Пока руководители двух академий плели свои интриги, Чжан Юй и сам вовсю строил планы на их счёт.
Пока руководители двух академий плели свои интриги, Чжан Юй и сам вовсю строил планы на их счёт.
— Итак, с шестой частью Канона Предельного Боевого Искусства мы закончили. Вопросы есть? — Чжан Юй обвёл взглядом десятерых учеников. Хотя процесс растянулся почти на месяц, первые шесть уровней техники он им наконец-то передал. Теперь нужно как можно скорее раздобыть продолжение метода, иначе у него возникнут серьёзные трудности.
— Итак, с шестой частью Канона Предельного Боевого Искусства мы закончили. Вопросы есть? — Чжан Юй обвёл взглядом десятерых учеников. Хотя процесс растянулся почти на месяц, первые шесть уровней техники он им наконец-то передал. Теперь нужно как можно скорее раздобыть продолжение метода, иначе у него возникнут серьёзные трудности.
Ученики дружно покачали головами:
Ученики дружно покачали головами:
— Никаких вопросов, Декан!
— Никаких вопросов, Декан!
И дело было вовсе не в их выдающихся способностях, а в том, как именно Чжан Юй объяснял материал. Он разжёвывал каждую мелочь, предвосхищая любые трудности, и по нескольку раз повторял самые сложные моменты. Если бы они не поняли даже после такого, им оставалось только бросить боевые искусства и пойти пахать землю.
И дело было вовсе не в их выдающихся способностях, а в том, как именно Чжан Юй объяснял материал. Он разжёвывал каждую мелочь, предвосхищая любые трудности, и по нескольку раз повторял самые сложные моменты. Если бы они не поняли даже после такого, им оставалось только бросить боевые искусства и пойти пахать землю.
— Раз вопросов нет, все свободны, — Чжан Юй махнул рукой и повернулся к У Мо:
— Раз вопросов нет, все свободны, — Чжан Юй махнул рукой и повернулся к У Мо:
— По старой схеме – У Мо остаётся, остальные могут отдыхать.
— По старой схеме – У Мо остаётся, остальные могут отдыхать.
Ученики гурьбой вывалились из класса, однако расходиться по домам не спешили. Они рассредоточились по территории академии и принялись усердно тренироваться.
Ученики гурьбой вывалились из класса, однако расходиться по домам не спешили. Они рассредоточились по территории академии и принялись усердно тренироваться.
За последнее время они заметили странную особенность: воздух в Академии Небосвода был буквально пропитан духовной энергией, и занятия здесь приносили куда больше пользы, чем в любом другом месте.
За последнее время они заметили странную особенность: воздух в Академии Небосвода был буквально пропитан духовной энергией, и занятия здесь приносили куда больше пользы, чем в любом другом месте.
Но сильнее всех предвкушал тренировку У Чэнь. Почти месяц ожидания позади! Наконец-то он сможет лично прикоснуться к Канону Предельного Боевого Искусства.
Но сильнее всех предвкушал тренировку У Чэнь. Почти месяц ожидания позади! Наконец-то он сможет лично прикоснуться к Канону Предельного Боевого Искусства.
Все эти дни он завистливым взглядом провожал сына и остальных ребят, видя, какими семимильными шагами растёт их сила. А уж когда У Мо и У Синьсинь, будучи всего лишь на пике пятого уровня Вращения Начала, умудрились продержаться против него несколько десятков обменов ударами, его нетерпение достигло предела.
Все эти дни он завистливым взглядом провожал сына и остальных ребят, видя, какими семимильными шагами растёт их сила. А уж когда У Мо и У Синьсинь, будучи всего лишь на пике пятого уровня Вращения Начала, умудрились продержаться против него несколько десятков обменов ударами, его нетерпение достигло предела.
Он жаждал этой техники всем сердцем, ведь понимал: если он не начнёт практиковать её прямо сейчас, собственные дети обойдут его уже через пару дней.
Он жаждал этой техники всем сердцем, ведь понимал: если он не начнёт практиковать её прямо сейчас, собственные дети обойдут его уже через пару дней.
Проиграть сыну или дочери? Такого позора его отцовское самолюбие точно не переживёт!
Проиграть сыну или дочери? Такого позора его отцовское самолюбие точно не переживёт!
Поэтому, едва покинув класс, У Чэнь даже не подумал возвращаться домой. Он забился в первый попавшийся тихий уголок и тут же погрузился в медитацию, обуреваемый невероятной жаждой силы.
