Что первым делом приходит на ум при упоминании подземелья владыки демонов? Огромный запутанный лабиринт, смертоносные ловушки и, конечно же... свирепые, внушающие ужас твари.
Что первым делом приходит на ум при упоминании подземелья владыки демонов? Огромный запутанный лабиринт, смертоносные ловушки и, конечно же... свирепые, внушающие ужас твари.
Именно они — основа любого подземелья. Под началом каждого повелителя демонов всегда служит легион преданных монстров. Не были исключением и другие кандидаты на престол. Орден Черных Рыцарей под командованием старшего брата Кляйна считался одной из самых элитных армий во всем Царстве демонов. А подвластные второй сестре Лилисии дроу и Легион суккубов и вовсе прослыли идеальным оружием для бесшумной резни под покровом ночи.
Именно они — основа любого подземелья. Под началом каждого повелителя демонов всегда служит легион преданных монстров. Не были исключением и другие кандидаты на престол. Орден Черных Рыцарей под командованием старшего брата Кляйна считался одной из самых элитных армий во всем Царстве демонов. А подвластные второй сестре Лилисии дроу и Легион суккубов и вовсе прослыли идеальным оружием для бесшумной резни под покровом ночи.
Легион Черных Драконов четвертой сестры Вивиан внушал еще более глубокий трепет. От их оглушительного рева даже обнаглевшие дьяволы Царства демонов вжимали головы в плечи и дрожали от страха. Даже пятая сестра Набериус, обладавшая сравнительно мягким нравом, держала под рукой силы, способные без особого труда стереть с лица земли любую подземную фракцию.
Легион Черных Драконов четвертой сестры Вивиан внушал еще более глубокий трепет. От их оглушительного рева даже обнаглевшие дьяволы Царства демонов вжимали головы в плечи и дрожали от страха. Даже пятая сестра Набериус, обладавшая сравнительно мягким нравом, держала под рукой силы, способные без особого труда стереть с лица земли любую подземную фракцию.
Таков классический путь любого наследника престола. Едва заложив основу своего подземелья, он сразу же вел за собой бесчисленные войска, ураганом проносясь по окрестным землям и подчиняя все разумные расы. Пленников либо обращали в рабство, либо заставляли охранять рубежи.
Таков классический путь любого наследника престола. Едва заложив основу своего подземелья, он сразу же вел за собой бесчисленные войска, ураганом проносясь по окрестным землям и подчиняя все разумные расы. Пленников либо обращали в рабство, либо заставляли охранять рубежи.
В каком-то смысле это напоминало Эпоху великих географических открытий на Земле. Старые империи отправляли свои Непобедимые армады через океан на покорение Нового Света. Стоило им столкнуться с дикими туземцами, как пара пушечных залпов обращала тех в паническое бегство. А дальше завоеватели действовали по настроению: могли набрать рабов, а могли основать колонию.
В каком-то смысле это напоминало Эпоху великих географических открытий на Земле. Старые империи отправляли свои Непобедимые армады через океан на покорение Нового Света. Стоило им столкнуться с дикими туземцами, как пара пушечных залпов обращала тех в паническое бегство. А дальше завоеватели действовали по настроению: могли набрать рабов, а могли основать колонию.
Зейну же приходилось начинать с абсолютного нуля. Впрочем, удивляться тут нечему: в обществе демонов превыше всего ценится сила. Зейн еще не успел проявить себя, так с какой стати грозным монстрам присягать ему на верность?
Зейну же приходилось начинать с абсолютного нуля. Впрочем, удивляться тут нечему: в обществе демонов превыше всего ценится сила. Зейн еще не успел проявить себя, так с какой стати грозным монстрам присягать ему на верность?
К счастью, он прекрасно это понимал и даже не пытался искать союзников на стороне. В противном случае его, скорее всего, просто лишили бы реальной власти, превратив в послушную марионетку.
