Вой сирен разорвал ночную тишину.
Вой сирен разорвал ночную тишину.
Вскоре в район Минами стянулось несколько полицейских машин. Их яркие мигалки переполошили местных: из подпольного салона в переулке напротив толпой высыпали полураздетые клиенты, в панике разбегаясь кто куда.
Вскоре в район Минами стянулось несколько полицейских машин. Их яркие мигалки переполошили местных: из подпольного салона в переулке напротив толпой высыпали полураздетые клиенты, в панике разбегаясь кто куда.
Феликс вывел Юки из бара. На крыльце их уже ждала Синтия, набросившая на плечи роскошное меховое манто. Вид у женщины был весьма грозный.
Феликс вывел Юки из бара. На крыльце их уже ждала Синтия, набросившая на плечи роскошное меховое манто. Вид у женщины был весьма грозный.
Нахмурившись, она смерила сердитым взглядом понурившуюся дочь, а затем перевела глаза на стоявшего рядом юношу, который вежливо улыбался.
Нахмурившись, она смерила сердитым взглядом понурившуюся дочь, а затем перевела глаза на стоявшего рядом юношу, который вежливо улыбался.
Лицо Синтии смягчилось, а взгляд потеплел.
Лицо Синтии смягчилось, а взгляд потеплел.
— Ох, Феликс, — заговорила она. — Извини за беспокойство. Столько хлопот тебе доставили.
— Ох, Феликс, — заговорила она. — Извини за беспокойство. Столько хлопот тебе доставили.
— Ну что вы, тетя Синтия, никаких хлопот, — мягко ответил Феликс. — Я и сам не ожидал встретить здесь Юки. Вообще-то я давний поклонник её творчества.
— Ну что вы, тетя Синтия, никаких хлопот, — мягко ответил Феликс. — Я и сам не ожидал встретить здесь Юки. Вообще-то я давний поклонник её творчества.
Синтия с удивлением покосилась на дочь, а затем расплылась в дружелюбной улыбке:
Синтия с удивлением покосилась на дочь, а затем расплылась в дружелюбной улыбке:
— Вот как? В таком случае давай обменяемся контактами. Если у нас намечается какое-нибудь мероприятие, я обязательно тебя приглашу.
— Вот как? В таком случае давай обменяемся контактами. Если у нас намечается какое-нибудь мероприятие, я обязательно тебя приглашу.
— Буду очень рад, тетя Синтия.
— Буду очень рад, тетя Синтия.
Женщина с улыбкой отсканировала код в приложении Плейн на телефоне Феликса. Но стоило ей повернуться к Юки, как её лицо мгновенно обледенело.
Женщина с улыбкой отсканировала код в приложении Плейн на телефоне Феликса. Но стоило ей повернуться к Юки, как её лицо мгновенно обледенело.
— В машину.
— В машину.
Юки молча кивнула. Уже садясь в салон, она обернулась и бросила быстрый взгляд на Феликса, стоявшего у входа в бар.
Юки молча кивнула. Уже садясь в салон, она обернулась и бросила быстрый взгляд на Феликса, стоявшего у входа в бар.
Их взгляды встретились. Феликс ободряюще улыбнулся.
Их взгляды встретились. Феликс ободряюще улыбнулся.
Глаза девушки на миг блеснули, после чего она скользнула на заднее сиденье.
Глаза девушки на миг блеснули, после чего она скользнула на заднее сиденье.
Дверца захлопнулась, взвыли сирены.
Дверца захлопнулась, взвыли сирены.
Кавалькада полицейских машин медленно тронулась и растаяла в темноте. Феликс остался стоять на крыльце, его вежливая улыбка постепенно сошла с лица.
Кавалькада полицейских машин медленно тронулась и растаяла в темноте. Феликс остался стоять на крыльце, его вежливая улыбка постепенно сошла с лица.
На его плече бесшумно, словно соткавшись из воздуха, возникла черная кошка.
На его плече бесшумно, словно соткавшись из воздуха, возникла черная кошка.
