]— Я... я развёлся, — в панике забормотал Чэнь Хао. — Правда, я уже развёлся.
]
— Я... я развёлся, — в панике забормотал Чэнь Хао. — Правда, я уже развёлся — именно так.
— Тогда кто эта «лапочка» у тебя в телефоне? — Спросила Тянь Сяоюй.
— Тогда кто эта «лапочка» у тебя в телефоне? — Спросила Тянь Сяоюй.
— Это... это моя бывшая жена. Мы ещё не всё имущество поделили, вот поэтому...
— Это... это моя бывшая жена. Мы ещё не всё имущество поделили, вот поэтому...
— Поэтому ты ходишь на свидания вслепую и при этом не можешь разорвать связь с бывшей? — Перебила его Тянь Сяоюй. — Это называется не разводом, это называется сидеть на двух стульях.
— Поэтому ты ходишь на свидания вслепую и при этом не можешь разорвать связь с бывшей? — Перебила его Тянь Сяоюй. — Это называется не разводом, это называется сидеть на двух стульях.
У Чэнь Хао окончательно сдали нервы, он резко вскочил с места:
У Чэнь Хао окончательно сдали нервы, он резко вскочил с места:
— Да кто ты вообще такая? Какое право имеешь так говорить обо мне?
— Да кто ты вообще такая? Какое право имеешь так говорить обо мне?
— Я её подруга, — Тянь Сяоюй тоже поднялась. — И право моё в том, что я говорю чистую правду.
— Я её подруга, — Тянь Сяоюй тоже поднялась. — И право моё в том, что я говорю чистую правду.
— Ты...
— Ты...
— Ладно, хватит, — Су Цин тоже встала и взяла сумочку. — Господин Чэнь, на сегодня закончим. Мы друг другу не подходим.
— Ладно, хватит, — Су Цин тоже встала и взяла сумочку. — Господин Чэнь, на сегодня закончим. Мы друг другу не подходим.
С этими словами она потянула Тянь Сяоюй к выходу.
С этими словами она потянула Тянь Сяоюй к выходу.
Чэнь Хао попытался было броситься за ними, но один лишь взгляд Тянь Сяоюй заставил его попятиться.
Чэнь Хао попытался было броситься за ними, но один лишь взгляд Тянь Сяоюй заставил его попятиться.
— Только попробуй пойти за нами, и я выложу всё про тебя в сеть, — предупредила она. — А у меня, между прочим, больше миллиона подписчиков на стриме.
— Только попробуй пойти за нами, и я выложу всё про тебя в сеть, — предупредила она. — А у меня, между прочим, больше миллиона подписчиков на стриме.
Чэнь Хао изменился в лице и застыл на месте.
Чэнь Хао изменился в лице и застыл на месте.
Когда они вышли из отеля, Су Цин наконец не выдержала и громко рассмеялась.
Когда они вышли из отеля, Су Цин наконец не выдержала и громко рассмеялась.
— Ну ты и язва, — сказала она. — У него аж лицо позеленело.
— Ну ты и язва, — сказала она. — У него аж лицо позеленело.
— А я ведь только правду сказала, — пожала плечами Тянь Сяоюй. — Ты разве не заметила след от помады у него на манжете?
— А я ведь только правду сказала, — пожала плечами Тянь Сяоюй. — Ты разве не заметила след от помады у него на манжете?
— Заметила, — Су Цин смеялась уже до слёз. — Но не думала, что ты окажешься настолько наблюдательной.
— Заметила, — Су Цин смеялась уже до слёз. — Но не думала, что ты окажешься настолько наблюдательной.
— Ещё бы! — Самодовольно хмыкнула Тянь Сяоюй. — Мои глаза видят подлецов насквозь.
— Ещё бы! — Самодовольно хмыкнула Тянь Сяоюй. — Мои глаза видят подлецов насквозь.
Отсмеявшись, Су Цин вдруг вздохнула:
Отсмеявшись, Су Цин вдруг вздохнула:
— Дома меня опять мать отругает.
— Дома меня опять мать отругает.
— Ну и пусть ругает, — отмахнулась Тянь Сяоюй. — Это всяко лучше, чем выходить замуж за такое ничтожество.
— Ну и пусть ругает, — отмахнулась Тянь Сяоюй. — Это всяко лучше, чем выходить замуж за такое ничтожество.
— И то верно, — Су Цин посмотрела на неё. — Спасибо тебе.
— И то верно, — Су Цин посмотрела на неё. — Спасибо тебе.
— Да брось, пустяки, — Тянь Сяоюй махнула рукой. — Ты ведь обещала угостить меня обедом? Пошли найдём другое место, я ещё совсем не наелась.
