонного вторжения.
Она пришла сюда лишь потому, что получила приглашение от барона, да и её наставник, Эдвин, хотел, чтобы она повидала мир за пределами тренировок. Она даже переоделась в платье, которое для неё приготовила баронесса.
Бал был несомненно оживлённым, а неподдельная радость горожан заражала. Но их свободные, лишённые всяких правил танцы... она просто не знала, плакать ей или смеяться.
Она окинула взглядом стоявшего перед ней мужчину: зализанные волосы, напудренное лицо, легкомысленный взгляд. От него разило чем-то странным, напоминающим тухлые яйца.
И пока она лихорадочно соображала, как бы ему отказать...
Спокойный голос из темноты разрушил романтическую атмосферу, которую Уильям так тщательно выстраивал.
Хесия, появившийся неведомо когда, стоял рядом с ними. Одна его рука небрежно лежала на рукояти меча у пояса, а вторая естественным жестом протягивалась к Ише.
— Прости, я опоздал.
Лишь произнеся это, он перевёл взгляд на Уильяма, лицо которого начало искажаться от злости, и вежливо улыбнулся.
— Благодарю вас, сударь, что присмотрели за моей дамой.

Комментарии

Загрузка...