— Ученик пика Варианта Ван Ба приветствует главу зала Суна.
В величественном и строгом зале из курильницы поднимался тонкий лазурный дым, расплываясь между золочеными столпами, украшенными узорами летящих драконов.
Низкий, приглушенный голос тихим эхом отозвался в помещении.
В глубине зала фигура, склонившаяся над столом-конторкой, не прервала работу. Не отрывая взгляда от свитков, человек буднично, словно приветствуя старого знакомого, бросил:
— А, пришел. Садись.
У входа Ван Ба с почтительным выражением лица быстро и бесшумно прошел внутрь.
Внешне он казался обычным мужчиной лет двадцати-тридцати, но от него веяло спокойствием и уверенностью. Пройдя в центр залы, он отвесил глубокий поклон.
Окинув взглядом помещение, он прошел к одному из столов у боковой стены и сел на колени.
— Сядь поближе, — не поднимая головы, повторил человек за широким длинным столом в конце зала.
Ван Ба слегка опешил, но медлить не посмел. Он тут же поднялся и быстрыми шагами перешел на место поближе к главе.
Стоило ему сесть, как раздался лишенный эмоций голос:
— Что ты думаешь о том, что каждый департамент ежемесячно подает отчеты о расходе и использовании ресурсов?
Услышав это, Ван Ба мысленно выдохнул.
«И впрямь, все как говорил дядя Цуй...»
Он слегка приподнял голову и взглянул на фигуру за столом. Человек хмурился, не отрываясь от ведомости. Быстро обдумав ответ, Ван Ба медленно произнес:
— Отвечаю главе зала: ученик не знает предыстории этого дела, а потому не смеет судить превратно.
В зале воцарилась тишина.
Пока Ван Ба начинал понемногу нервничать, голос зазвучал вновь, но теперь в нем слышались нотки удовлетворения:
— Довольно рассудительно.
Послышался звук отложенной кисти.
— Впрочем... — голос продолжал неспешно, — ...даже слишком рассудительно. Ци Янь и Цуй Даци в один голос твердили, что ты с легкостью привел в порядок все записи двух департаментов за месяц. Не верю, что с твоим умом ты не понял истинного назначения этих отчетов. Давай не будем ходить вокруг да около, выкладывай свои мысли.
Ван Ба поднял глаза и увидел, что Сун Дунъян сидит за столом и пронзительно смотрит прямо на него.
Заколебавшись на мгновение, он все же тихо ответил:
— Отвечаю главе зала: ученик не совсем понимает, какой именно аспект вас интересует. Прошу дать указание.
На лице Сун Дунъяна промелькнула улыбка.
— Ха-ха, комар носа не подточит. Совсем ты на своего учи... — он осекся, словно вспомнив о чем-то, и естественно продолжил: — ...на старшего брата Яо не похож. Ну, скажи тогда, какую пользу, по-твоему, эти ведомости приносят секте?
Видя, что тот продолжает настаивать, Ван Ба почувствовал легкую беспомощность.
Он прекрасно знал, что многословие ведет к ошибкам. Находиться перед высокопоставленным старейшиной, у которого в прошлом были нелады с его учителем, Яо Непобедимым, было опасно – любое лишнее слово могло дать повод для сплетен.
Однако в нынешней ситуации, если только учитель Яо внезапно не явится и не заслонит его собой, отмолчаться явно не получится.
Лихорадочно соображая, он осторожно заговорил:
— Отвечаю главе зала: по личному мнению ученика, ежемесячная сдача этих ведомостей помогает секте контролировать общую ситуацию внутри клана. Я слышал, что секта намерена собрать все силы для постройки «Ковчега преодоления бедствия», полагаю, причина в этом.
Брови Сун Дунъяна чуть расслабились, но не до конца.
Ван Ба был прав, но его ответ был слишком общим – совсем не то, что глава хотел услышать. Однако, подождав еще немного, он понял, что ученик снова замолчал.
— И это всё? — Сун Дунъян был несколько озадачен.
— Ваш нижайший слуга глуп и смог додуматься лишь до этого, — Ван Ба почтительно склонил голову.
Глядя на его смиренный вид, Сун Дунъян почувствовал, как у него зачесались зубы от досады.