— Да брось, пустяки, — Тянь Сяоюй махнула рукой. — Ты ведь обещала угостить меня обедом? Пошли найдём другое место, я ещё совсем не наелась.
Стоило им выйти из отеля «Цзинши», как вечерний ветер заставил Су Цин вздрогнуть от холода.
Стоило им выйти из отеля «Цзинши», как вечерний ветер заставил Су Цин вздрогнуть от холода.
Она взглянула на экран телефона:
Она взглянула на экран телефона:
— Всего полвосьмого. Куда пойдём? Пока смотрели это представление, я и забыла, что голодна, а теперь вот желудок взбунтовался.
— Всего полвосьмого. Куда пойдём? Пока смотрели это представление, я и забыла, что голодна, а теперь вот желудок взбунтовался.
— Да в любую забегаловку, — Тянь Сяоюй потерла живот. — Я сейчас так голодна, что целого быка бы съела.
— Да в любую забегаловку, — Тянь Сяоюй потерла живот. — Я сейчас так голодна, что целого быка бы съела.
Су Цин пару раз провела пальцем по карте в телефоне и указала на заведение на углу улицы с пожелтевшей вывеской:
Су Цин пару раз провела пальцем по карте в телефоне и указала на заведение на углу улицы с пожелтевшей вывеской:
— Ресторан северо-восточной кухни. Выглядит довольно аутентично, пойдём?
— Ресторан северо-восточной кухни. Выглядит довольно аутентично, пойдём?
— Идёт! Туда и пойдём, — у Тянь Сяоюй заблестели глаза. — Сколько уже скитаюсь вдали от дома, всё никак не могу забыть этот вкус гоубаожоу.
— Идёт! Туда и пойдём, — у Тянь Сяоюй заблестели глаза. — Сколько уже скитаюсь вдали от дома, всё никак не могу забыть этот вкус гоубаожоу.
Они вошли внутрь. В заведении было шумно и тепло, воздух пропитался ароматами квашеной капусты и шкварок.
Они вошли внутрь. В заведении было шумно и тепло, воздух пропитался ароматами квашеной капусты и шкварок.
Тянь Сяоюй привычно полистала меню:
Тянь Сяоюй привычно полистала меню:
— Гоубаожоу, тушёная курица с грибами, вермишель с квашеной капустой и ещё две чашки риса. Су Цин, хватит?
— Гоубаожоу, тушёная курица с грибами, вермишель с квашеной капустой и ещё две чашки риса. Су Цин, хватит?
— Более чем. Если не доедим, сама будешь виновата.
— Более чем. Если не доедим, сама будешь виновата.
Блюда ещё не успели подать, как из-за соседнего столика донеслись тихие, сдавленные рыдания.
Блюда ещё не успели подать, как из-за соседнего столика донеслись тихие, сдавленные рыдания.
Тянь Сяоюй повернулась на звук. За засаленным деревянным столом сидела девушка лет двадцати, её плечи судорожно вздрагивали.
Тянь Сяоюй повернулась на звук. За засаленным деревянным столом сидела девушка лет двадцати, её плечи судорожно вздрагивали.
Перед ней стояла нетронутая порция холодной лапши, бульон в которой уже почти высох.
Перед ней стояла нетронутая порция холодной лапши, бульон в которой уже почти высох.
Сердобольная Су Цин нахмурилась и тихо прошептала:
Сердобольная Су Цин нахмурилась и тихо прошептала:
— Так горько плачет... Неужели с парнем рассталась?
— Так горько плачет... Неужели с парнем рассталась?
— Не лезь не в своё дело, лучше о своём желудке подумай, — Тянь Сяоюй подцепила палочками только что принесённый кусочек гоубаожоу, отправила его в рот и невнятно пробормотала:
— Не лезь не в своё дело, лучше о своём желудке подумай, — Тянь Сяоюй подцепила палочками только что принесённый кусочек гоубаожоу, отправила его в рот и невнятно пробормотала:
— В наши дни у кого не бывает поводов для грусти.
— В наши дни у кого не бывает поводов для грусти.
Су Цин с полминуты разглядывала девушку, но в конце концов не выдержала, достала из сумочки пачку бумажных салфеток и протянула ей.
Су Цин с полминуты разглядывала девушку, но в конце концов не выдержала, достала из сумочки пачку бумажных салфеток и протянула ей.
— Сестрёнка, утри слёзы, — мягко произнесла Су Цин. — Нет таких преград, которые нельзя преодолеть. Сначала поешь.