Мяу-чан проводила взглядом удаляющиеся машины и с облегчением выдохнула:
Мяу-чан проводила взглядом удаляющиеся машины и с облегчением выдохнула:
— Мяу... У нее только что вожделение так скакнуло, я чуть со страху не умерла!
— Мяу... У нее только что вожделение так скакнуло, я чуть со страху не умерла!
— Знаю, — отозвался Феликс. — Иначе я бы не стал перехватывать пудинг, предназначавшийся для другого столика, и отдавать его ей.
— Знаю, — отозвался Феликс. — Иначе я бы не стал перехватывать пудинг, предназначавшийся для другого столика, и отдавать его ей.
Этот десерт действительно готовили не для Юки, но Феликс вовремя почуял, как накаляется атмосфера, и переиграл всё на ходу.
Этот десерт действительно готовили не для Юки, но Феликс вовремя почуял, как накаляется атмосфера, и переиграл всё на ходу.
Мяу-чан озадаченно наклонила голову набок и спросила:
Мяу-чан озадаченно наклонила голову набок и спросила:
— И всё-таки, как ты понял, что она обожает петь?
— И всё-таки, как ты понял, что она обожает петь?
Феликс покосился на кошку и ласково погладил её по голове.
Феликс покосился на кошку и ласково погладил её по голове.
— Утром она натворила дел. Сначала я хотел разыграть ту же карту, что и с Сильвией — заставить её почувствовать уколы совести. Но фокус не удался, ей было глубоко плевать. Пришлось срочно менять тактику, чтобы сбить её агрессию.
— Утром она натворила дел. Сначала я хотел разыграть ту же карту, что и с Сильвией — заставить её почувствовать уколы совести. Но фокус не удался, ей было глубоко плевать. Пришлось срочно менять тактику, чтобы сбить её агрессию.
Он неторопливо пошел обратно в бар, делясь мыслями на ходу:
Он неторопливо пошел обратно в бар, делясь мыслями на ходу:
— Я просмотрел кучу информации о ней. Она снималась в шоу, играла в кино. Внешность безупречная, но вот отзывы о её актерской игре и телепроектах... мягко говоря, так себе. К тому же я подслушал её телефонный разговор с матерью. Юки жаловалась, что навязанный ей путь — вовсе не то, чего она хочет. Однако в разговоре с Таней она обмолвилась, что отчаянно жаждет материнского признания.
— Я просмотрел кучу информации о ней. Она снималась в шоу, играла в кино. Внешность безупречная, но вот отзывы о её актерской игре и телепроектах... мягко говоря, так себе. К тому же я подслушал её телефонный разговор с матерью. Юки жаловалась, что навязанный ей путь — вовсе не то, чего она хочет. Однако в разговоре с Таней она обмолвилась, что отчаянно жаждет материнского признания.
Феликс посмотрел на притихшую Мяу-чан.
Феликс посмотрел на притихшую Мяу-чан.
— Понимаешь, в чём штука? Человек жаждет признания только в том деле, в которое вложил душу, где выложился без остатка. Раз навязанная карьера ей не по душе, она вряд ли бы старалась изо всех сил, а значит, и чужое мнение её бы так не ранило. Но вспомни песни, которые мы слушали. Текст, музыка, аранжировка, сведение, вокал — всё сделано её собственными руками. Проекты непопулярные, сил отнимают уйму, а она упрямо выпускает трек за треком. Вот я и пришел к выводу: её настоящая страсть — музыка. Именно там она хочет быть услышанной.
— Понимаешь, в чём штука? Человек жаждет признания только в том деле, в которое вложил душу, где выложился без остатка. Раз навязанная карьера ей не по душе, она вряд ли бы старалась изо всех сил, а значит, и чужое мнение её бы так не ранило. Но вспомни песни, которые мы слушали. Текст, музыка, аранжировка, сведение, вокал — всё сделано её собственными руками. Проекты непопулярные, сил отнимают уйму, а она упрямо выпускает трек за треком. Вот я и пришел к выводу: её настоящая страсть — музыка. Именно там она хочет быть услышанной.