К счастью, он прекрасно это понимал и даже не пытался искать союзников на стороне. В противном случае его, скорее всего, просто лишили бы реальной власти, превратив в послушную марионетку.
Раз уж помощи извне ждать не приходилось, оставалось уповать лишь на Кристалл призыва внутри самого подземелья. Вообще, первая возможность создать его у Зейна была еще в Царстве демонов, но там он не мог развернуть полноценное подземелье. В итоге от постройки кристалла пришлось отказаться, а высвободившиеся ресурсы ушли на призыв Энойи.
Раз уж помощи извне ждать не приходилось, оставалось уповать лишь на Кристалл призыва внутри самого подземелья. Вообще, первая возможность создать его у Зейна была еще в Царстве демонов, но там он не мог развернуть полноценное подземелье. В итоге от постройки кристалла пришлось отказаться, а высвободившиеся ресурсы ушли на призыв Энойи.
Время показало, что это решение было на редкость дальновидным.
Время показало, что это решение было на редкость дальновидным.
Тем не менее, Кристалл призыва оставался жизненно необходимым. Чтобы расширить сферу влияния, требовалось войско. Не мог же Зейн вечно защищать подземелье в одиночку, полагаясь лишь на горстку трусливых гоблинов-шахтеров. Глуповатые полуорки и крюкастые ужасы его не привлекали. Поэтому, как только система выдала награду за выполнение ежедневного задания и вернула право на постройку Кристалла призыва, Зейн без малейших колебаний взялся за дело.
Тем не менее, Кристалл призыва оставался жизненно необходимым. Чтобы расширить сферу влияния, требовалось войско. Не мог же Зейн вечно защищать подземелье в одиночку, полагаясь лишь на горстку трусливых гоблинов-шахтеров. Глуповатые полуорки и крюкастые ужасы его не привлекали. Поэтому, как только система выдала награду за выполнение ежедневного задания и вернула право на постройку Кристалла призыва, Зейн без малейших колебаний взялся за дело.
И вот настал решающий день.
И вот настал решающий день.
— Хозяин, Кристалл призыва готов... — робко произнесла Бикс, поднимаясь на ноги после тщательного осмотра конструкции.
— Хозяин, Кристалл призыва готов... — робко произнесла Бикс, поднимаясь на ноги после тщательного осмотра конструкции.
Сейчас она мало походила на ту чумазую рабыню-гнома, которой была прежде. Грязные лохмотья сменило аккуратное черно-белое платье горничной, а белые чулки и сапожки из мягкой оленьей кожи выгодно дополняли образ, придавая ей весьма милый и опрятный вид.
Сейчас она мало походила на ту чумазую рабыню-гнома, которой была прежде. Грязные лохмотья сменило аккуратное черно-белое платье горничной, а белые чулки и сапожки из мягкой оленьей кожи выгодно дополняли образ, придавая ей весьма милый и опрятный вид.
Окажись они сейчас на Земле, Зейна наверняка упекли бы за решетку за эксплуатацию детского труда. И никого бы не волновало, что этой «девочке», выглядящей от силы лет на десять, на самом деле уже перевалило за восемьдесят.
Окажись они сейчас на Земле, Зейна наверняка упекли бы за решетку за эксплуатацию детского труда. И никого бы не волновало, что этой «девочке», выглядящей от силы лет на десять, на самом деле уже перевалило за восемьдесят.
— Отлично, — Зейн удовлетворенно кивнул.
— Отлично, — Зейн удовлетворенно кивнул.
Услышав похвалу, Бикс просияла. Она послушно склонила голову и вежливо отступила в сторону, не скрывая робкой радости.
Услышав похвалу, Бикс просияла. Она послушно склонила голову и вежливо отступила в сторону, не скрывая робкой радости.
Внешне в поведении Бикс почти ничего не изменилось, но Зейн прекрасно понимал: приняв его Демоническое клеймо, она стала другой.