— Сестрёнка, утри слёзы, — мягко произнесла Су Цин. — Нет таких преград, которые нельзя преодолеть. Сначала поешь.
Девушка подняла голову. Её глаза опухли и стали похожи на грецкие орехи, а косметика на лице полностью размазалась. Приняв салфетку, она хриплым, сорванным голосом выдавила:
Девушка подняла голову. Её глаза опухли и стали похожи на грецкие орехи, а косметика на лице полностью размазалась. Приняв салфетку, она хриплым, сорванным голосом выдавила:
— Спасибо.
— Спасибо.
— С семьёй поссорилась? — Су Цин воспользовалась моментом и присела рядом.
— С семьёй поссорилась? — Су Цин воспользовалась моментом и присела рядом.
Тянь Сяоюй вздохнула и, отложив палочки, тоже подошла к ним.
Тянь Сяоюй вздохнула и, отложив палочки, тоже подошла к ним.
— Мама выгнала меня из дома, — сквозь новые слёзы заговорила девушка. — Я сидела в комнате, писала дипломную работу, а она вдруг ворвалась, выбросила все мои вещи и компьютер за дверь, велела убираться и заявила, что знать меня больше не хочет. Я спросила её, за что, а она только сыпала проклятиями и обзывала меня несчастьем ходячим...
— Мама выгнала меня из дома, — сквозь новые слёзы заговорила девушка. — Я сидела в комнате, писала дипломную работу, а она вдруг ворвалась, выбросила все мои вещи и компьютер за дверь, велела убираться и заявила, что знать меня больше не хочет. Я спросила её, за что, а она только сыпала проклятиями и обзывала меня несчастьем ходячим...
— Но ведь не бывает дыма без огня. Какая мать пойдёт на такое без веской причины? — Недоумевала Су Цин.
— Но ведь не бывает дыма без огня. Какая мать пойдёт на такое без веской причины? — Недоумевала Су Цин.
— Она просто потеряла рассудок! — Обида девушки вспыхнула с новой силой. — За последние два дня я ей ни разу слова поперек не сказала, она просто намеренно искала повод придраться.
— Она просто потеряла рассудок! — Обида девушки вспыхнула с новой силой. — За последние два дня я ей ни разу слова поперек не сказала, она просто намеренно искала повод придраться.
Тянь Сяоюй, стоявшая рядом, окинула девушку внимательным взглядом и вдруг произнесла:
Тянь Сяоюй, стоявшая рядом, окинула девушку внимательным взглядом и вдруг произнесла:
— Твоя мать не сошла с ума. Она спасала тебя.
— Твоя мать не сошла с ума. Она спасала тебя.
Девушка опешила. Су Цин тоже удивлённо подняла голову.
Девушка опешила. Су Цин тоже удивлённо подняла голову.
— Что вы сказали? — Растерянно переспросила девушка.
— Что вы сказали? — Растерянно переспросила девушка.
Тянь Сяоюй придвинула стул, села и совершенно будничным тоном объяснила:
Тянь Сяоюй придвинула стул, села и совершенно будничным тоном объяснила:
— Твой отец влез в азартные игры и задолжал ростовщикам восемьсот тысяч. Сегодня днём эти люди уже приходили к вам с ножами. Твой отец хотел отдать тебя кредиторам в счёт долга, и твоя мать специально разыграла этот спектакль и выставила тебя за дверь, чтобы уберечь.
— Твой отец влез в азартные игры и задолжал ростовщикам восемьсот тысяч. Сегодня днём эти люди уже приходили к вам с ножами. Твой отец хотел отдать тебя кредиторам в счёт долга, и твоя мать специально разыграла этот спектакль и выставила тебя за дверь, чтобы уберечь.
В ресторанчике мгновенно воцарилась тишина.
В ресторанчике мгновенно воцарилась тишина.
Лицо девушки в один миг смертельно побледнело, пальцы задрожали так, что она выронила салфетку:
Лицо девушки в один миг смертельно побледнело, пальцы задрожали так, что она выронила салфетку:
— Вы... не выдумывайте глупостей, мой папа просто иногда играет по-мелкому в карты...
— Вы... не выдумывайте глупостей, мой папа просто иногда играет по-мелкому в карты...
— По-мелкому на восемьсот тысяч? — Тянь Сяоюй пристально посмотрела ей в глаза. — Твоя мать велела тебе укрыться у бабушки. Она не раскрыла тебе правду, потому что побоялась, что ты по глупости вернёшься и подставишься под удар. Если не веришь, позвони прямо сейчас своему старшему дяде и спроси, не перевела ли ему твоя мать сегодня днём пять тысяч юаней на твоё содержание.
