— Эй, дружище, не зацикливайся на мелочах.
Уилл небрежно отмахнулся и перевел взгляд на Джозефа и Джойса.
В отличие от Блейка, всё ещё верившего в чистоту чувств и сохранявшего наивные иллюзии, эти двое, услышав историю 【Титаника】, испытали глубочайшее потрясение. Но их интересовало совсем другое.
Подумаешь, Роуз приняла от жениха баснословно дорогое «Сердце Океана», согласилась на помолвку, а потом побежала искать «истинную любовь». А после спасения припрятала голубой бриллиант, хладнокровно наблюдая, как её жених банкротится и в отчаянии пускает себе пулю в лоб. Подумаешь, она втихаря присвоила себе богатство в триста тысяч золотых фунтов — сумму, которую даже члены королевской семьи копили бы десять лет, отказывая себе во всём!
Ювелиры прекрасно понимали: их целевой аудитории плевать на эти логические дыры. Дамы будут утирать слезы, сочувствуя Роуз, и с радостью платить за «настоящую любовь».
В сочетании с этой историей слоган «Бриллианты вечны, один передается сквозь поколения» превращался в мазок гения, оживляющий картину. Они невольно захлопали в ладоши.
— Мистер Дрейк, это просто гениально! По-моему, мы даже сможем взять кредит и скупить все алмазы на рынке, пока цены на историческом минимуме, установив полную монополию на сырье с Континента Истока.
— А потом мы переработаем эту историю в сценарий для театра. Пусть её играют в салонах и театрах, куда ходит высший свет. Главная героиня наденет точную копию ожерелья. Мы свяжем историю с бриллиантом в сознании публики, и продажи этой модели взлетят до небес!
— Это будет величайший рекламный слоган столетия! Он стоит миллионы!
Глаза Джойса и Джозефа горели фанатичным огнем. Им хотелось бросить всё, помчаться в офис и немедленно запустить грандиозную маркетинговую машину.
Джозеф ударил по рукам.
— Мистер Дрейк, помимо партии васильковых сапфиров, мы покупаем и эту рекламную кампанию. Назовите вашу цену!
Будь Уилл обычным бедняком, его идею выслушали бы, а на следующий день бесплатно украли, не заплатив ни пенни.
Увы, он носил фамилию Дрейк. Как представитель влиятельного трехсотлетнего дома, он заставлял ювелирный дом «Джо Харрингтон» играть по правилам, разительно отличавшимся от тех, что применялись к простолюдинам. Им требовалось официальное разрешение Кристины, непосредственной участницы событий, или её близкого родственника, коим и являлся Уилл. Иначе, стоило им запустить кампанию на чужом имени, как Дрейки подали бы иск о плагиате, втаптывая репутацию ювелирного дома в грязь.
Но Уилл покачал головой и тяжело вздохнул.
— Господа, «Мисс Непотопляемая» — моя горячо любимая тётушка. Да, эта кампания претендует на звание «Величайшей маркетинговой операции века», но разве можно пачкать её уникальную легенду грязными деньгами?
Джойс и Джозеф, люди бывалые, даже бровью не повели. Они знали лишь один ответ.
— Мы доплатим!
— Мы готовы увеличить сумму!
«Видали? Вот это профессионализм! — мысленно усмехнулся Уилл. — Я даже образ благородного, презирающего деньги джентльмена сохранил».
Уступив их «уговорам», он протянул руку и крепко пожал ладонь Джойса.
— Хотя, если подумать... Моя тётя — женщина добрейшей души. Узнай она, что эта трагически-прекрасная история любви пойдет в народ, её сердце бы радовалось.
И только кристально честный мистер Блейк Г. Уотсон молча послал ему красноречивый международный жест средним пальцем.
В итоге, после дружеских переговоров, стороны пришли к соглашению.
Партия васильковых сапфиров ушла с наценкой за две тысячи пятьсот фунтов. Ещё тысячу фунтов составил гонорар за маркетинговые консультации. И пятьсот фунтов Уилл получил как гонорар сценариста за то, что пообещал перенести историю 【Королевского Титаника】 на бумагу от начала до конца.
Он подписал документ о передаче прав, по которому семья Дрейк отказывалась от дальнейшего коммерческого использования этой истории.
Джойс с воодушевлением ударил себя в грудь.
— Если наша семья подомнет под себя алмазный рынок и благодаря вашей истории войдет в высшие эшелоны аристократии Столицы Туманов, то мы даже сможем обсудить передачу семье Дрейк части акций по льготной цене, а то и вовсе в дар!
Уилл тоже сиял. Камни, красная цена которым была две тысячи, ушли за четыре. Это покрывало долг и оставляло восемьсот фунтов чистой прибыли. Неожиданное богатство. Поместье Бакленд, задыхавшееся в тисках безденежья, наконец-то могло сделать вдох.
Обе стороны считали, что совершили сделку века.
Сунув в карман стопку банкнот и именной чек на предъявителя из Вестминстерского банка, который невозможно было аннулировать, Уилл с радостью проводил двух однокурсников и менеджера Джозефа.
Как и ожидалось, Дикий Билл, хоть и торчал у ворот, не посмел перегородить дорогу паровому автомобилю Джойса. Правило «встречают по одежке, а точнее — по карете» работало везде.
Вернувшись в дом, Уилл задернул шторы, его лицо лучилось от возбуждения.