Кошка понимающе закивала:
Кошка понимающе закивала:
— И ты притворился её преданным фанатом, дав ей то самое долгожданное признание! Это уберегло её от искушения задействовать Модификатор! Как тонко, мяу!
— И ты притворился её преданным фанатом, дав ей то самое долгожданное признание! Это уберегло её от искушения задействовать Модификатор! Как тонко, мяу!
— Именно.
— Именно.
— Значит, скоро она, как и Сильвия, начнет ронять фрагменты? — глаза Мяу-чан загорелись восторгом. — Так быстро раскусить её! Ты просто супер, мяу!
— Значит, скоро она, как и Сильвия, начнет ронять фрагменты? — глаза Мяу-чан загорелись восторгом. — Так быстро раскусить её! Ты просто супер, мяу!
Однако Феликс не разделял её энтузиазма. Он вздохнул и с досадой взъерошил шерстку на голове кошки.
Однако Феликс не разделял её энтузиазма. Он вздохнул и с досадой взъерошил шерстку на голове кошки.
— Всё не так просто. Метод рабочий, спору нет. Но нельзя забывать главное: её мать не признает увлечение музыкой.
— Всё не так просто. Метод рабочий, спору нет. Но нельзя забывать главное: её мать не признает увлечение музыкой.
Взгляд Феликса стал предельно сосредоточенным. Он сразу нащупал слабое звено в своей схеме.
Взгляд Феликса стал предельно сосредоточенным. Он сразу нащупал слабое звено в своей схеме.
— Кто я для неё? Случайный прохожий. А та женщина — её родная мать. Как думаешь, что перевесит: материнское отвержение или похвала какого-то прохожего? К тому же для неё я сейчас, скорее, враг, который её раздражает, а вовсе не приятель.
— Кто я для неё? Случайный прохожий. А та женщина — её родная мать. Как думаешь, что перевесит: материнское отвержение или похвала какого-то прохожего? К тому же для неё я сейчас, скорее, враг, который её раздражает, а вовсе не приятель.
Феликс вошел в бар и устало размял плечи.
Феликс вошел в бар и устало размял плечи.
«Это лишь временная мера. Рано или поздно плотину прорвет. Тут нужно либо заставить мать признать её талант, либо... сделать так, чтобы Юки признали миллионы. Чтобы народная любовь затмила неодобрение одного-единственного человека».
«Это лишь временная мера. Рано или поздно плотину прорвет. Тут нужно либо заставить мать признать её талант, либо... сделать так, чтобы Юки признали миллионы. Чтобы народная любовь затмила неодобрение одного-единственного человека».
Был, конечно, и третий путь: занять в её жизни настолько важное место, чтобы его мнение стало для неё авторитетнее материнского. Стать для неё кем-то незаменимым... например, возлюбленным.
Был, конечно, и третий путь: занять в её жизни настолько важное место, чтобы его мнение стало для неё авторитетнее материнского. Стать для неё кем-то незаменимым... например, возлюбленным.
Но Феликс даже думать об этом не хотел, поэтому оставил эту мысль при себе.
Но Феликс даже думать об этом не хотел, поэтому оставил эту мысль при себе.
Мяу-чан захлопала глазами, пытаясь придумать, чем помочь своему подопечному, но дельного в голову ничего не шло.
Мяу-чан захлопала глазами, пытаясь придумать, чем помочь своему подопечному, но дельного в голову ничего не шло.
— Мяу~
— Мяу~
Кошка ласково потерлась пушистой мордочкой о его щеку, призывая не унывать.
Кошка ласково потерлась пушистой мордочкой о его щеку, призывая не унывать.
Феликс невольно улыбнулся и окинул взглядом полупустой зал.
Феликс невольно улыбнулся и окинул взглядом полупустой зал.
В заведении царил уютный полумрак. Таня уже держала в зубах незажженную сигарету и шарила по карманам в поисках зажигалки — видать, легкие соскучились по дыму.