Он еще свежо помнил, как Ци Янь, Цуй Даци и Ма Шэнсю по очереди «давали ему пощечины», расхваливая этого парня. Человек, способный преуспевать во всем, лавируя между двумя главами департаментов, да еще и заставивший их лично хлопотать о его будущем, – если такой человек и впрямь глуп, то это было бы чудом.
«Я выбил для тебя такие льготы, а ты, мальчишка, вздумал играть со мной в прятки и скрывать свои таланты?»
Сун Дунъян немного рассердился и не удержался:
— Тогда скажи, как ты считаешь, достигают ли эти отчеты своей цели?
Ван Ба оставался неизменно почтительным:
— Ученик имел дело только с департаментом духовной пищи и департаментом управления зверями, поэтому не смеет судить об остальных. Но полагаю, что записи, подаваемые этими двумя отделами, должны соответствовать требованиям секты.
Сун Дунъян прищурился.
Он понял, что не вытянет из Ван Ба нужного ответа. Мысли его завертелись, и он решил больше не ходить кругами, заговорив низким, серьезным голосом:
— Департаменты сдают записи, чтобы секта точно знала расходы и убытки на каждом этапе. Это нужно, чтобы подготовиться заранее и не допустить неисчислимых потерь из-за нехватки ресурсов, когда придет великое бедствие.
Видя, что Сун Дунъян наконец заговорил начистоту, Ван Ба тоже посерьезнел и приготовился слушать.
— Хоть это и не связано напрямую с совершенствованием и через твои руки не проходят ресурсы, дело это – огромной важности. Все нужно проверять с предельной тщательностью. Именно поэтому глава зала Си и я, вопреки всеобщему мнению, назначили тебя на должности заместителей глав сразу в двух департаментах.
— Мы оценили твое мастерство.
— Знаешь ли ты, что с момента основания зала Земных Вещей не бывало такого, чтобы один человек занимал посты заместителя в двух департаментах сразу... Подобной чести не было прежде, и вряд ли она повторится в будущем.
— Более того, глава зала Си специально выхлопотал для тебя должность правого защитника зала Земных Вещей. Этот статус выше, чем у обычных защитников, а ежегодное содержание и льготы куда больше, чем у заместителя главы департамента.
Сун Дунъян пристально посмотрел на Ван Ба и добавил:
— Так что ты должен понимать решимость секты и то, какое значение мы придаем этому делу.
Ван Ба с суровым лицом сложил руки в жесте приветствия:
— Я обязан следовать приказам секты и главы зала.
Его поведение было безупречным. Однако Сун Дунъян не на шутку разозлился.
Этот парень был просто непробиваем! Кроме выражения преданности, неужели нельзя сказать что-то еще? Например, о том, что он собирается делать дальше.
Но старейшина уже понял: Ван Ба по характеру совсем не похож на своего учителя, он чересчур осторожен. Заставить его заговорить первым было почти невозможно.
Поняв это, Сун Дунъян перевел взгляд на стопки свитков на столе:
— Вот ведомости, присланные департаментами. Можешь взглянуть на них прямо сейчас. В них полно ошибок и нестыковок. Раз уж ты теперь правый защитник зала Земных Вещей, ты должен показать пример остальным и исправить их промахи.
Затем он добавил:
— Через несколько дней я планирую снова созвать собрание. Ты должен будешь в присутствии всех глав и заместителей департаментов научить их, как правильно работать с этими документами.
— Это дело должно быть выполнено безупречно! — В голосе Сун Дунъяна в конце зазвучала сталь.
Ван Ба не удивился. Об этом его еще до прихода сюда предупреждал дядя Цуй.
Заметив перемену в тоне собеседника, он внутренне подобрался, понимая, что теперь просто отмолчаться не выйдет. Он почтительно произнес:
— Да. Ученик немедленно во всем разберется.
С этими словами он подошел к столу и начал быстро просматривать свитки.
Сун Дунъян кивнул и больше не тратил слов. Мановением руки он притянул к себе другую стопку документов, лежавшую неподалеку.
Это были не отчеты отделов, а куда более сложные бумаги, касающиеся Призрачного рынка Линлун, Ковчега преодоления бедствия и торговли с внешними сектами и даже внешними континентами.
Многие вопросы распределения ресурсов требовали его личного одобрения как вице-главы зала.
Например, строительство Призрачного рынка, лавки, открытые сектой Варианта на его третьем ярусе, и перечень всех сокровищ, выставленных на продажу. Чтобы обеспечивать такое количество культиваторов, ресурсов самой секты было недостаточно, требовалась внешняя торговля.