Внешне в поведении Бикс почти ничего не изменилось, но Зейн прекрасно понимал: приняв его Демоническое клеймо, она стала другой.
В отличие от магических контрактов или прямого контроля разума, Демоническое клеймо не стирало личность и не превращало жертву в безмозглого болванчика, знающего лишь имя хозяина. Этот метод был куда изощреннее, тоньше и опаснее.
В отличие от магических контрактов или прямого контроля разума, Демоническое клеймо не стирало личность и не превращало жертву в безмозглого болванчика, знающего лишь имя хозяина. Этот метод был куда изощреннее, тоньше и опаснее.
Клеймо не принуждало к рабской покорности. Вместо этого оно незаметно пускало корни в самые глубины души, нашептывая простую мысль: «Этот мужчина — твой господин. Служи ему. Каждое выполненное поручение принесет тебе истинную радость и покой».
Клеймо не принуждало к рабской покорности. Вместо этого оно незаметно пускало корни в самые глубины души, нашептывая простую мысль: «Этот мужчина — твой господин. Служи ему. Каждое выполненное поручение принесет тебе истинную радость и покой».
Стоило слуге выполнить приказ, как его сознание затапливало чувство глубокого удовлетворения и счастья. Это заставляло слугу трудиться еще усерднее ради новой «награды». Постепенно этот процесс превращался в замкнутый круг, и разум жертвы добровольно погружался в сладкую зависимость. Без всякого насилия над личностью слуга становился самым преданным вассалом владыки демонов.
Стоило слуге выполнить приказ, как его сознание затапливало чувство глубокого удовлетворения и счастья. Это заставляло слугу трудиться еще усерднее ради новой «награды». Постепенно этот процесс превращался в замкнутый круг, и разум жертвы добровольно погружался в сладкую зависимость. Без всякого насилия над личностью слуга становился самым преданным вассалом владыки демонов.
При этом характер, знания и воспоминания оставались абсолютно нетронутыми.
При этом характер, знания и воспоминания оставались абсолютно нетронутыми.
Взять ту же Бикс: она по-прежнему помнила родной дом, родителей и друзей, испытывая к ним те же теплые чувства, что и раньше. Вот только возвращаться на родину ей больше не хотелось. Под мягким воздействием клейма на первое место в ее жизни встало служение новому хозяину.
Взять ту же Бикс: она по-прежнему помнила родной дом, родителей и друзей, испытывая к ним те же теплые чувства, что и раньше. Вот только возвращаться на родину ей больше не хотелось. Под мягким воздействием клейма на первое место в ее жизни встало служение новому хозяину.
Мысли о возвращении домой померкли и сделались совершенно незначительными.
Мысли о возвращении домой померкли и сделались совершенно незначительными.
Именно поэтому в летописях не найти историй о том, чтобы совращенный демонами смертный искренне раскаялся и встал на путь истинный.
Именно поэтому в летописях не найти историй о том, чтобы совращенный демонами смертный искренне раскаялся и встал на путь истинный.
Бессмысленно взывать к совести или былой привязанности оскверненного Демоническим клеймом существа. Они не находились под гипнозом, их разум не был затуманен — они подчинялись добровольно и с чистым сердцем. И против такого выбора любые средства бессильны.
Бессмысленно взывать к совести или былой привязанности оскверненного Демоническим клеймом существа. Они не находились под гипнозом, их разум не был затуманен — они подчинялись добровольно и с чистым сердцем. И против такого выбора любые средства бессильны.
Увы, идеальных инструментов не существует. Клеймо можно наложить лишь в том случае, если жертва согласна сама, либо ее воля полностью сломлена колоссальной разницей в силе. В противном случае разум просто отвергнет чужеродное вмешательство. Будь эта способность безупречной, демоны давно бы выбрались из своих темных глубин и стерли с лица земли все наземные королевства.