— По-мелкому на восемьсот тысяч? — Тянь Сяоюй пристально посмотрела ей в глаза. — Твоя мать велела тебе укрыться у бабушки. Она не раскрыла тебе правду, потому что побоялась, что ты по глупости вернёшься и подставишься под удар. Если не веришь, позвони прямо сейчас своему старшему дяде и спроси, не перевела ли ему твоя мать сегодня днём пять тысяч юаней на твоё содержание.
Девушка окончательно оцепенела.
Девушка окончательно оцепенела.
Она во все глаза смотрела на Тянь Сяоюй, и спустя долгое время её дрожащий голос разорвал тишину:
Она во все глаза смотрела на Тянь Сяоюй, и спустя долгое время её дрожащий голос разорвал тишину:
— Вы... вы та самая Тянь Сяоюй? Ведущая, которая гадает на стримах... нет, читает по лицам?
— Вы... вы та самая Тянь Сяоюй? Ведущая, которая гадает на стримах... нет, читает по лицам?
— Раз узнала меня, то дело пойдёт быстрее, — Тянь Сяоюй указала на её телефон. — Прямо сейчас звони в полицию и веди их в жилой комплекс «Счастье», дом двенадцать, третий подъезд, квартира пятьсот два. Опоздаешь – твоей матери могут перебить ноги.
— Раз узнала меня, то дело пойдёт быстрее, — Тянь Сяоюй указала на её телефон. — Прямо сейчас звони в полицию и веди их в жилой комплекс «Счастье», дом двенадцать, третий подъезд, квартира пятьсот два. Опоздаешь – твоей матери могут перебить ноги.
Девушка резко вскочила, с грохотом опрокинув стул.
Девушка резко вскочила, с грохотом опрокинув стул.
Даже не пытаясь его поднять, она дрожащими руками набрала номер полиции.
Даже не пытаясь его поднять, она дрожащими руками набрала номер полиции.
— Алло, полиция? Я хочу сообщить о незаконном удержании человека и вымогательстве долга с угрозой насилия... Да, жилой комплекс «Счастье»...
— Алло, полиция? Я хочу сообщить о незаконном удержании человека и вымогательстве долга с угрозой насилия... Да, жилой комплекс «Счастье»...
Повесив трубку, девушка низко поклонилась Тянь Сяоюй и, даже не успев толком выговорить слова благодарности, развернулась и стрелой вылетела из заведения.
Повесив трубку, девушка низко поклонилась Тянь Сяоюй и, даже не успев толком выговорить слова благодарности, развернулась и стрелой вылетела из заведения.
Су Цин посмотрела на закрывшуюся дверь, затем перевела взгляд на Тянь Сяоюй и только через силу смогла выдавить:
Су Цин посмотрела на закрывшуюся дверь, затем перевела взгляд на Тянь Сяоюй и только через силу смогла выдавить:
— Ну ты сильна...
— Ну ты сильна...
Тянь Сяоюй вернулась на своё место и снова взяла палочки:
Тянь Сяоюй вернулась на своё место и снова взяла палочки:
— Ешь давай быстрее, гоубаожоу остынет и станет жестким.
— Ешь давай быстрее, гоубаожоу остынет и станет жестким.
Су Цин только качала головой от удивления. Не успели они закончить обед, как телефон Тянь Сяоюй завибрировал.
Су Цин только качала головой от удивления. Не успели они закончить обед, как телефон Тянь Сяоюй завибрировал.
Это было личное сообщение от той самой девушки.
Это было личное сообщение от той самой девушки.
«Сестра Сяоюй, полиция задержала тех бандитов, отца тоже увезли. Мама отделалась легкими ссадинами, ничего серьезного. Она сказала, что больше всего в жизни жалеет, что не развелась с отцом раньше. Спасибо тебе, огромное спасибо, ты спасла наши жизни».
«Сестра Сяоюй, полиция задержала тех бандитов, отца тоже увезли. Мама отделалась легкими ссадинами, ничего серьезного. Она сказала, что больше всего в жизни жалеет, что не развелась с отцом раньше. Спасибо тебе, огромное спасибо, ты спасла наши жизни».
Тянь Сяоюй пробежала глазами текст, небрежно набрала в ответ лаконичное «Угу» и перевернула телефон экраном вниз.
Тянь Сяоюй пробежала глазами текст, небрежно набрала в ответ лаконичное «Угу» и перевернула телефон экраном вниз.
— Снова спасительница? — С улыбкой спросила Су Цин.
— Снова спасительница? — С улыбкой спросила Су Цин.
