— Йо, Томоэ.
— Руто, ты уверен, что всё в порядке? Главе Гильдии авантюристов пристало появляться в подобном месте?
Руто усмехнулся и покачал головой:
— Никаких проблем. И здесь я не Руто, а Фальс.
— Хмф, – фыркнула Томоэ. — Что ж, ты оказал нам услугу. Пожалуй, сделаю вид, что поверила.
После того как высокопоставленные гости – за исключением делегации Королевства Лимия – под началом ректора были перемещены в убежище, Томоэ заняла пост у входа, внешне изображая стража.
На деле же эта позиция была для неё просто удобной. Она могла присматривать за гостями и попутно без лишних глаз раздавать приказы через Телепатию работникам Компании Кудзуноха. К тому же Макото ещё не решил, как именно поступить с собравшимися здесь влиятельными фигурами, поэтому ей следовало свести общение с ними к минимуму. Находясь снаружи, она избегала ненужной мороки.
— Ну так какова обстановка? – склонил голову Руто. — Поведай, что тебе известно.
— Монстры бесчинствуют вовсю, творят что вздумается, – скрестив руки на груди, отозвалась Томоэ. — Сомневаюсь, что всё уляжется за день-другой. Этот инцидент оставит глубокие шрамы на теле города.
— Хм-м, нет-нет. Я не об этом, – отмахнулся Руто и наклонился ближе с понимающей ухмылкой. — Я о… ну, ты понимаешь, о твоём молодом господине. Ты спросила у него то, что хотела?
Томоэ дрогнула, и лицо её на миг окаменело.
— А ты милашка, знала? – поддразнил Руто, расплываясь в улыбке ещё шире. — Уж не ведаю, что именно ты чаяла услышать, но ответ-то получила? Или разговорить его удалось лишь спьяну?
— Помолчи! – отрезала Томоэ. — В конце концов, мне не понадобилось столь нелепое пойло, дабы приоткрыть завесу над тем, что на сердце у Молодого Господина. На данный момент… этого довольно.
— О? Выходит, ничего путного не выведала? Какая жалость. Знаешь ли, к тому особому настою вырабатывается привыкание. Пройдёт месяц и он вовсе перестанет действовать. Могла бы выпить с ним ещё разок, пока есть хоть какой-то прок.
— Дабы наслаждаться выпивкой, вовсе не обязательно заливаться до беспамятства, – сухо бросила Томоэ, скрестив руки. — Но не стану отрицать, опыт вышел занятный. Хотя уж от кого-кого, а от тебя подобной глупости я никак не ждала.
— Любопытство берёт верх, ничего не могу поделать. Какой же путь он намерен избрать?..
— Не испытываю ни малейшего желания с тобой сближаться, – вздохнула Томоэ. — Однако отрицать глупо: за последнее время за мной накопилась пара должков перед тобой. Скажу лишь одно: после всей этой заварухи Молодой Господин наконец осознает, сколь много дорог перед ним открыто.
— Хм, вот как… – Руто сощурился, и в его взгляде мелькнул живой, но задумчивый блеск. — Ну и скрытные же вы. Но значит ли это, что вы наконец решились вмешаться в дела мира?
В его голосе сквозил неподдельный восторг. Азарт. Но под ними читалась настороженность.
Томоэ лишь пожала плечами:
— Кто знает?
— Да брось ты, – театрально взмахнул рукой Руто. — Могла бы подкинуть хоть какую-нибудь зацепку. Скажем, вдруг он примкнёт к Герою Лимии и станет новым светочем надежды для Людей? Или встанет плечом к плечу с Героем Гритонии, подстегнув тамошнее безумие? А как насчёт того, чтобы найти приют у культа Мудрецов в Лореле и провести остаток дней в покое? Он ведь мог бы даже оторвать Циге от Айона и провозгласить его собственным владением.
— Уж в чём тебе не отказать, так это в умении плести небылицы.
— Что ж, тогда… быть может, ему стоит прямиком явиться в храм Богини, склонить главу и заделаться её истовым последователем? Тоже ведь способ пустить корни в этом мире, не так ли? Он ведь пытался сойтись с Людьми прежде, в конце…
Лицо Томоэ потемнело, и она резко оборвала его:
— Это тайна.
Сталь в её голосе звенела отчётливо: разговор окончен.
К её досаде, Руто и не думал отступать. В его следующих словах зазвучала неприкрытая, расчётливая провокация:
— Разумеется, сочти он общество Людей чересчур прогнившим, он всегда волен встать на сторону Владыки Демонов и стереть этот мир в порошок.
Томоэ смерила его взглядом, полным брезгливости. Руто лишь тихо хохотнул:
— Жутковато. Но ведь, сама подумай, Макото, даже не ведая того, способен единолично решить исход этой войны. Как по мне, он слишком недооценивает ту силу, коей обладает. Чувствуй он себя в тисках на самом деле, разве не начал бы действовать куда раньше?
