Глава 169

Глава 96. Кто здесь вершина пищевой цепи?!Могла ли это быть та самая тварь, что едва не перегрызла Ван Кую глотку днем ранее?Хотя во время вчерашнего хаоса никто из зрителей не успел толком разглядеть нападавшего леопарда, было очевидно одно: эти скрытные хищники — не капуста на грядке, чтобы расти в лаосских джунглях на каждом шагу. Вероятность того, что перед ними тот самый обезумевший от голода зверь, была пугающе высока![Ни На Что Не Годен]: «Что теперь делать?!»[Сотрясающие Кровать]: «Сможет ли старина Куй завалить и саолу, и леопарда одновременно?!»[Вечная Жареная Ножка]: «Да это нереально! Выстрелит в одного — второй сто процентов сбежит!»[Принцесса-Беглянка из Цзуань]: «Надо валить леопарда первым! Эта тварь слишком опасна, у меня аж мурашки по коже от одного ее вида!»Чат буквально взрывался от паники, и зрители были правы в своих опасениях. На первый взгляд, перед Ван Куем стоял мучительный выбор. Первый вариант: выстрелить в саолу. Тогда леопард мог либо испугаться звука и сбежать, либо, ведомый голодом, броситься отбирать легкую добычу, а то и вовсе переключить свою агрессию на самого охотника. Второй вариант: всадить заряд в леопарда. В этом случае азиатский единорог гарантированно растворится в джунглях без следа, хотя и оставался крошечный шанс, что он в панике рванет к своему логову и угодит в расставленные Ван Куем силки.Но суровая реальность заключалась в том, что выбора у Ван Куя не было вообще. В патроннике его Бенелли покоились два дротика с мощным транквилизатором. Выстрелить таким зарядом во взрослого хищника с тридцати метров — значит не просто разозлить его, а подписать себе смертный приговор. Учитывая дистанцию, малейший металлический лязг при перезарядке на боевые патроны выдал бы его с головой. И если леопард бросится в атаку во время этой заминки, Ван Куй даже не успеет вскинуть стволы! А уж о том, как виртуозно эти пятнистые кошки умеют вскрывать яремные вены и ломать шейные позвонки, в мире дикой природы слагали кровавые легенды.Хрусь...Тишину разорвал предательский звук. Леопард наступил на крупный сухой лист, и этот резкий треск мгновенно привлек внимание азиатского единорога на холме. Саола вздрогнула и тут же припала к земле, прячась за густыми стволами деревьев.С ее позиции источник звука мог быть и не виден, но Ван Кую открывался великолепный обзор. Присмотревшись к пятнистому охотнику, он заметил странную и жуткую деталь: правая половина морды леопарда, от самой глазницы и до тяжелой нижней челюсти, была изуродована глубокими, рваными шрамами. В некоторых местах сквозь редкую шерсть даже проглядывало темное, воспаленное мясо.Зверь был серьезно ранен!Взгляд Ван Куя скользнул ниже, оценивая мощь задних лап хищника. Да, они были сильными, но лишенными той пугающей, взрывной мышечной массы, которой славятся молодые особи. Шкура на боках висела дряблыми складками, явно указывая на преклонный возраст животного. К тому же, длина тела едва достигала полутора метров — весьма средний показатель для этого вида.Это был старый, потрепанный жизнью леопард! Его внешний вид и повадки кардинально отличались от того молниеносного, полного первобытной ярости убийцы, с которым Ван Куй и Канкун столкнулись вчера.Пересечение территорий?Ван Кую сразу вспомнились отчеты из Национального парка Казиранга в Индии, где кровопролитные войны за территорию между бенгальскими тиграми были обычным делом. История помнила легендарного Императора Кая-085, который в трехлетнем возрасте безжалостно растерзал собственного отца, Короля тигров Казиранги-023, чтобы занять трон величайшего хищника заповедника.Кошачьи — существа безжалостные и лишенные сантиментов. Как только старый хозяин территории слабеет, его владения тут же узурпирует молодой, сильный и полный сил конкурент.Теперь всё встало на свои места. Неудивительно, что вчерашний леопард был доведен до такого истощения. Когда территории двух свирепых хищников накладываются друг на друга, дичи на всех катастрофически не хватает, и конкуренция за выживание достигает чудовищного накала.Более того, Ван Куй вспомнил позавчерашнюю охоту на кабана. Тогда Дадин почуял присутствие некоего высшего хищника, но судя по тому, что сейчас пес не реагировал на запах старого леопарда так же остро, в этих джунглях скрывался кто-то еще, куда более могущественный.Зона поисков Ван Куя в последние дни не превышала двадцати квадратных километров. Выходило, что владения этого неизвестного сверххищника пересекались с территориями двух леопардов, образуя смертоносный треугольник, в центре которого находились пастбища травоядных! И причины этого феномена были очевидны: во-первых, это была единственная открытая зона, где паслись азиатские слоны и саолы, а во-вторых, остальная часть лаосских джунглей была буквально нашпигована неразорвавшимися минами и бомбами, которые сжимали среду обитания животных в смертельные тиски. Ни один зверь не рискнул бы сунуться на минные поля, где смерть поджидала на каждом шагу.Эта молниеносная аналитика расставила все по своим местам. Старый, израненный леопард-изгой больше не казался непреодолимой угрозой. Решение было принято.В следующее мгновение Ван Куй вновь перевел перекрестие прицела на бок азиатского единорога. Он усилием воли замедлил бешеный стук сердца, подавляя малейшую дрожь в руках. Черные стволы Бенелли застыли, словно высеченные из обсидиана.Цель на мушке! Палец плавно вдавил спусковой крючок.БАМ!Хотя порохового заряда в патроне с транквилизатором было значительно меньше, чем в боевом, хлесткий выстрел разорвал густую тишину джунглей, оглушив не только животных, но и зрителей по ту сторону экранов.— МУ-У-У!Саола издала пронзительный, полный боли крик. На ее правом боку, прямо под ребрами, расцвело алое пятно, в центре которого глубоко в мышечную ткань вонзился ярко-оранжевый дротик.