— Пустяковое дело, — Тянь Сяоюй откусила кусочек тушёной курицы. — Мясо отлично протушилось, прямо тает во рту. Надо будет как-нибудь сюда вернуться.
— Пустяковое дело, — Тянь Сяоюй откусила кусочек тушёной курицы. — Мясо отлично протушилось, прямо тает во рту. Надо будет как-нибудь сюда вернуться.
Пока они ели, телефон Тянь Сяоюй внезапно разразился требовательной трелью.
Пока они ели, телефон Тянь Сяоюй внезапно разразился требовательной трелью.
Это было не текстовое сообщение, а звонок с незнакомого номера.
Это было не текстовое сообщение, а звонок с незнакомого номера.
Тянь Сяоюй нахмурилась, но приняла вызов. Из трубки донёсся вкрадчивый, зловещий голос:
Тянь Сяоюй нахмурилась, но приняла вызов. Из трубки донёсся вкрадчивый, зловещий голос:
— Госпожа Тянь, а вы, я гляжу, очень любите совать нос в чужие дела? Из-за вас сорвался долг в восемьсот тысяч. Как прикажете решать этот вопрос?
— Госпожа Тянь, а вы, я гляжу, очень любите совать нос в чужие дела? Из-за вас сорвался долг в восемьсот тысяч. Как прикажете решать этот вопрос?
Тянь Сяоюй замерла, и улыбка сошла с её лица.
Тянь Сяоюй замерла, и улыбка сошла с её лица.
Почувствовав неладное, Су Цин шепотом спросила:
Почувствовав неладное, Су Цин шепотом спросила:
— Кто это?
— Кто это?
Тянь Сяоюй проигнорировала её вопрос и лишь холодно усмехнулась в трубку:
Тянь Сяоюй проигнорировала её вопрос и лишь холодно усмехнулась в трубку:
— Решать вопрос? Без проблем. Говори адрес, я лично приеду и помогу тебе рассчитать, в какой именно тюремной камере тебе будет удобнее провести остаток своих дней.
— Решать вопрос? Без проблем. Говори адрес, я лично приеду и помогу тебе рассчитать, в какой именно тюремной камере тебе будет удобнее провести остаток своих дней.
На том конце провода на секунду повисла тишина, после чего вызов оборвался.
На том конце провода на секунду повисла тишина, после чего вызов оборвался.
— Что случилось? — Занервничала Су Цин.
— Что случилось? — Занервничала Су Цин.
— Ничего, очередной мерзавец пытается качать права, — Тянь Сяоюй отложила палочки, в её глазах вспыхнул опасный огонёк. — Ты наелась? Если да, то пошли, разомнемся немного.
— Ничего, очередной мерзавец пытается качать права, — Тянь Сяоюй отложила палочки, в её глазах вспыхнул опасный огонёк. — Ты наелась? Если да, то пошли, разомнемся немного.
Су Цин удивленно уставилась на неё:
Су Цин удивленно уставилась на неё:
— Ты же только что говорила, что не любишь совать нос в чужие дела?
— Ты же только что говорила, что не любишь совать нос в чужие дела?
— Это не чужие дела, — Тянь Сяоюй подхватила свою сумку и ледяным тоном добавила:
— Это не чужие дела, — Тянь Сяоюй подхватила свою сумку и ледяным тоном добавила:
— Это послепродажное обслуживание.
— Это послепродажное обслуживание.
— Мне нужно доложить руководству, — Су Цин тут же потянулась за своим телефоном.
— Мне нужно доложить руководству, — Су Цин тут же потянулась за своим телефоном.
Но не успела она набрать номер, как в дверях появились Ван Лэй и Чжао Ган. В руках у Ван Лэя был открытый ноутбук.
Но не успела она набрать номер, как в дверях появились Ван Лэй и Чжао Ган. В руках у Ван Лэя был открытый ноутбук.
Ван Лэй с улыбкой обратился к Тянь Сяоюй:
Ван Лэй с улыбкой обратился к Тянь Сяоюй:
— Босс, вам не нужно вмешиваться лично. Мы отправим людей, они во всем разберутся.
— Босс, вам не нужно вмешиваться лично. Мы отправим людей, они во всем разберутся.
— Точно, — подтвердил стоявший рядом Чжао Ган. — Вам достаточно просто назвать адрес, а остальное предоставьте нам.
— Точно, — подтвердил стоявший рядом Чжао Ган. — Вам достаточно просто назвать адрес, а остальное предоставьте нам.
Тянь Сяоюй кивнула, и тяжесть на её сердце наконец-то спала.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...