В заведении царил уютный полумрак. Таня уже держала в зубах незажженную сигарету и шарила по карманам в поисках зажигалки — видать, легкие соскучились по дыму.
Феликс привычным движением вытянул сигарету у неё из губ и зажал между пальцами.
Феликс привычным движением вытянул сигарету у неё из губ и зажал между пальцами.
Обычно Таня послушно сдавалась, но в этот раз капризно выставила ладонь:
Обычно Таня послушно сдавалась, но в этот раз капризно выставила ладонь:
— А ну верни!
— А ну верни!
Феликс удивленно приподнял бровь:
Феликс удивленно приподнял бровь:
— Опять за старое? Ты же только позавчера божилась, что бросаешь. И дня не прошло, как сорвалась. К тому же, сестренка Таня, пытаться завязать, таская с собой сигареты и выпивку — это всё равно что тушить огонь керосином.
— Опять за старое? Ты же только позавчера божилась, что бросаешь. И дня не прошло, как сорвалась. К тому же, сестренка Таня, пытаться завязать, таская с собой сигареты и выпивку — это всё равно что тушить огонь керосином.
Таня уныло вздохнула, не найдя что возразить, и облокотилась на край стола:
Таня уныло вздохнула, не найдя что возразить, и облокотилась на край стола:
— Ну да, ну да. Куда уж мне, прокуренной и пропахшей алкоголем, тягаться с нежными, благоухающими юными идолами... Ишь, как она плакала — прямо слезы ручьем, чистая героиня мелодрамы! Какая милота, аж приторно!
— Ну да, ну да. Куда уж мне, прокуренной и пропахшей алкоголем, тягаться с нежными, благоухающими юными идолами... Ишь, как она плакала — прямо слезы ручьем, чистая героиня мелодрамы! Какая милота, аж приторно!
Феликс с самым серьезным видом закивал:
Феликс с самым серьезным видом закивал:
— Твоя правда. Если бы тебя отчитывала мать, ты бы только и делала, что материлась на чём свет стоит, поминая всех чертей.
— Твоя правда. Если бы тебя отчитывала мать, ты бы только и делала, что материлась на чём свет стоит, поминая всех чертей.
— Слышь... Напросился на разряд шокера? — Таня с угрюмым видом выудила из-за пазухи электрошокер.
— Слышь... Напросился на разряд шокера? — Таня с угрюмым видом выудила из-за пазухи электрошокер.
Феликс примирительно поднял руки и с улыбкой протянул ей сигарету обратно:
Феликс примирительно поднял руки и с улыбкой протянул ей сигарету обратно:
— Ладно-ладно, сдаюсь. Я и так выжат как лимон после разговоров с этой девицей, только твоих молний мне для полного счастья не хватало. Держи, если уж так невтерпёж.
— Ладно-ладно, сдаюсь. Я и так выжат как лимон после разговоров с этой девицей, только твоих молний мне для полного счастья не хватало. Держи, если уж так невтерпёж.
Таня, которая до этого демонстративно дулась, уловила в его словах ключевое: возиться с Юки для него было тяжко, а вовсе не в радость. Сменив гнев на милость, она победно хмыкнула.
Таня, которая до этого демонстративно дулась, уловила в его словах ключевое: возиться с Юки для него было тяжко, а вовсе не в радость. Сменив гнев на милость, она победно хмыкнула.
Сигарету забирать не стала, но капризно надула губы:
Сигарету забирать не стала, но капризно надула губы:
— Хочу пудинг.
— Хочу пудинг.
— Иди и приготовь, — отрезал Феликс.
— Иди и приготовь, — отрезал Феликс.
— Эй! Ты ничего не попутал? Кто тут босс, а кто наёмный рабочий? Живо уволю или зарплату урежу, понял?!
— Эй! Ты ничего не попутал? Кто тут босс, а кто наёмный рабочий? Живо уволю или зарплату урежу, понял?!
— Босс, вообще-то это ты меня научила его готовить. У тебя он выходит в сто раз нежнее. Смысл мне позориться?