Глава 96. Кто здесь вершина пищевой цепи?!

Могла ли это быть та самая тварь, что едва не перегрызла Ван Кую глотку днем ранее?

Хотя во время вчерашнего хаоса никто из зрителей не успел толком разглядеть нападавшего леопарда, было очевидно одно: эти скрытные хищники — не капуста на грядке, чтобы расти в лаосских джунглях на каждом шагу. Вероятность того, что перед ними тот самый обезумевший от голода зверь, была пугающе высока!

[Ни На Что Не Годен]: «Что теперь делать?!»

[Сотрясающие Кровать]: «Сможет ли старина Куй завалить и саолу, и леопарда одновременно?!»

[Вечная Жареная Ножка]: «Да это нереально! Выстрелит в одного — второй сто процентов сбежит!»

[Принцесса-Беглянка из Цзуань]: «Надо валить леопарда первым! Эта тварь слишком опасна, у меня аж мурашки по коже от одного ее вида!»

Чат буквально взрывался от паники, и зрители были правы в своих опасениях. На первый взгляд, перед Ван Куем стоял мучительный выбор. Первый вариант: выстрелить в саолу. Тогда леопард мог либо испугаться звука и сбежать, либо, ведомый голодом, броситься отбирать легкую добычу, а то и вовсе переключить свою агрессию на самого охотника. Второй вариант: всадить заряд в леопарда. В этом случае азиатский единорог гарантированно растворится в джунглях без следа, хотя и оставался крошечный шанс, что он в панике рванет к своему логову и угодит в расставленные Ван Куем силки.

Но суровая реальность заключалась в том, что выбора у Ван Куя не было вообще. В патроннике его Бенелли покоились два дротика с мощным транквилизатором. Выстрелить таким зарядом во взрослого хищника с тридцати метров — значит не просто разозлить его, а подписать себе смертный приговор. Учитывая дистанцию, малейший металлический лязг при перезарядке на боевые патроны выдал бы его с головой. И если леопард бросится в атаку во время этой заминки, Ван Куй даже не успеет вскинуть стволы! А уж о том, как виртуозно эти пятнистые кошки умеют вскрывать яремные вены и ломать шейные позвонки, в мире дикой природы слагали кровавые легенды.