Поэтому, едва покинув класс, У Чэнь даже не подумал возвращаться домой. Он забился в первый попавшийся тихий уголок и тут же погрузился в медитацию, обуреваемый невероятной жаждой силы.
В классе тем временем остались двое.
В классе тем временем остались двое.
У Мо почтительно замер позади Чжан Юя, ожидая указаний.
У Мо почтительно замер позади Чжан Юя, ожидая указаний.
Чжан Юй немного повозился с алхимической утварью, а затем обернулся к ученику:
Чжан Юй немного повозился с алхимической утварью, а затем обернулся к ученику:
— Теорию ты усвоил на отлично, пришло время переходить к практике. Хм, начнём с самого простого – с пилюли Жизненной Силы. Когда научишься варить её без ошибок, перейдём к более сложным вещам: пилюлям Вращения Начала, Обратного Вращения и так далее.
— Теорию ты усвоил на отлично, пришло время переходить к практике. Хм, начнём с самого простого – с пилюли Жизненной Силы. Когда научишься варить её без ошибок, перейдём к более сложным вещам: пилюлям Вращения Начала, Обратного Вращения и так далее.
В его списке системных задач по-прежнему висело одно невыполненное задание.
В его списке системных задач по-прежнему висело одно невыполненное задание.
«Основной квест No5: Вырастить первоклассного алхимика».
«Основной квест No5: Вырастить первоклассного алхимика».
Миссия была чертовски сложной и требовала колоссальных усилий. Хуже всего, что на неё отводился ровно месяц, и до дедлайна оставалось всего три дня. Если за это время У Мо не совершит прорыв, система засчитает провал.
Миссия была чертовски сложной и требовала колоссальных усилий. Хуже всего, что на неё отводился ровно месяц, и до дедлайна оставалось всего три дня. Если за это время У Мо не совершит прорыв, система засчитает провал.
И пускай за неудачу не грозило никаких штрафов, Чжан Юй просто не мог позволить себе упустить этот шанс.
И пускай за неудачу не грозило никаких штрафов, Чжан Юй просто не мог позволить себе упустить этот шанс.
На кону стояла слишком заманчивая награда, на которую он пускал слюни уже не первую неделю.
На кону стояла слишком заманчивая награда, на которую он пускал слюни уже не первую неделю.
— Ради алхимии второго ранга я обязан довести дело до конца! — Чжан Юй глубоко вздохнул и посмотрел на У Мо полным надежды взглядом. Мысленно он добавил: «Времени в обрез, так что прости, парень, но в ближайшие дни тебе придётся попотеть».
— Ради алхимии второго ранга я обязан довести дело до конца! — Чжан Юй глубоко вздохнул и посмотрел на У Мо полным надежды взглядом. Мысленно он добавил: «Времени в обрез, так что прости, парень, но в ближайшие дни тебе придётся попотеть».
Заметив этот подбадривающий, полный веры взгляд, У Мо ощутил прилив горячей решимости. Он твёрдо кивнул и отчеканил:
Заметив этот подбадривающий, полный веры взгляд, У Мо ощутил прилив горячей решимости. Он твёрдо кивнул и отчеканил:
— Не волнуйтесь, Декан! Я вас не подведу!
— Не волнуйтесь, Декан! Я вас не подведу!
— Ну, тогда приступай, — улыбнулся Чжан Юй. Он отошёл в сторону, уступая место у котла, и ловким движением фокусника извлёк из рукава небольшой мешочек. Вытряхнув на ладонь круглую алую горошину, он закинул её в рот и принялся лениво разжёвывать, словно обычную конфету:
— Ну, тогда приступай, — улыбнулся Чжан Юй. Он отошёл в сторону, уступая место у котла, и ловким движением фокусника извлёк из рукава небольшой мешочек. Вытряхнув на ладонь круглую алую горошину, он закинул её в рот и принялся лениво разжёвывать, словно обычную конфету:
— Хм, а эти пилюли Вращения Начала весьма недурны на вкус. Сойдут за лёгкий перекус.
— Хм, а эти пилюли Вращения Начала весьма недурны на вкус. Сойдут за лёгкий перекус.
«Перекус?!»
«Перекус?!»
Если пилюли Вращения Начала – это перекус, то более дорогого лакомства в этом мире точно не сыскать!
Если пилюли Вращения Начала – это перекус, то более дорогого лакомства в этом мире точно не сыскать!