Увы, идеальных инструментов не существует. Клеймо можно наложить лишь в том случае, если жертва согласна сама, либо ее воля полностью сломлена колоссальной разницей в силе. В противном случае разум просто отвергнет чужеродное вмешательство. Будь эта способность безупречной, демоны давно бы выбрались из своих темных глубин и стерли с лица земли все наземные королевства.
Но для Зейна Демоническое клеймо открывало и другие перспективы...
Но для Зейна Демоническое клеймо открывало и другие перспективы...
Впрочем, довольно пустых размышлений, пора переходить к делу.
Впрочем, довольно пустых размышлений, пора переходить к делу.
Глядя на мерцающий Кристалл призыва, Зейн тихо вздохнул. Он поднял взгляд на висевшую в воздухе панель системы, где отображались запасы топлива, снарядов, стали, алюминия... то есть, конечно же, камня, серебра, драгоценных камней и кристаллов, и слегка нахмурился.
Глядя на мерцающий Кристалл призыва, Зейн тихо вздохнул. Он поднял взгляд на висевшую в воздухе панель системы, где отображались запасы топлива, снарядов, стали, алюминия... то есть, конечно же, камня, серебра, драгоценных камней и кристаллов, и слегка нахмурился.
Зейн перевел взгляд на Кристалл призыва.
Зейн перевел взгляд на Кристалл призыва.
«Настал час призыва, пора испытать судьбу, — усмехнулся он про себя. — Вот сейчас и проверим, кто я: безнадежный неудачник или баловень фортуны... Ну или, точнее, невезучий бес или великий владыка подземелий».
«Настал час призыва, пора испытать судьбу, — усмехнулся он про себя. — Вот сейчас и проверим, кто я: безнадежный неудачник или баловень фортуны... Ну или, точнее, невезучий бес или великий владыка подземелий».
Несмотря на легкую иронию, на его губах играла странная, предвкушающая улыбка. Секрет его уверенности был прост: Зейн давно до мельчайших деталей изучил все механизмы призыва этой системы.
Несмотря на легкую иронию, на его губах играла странная, предвкушающая улыбка. Секрет его уверенности был прост: Зейн давно до мельчайших деталей изучил все механизмы призыва этой системы.
Пусть он и не мог со стопроцентной точностью угадать, какие именно монстры выйдут из портала при определенном соотношении затраченных ресурсов, но Зейн без труда умел подбирать идеальные пропорции, чтобы максимально повысить вероятность призыва редких существ. К этой формуле он пришел сам, проведя тысячи виртуальных экспериментов и построив сложнейшие математические модели.
Пусть он и не мог со стопроцентной точностью угадать, какие именно монстры выйдут из портала при определенном соотношении затраченных ресурсов, но Зейн без труда умел подбирать идеальные пропорции, чтобы максимально повысить вероятность призыва редких существ. К этой формуле он пришел сам, проведя тысячи виртуальных экспериментов и построив сложнейшие математические модели.
Правда, тогда он не учел одного: аномально высокий шанс получения редких юнитов быстро привлек внимание администрации игры. В итоге его аккаунт забанили, прикрывшись нелепым предлогом об использовании сторонних макросов и автокликеров. И это в одиночной-то стратегии! Будто это была какая-нибудь MMORPG, где автоматизация вредит балансу. Подумаешь, настроил простейший скрипт для кликов мышкой...
Правда, тогда он не учел одного: аномально высокий шанс получения редких юнитов быстро привлек внимание администрации игры. В итоге его аккаунт забанили, прикрывшись нелепым предлогом об использовании сторонних макросов и автокликеров. И это в одиночной-то стратегии! Будто это была какая-нибудь MMORPG, где автоматизация вредит балансу. Подумаешь, настроил простейший скрипт для кликов мышкой...