Хрусь...

Тишину разорвал предательский звук. Леопард наступил на крупный сухой лист, и этот резкий треск мгновенно привлек внимание азиатского единорога на холме. Саола вздрогнула и тут же припала к земле, прячась за густыми стволами деревьев.

С ее позиции источник звука мог быть и не виден, но Ван Кую открывался великолепный обзор. Присмотревшись к пятнистому охотнику, он заметил странную и жуткую деталь: правая половина морды леопарда, от самой глазницы и до тяжелой нижней челюсти, была изуродована глубокими, рваными шрамами. В некоторых местах сквозь редкую шерсть даже проглядывало темное, воспаленное мясо.

Зверь был серьезно ранен!

Взгляд Ван Куя скользнул ниже, оценивая мощь задних лап хищника. Да, они были сильными, но лишенными той пугающей, взрывной мышечной массы, которой славятся молодые особи. Шкура на боках висела дряблыми складками, явно указывая на преклонный возраст животного. К тому же, длина тела едва достигала полутора метров — весьма средний показатель для этого вида.

Это был старый, потрепанный жизнью леопард! Его внешний вид и повадки кардинально отличались от того молниеносного, полного первобытной ярости убийцы, с которым Ван Куй и Канкун столкнулись вчера.

Пересечение территорий?

Ван Кую сразу вспомнились отчеты из Национального парка Казиранга в Индии, где кровопролитные войны за территорию между бенгальскими тиграми были обычным делом. История помнила легендарного Императора Кая-085, который в трехлетнем возрасте безжалостно растерзал собственного отца, Короля тигров Казиранги-023, чтобы занять трон величайшего хищника заповедника.

Кошачьи — существа безжалостные и лишенные сантиментов. Как только старый хозяин территории слабеет, его владения тут же узурпирует молодой, сильный и полный сил конкурент.

Теперь всё встало на свои места. Неудивительно, что вчерашний леопард был доведен до такого истощения. Когда территории двух свирепых хищников накладываются друг на друга, дичи на всех катастрофически не хватает, и конкуренция за выживание достигает чудовищного накала.

Более того, Ван Куй вспомнил позавчерашнюю охоту на кабана. Тогда Дадин почуял присутствие некоего высшего хищника, но судя по тому, что сейчас пес не реагировал на запах старого леопарда так же остро, в этих джунглях скрывался кто-то еще, куда более могущественный.

Зона поисков Ван Куя в последние дни не превышала двадцати квадратных километров. Выходило, что владения этого неизвестного сверххищника пересекались с территориями двух леопардов, образуя смертоносный треугольник, в центре которого находились пастбища травоядных! И причины этого феномена были очевидны: во-первых, это была единственная открытая зона, где паслись азиатские слоны и саолы, а во-вторых, остальная часть лаосских джунглей была буквально нашпигована неразорвавшимися минами и бомбами, которые сжимали среду обитания животных в смертельные тиски. Ни один зверь не рискнул бы сунуться на минные поля, где смерть поджидала на каждом шагу.

Эта молниеносная аналитика расставила все по своим местам. Старый, израненный леопард-изгой больше не казался непреодолимой угрозой. Решение было принято.

В следующее мгновение Ван Куй вновь перевел перекрестие прицела на бок азиатского единорога. Он усилием воли замедлил бешеный стук сердца, подавляя малейшую дрожь в руках. Черные стволы Бенелли застыли, словно высеченные из обсидиана.

Цель на мушке! Палец плавно вдавил спусковой крючок.

БАМ!

Хотя порохового заряда в патроне с транквилизатором было значительно меньше, чем в боевом, хлесткий выстрел разорвал густую тишину джунглей, оглушив не только животных, но и зрителей по ту сторону экранов.

— МУ-У-У!

Саола издала пронзительный, полный боли крик. На ее правом боку, прямо под ребрами, расцвело алое пятно, в центре которого глубоко в мышечную ткань вонзился ярко-оранжевый дротик.