У Мо нервно сглотнул, чувствуя, как у него подёргивается глаз.
У Мо нервно сглотнул, чувствуя, как у него подёргивается глаз.
Чжан Юй вытряхнул из мешочка ещё одну пилюлю и покосился на ученика:
Чжан Юй вытряхнул из мешочка ещё одну пилюлю и покосился на ученика:
— Тоже хочешь?
— Тоже хочешь?
У Мо закивал так часто, будто птица, клюющая зерно:
У Мо закивал так часто, будто птица, клюющая зерно:
— Очень!
— Очень!
— Раз хочешь, иди и приготовь сам, — без тени жалости ответил Чжан Юй, отправляя очередную драгоценность в рот. — Это всего лишь пилюля первого ранга. Станешь алхимиком – сможешь клепать их сотнями. — Его собственная сила уже упёрлась в пик шестого уровня Вращения Начала, и без седьмой части Канона дальнейший приём лекарств был бесполезен. Но пилюли действительно оказались приятными на вкус – сладковато-кислыми, так почему бы не побаловать себя?
— Раз хочешь, иди и приготовь сам, — без тени жалости ответил Чжан Юй, отправляя очередную драгоценность в рот. — Это всего лишь пилюля первого ранга. Станешь алхимиком – сможешь клепать их сотнями. — Его собственная сила уже упёрлась в пик шестого уровня Вращения Начала, и без седьмой части Канона дальнейший приём лекарств был бесполезен. Но пилюли действительно оказались приятными на вкус – сладковато-кислыми, так почему бы не побаловать себя?
Слова Чжан Юя заставили У Мо преисполниться ещё большего благоговения. В его груди разгорелся азарт, и он тут же поставил перед собой великую цель.
Слова Чжан Юя заставили У Мо преисполниться ещё большего благоговения. В его груди разгорелся азарт, и он тут же поставил перед собой великую цель.
«Когда я стану алхимиком, я наварю столько пилюль, что буду лопать их горстями, прямо как Декан!», – ведь какой ты алхимик, если не можешь позволить себе жрать пилюли как конфеты?
«Когда я стану алхимиком, я наварю столько пилюль, что буду лопать их горстями, прямо как Декан!», – ведь какой ты алхимик, если не можешь позволить себе жрать пилюли как конфеты?
Чжан Юй, сам того не зная, подал ученику отличный пример для подражания.
Чжан Юй, сам того не зная, подал ученику отличный пример для подражания.
...
...
Время шло своим чередом. В классе У Мо, обливаясь потом, пытался совладать с огнём под чутким руководством Чжан Юя. Снаружи У Чэнь, У Синьсинь, Линь Мин и остальные прилежно медитировали. В Академии Небосвода вновь воцарилась умиротворяющая тишина.
Время шло своим чередом. В классе У Мо, обливаясь потом, пытался совладать с огнём под чутким руководством Чжан Юя. Снаружи У Чэнь, У Синьсинь, Линь Мин и остальные прилежно медитировали. В Академии Небосвода вновь воцарилась умиротворяющая тишина.
Вдруг над полуразрушенным забором, отделявшим территорию академии от окраин Пустынного Города, показалась макушка. Пара внимательных глаз впилась в происходящее во дворе.
Вдруг над полуразрушенным забором, отделявшим территорию академии от окраин Пустынного Города, показалась макушка. Пара внимательных глаз впилась в происходящее во дворе.
— По нашим сведениям, У Чэнь обычно уходит из академии в полдень. Странно, почему он до сих пор здесь? — Чжань Фэн спрыгнул обратно на землю и недовольно поморщился. — Пока он там, нам ловить нечего.
— По нашим сведениям, У Чэнь обычно уходит из академии в полдень. Странно, почему он до сих пор здесь? — Чжань Фэн спрыгнул обратно на землю и недовольно поморщился. — Пока он там, нам ловить нечего.
Слава сильнейшего мастера Пустынного Города не была пустой болтовнёй – с этим человеком приходилось считаться.
Слава сильнейшего мастера Пустынного Города не была пустой болтовнёй – с этим человеком приходилось считаться.
Среди всех обитателей этой Богом забытой академии реальную угрозу для них представлял только У Чэнь. На остальных им было плевать.
Среди всех обитателей этой Богом забытой академии реальную угрозу для них представлял только У Чэнь. На остальных им было плевать.