Раньше, когда обстановка была стабильной, дел у вице-главы хватало, но они не изматывали так сильно. Теперь же, когда великое бедствие было на пороге, и внутри секты, и снаружи постоянно происходили крупные перемены. Частота и объемы перемещения ресурсов росли с пугающей скоростью.
Даже будучи великим культиватором на стадии завершенного Зарождающегося Младенца, он чувствовал, что его сил на все не хватает.
«Главе зала Си пора бы найти толкового вице-главу. Нас четверо или пятеро, а вкалываю я один», – мысленно пожаловался Сун Дунъян, глядя на очередную гору свитков.
Ему до смерти не хотелось тратить на это силы, но деваться было некуда. К тому же, несмотря на усталость, его жалование было самым высоким среди всех вице-глав, куда выше, чем у тех, кто занимал номинальные должности. И это был один из его немногих путей к достижению стадии Трансформации Бога.
Поэтому он старался любыми способами облегчить свою ношу. Появление Ван Ба подарило ему надежду. Если тот поможет Управлению Пяти Элементов навести порядок в данных, это косвенно уменьшит и его собственную работу.
Именно в этом и крылась истинная причина повышения Ван Ба.
«Надеюсь, он меня не разочарует», – вздохнул про себя Сун Дунъян, перелистывая свитки.
И тут он вдруг услышал спокойный голос Ван Ба:
— Глава зала, ученик полагает, что одного лишь примера будет недостаточно, чтобы решить проблему недостоверности данных в департаментах.
— Хм? Так быстро пришел к выводу? — Сун Дунъян поднял голову и нахмурился. — Не решить? Почему ты так говоришь?
Ван Ба с серьезным лицом ответил:
— Я бегло просмотрел бумаги и заметил несколько основных проблем. Первое: отчеты составляют разные люди, из-за чего данные в начале и конце не сходятся. Второе: описания некоторых ключевых трат и убытков крайне туманны...
Он на одном дыхании перечислил семь или восемь пунктов. Сун Дунъян поначалу слушал скептически, но чем дальше, тем серьезнее становилось его лицо.
— ...Таким образом, корень проблемы не только в ошибках при записи. Похоже, здесь замешаны и нехватка кадров, и недостаточное внимание к вопросу, и неразбериха из-за того, что реальное состояние складов изначально не было ясным, — подвел итог Ван Ба.
Привычка искать проблемы в цифрах появилась у него еще со времен выращивания духовных зверей. К тому же, поработав с первичными данными трех департаментов и будучи, по сути, сотрудником «на передовой» в отделе духовной пищи, он многое видел своими глазами.
Ему не составило труда проанализировать факторы, влияющие на точность данных.
Слушая этот анализ, Сун Дунъян сначала помрачнел, но затем его глаза азартно блеснули. Проблемы не страшны – страшно их не замечать. То, что Ван Ба смог вычленить их, лишь мельком взглянув на цифры, доказывало: перед ним действительно редкий талант, о котором говорили Цуй Даци и Ци Янь.
Именно такой человек ему и был нужен.
Став куда серьезнее, он спросил:
— И что же, по-твоему, нужно сделать, чтобы искоренить ложные данные?
Ван Ба не стал скрывать мысли:
— Лично я считаю, что главная причина – отсутствие ответственных лиц. Когда нет конкретного человека, отвечающего за записи, нет и четкой ответственности.
Сун Дунъян слегка нахмурился:
— Выделить специальных людей будет трудно... Сейчас в департаментах и так не хватает рук даже для производства.
Ван Ба, казалось, предвидел это и тихо произнес:
— У мастеров Пяти Элементов нет времени, но я заметил, что на многих других пиках полно культиваторов, которые ничем особо не заняты...
Лицо Сун Дунъяна дрогнуло:
— Ты хочешь сказать, привлечь других учеников специально для ведения записей?
Ван Ба искренне сложил руки в жесте уважения:
— Глава зала воистину мудр.
Сун Дунъян сначала обрадовался, но тут же с досадой воззрился на Ван Ба:
— Я еще не настолько выжил из ума, это же твоя идея... Однако в некоторых отделах так сделать можно, например, в департаменте рудников. Но в других производство связано с секретами секты, или же посторонним туда вход заказан. Как, например, в департамент пути яда.