«Кто сказал, что в каменном веке можно разбогатеть только со знаниями паровой эпохи? Мои знания информационной эры в этом мире пара конвертируются в деньги не хуже! Жалко, конечно, отваливать три тысячи двести фунтов за долг, которого, может, и в природе не существует, но идти против системы в одиночку — безумие. Я ведь даже не знаю, кто мой кредитор! Слава богу, местная банковская система уже развита. Базы данных на разностных машинах не позволяют кредиторам бесконтрольно раздувать долги. Превышение лимита в пять тысяч фунтов автоматически вызывает банковскую проверку и расследование властей, так что они сами себе вырыли бы яму. Одной серьезной угрозой извне стало меньше. Осталось отбиться от грязных трюков Прибрежных каперов, которые рано или поздно начнутся. И вот тогда я разберусь с тем "кредитором", который дёргает за ниточки из тени. А потом...»
Улыбка Уилла медленно сползла. Пятна солнечного света на его невозмутимом лице казались зловещими.
«...я заставлю его и всю его семью харкать кровью».
В обед на столе стояло множество тарелок, но еды на них было с гулькин нос. В основном хлеб с остатками вчерашней холодной говядины, спаржа, картофель и холодный пудинг. Типичный обед всё более суетливой и скудной эпохи пара.
Было видно, что миссис Смит сотворила чудо, пытаясь сохранить лицо семьи, готовя из тех крох, что росли на огороде поместья. Но без ингредиентов не сваришь и каши.
Уилл посмотрел на эту полноватую женщину в опрятной, но донельзя застиранной и старой униформе. Она неловко теребила край фартука.
Уиллу стало тошно. Он отсчитал двести фунтов наличными из свежей пачки и протянул ей. Добрая улыбка Её Величества на банкнотах выглядела привлекательнее любого золота.
— Совсем забыл. Я ведь тогда забрал из дома все сбережения и спустил их на черном рынке. Держите, миссис Смит.
Мистер Смит свято блюл кодекс дворецкого: о чем шел разговор между молодым господином и гостями, не знала даже его жена. «На работе я — дворецкий, ты — кухарка. Выдавать секреты семьи? Недопустимо».
Увидев столько денег, миссис Смит испуганно замахала руками.
— Что вы, молодой господин, мы в поместье ещё как-нибудь перебьемся. Вы только-только прикоснулись к 【Таинству】, вам сейчас каждый пенни нужен. Мы не можем быть для вас обузой.
Уилл силой вложил деньги ей в руки и нахмурился, делая вид, что рассержен.
— Какая обуза? Мои отец и дядя покинули этот мир. Все эти годы вы с мистером Смитом заменяли мне семью. Не будь вас, бандиты давно бы пустили меня на корм рыбам во время одного из моих приступов сна. Это моя доля от сегодняшней сделки с однокурсником. У поместья Бакленд появились новые источники дохода, и дальше мы будем только богатеть. Сшейте себе приличную одежду. Купите побольше черного перца, гвоздики, мускатного ореха. Экономьте там, где надо, и тратьте там, где хочется. Пусть младший Смит обалдеет от сюрприза, когда вернется из Столицы Туманов.
Только после этих слов миссис Смит взяла деньги. Она утерла влажные глаза краем рукава, а её лицо озарилось такой искренней радостью, что даже морщинки в уголках глаз разгладились. И радовалась она не тому, что их нищая жизнь наконец пошла на поправку. Она видела, как повзрослел Уилл. Теперь, даже если их с мужем не станет, молодой господин не пропадет. В жизни не осталось сожалений.
Она молча очертила на груди полумесяц.
— Да восславится Платиновая Луна.
Уилл подумал, что ей следовало бы восславить 【Бога-Короля Оленей】, но, зная её страх перед превращением в механического духа, промолчал.
Покончив с обедом, он не пошел на улицу дразнить Прибрежных каперов, а приказал чете Смитов с наступлением темноты спрятаться в потайном подвале поместья. Сам же он вернулся в спальню и устроился в кресле-качалке у окна.
Выдался редкий ясный денек. Густой смог с запахом рыбы и дегтя немного рассеялся, и в комнату сквозь резные рамы лился яркий солнечный свет.
— Благодать. Прибрежные каперы, наверное, уже извелись. Не волнуйтесь, я никуда не уйду, буду ждать вас прямо здесь.
Он развернул 【Кольцо Гипноса】, обеспечив себе безопасность. Положил скрещенные руки на живот, закрыл глаза, и ритм его дыхания незаметно изменился.
В тишине комнаты эхом разнесся крик оленя.
Бесконечный поток мыслей о внешних врагах семьи Дрейк и радость от внезапного богатства растворились в небытии. В разуме Уилла осталась лишь одна цель:
Призыв 【Внутреннего демона】!
Он уже поглотил городскую легенду ранга С и всё это время переваривал её духовную сущность. Стрелка глубиномера, отражающая уровень его духа, уже приближалась к отметке 1, что соответствовало официальному Ныряльщику ранга С.
На самом дне его сознания размытое пятно света, похожее на детские каракули, начало обретать осякаемые формы.
Тайные знания 【Техники абордажного топора Звенящего Оленя】 плавно перетекали через его поверхностное сознание.
Голоса предков из рода Дрейк, оставивших свой след в истории, словно заговорили с ним сквозь века.
«Зачем каждый Ныряльщик стремится к высшим ступеням мистических путей?
Что такое дыхательные техники и методы медитации?
Чтобы сделать тебя быстрее, выше, сильнее?
Не только ради этого».

Комментарии

Загрузка...