Томоэ не отвела глаз и отчеканила твёрдо:
— У Молодого Господина свой жизненный опыт и собственные ценности. По-своему он крайне упрям. Он ни за что не примет чужих истин, пока не убедится во всём лично. А мы… – она запнулась, взгляд её на миг обратился в пустоту, после чего снова сфокусировался на Руто. — Мы тоже обязаны учитывать множество вещей.
— Ценности? Его личные принципы? – повторил Руто, с неподдельным интересом склонив голову набок. — А вот об этом я бы послушал охотнее всего.
Томоэ промолчала.
— А-а, опять двадцать пять… – Руто вздохнул и покачал головой. — Знаешь, это нечестно. Ладно, как насчёт обмена? Всего одна крупица сведений, мне не нужно всё. Взамен я поделюсь кое-чем действительно ценным. Знаешь ли, эта беседа смахивает на изощрённую пытку.
Томоэ прищурилась:
— Хмф... Смотря что именно ты жаждешь выведать.
— Значит, надежда есть? Отлично. Больше всего меня занимает – ты наверняка помнишь, я уже заводил об этом речь, – стоит ли он на пороге перемен? Что скажешь?
Бровь Томоэ едва заметно дёрнулась, и она опустила взгляд, вспомнив ночной разговор посреди душного лета.
— Вот оно что… – обронила она. — Полагаю, от малой толики вреда не будет.
Вскинув голову, она встретила жадный взор Руто и едва заметно кивнула.
— Серьёзно?! – лицо Руто буквально озарилось неподдельным восторгом. — В смысле, да, я и сам вижу, что с тех пор он слегка переменился… Но мне нужно было мнение того, кто наблюдает за ним неотлучно.
Томоэ перевела дух, прежде чем заговорить:
— Сразу обозначу: коренных переворотов в его мировоззрении не произошло. Молодой Господин до сих пор не определился с тем, какое место желает занять в этом мире. Однако что до его сил?.. Он пробудился окончательно. Вздумай ты сойтись с ним в бою сейчас, я бы со спокойным сердцем наблюдала со стороны. Вот насколько он вырос.
— Неужели?! То есть, когда мы только сошлись впервые, он уже мог по крайней мере тягаться со мной на равных... Звучит не так уж и впечатляюще.
— Я же сказала: мы могли бы наблюдать без тени тревоги. Позволь прояснить: сойдись ты с ним в лобовой схватке… что ж, может, тебе и удалось бы оставить царапину. Но не более того. Сейчас же это даже боем назвать не выйдет.
Руто лишь остолбенело уставился на неё. Обычно он весь лучился позерством – самодовольная, насмешливая ухмылка не сходила с его лица. Но сейчас, впервые на памяти Томоэ, от этой спеси не осталось и следа: повисла редкая, неприкрытая тишина.
Томоэ продолжила, и в голосе её зазвенели стальные, бесповоротные нотки:
— Не знаю, с каких заоблачных высот ты взираешь на этот бренный мир и какие мысли роятся в твоей голове. Но дам тебе один совет: держи свои руки подальше от Молодого Господина. Достигни он воистину той ступени, коей ты кличешь «пробуждением»… даже Высшие драконы, соберись вы хоть все разом, покажетесь подле него жалкими ящерицами.
У Руто не нашлось ни колкой реплики, ни шутливого выпада.
Лишь гробовое молчание.
Прежде чем он успел прийти в себя, Томоэ нанесла новый удар:
— А теперь: что там за «ценные» сведения ты обещал?
Руто тихо вздохнул и наконец ответил:
— Козырь Людей пришёл в движение. – он небрежно пожал плечами и добавил: — Впрочем, коль скоро он обрёл столь чудовищную мощь, вам, должно быть, и опасаться нечего.
— Их козырь?.. А, Убийца Драконов? Та, кого кличут сильнейшим из Людей?
— Убийца Драконов? Ты про Софию? – Руто закатил глаза. — Умоляю... Девчонка просто обладает наивысшим уровнем среди авантюристов, состоящих в Гильдии. Да, она сразила Лансера, но одно это не делает её сильнейшей. Быть Убийцей Драконов и быть сильнейшим – далеко не одно и то же.
— Кто же тогда?
— Тот, кто уступает в милости Богини лишь Героям. Наследник нынешнего поколения; поговаривают, весьма удачный экземпляр.
— Нынешнего поколения?.. То есть титул передается по наследству? – Томоэ нахмурилась, сопоставляя факты.
— О? Полагаю, тебе о них не ведомо. – губы Руто вновь тронула лукавая усмешка: — Особая ветвь Людей, владеющая стихией, неподвластной даже самой Богине. В последнее время она была занята иными делами, но, похоже, теперь взялась за ум всерьёз. Впрочем, ничего удивительного: она ведь всего-навсего разгребает ту кашу, которую сама же и заварила.