Ло Цзюнь тоже помрачнел:
Ло Цзюнь тоже помрачнел:
— У Чэнь? Да уж, с этим типом связываться себе дороже!
— У Чэнь? Да уж, с этим типом связываться себе дороже!
Своё звание первого бойца города тот заслужил не красивыми речами, а годами жестоких сражений. И Чжань Фэн, и Ло Цзюнь прекрасно понимали: даже будучи на девятом уровне Вращения Начала, они и в подмётки не годились У Чэню. Даже вдвоём они вряд ли смогли бы доставить ему серьёзные проблемы.
Своё звание первого бойца города тот заслужил не красивыми речами, а годами жестоких сражений. И Чжань Фэн, и Ло Цзюнь прекрасно понимали: даже будучи на девятом уровне Вращения Начала, они и в подмётки не годились У Чэню. Даже вдвоём они вряд ли смогли бы доставить ему серьёзные проблемы.
Во всём городе одолеть его могли разве что их собственные деканы – Линь Хайя и Ло Юэшань, да и то только объединив усилия.
Во всём городе одолеть его могли разве что их собственные деканы – Линь Хайя и Ло Юэшань, да и то только объединив усилия.
— Давай подождём ещё. Посмотрим, что будет, — Чжань Фэну очень не хотелось лезть на рожон.
— Давай подождём ещё. Посмотрим, что будет, — Чжань Фэну очень не хотелось лезть на рожон.
Ло Цзюнь хоть и исходил нетерпением, но перед лицом столь грозного противника предпочёл проявить осторожность:
Ло Цзюнь хоть и исходил нетерпением, но перед лицом столь грозного противника предпочёл проявить осторожность:
— Ладно, ждём.
— Ладно, ждём.
Кто же знал, что ожидание затянется до самого вечера? Солнце уже клонилось к закату, а У Чэнь всё так же неподвижно сидел во дворе, даже не думая уходить.
Кто же знал, что ожидание затянется до самого вечера? Солнце уже клонилось к закату, а У Чэнь всё так же неподвижно сидел во дворе, даже не думая уходить.
— И что теперь делать? — Ло Цзюнь окончательно потерял терпение. — Он словно прирос к месту! Нам так ни за что не подобраться к мальчишке!
— И что теперь делать? — Ло Цзюнь окончательно потерял терпение. — Он словно прирос к месту! Нам так ни за что не подобраться к мальчишке!
Чжань Фэн снова прильнул к щели в заборе, разглядывая застывшую фигуру. Он долго молчал, собираясь с мыслями, как вдруг его лицо озарилось радостью:
Чжань Фэн снова прильнул к щели в заборе, разглядывая застывшую фигуру. Он долго молчал, собираясь с мыслями, как вдруг его лицо озарилось радостью:
— Стой! Он зашевелился! Похоже, собирается уходить!
— Стой! Он зашевелился! Похоже, собирается уходить!
Ло Цзюнь тут же подтянулся на заборе. Увидев, как медленно поднимается У Чэнь, он облегчённо выдохнул. Вся его злость испарилась без следа, уступив место предвкушению:
Ло Цзюнь тут же подтянулся на заборе. Увидев, как медленно поднимается У Чэнь, он облегчённо выдохнул. Вся его злость испарилась без следа, уступив место предвкушению:
— Наконец-то! Терпение вознаграждено! Как только он скроется из виду – бьём!
— Наконец-то! Терпение вознаграждено! Как только он скроется из виду – бьём!
В их понимании без защиты У Чэня Чжан Юй был обречён. А на У Мо, У Синьсинь и какого-то там Линь Мина они даже не обратили внимания.
В их понимании без защиты У Чэня Чжан Юй был обречён. А на У Мо, У Синьсинь и какого-то там Линь Мина они даже не обратили внимания.
Тем временем во дворе академии.
Тем временем во дворе академии.
У Чэнь потянулся всем телом и с шумом выдохнул скопившееся в лёгких напряжение.
У Чэнь потянулся всем телом и с шумом выдохнул скопившееся в лёгких напряжение.
«Примерно середина шестого уровня Вращения Начала, почти добрался до пика», – мысленно прикинул он свои новые кондиции. Он сжал кулак, чувствуя, как под кожей перекатывается невероятная мощь. В его душе не было ни капли разочарования из-за потери прежних уровней – наоборот, он едва сдерживал ликование:
«Примерно середина шестого уровня Вращения Начала, почти добрался до пика», – мысленно прикинул он свои новые кондиции. Он сжал кулак, чувствуя, как под кожей перекатывается невероятная мощь. В его душе не было ни капли разочарования из-за потери прежних уровней – наоборот, он едва сдерживал ликование:
— Декан не соврал! Мой уровень упал, зато истинная сила стала чище почти в десять раз. Если судить по реальной боевой мощи, я стал только сильнее!