Впрочем, теперь это не имело значения. Ведь прямо перед тем, как в него ударила молния, перенесшая его в этот мир, Зейн успел взломать главный сервер и выставить шанс выпадения редких существ на абсолютные сто процентов. Представить только, какие лица были у разработчиков, когда все игроки — и заядлые донатеры, и обычные любители халявы — принялись пачками призывать редчайших монстров!
Впрочем, теперь это не имело значения. Ведь прямо перед тем, как в него ударила молния, перенесшая его в этот мир, Зейн успел взломать главный сервер и выставить шанс выпадения редких существ на абсолютные сто процентов. Представить только, какие лица были у разработчиков, когда все игроки — и заядлые донатеры, и обычные любители халявы — принялись пачками призывать редчайших монстров!
Но погодите-ка...
Но погодите-ка...
Зейн внезапно замер на полуслове.
Зейн внезапно замер на полуслове.
Ему в голову пришла невероятно важная мысль.
Ему в голову пришла невероятно важная мысль.
«Меня ведь перенесло сюда сразу после того, как я переписал код системы, — Зейн почувствовал, как участился пульс. — Значит ли это, что моя личная система тоже осталась взломанной? И шанс призыва редких существ для меня по-прежнему равен ста процентам?!»
«Меня ведь перенесло сюда сразу после того, как я переписал код системы, — Зейн почувствовал, как участился пульс. — Значит ли это, что моя личная система тоже осталась взломанной? И шанс призыва редких существ для меня по-прежнему равен ста процентам?!»
От этой догадки даже у обычно хладнокровного Зейна перехватило дыхание. Конечно, среди редких монстров хватало бесполезного мусора с красивыми характеристиками, но даже самый никчемный из них по базовым параметрам превосходил любого рядового юнита. К тому же теперь это его личная система — никакие разработчики не смогут выпустить патч и откатить изменения назад!
От этой догадки даже у обычно хладнокровного Зейна перехватило дыхание. Конечно, среди редких монстров хватало бесполезного мусора с красивыми характеристиками, но даже самый никчемный из них по базовым параметрам превосходил любого рядового юнита. К тому же теперь это его личная система — никакие разработчики не смогут выпустить патч и откатить изменения назад!
«Эх, знал бы, где упаду, соломки бы подстелил... — с легким сожалением подумал он. — Надо было выкрутить все характеристики на девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять».
«Эх, знал бы, где упаду, соломки бы подстелил... — с легким сожалением подумал он. — Надо было выкрутить все характеристики на девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять».
Тогда, желая просто досадить назойливой администрации, он ограничился лишь шансом призыва. Если бы он только догадывался, чем все обернется, то переписал бы абсолютно все базы данных. С такими параметрами он бы уже сейчас щелчком пальцев стирал в порошок армии богов и смертных.
Тогда, желая просто досадить назойливой администрации, он ограничился лишь шансом призыва. Если бы он только догадывался, чем все обернется, то переписал бы абсолютно все базы данных. С такими параметрами он бы уже сейчас щелчком пальцев стирал в порошок армии богов и смертных.
Впрочем, сокрушаться о несбывшемся не имело смысла.
Впрочем, сокрушаться о несбывшемся не имело смысла.
Зейн быстро взял себя в руки. Истинность его теории легко проверялась на практике. Не теряя времени на лишние раздумья, он взмахнул рукой в воздухе. Перед глазами тут же вспыхнула строчка системного оповещения.
Зейн быстро взял себя в руки. Истинность его теории легко проверялась на практике. Не теряя времени на лишние раздумья, он взмахнул рукой в воздухе. Перед глазами тут же вспыхнула строчка системного оповещения.
[Кристалл призыва активирован]
[Кристалл призыва активирован]
[Пожалуйста, внесите необходимые материалы]
[Пожалуйста, внесите необходимые материалы]
Даже при стопроцентной вероятности получения редкого существа раса призываемого все равно зависела от пропорций ресурсов. Для призыва особо могущественных созданий вроде костяных драконов или вампиров требовались не только горы редких материалов, но и соответствующие постройки — Сокровищница или Кладбище. Сейчас у Зейна не было ни того, ни другого, так что о подобных монстрах пока не стоило и мечтать.