— Босс, вообще-то это ты меня научила его готовить. У тебя он выходит в сто раз нежнее. Смысл мне позориться?
— Ничего не знаю. То, что приготовлено чужими руками, всегда вкуснее!
— Ничего не знаю. То, что приготовлено чужими руками, всегда вкуснее!
— Да-да, как скажешь...
— Да-да, как скажешь...
Феликс мягко улыбнулся. Таня, скрестив руки на груди, тихонько замурлыкала под нос какую-то весёлую мелодию, явно довольная собой.
Феликс мягко улыбнулся. Таня, скрестив руки на груди, тихонько замурлыкала под нос какую-то весёлую мелодию, явно довольная собой.
Ночь в районе Минами принесла немного суматохи, но в остальном жизнь текла своим чередом.
Ночь в районе Минами принесла немного суматохи, но в остальном жизнь текла своим чередом.
***
***
Четверг, полдень
Четверг, полдень
Корпус первого курса Академии Тоцуки. Женский туалет, одна из кабинок.
Корпус первого курса Академии Тоцуки. Женский туалет, одна из кабинок.
— Мизинец, как думаешь... так мне больше идёт?
— Мизинец, как думаешь... так мне больше идёт?
Анжела всматривалась в зеркальце, поправляя свежеподстриженную воздушную челку.
Анжела всматривалась в зеркальце, поправляя свежеподстриженную воздушную челку.
Она приподняла вечно спадавшие на лицо пряди иссиня-черных волос, открыв чистое, лишенное макияжа, но от природы миловидное и нежное лицо.
Она приподняла вечно спадавшие на лицо пряди иссиня-черных волос, открыв чистое, лишенное макияжа, но от природы миловидное и нежное лицо.
Недавно, когда они с Арией Спенсер обменялись контактами, та прямо заявила, что с прежней прической Анжела похожа на ходячее привидение из ужастиков. Вот девушка и решилась на перемены. Ей казалось, что с новой стрижкой ей будет чуточку легче набраться смелости и передать Феликсу письмо.
Недавно, когда они с Арией Спенсер обменялись контактами, та прямо заявила, что с прежней прической Анжела похожа на ходячее привидение из ужастиков. Вот девушка и решилась на перемены. Ей казалось, что с новой стрижкой ей будет чуточку легче набраться смелости и передать Феликсу письмо.
Маленькая змейка, обвившаяся вокруг её плеча, раздраженно зашипела и завертела головой:
Маленькая змейка, обвившаяся вокруг её плеча, раздраженно зашипела и завертела головой:
— Сначала ты просишь эту Спенсер разобраться с твоими обидчицами, теперь стрижешься по её указке... У тебя вообще собственное мнение есть?!
— Сначала ты просишь эту Спенсер разобраться с твоими обидчицами, теперь стрижешься по её указке... У тебя вообще собственное мнение есть?!
Анжела робко возразила змейке в мыслях:
Анжела робко возразила змейке в мыслях:
«Но ведь Спенсер действительно потрясающая... Селена и её компашка после её взбучки и пикнуть не смеют, сегодня даже на уроки не явились. К тому же мои волосы и правда были слишком густыми и тяжелыми. Мне кажется, так намного лучше...»
«Но ведь Спенсер действительно потрясающая... Селена и её компашка после её взбучки и пикнуть не смеют, сегодня даже на уроки не явились. К тому же мои волосы и правда были слишком густыми и тяжелыми. Мне кажется, так намного лучше...»
Мизинец промолчал.
Мизинец промолчал.
Наличие у Анжелы собственного мнения его волновало меньше всего. Больше всего змейку бесило то, что девчонка упорно отказывалась пользоваться силой Модификатора. Мизинец от этого едва не лопался от злости.
Наличие у Анжелы собственного мнения его волновало меньше всего. Больше всего змейку бесило то, что девчонка упорно отказывалась пользоваться силой Модификатора. Мизинец от этого едва не лопался от злости.