Ван Ба остался невозмутим:
— Для секретных производств можно установить клятву внутреннего демона. А что касается тех, куда нельзя входить... Можно ведь и не входить, а наблюдать дистанционно...
— Ты имеешь в виду использовать технику Водного Зеркала, чтобы контролировать весь департамент яда? — Глаза Сун Дунъяна вспыхнули.
Ван Ба тут же изобразил крайнее удивление, словно ему и в голову такое не могло прийти, и с восхищением поклонился:
— Не ожидал, что глава зала додумается до столь чудесного способа. Ученик поражен.
Сун Дунъян не удержался от косого взгляда на парня.
«Ты за дурака меня держишь?» – это ведь и было то, на что он намекал, просто старейшина озвучил это первым.
«Боится обижать людей?» – впрочем, Сун Дунъян не придал значения этой хитрости, ведь вопрос, от которого у него пухла голова, решился так просто.
Он невольно вздохнул. Способ не был новым, но часто все скрыто за тонкой преградой, которую достаточно проткнуть одним касанием. Но додуматься до этого порой невозможно – просто потому, что культиваторы привыкли решать все магической силой.
Сбросив камень с души, Сун Дунъян громко рассмеялся:
— Хорошо! Твоя идея хороша, я сейчас же займусь подбором людей...
Но Ван Ба почтительно остановил его:
— Глава зала, постойте. Этот метод решит лишь самую большую проблему. Если не разобраться с остальными, эффект будет посредственным.
— И этого мало? — Изумился Сун Дунъян.
Ван Ба кивнул:
— На складах за долгие годы накопилось то, что трудно учесть. Если сначала не провести полную проверку и не разузнать обстановку, данные и дальше будут путаться. К тому же ситуация в департаментах разная, а правила ведения записей везде одинаковые. Это как обрубать ноги, чтобы подогнать их под обувь. Лучше скроить одежду по мерке – установить для каждого отдела свои стандарты. Это облегчит дальнейшую работу...
По мере того как Ван Ба перечислял меры одну за другой, глаза Сун Дунъяна сияли все ярче. Он внимательно разглядывал юношу, и в его взгляде читался неподдельный интерес.
Когда Ван Ба наконец закончил, Сун Дунъян, приняв окончательное решение, махнул рукой:
— Это дело я поручаю тебе.
— Возвращайся и как можно скорее составь подробный регламент. Чем быстрее, тем лучше. Скажем... до собрания в следующем месяце управишься?
Ван Ба опешил и поспешно возразил:
— Глава зала, меня ведь ждут в департаментах зверей и духовной пищи...
— Какими бы важными ни были дела двух отделов, разве они сравнятся с делами всего Управления Пяти Элементов? — Сун Дунъян отмел возражения и серьезно посмотрел на него. — Работай усердно и не разочаруй главу зала Си.
Ван Ба замер на мгновение, а затем с неохотой поклонился:
— Ван Ба исполнит приказ главы зала.
Он вышел из зала со смешанными чувствами. Стоило ему скрыться, как Сун Дунъян перестал сдерживаться и расплылся в широкой улыбке:
— Наконец-то мне попался толковый человек!
Но тут же опомнился, убрал улыбку и негромко произнес в пустоту:
— Глава зала, как вам выступление Ван Ба? Полагаю, внеочередное повышение было заслуженным?
В воздухе никто не появился, лишь донесся тянущийся бесконечно голос:
— Неплохо. Не ожидал от него таких талантов... Сейчас время невиданных в веках перемен. Если он может принести пользу секте, то и внеочередное повышение вполне допустимо...
— Кстати, выдели из складов зала Земных Вещей еще две партии ресурсов пятого ранга. Отправь их во дворец Чистого Ян и дворец Тайхэ.
— В Чистый Ян и Тайхэ? — Сун Дунъян немного удивился. — Старший брат Яо... Яо укрепляет стадию во дворце Чистого Ян, ему нужно много ресурсов пятого ранга. Но зачем в Тайхэ...
— Не задавай лишних вопросов, — сухо прервал его голос.
— Да, Дунъян просит прощения за дерзость, — поспешно ответил тот. — А... сколько именно ресурсов нужно?
— Племяннику Яо в Чистом Ян, судя по всему, потребуется еще лет двадцать-тридцать. Сначала отправь часть туда...