Даже при стопроцентной вероятности получения редкого существа раса призываемого все равно зависела от пропорций ресурсов. Для призыва особо могущественных созданий вроде костяных драконов или вампиров требовались не только горы редких материалов, но и соответствующие постройки — Сокровищница или Кладбище. Сейчас у Зейна не было ни того, ни другого, так что о подобных монстрах пока не стоило и мечтать.
Да и к тому же в его нынешнем положении призывать прожорливых гигантов было бы верхом глупости. Редкие существа славились не только сокрушительной мощью, но и непомерным аппетитом. Подземелье Зейна едва сводило концы с концами: запасов еды хватало впритык для него самого и его немногочисленных слуг. Появись здесь сейчас парочка вечно голодных чудовищ — и они все дружно умерли бы от истощения.
Да и к тому же в его нынешнем положении призывать прожорливых гигантов было бы верхом глупости. Редкие существа славились не только сокрушительной мощью, но и непомерным аппетитом. Подземелье Зейна едва сводило концы с концами: запасов еды хватало впритык для него самого и его немногочисленных слуг. Появись здесь сейчас парочка вечно голодных чудовищ — и они все дружно умерли бы от истощения.
«Значит, мне нужен кто-то неприхотливый, с низким потреблением ресурсов, но при этом способный постоять за себя... — Зейн прищурился, выбирая варианты. — Решено. Выбираю тебя!»
«Значит, мне нужен кто-то неприхотливый, с низким потреблением ресурсов, но при этом способный постоять за себя... — Зейн прищурился, выбирая варианты. — Решено. Выбираю тебя!»
Зейн быстро распределил ресурсы, уверенно водя пальцами по невидимому экрану.
Зейн быстро распределил ресурсы, уверенно водя пальцами по невидимому экрану.
[Выделенные ресурсы:]
[Выделенные ресурсы:]
[- Руда: 15]
[- Руда: 15]
[- Ртуть: 10]
[- Ртуть: 10]
[- Драгоценные камни: 15]
[- Драгоценные камни: 15]
[- Кристаллы: 9]
[- Кристаллы: 9]
[Параметры призыва подтверждены. Начать процесс?]
[Параметры призыва подтверждены. Начать процесс?]
«Призвать!»
«Призвать!»
Кристалл призыва ощутимо вздрогнул.
Кристалл призыва ощутимо вздрогнул.
Три вертикально установленные призмы поочередно вспыхнули мягким магическим светом, испуская пульсирующие волны энергии. Мгновение спустя в самом центре треугольного постамента медленно разверзлась бездонная черная трещина. Ледяной ветер вырвался из пространственного разлома, с воем проносясь по тесному залу. Воздух мгновенно стал холодным и сырым, а каменный пол покрылся тонкой коркой сверкающего инея.
Три вертикально установленные призмы поочередно вспыхнули мягким магическим светом, испуская пульсирующие волны энергии. Мгновение спустя в самом центре треугольного постамента медленно разверзлась бездонная черная трещина. Ледяной ветер вырвался из пространственного разлома, с воем проносясь по тесному залу. Воздух мгновенно стал холодным и сырым, а каменный пол покрылся тонкой коркой сверкающего инея.
Где-то на грани слышимости раздался замогильный шепот усопших душ. Уловив этот едва различимый шорох, Зейн наконец позволил себе улыбнуться.
Где-то на грани слышимости раздался замогильный шепот усопших душ. Уловив этот едва различимый шорох, Зейн наконец позволил себе улыбнуться.
Кажется, его расчет оказался абсолютно верным.
Кажется, его расчет оказался абсолютно верным.

Комментарии

Загрузка...