В тот момент, когда обоих уже почти затянуло в реку, подоспел Ми Тан.
Он действовал молниеносно: ухватив Цзян Чэньаня за руку, державшую длинный кнут, он напряг мускулы так, что те вздулись под кожей, и одним рывком вытянул огромного сома из воды. Брызги разлетелись во все стороны, и, казалось, даже сам воздух содрогнулся от этого рывка.
Ми Тан и Цзян Чэньань по инерции швырнули сома на берег, а Гу Сяомай, которая всё это время была прижата к нему, перевернулась и оказалась лежащей лицом к небу.
Сейчас им было не до неё. Ми Тан, сжав кулаки, уже хотел обрушить их на голову рыбины, но постоянно извивающиеся усы помешали ему, и он перенаправил удар в позвоночник сома.
Цзян Чэньань, заметив это, обвил кнутом усы чудовища, чтобы Ми Тана не хлестнуло по лицу.
Гу Сяомай воспользовалась моментом: она села и изо всех сил вцепилась в усы, надеясь причинить рыбе боль, чтобы та её отпустила.
Впрочем, её усилий хватало разве что на то, чтобы пощекотать сома — усы даже не дрогнули.
Гу Сяомай в этот миг с сожалением подумала о том, что оставила нож для рубки костей под подушкой и забыла взять его с собой.
То ли её желание было слишком сильным, то ли случилось чудо, но нож внезапно оказался у неё в руке.
Гу Сяомай не раздумывая рубанула, и усище тут же был перерублен.
В тот же миг раздался отчетливый хруст.
Ми Тан ударом кулака сломал рыбе хребет. Двойная порция боли заставила сома начать выделять какую-то прозрачную жидкость.
Жидкость потекла по земле, прямо под ноги Ми Тану. Стоило ему сделать шаг, как он поскользнулся и с грохотом рухнул, совершенно не в силах подобраться к рыбе.
С Гу Сяомай произошло то же самое: любое движение приводило к падению. Она не могла приблизиться к сому, а тот, даже будучи раненным, продолжал пытаться обвить её своим уцелевшим усом.
Ми Тан и Гу Сяомай, ползая по земле, выбрались из лужи прозрачной жидкости и сели в стороне, наблюдая, как Цзян Чэньань сражается с сомом: один хлестал кнутом, другой — усами.
Цзян Чэньань успешно наносил рыбе удары, но сом, используя инерцию кнута, всё ближе и ближе подползал к воде.
Гу Сяомай заволновалась:
— Господин Ми, где ваш пистолет? Выстрелите в него! Он сейчас сбежит!
Ми Тан бросил на неё сердитый взгляд:
— Ты думаешь, пистолеты есть у каждого? В лагере это большая редкость!
Но ведь когда она только очнулась, у Вэй Гана и остальных были пистолеты! И у постовых на входе тоже. Она была уверена, что оружие — стандартная экипировка военных.
Гу Сяомай растерялась:
— И что делать? Нельзя же дать этой рыбе уйти!
Если она сейчас скроется, к реке они больше не подойдут.
— Брат Чэнь, держи его, не давай уйти! Господин Ми, помогите ему, скоро он не удержит!
— Хорошо, — Цзян Чэньань не стал спрашивать, что задумала Гу Сяомай, и, ответив, метнул кнут, намертво зафиксировав рыбину.
Ми Тан тоже подбежал и ухватился за конец кнута.
Гу Сяомай, уворачиваясь от усов, начала кружить вокруг головы сома.
Вскоре нож, который она выпустила из рук, снова оказался у неё в ладони.
Она нанесла точный удар под жаберную крышку. Скользивший к реке сом внезапно застыл, и его глаза потускнели.
Гу Сяомай выдохнула:
— Брат Чэнь, убирай кнут.
Цзян Чэньань и Ми Тан в недоумении переглянулись: они не поняли, что такого сделала Гу Сяомай, ударив рыбу под жабры, что та мгновенно испустила дух. Оба оставались настороже, не решаясь подойти.
— Что ты сделала тем ударом? — спросил Ми Тан.
Не успел он закончить фразу, как из жабр рыбы хлынула ярко-алая кровь, смешиваясь с прозрачной жидкостью на земле.
Гу Сяомай не успела ничего объяснить, как сзади послышались крики: «А-а-а-а!»
Обернувшись, они увидели Юйми, который, размахивая топором, бежал к ним.
— Стой! Не беги!
Юйми несся слишком быстро и, несмотря на предупреждение Гу Сяомай, не смог затормозить на разлитой жидкости. Он проскользил по ней на коленях и врезался прямо в сома, прильнув к нему в самом тесном объятии.
Юйми вытаращил глаза. Ощущение слизи и влаги на губах заставило его мгновенно осознать, что произошло.
Он в панике попытался отпрянуть, но земля была настолько скользкой, что он растянулся во весь рост.