— И еще: на Призрачном рынке Линлун окажи полное содействие Залу Человеческой Добродетели для скорейшего расширения. Для постройки Ковчега еще не хватает ресурсов... Хоть мы и готовились столько лет, а когда дело дошло до конца, выяснилось, что все равно мало...
Тут голос внезапно оборвался, словно осознав лишнее, и добавил:
— Ладно, на этом всё. Я сейчас на строительстве Ковчега и не могу отлучиться, так что дела зала Земных Вещей на твоих плечах.
Сун Дунъян почтительно поклонился:
— Что вы, глава зала, это ведь моя прямая обязанность.
Ответа не последовало. Убедившись, что собеседник ушел, Сун Дунъян расслабился. Но в голове его засело сомнение.
«Готовились столько лет? Но ведь глава секты совсем недавно объявил о строительстве Ковчега из-за того пленочного ока в Западном море...»
Поразмыслив немного, он покачал головой и вернулся к своим свиткам.
...
Департамент духовной пищи. Второй этаж.
— Ну и ну, парень. Ты теперь на трех должностях сразу, жалования у тебя больше, чем у меня, — с чувством произнес Цуй Даци, глядя на Ван Ба.
— Благодарю за помощь, дядя Цуй, — улыбнулся тот в ответ.
Они были знакомы давно, и лишние церемонии были ни к чему. Видя, что Ван Ба, внезапно возвысившись, не выказал ни капли высокомерия, Цуй Даци удовлетворенно кивнул:
— В этом ты совсем не похож на старшего брата Яо. Будь он на твоем месте, у него бы сейчас хвост до небес задрался. Ну, что сказал Сун Дунъян, когда вызвал тебя?
Ван Ба вкратце пересказал события в зале Земных Вещей. Цуй Даци одобрительно хмыкнул:
— Хорошо. Раз Сун Дунъян решил тебя продвинуть, значит, оценил твои способности. Иногда нужно показать, на что ты способен. Делай то, что он поручил, старайся, чтобы не к чему было придраться. Должности в секте – штука крепкая: если не совершать ошибок, никто тебя не снимет до конца срока... Честно говоря, я не ожидал, что он не только даст тебе посты заместителя в двух отделах, но и расщедрится на место правого защитника.
— А в нем есть что-то особенное? — Полюбопытствовал Ван Ба.
— Да ничего сверхъестественного, просто должности правого и левого защитников – это предел того, чего может достичь обычный культиватор на стадии Зарождающегося Младенца. Мы, главы и замы, обычно получаем посты благодаря какому-то особому мастерству. Но защитников много, а правый и левый в зале – всего двое. Видать, Сун Дунъян действительно возлагает на тебя большие надежды.
Ван Ба кивнул. Содержание правого защитника только в баллах вклада составляло восемьсот единиц – больше, чем у заместителя главы. А если приплюсовать жалование от двух департаментов, то общий доход Ван Ба уже не уступал уровню главы департамента. Сун Дунъян и впрямь не поскупился.
Ван Ба даже немного изменил свое мнение о старейшине. В этот момент Цуй Даци хлопнул себя по лбу:
— Чуть не забыл! Я же обещал тебе сюрприз.
Ван Ба вспомнил об этом обещании. Цуй Даци, не теряя времени, передал мысленное послание в соседнюю комнату. Вскоре в дверях показался Пьяница Хэ с его вечно бесстрастным лицом.
Ван Ба удивился. Какой же это сюрприз, если позвали Пьяницу Хэ?
— Ну, старина Хэ, дело за тобой, — усмехнулся Цуй Даци.
Тот лишь молча мазнул по нему взглядом. Затем достал из рукава две нефритовые пластинки и винный хур забросил их Ван Ба.
Тот ловко поймал дары и в замешательстве посмотрел на Пьяницу Хэ:
— Дядя Хэ, это...
— Техника групповой переработки почек и рецепт вина «Хмель Вёсен и Осеней», — буркнул тот. — И в придачу фляга этого самого хмеля восьмисотлетней выдержки.
Лицо Пьяницы Хэ потемнело – было видно, как глубоко в душе он страдает от такой потери.
— Технику переработки почек во всей секте знает только твой дядя Хэ, — принялся объяснять Цуй Даци. — Освоив ее, сможешь массово готовить духовную пищу из растений, штука крайне полезная. А рецепт этого вина – его сокровенная тайна. Выпьешь – и разум прояснится...