Томоэ скрестила руки на груди, переваривая услышанное, и медленно кивнула:
— Хмф... Что ж, приму эту информацию к сведению. Раз уж мы закончили, тебе пора внутрь. Чем дольше мы тут торчим вместе, тем больше кривотолков породим… К тому же я и так была чересчур щедра на ответы. И смотри, разберись с инцидентом вокруг Телепортации как подобает, уяснил?
Она махнула левой рукой, недвусмысленно прогоняя собеседника.
Руто лишь усмехнулся её бесцеремонности:
— Понял-понял. Выпал редкий шанс снискать признательность Макото, так что я отработаю на совесть. Уж с Людьми я управляться умею получше вашего. Как всё уладится, лично приду с докладом – само собой, к Макото.
— И заруби себе на носу: мой меч тебе не видать. А если вздумаешь совать нос в мои техники Телепортации – даже не надейся, – предупредила Томоэ.
— Разумеется. Можешь на меня положиться… О, и ещё кое-что: хоть ни одна держава ещё ничего не пронюхала, вам бы стоило поумерить пыл в подслушивании через Телепатию. Честное слово, вы просто невыносимы. Я даже перекинуться парой слов с Макото с глазу на глаз толком не могу. – Руто с наигранной укоризной покачал головой и неопределённо повёл рукой в воздухе: — Ваша связь через Телепатию и магия Телепортации обогнали весь остальной мир на века. Попади они в руки разных королевств – только представь, насколько дольше растянулась бы эта бойня между Демонами и Людьми.
С преувеличенно широким вздохом Руто развернулся и толкнул дверь убежища. Как он и предупредил Томоэ, переступив порог, он вновь нацепит личину главы Гильдии Фальса и поведёт себя подобающе.
Томоэ осталась на месте, молча провожая его взглядом.
— Растянулась, значит?.. – пробормотала она, глядя на захлопнувшуюся дверь. — Стало быть, этот мерзавец прекрасно осведомлён и о делах Демонов. Мне нет дела до этой «войны Людей и Демонов», но если он начнёт мутить воду, мне почти жаль обе стороны.
Она шумно выдохнула и повела плечами:
— Ну а теперь… когда же нам начинать контратаку? Пока что продолжим содействовать эвакуации… Это послужит благовидным предлогом ещё на пару дней.
Оставшись одна, она вновь принялась раздавать указания служащим Компании Кудзуноха. Даже во время беседы с Руто она ни на миг не переставала фильтровать нескончаемый поток мысленных донесений через Телепатию.
Сводки от подчинённых. Перехваченные переговоры между державами. И вдобавок те сведения, которые она добыла самолично.
Томоэ сопоставляла данные, с филигранной точностью выверяя миг для удара.
Они уже оставили опустевшие лавки компании. Строения превратились в простые пустые коробки – защищать их больше не имело смысла. Держаться за стены не было нужды, когда их в любой миг можно отстроить заново.
В этот самый час работники Кудзунохи были рассредоточены по всему Роцгарду, направляя обезумевших от страха горожан в безопасные сектора. Компания составила перечень районов, до которых ещё не добрались бесчинствующие мутанты, а также точек, уже объявленных убежищами, и вела беженцев строго по этим маршрутам.
По мере поступления новых докладов разворачивались дополнительные укрытия. Буквально час назад они заручились согласием трущоб полулюдей, внеся и их в список эвакуационных пунктов.
Пусть хаос и не думал стихать, ни в действиях Томоэ, ни в рядах её компании не было ни малейшего намёка на панику.
Даже посреди разверзшейся катастрофы они двигались с безукоризненной точностью.
※※※
— Выходит, ты уже обрёл столь чудовищную мощь, а?.. Макото… – вполголоса протянул Руто, прислонившись спиной к стене внутри убежища.
Хоть речи Томоэ и ошеломили его, сильнее всего внутри клокотал чистый азарт. В нём не было ни отчаяния, ни тени страха.
— Коль скоро всё продолжится в том же духе, тебе воистину станет под силу сразить саму Богиню, – усмехнулся он, и губы его тронула плотоядная улыбка. — Ты вечно сетуешь на злой рок, но взгляни на её нынешнее положение: парализована, лишена свободы манёвра… Сдаётся мне, тебе неслыханно везёт.
Он говорил едва слышным шёпотом, но упоение в каждом звуке звенело неприкрыто.
— Ты великолепен, Макото. Плевать как – плевать, какую форму это примет, – но я жажду узреть предел твоей силы во всём его величии.
С его губ сорвался тихий смешок, а в глазах блеснуло нечто, граничащее со слепым благоговением.
— Однажды… я надеюсь встать подле тебя, мой ненаглядный идеал, и обратить взор к единому горизонту.
В этом экстатическом бормотании чудилась пугающая, недосягаемая для смертных отрешённость.

Комментарии

Загрузка...