Гу Сяомай, Цзян Чэньань и Ми Тан изо всех сил старались не рассмеяться.
Юйми, увидев их сдерживаемые улыбки, в ярости начал колотить по земле кулаками, но, пытаясь сесть, снова свалился.
— А-а-а!!! Вы трое!!! Я же для кого старался?! А вы смеетесь!!! Брат Чэнь, скорее вытащи меня отсюда!
(╥_╥) О-о-о... Какой позор!
— Пфф-ха-ха-ха... — не выдержав, все трое разразились смехом, глядя на крайнюю степень отчаяния Юйми.
Поняв, что сом не проявляет никаких признаков жизни, они убедились, что он мертв.
Цзян Чэньань смотал кнут, обвил им Юйми и вытянул его из лужи:
— Ты зачем прибежал?
— Тьфу, тьфу, тьфу... — Юйми вытирал рот и сплевывал. — Я услышал крик, подумал, что вас нет, испугался, что вы попали в беду. Если бы я не увидел, что господина Ми и тебя тащит сом, а сестренка Сяомай вообще не боец, стал бы я так нестись? А в итоге не разобрался в ситуации и попал в такой переплет! И вы еще... хм!
Юйми окинул всех троих укоризненным взглядом.
Гу Сяомай и Ми Тан тут же начали разглядывать небо и землю, лишь бы не смотреть на него.
Смеяться над ним было некрасиво, но это было так смешно!
— Они не правы, как они могли над тобой смеяться? — с самым серьезным видом произнес Цзян Чэньань.
— Вот именно, не правы! — согласился Юйми, но тут же осекся, почувствовав, что что-то не так.
Гу Сяомай и Ми Тан уставились на Цзян Чэньаня: почему это «виноватых» стало на одного меньше?
Поймав их гневные взгляды, Цзян Чэньань перевел тему:
— Сяомай, как тебе удалось убить эту рыбу одним ударом?
Услышав, что это дело рук Гу Сяомай, Юйми с любопытством посмотрел на свою хрупкую «сестренку». Неужели эта двухметровая рыбина — её работа? Разве это не должен был сделать Ми Тан или его брат Чэнь?
— У поваров есть способ забоя рыбы, называется «метод обескровливания»: нужно ударить под жабры и перерезать главную артерию. Это позволяет быстро спустить кровь, чтобы мясо оставалось свежим и белым, — улыбнулась Гу Сяомай.
Раньше она использовала этот нож только для нарезки мяса и не думала о нем как об оружии, но когда рыба попыталась сбежать, она в панике вспомнила отцовский урок. К счастью, она не промахнулась.
Гу Сяомай посмотрела на сома:
— Что с ним делать? Оставлять здесь не стоит, верно?
— Я отнесу его в лагерь. Если это «очищенная» рыба, Цзян Чэньаню полагается десятая часть. Если нет — её утилизируют.
Гу Сяомай была не против. В её нынешнем положении всё, что она добудет, всё равно не останется у неё.
Цзян Чэньань и Юйми тоже согласились. Юйми понимал, что рыба была уже мертва, когда он прибежал, так что его заслуги здесь нет. Впрочем, в глубине души он надеялся, что сом окажется «очищенным», чтобы Цзян Чэньаню досталось побольше.
Ми Тан ухватился за жабры, собираясь тащить добычу в лагерь:
— Кстати, передайте всем, что сегодня продолжаем осваивать целину.
— Хорошо, — кивнули трое и последовали за ним.
Увидев, что Гу Сяомай идет за Ми Таном, Цзян Чэньань придержал её:
— Это путь к лагерю.
— Я знаю! Мы же все в грязи, надо помыться, нет?
Юйми добавил:
— Помылся один раз — в следующий раз можно будет только через семь дней.
— Почему? — Гу Сяомай не понимала таких странных правил. Раньше она мылась каждый день.
— Правила базы. Во-первых, экономия ресурсов, во-вторых, частая сухая чистка вредна для кожи.
Услышав это, Гу Сяомай изменила направление и пошла к палаточному городку.
— А что, люди не моются водой?
Она понимала, что с водой в лагере туго. В этом мире существует «мутная энергия», и вода в природных водоемах наверняка заражена бактериями и вирусами, степень «помутнения» которых неизвестна. Но почему даже на базе людей заставляют мыться «на сухую»? Неужели руководство не хочет решить эту проблему?
— И сколько же нужно очков, чтобы помыться водой? — Юйми даже не мог представить такую роскошь.
Цзян Чэньань ответил:
— Тем, у кого очков хоть отбавляй, или обладателям способностей к управлению водой, это не проблема.
Например, в семьях его дядь — у одного есть способность, другой богат — даже тех крох, что они «роняют», хватает на его дневную норму питьевой воды.