— Не знаешь – не болтай, — хмуро оборвал его Пьяница Хэ и строго посмотрел на Ван Ба. — «Хмель Вёсен и Осеней» уникален. У него нет ранга, и свежее вино действует не лучше обычного алкоголя первого ранга.
— Но с годами вкус становится насыщеннее, и проявляются особые свойства. Десять лет выдержки – и оно полно духовной энергии.
— Сто лет – и оно начинает питать божественную душу.
— Тысяча лет – и оно дарует ясность духа и тела, позволяя чувствовать малейшие изменения в мире. Лучшее средство для постижения Дао.
— А десять тысяч лет? — С любопытством вставил Цуй Даци.
Пьяница Хэ с сожалением покачал головой:
— На нашем пике не было культиваторов стадии Трансформации Бога, никто не жил десять тысяч лет. А это вино признает лишь одного хозяина – если в процесс вмешается чужая магическая сила, все испортится. Так что никто не знает эффекта десятитысячелетней выдержки.
Он снова обратился к Ван Ба:
— На каждом этапе можно выпить лишь одну флягу, и только первая даст эффект.
— Вино восьмисотлетней выдержки усилит твою душу так, как ты и представить не можешь. Но если душа слишком слаба, ты просто провалишься в беспробудный сон лет на сто. Так что, пока не достигнешь стадии завершенного Золотого Ядра, даже не думай его пробовать.
Ван Ба замялся:
— Дядя Хэ, вы отдаете мне такое сокровище...
— Я даю это тебе, потому что все отчеты, что свалились на меня, теперь перешли к тебе. Считай это сделкой и не бери в голову, — отрезал Пьяница Хэ, развернулся и ушел.
Ван Ба посмотрел на Цуй Даци, и тот лишь развел руками:
— Бери. Он всегда такой нелюдимый. На самом деле ты ему очень симпатичен, просто он не умеет об этом говорить.
Вспомнив лицо Пьяницы Хэ, Ван Ба немного подумал и убрал подарки.
...
Пик Варианта. Ван Ба слегка сжал Колокольчик Призыва Ветра.
Стоило ему пожелать, как из его даньтяня, роль которого теперь играл артефакт, вырвались лазурные вихри, превращаясь в лезвия ветра. Под его чутким контролем они походили на сияние клинка.
Но едва лезвия коснулись стены комнаты, как с негромким хлопком «пэн» рассыпались в легкий бриз. Зданию не было нанесено ни малейшего урона – контроль был поразительным.
Ван Ба медленно убрал колокольчик. Ему было жаль тратить магическую силу ветра. Ее было трудно восполнять, в основном приходилось черпать энергию из редких артефактов ветра, так что он старался экономить.
«Чтобы вплавить это в Золотое Ядро, нужно сначала довести даньтянь с корнем ветра до стадии завершенного Возведения Основания... Сколько же баллов вклада на это уйдет», – прикинул он, чувствуя дыхание артефакта.
Впрочем, Возведение Основания – лишь порог. Дальше его ждали трудности посерьезнее при слиянии техники «Шесть Управлений» с ядром.
«Техника ветра уже освоена, но чтобы полностью вплести ее в каналы Варианта, потребуется уйма времени. Может, стоит заодно начать изучать стихию молнии?»
Мысль была соблазнительной, но он подавил ее.
«Сначала закончу дела в зале Земных Вещей...»
Сун Дунъян дал ему месяц, но на деле Ван Ба составил черновик регламента за полдня. Однако подавать его сразу он не стал.
Дядя Цуй был прав: нужно показывать мастерство, но не стоит перегибать палку. Ван Ба не хотел, чтобы бумажная волокита мешала его совершенствованию. Ему нужны были льготы заместителя и защитника, но он также хотел покоя.
Конечно, дела секты касались и его самого – когда рушится гнездо, целых яиц не остается. Поэтому он не стал тянуть слишком долго и передал бумаги Сун Дунъяну.
«По времени уже должны быть новости», – он глянул на горизонт, но там было тихо.
Закончив медитацию, он обошел вольеры с духовными зверями. В инкубаторе его ждал сюрприз: два яйца разноцветной каменной ящерицы наконец проклюнулись.
Два детеныша, еще покрытые слизью и размером с ладонь, щурились, пытаясь открыть глаза. Их крылья носа подергивались, принюхиваясь к запахам мира, пока они лениво жевали скорлупу.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...