Черт возьми! Иметь в руках такое могущественное оружие и его, умнейшего в мире наставника, и при этом страдать ерундой...
Черт возьми! Иметь в руках такое могущественное оружие и его, умнейшего в мире наставника, и при этом страдать ерундой...
«Так дело не пойдет. Нужно во что бы то ни стало заставить её активировать силу!»
«Так дело не пойдет. Нужно во что бы то ни стало заставить её активировать силу!»
Затаив коварный замысел, Мизинец сменил тон:
Затаив коварный замысел, Мизинец сменил тон:
— Ладно, стрижка действительно неплохая. Но почему бы тебе не сходить и не разведать обстановку?
— Ладно, стрижка действительно неплохая. Но почему бы тебе не сходить и не разведать обстановку?
«Какую обстановку?»
«Какую обстановку?»
— Спенсер ведь говорила, что в обед пойдет сдаваться в студенческий совет. А за эту их студию совместного обучения отвечает как раз твой Феликс.
— Спенсер ведь говорила, что в обед пойдет сдаваться в студенческий совет. А за эту их студию совместного обучения отвечает как раз твой Феликс.
«Ария ведь равнодушна к Феликсу. Мне не о чем переживать».
«Ария ведь равнодушна к Феликсу. Мне не о чем переживать».
Мизинец едва не задохнулся от ярости. Он легонько шлепнул Анжелу хвостом по щеке:
Мизинец едва не задохнулся от ярости. Он легонько шлепнул Анжелу хвостом по щеке:
— Ты совсем глупая? Эта девица набрала несчастные шестьдесят шесть баллов, она же тупая как пробка! Неужели ты думаешь, что она послушно усядется за учебники под его началом? Феликсу деваться некуда, это поручение администрации школы. Но если Спенсер выйдет из себя и распустит руки? Она же его побьет!
— Ты совсем глупая? Эта девица набрала несчастные шестьдесят шесть баллов, она же тупая как пробка! Неужели ты думаешь, что она послушно усядется за учебники под его началом? Феликсу деваться некуда, это поручение администрации школы. Но если Спенсер выйдет из себя и распустит руки? Она же его побьет!
«Феликс... он ещё не мой...»
«Феликс... он ещё не мой...»
Анжела мгновенно залилась краской, а Мизинец едва не заработал инфаркт.
Анжела мгновенно залилась краской, а Мизинец едва не заработал инфаркт.
— Сейчас самое время выяснять права собственности?! Ты вообще меня слышишь?! Живо встала и пошла! Нам нужно срочно проверить, что там происходит!
— Сейчас самое время выяснять права собственности?! Ты вообще меня слышишь?! Живо встала и пошла! Нам нужно срочно проверить, что там происходит!
«Ладно... Хорошо...»
«Ладно... Хорошо...»
Поддавшись напору своего маленького спутника, Анжела нерешительно поднялась.
Поддавшись напору своего маленького спутника, Анжела нерешительно поднялась.
Она вовсе не была глупой и прекрасно понимала логику змейки. Просто глубоко укоренившийся страх и неуверенность мешали ей сделать шаг навстречу Феликсу. Но деваться было некуда. Анжела покинула туалетную комнату и робким шагом направилась к лестнице, ведущей на верхний этаж.
Она вовсе не была глупой и прекрасно понимала логику змейки. Просто глубоко укоренившийся страх и неуверенность мешали ей сделать шаг навстречу Феликсу. Но деваться было некуда. Анжела покинула туалетную комнату и робким шагом направилась к лестнице, ведущей на верхний этаж.
Кажется, кабинет студенческого совета находится именно там?
Кажется, кабинет студенческого совета находится именно там?
Тук... Тук... Тук...
Тук... Тук... Тук...
Сердце девушки забилось чаще. Она скользнула в боковую галерею и затаилась у окна, откуда отлично просматривался коридор перед приемной студенческого совета.
Сердце девушки забилось чаще. Она скользнула в боковую галерею и затаилась у окна, откуда отлично просматривался коридор перед приемной студенческого совета.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...