Гу Сяомай посмотрела на Цзян Чэньаня и серьезно спросила:
— Как получить способность к управлению водой? Я хочу!
Юйми тоже посмотрел на него. Он тоже хотел. Его брат Чэнь всегда знал больше всех, вдруг он владеет какой-то секретной информацией?
— Мечтать не вредно! — Цзян Чэньань бросил на них взгляд. Мелкие еще, а губы раскатали. Он и сам бы не отказался.
— А много ли на базе людей с такой способностью? — не унималась Гу Сяомай, надеясь, что шанс есть у каждого.
— Ежегодно проявляющих способность к воде — всего один процент от общего числа одаренных.
— А?! Значит, шансы на то, что я стану водопользователем, ничтожно малы? Прощай, свобода использования воды! — Гу Сяомай завыла. Пропорция была слишком мала. Она так скучала по чистой водопроводной воде из прошлой жизни, которая лилась рекой, и которую не нужно было беречь.
— Сестренка Сяомай, ты можешь заработать много очков, тогда тоже сможешь позволить себе мыться водой.
— Эх, раз не стать водопользователем, придется зарабатывать очки. Брат Юйми, у тебя есть план, как быстро разбогатеть? Давай подумаем!
— Я изучал этот вопрос. Продажа очищенных растений — самый простой путь.
— Хм, хорошо, но нам самим нужно есть. Давай следующее, следующее!
— Охота на очищенных или мутировавших существ ради энергетических камней. Но шанс их найти очень мал...
— Еще можно искать исследовательские материалы для Института...
...
Цзян Чэньань не стал слушать этих мечтателей и, подхватив мешок с травами, зашагал вперед. Он поражался их наивности: обсуждают планы, которые им сейчас не по зубам, будто завтра станут миллионерами.
Когда они вернулись к палаткам, их тут же окружили люди из отряда, расспрашивая, что случилось.
Увидев их потрепанный вид и услышав тот крик, все догадались, что произошло нечто серьезное, но опасность пустошей не позволяла им соваться бездумно.
Гу Сяомай не была удивлена их поведению: они были почти чужими людьми, некоторые даже не перекинулись ни словом.
Она кратко рассказала о нападении сома:
— Господин Ми велел всем продолжать работу.
Ся Аян спросил:
— Рыба сбежала или сдохла?
— Господин Ми её убил. Всем советую быть осторожнее у воды.
Люди облегченно вздохнули: хорошо, что сдохла. Если бы она осталась жива, неизвестно, кому бы пришлось с ней столкнуться, а такой удачи, как у них, могло и не быть.
Гу Сяомай обратилась к бабушке Лю:
— Бабушка Лю, можно мне одолжить сменную одежду?
— Все уже готово.
Они зашли в палатку. Ван Чуньцуй, Лю Лю и Мэн Сюэ принесли ей вещи: кто-то дал новое белье, кто-то — полотенце, кто-то — залатанную рубашку. Гу Сяомай не привередничала. Переодевшись, она разложила травы сушиться перед пятой палаткой, а грязную одежду повесила рядом.
Остальные уже разошлись по своим участкам, решив быть осторожнее.
Гу Сяомай, натянув великоватые ей штаны и обувь, взяла мотыгу и грабли и отправилась на участок номер 34.
Когда она пришла, Цзян Чэньань и Юйми уже работали.
— Сестренка Сяомай, ты разбей комья земли и убери сорняки, а потом разровняй граблями, — сказал Юйми.
— Хорошо.
К полудню Ми Тан вернулся и позвал Гу Сяомай и Цзян Чэньаня в четвертую палатку.
— Рыба «очищенная», общий вес 270 цзиней. Вам рыбу или очки?
— Очки, — Цзян Чэньань быстро прикинул: десятая часть — это 27 цзиней. По минимальной цене, за вычетом доли Ми Тана, он получит более 3000 очков. Утренний испуг окупился сторицей.
Он не показал радости на лице, но голос выдал его с головой.
— Давай карту, — улыбнулся Ми Тан. Хорошо, что не пришлось уговаривать Цзян Чэньаня.
Переведя очки, Ми Тан спросил:
— Рассказывайте, что вы вообще забыли у реки?
Цзян Чэньань:
— Я тренировался с кнутом.
Гу Сяомай:
— Вчера выкопали много корней очищенных растений, я хотела их помыть. И тут — эта рыба.
— Что за корни? Зачем они нужны? Стоило ли так рисковать? — Ми Тан был искренне заинтригован. Все знали, что в природных водоемах полно опасностей, а вода часто бывает едкой. Если Гу Сяомай пошла на риск, значит, ценность корней была огромной.
— Это дягиль, кодонопсис и астрагал. Лекарственные травы для восстановления крови и энергии. Я вчера потеряла много крови, а так как господин Цзяо их не принял, я решила, что подлечусь сама. Вы хотите их забрать?

Комментарии

Загрузка...