— Декан не соврал! Мой уровень упал, зато истинная сила стала чище почти в десять раз. Если судить по реальной боевой мощи, я стал только сильнее!
Раньше, хоть он и считался сильнейшим в городе, против двоих равных противников девятого уровня он бы не выстоял.
Раньше, хоть он и считался сильнейшим в городе, против двоих равных противников девятого уровня он бы не выстоял.
Теперь же он был уверен, что сможет раскидать двоих мастеров на пике девятого уровня одной левой!
Теперь же он был уверен, что сможет раскидать двоих мастеров на пике девятого уровня одной левой!
— Теперь, даже если Линь Хайя и Ло Юэшань нападут вдвоём, им меня не одолеть, — на губах У Чэня заиграла уверенная улыбка.
— Теперь, даже если Линь Хайя и Ло Юэшань нападут вдвоём, им меня не одолеть, — на губах У Чэня заиграла уверенная улыбка.
Ощутив на себе феноменальный эффект Канона Предельного Боевого Искусства, он проникся к Чжан Юю поистине безграничным уважением.
Ощутив на себе феноменальный эффект Канона Предельного Боевого Искусства, он проникся к Чжан Юю поистине безграничным уважением.
— Я освоил всего шесть уровней этой техники – и уже практически непобедим среди равных. Насколько же силён сам Декан, владеющий полной версией? — В этот момент фигура Чжан Юя выросла в его глазах до небес. — Эх, посмотреть бы на него в настоящем деле!
— Я освоил всего шесть уровней этой техники – и уже практически непобедим среди равных. Насколько же силён сам Декан, владеющий полной версией? — В этот момент фигура Чжан Юя выросла в его глазах до небес. — Эх, посмотреть бы на него в настоящем деле!
Ему ещё ни разу не доводилось видеть Декана в бою, и это разжигало в нём нешуточное любопытство.
Ему ещё ни разу не доводилось видеть Декана в бою, и это разжигало в нём нешуточное любопытство.
Немного привыкнув к новым ощущениям, У Чэнь повернулся к дочери, которая сидела неподалёку:
Немного привыкнув к новым ощущениям, У Чэнь повернулся к дочери, которая сидела неподалёку:
— Синьсинь, подожди брата здесь. Я пойду домой, а то дел накопилась целая куча.
— Синьсинь, подожди брата здесь. Я пойду домой, а то дел накопилась целая куча.
За безопасность детей он не переживал. С их нынешними силами им в этом городе никто не был страшен, если только деканы соперничающих академий не решат напасть лично.
За безопасность детей он не переживал. С их нынешними силами им в этом городе никто не был страшен, если только деканы соперничающих академий не решат напасть лично.
Проще говоря, У Мо и его сестра сейчас легко могли потягаться с рядовыми мастерами девятого уровня Вращения Начала!
Проще говоря, У Мо и его сестра сейчас легко могли потягаться с рядовыми мастерами девятого уровня Вращения Начала!
— Пока, папочка! — Весело помахала ему рукой У Синьсинь.
— Пока, папочка! — Весело помахала ему рукой У Синьсинь.
У Чэнь в отличном расположении духа махнул ей в ответ и неторопливой походкой направился к выходу.
У Чэнь в отличном расположении духа махнул ей в ответ и неторопливой походкой направился к выходу.
За забором Чжань Фэн и Ло Цзюнь едва ли не подпрыгивали от радости:
За забором Чжань Фэн и Ло Цзюнь едва ли не подпрыгивали от радости:
— Ушёл! Наконец-то ушёл! — Теперь они могли вздохнуть спокойно.
— Ушёл! Наконец-то ушёл! — Теперь они могли вздохнуть спокойно.
Чжань Фэн перевёл взгляд на светящееся окно учебного класса, и его глаза сузились от ледяной злобы:
Чжань Фэн перевёл взгляд на светящееся окно учебного класса, и его глаза сузились от ледяной злобы:
— Ну всё, Чжан Юй. Твоё время истекло!
— Ну всё, Чжан Юй. Твоё время истекло!
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!

Комментарии

Загрузка...