— ПОСТОЙТЕ!
Мужской голос заставил меня замереть на месте. Я обернулся и увидел, как он тяжело дышит, изо всех сил пытаясь меня догнать. Ох, опять он? Стоп, «он»? Кто он такой? Когда он наконец поравнялся со мной, ему потребовалось мгновение, чтобы перевести дух. Я молча ждал, пока его синие глаза не метнутся ко мне, а губы не разомкнутся. Почему он...? Ах, понятно. Должно быть, я шел как в тумане. Или просто был слишком сосредоточен на будущем... и на воспоминаниях о прошлом. Теперь, когда разум и тело прояснились, я посмотрел на этого человека — живое наследие, которое они оставили после себя.
— Пожалуйста, объяснитесь! — потребовал он. — Командор Харрисон, я...
— Теперь ты командор, Артур Бересфорд, — без колебаний поправил я.
Артур Бересфорд упрямо сжал губы и нахмурился. Его синие глаза блестели немым протестом. Короткие серебристые волосы растрепал ветер.
— Коман... Харрисон, меня только в прошлом месяце повысили до капитана! У меня почти нет опыта в этом деле. Как я могу быть командором?
— Ты соответствуешь требованиям.
Если командор всё еще жив, он может повысить другого рыцаря, чтобы тот занял его место. Звания капитана для этого более чем достаточно; выслуга лет и принадлежность к отряду не имеют значения. Будучи командором, я мог в любой момент уйти в отставку из королевского ордена и выбрать себе преемника по собственному усмотрению. К тому же, Артур Бересфорд уже был куда популярнее среди других рыцарей, чем я. Ни один из них не осудил мое решение о его очередном повышении. Ему, безусловно, не хватало опыта, но, казалось, все считали его более подходящей кандидатурой, чем меня. Или же они просто не хотели говорить ничего дурного юноше, оставленному теми, кого больше нет? Артур Бересфорд был точной копией прежнего командора, и, возможно, рыцари видели в нем свою мечту о возрождении королевского ордена. Он покачал головой и продолжил засыпать меня отчаянными мольбами:
— Это не могу быть я! Есть рыцари, которые лучше подходят для этой должности. Как насчет вице-капитана? И почему вы вообще уходите в отставку?!
— Я не обязан отвечать, — просто сказал я.
Складка на его лбу стала глубже. Ах, с таким выражением лица ты так напоминаешь его.
— Артур Бересфорд, ты... похож на командора.
Его глаза расширились, и он пошатнулся.
— Вы имеете в виду... моего отца?!
Я скрестил руки на груди, оглядел его с ног до головы и кивнул.
— Да, верно. Дело не только во внешности. Всё, от манеры говорить до твоих поступков, напоминает его. Даже то достоинство, с которым ты держишься... Словно он переродился прямо на моих глазах.
Артур Бересфорд поклонился и поблагодарил меня, но мои слова бросили тень на его слабую улыбку. Он явно был рад своему сходству с отцом, но в то же время это его расстраивало. Чего же именно он добивается?
— Ты даже стал членом Первого отряда, прямо как он много лет назад. Ты словно идешь по его стопам.
Он также в совершенстве овладел искусством владения мечом. Артур Бересфорд обладал множеством скрытых талантов. Командор и вице-командор так гордились бы им, увидев его сейчас, но каждый раз, когда я думал об этом, мою грудь сдавливало, лишая легкие воздуха.
— Ты во всем похож на командора.
Его улыбка стала шире, и он ответил, что для него это честь, но над его лицом нависла темная туча. Впервые я попытался облечь свои чувства в слова.
— Именно поэтому... видеть тебя разбивает мне сердце.
Невозможно было не вспоминать о тех двух людях из далекого прошлого. Время, которое я провел под началом командора и вице-командора, было кратким, но счастливым. Чем сильнее Артур Бересфорд походил на командора, тем острее я ощущал потерю вице-командора. В то время как точная копия командора ходила среди нас, от его соратника не осталось и следа. Это чувство пронзало мое сердце, вновь и вновь напоминая о том, что обоих этих людей больше нет.
Артур Бересфорд говорил, но голоса вице-командора не было рядом, чтобы ответить ему. Он улыбался, но вице-командор не стоял рядом с ним. Он критиковал меня, но я хотел бы, чтобы вместо него это делали командор или вице-командор. И так происходило раз за разом. Он кланялся мне, так сильно напоминая своим видом и голосом того самого командора, которого я столь глубоко уважал. Он выполнял мои приказы, но его лицо, его голос — всё это лишь бередило жгучую рану в моей груди. Снова и снова я ловил себя на мысли, что хотел бы, чтобы он выглядел как кто-то другой. Я жил в настоящем, но мой разум застрял в прошлом, и само его присутствие было жестокой шуткой. От моих слов у него отвисла челюсть. Лицо его окаменело, он отвел взгляд, а стиснутые челюсти задрожали. Он сжимал кулаки до дрожи в костяшках, возможно, из чувства вины.
— Мне... так жаль! — произнес он. В этих словах таилась боль, превосходящая мою собственную.
— Твое желание, вероятно, сбудется, если ты станешь командором.
Он поднял голову. Его темно-синие глаза расширились, когда он вперился в мое лицо, пытаясь отыскать в нем скрытый смысл. С того самого дня, как он впервые присоединился к королевскому ордену, что-то в этих глазах подсказывало мне, что он пришел к нам с некой целью. Я никогда не знал, чего он добивается, но это было достаточно важно, чтобы заставлять его совершать один подвиг за другим, взбираясь на самую вершину. Я так часто наблюдал за ним, что это было нетрудно заметить. Хотел ли он стать командором, как его отец? Или его целью было возрождение ордена? Как бы то ни было, достигнув вершины нашей организации, он мог делать всё, что ему заблагорассудится. Теперь, когда Артур Бересфорд стоял у руля, а его цель была у него в руках, мне, как рыцарю, больше нечего было совершать. Довести его до этого этапа было единственной причиной, по которой я так долго оставался в королевском ордене.
Я ждал дня, когда он станет капитаном, и это ожидание казалось мне вечностью. Я не мог позволить королевскому ордену рухнуть до того, как он станет его командором. Я не мог уступить свое место на самой вершине, пока не пришло время ему меня заменить. Я сохранял свою должность даже после того, как потерял смысл быть рыцарем. Всё, что мне оставалось — это изо дня в день ждать, пока он вырастет.
— До следующего раза, Артур Бересфорд.
Сказав то, что должен был, я отвернулся от него. Я отдал свою честь и свое звание рыцаря. Теперь мне было некуда идти. Всё, что осталось... это та единственная вещь, которую мне еще предстояло выполнить/ Артур Бересфорд окликнул меня мне вслед, но я проигнорировал его. Ему не было нужды знать, не было нужды уделять ему дальнейшее внимание. Единственное, что мне оставалось — это...
— Я вступил в королевский орден... чтобы узнать правду о том, что случилось с моим отцом, Родериком Бересфордом!
Он сорвался на крик. Из-за этого он стал звучать еще больше похоже на командора, разве что немного моложе.
Я замер, а затем резко обернулся, прежде чем успел это осознать. Меч в руке Артура Бересфорда дрожал. Его пронзительный взгляд, почти свирепый, вонзился мне в грудь, словно кинжал. Когда я попросил его повторить, он произнес нечто иное, но не менее решительно.
Понизив голос, чтобы его не подслушали, он пробормотал:
— Если окажется, что моего отца подставили с самого начала... тогда я отомщу. Истинная причина, по которой я стал рыцарем — сделать так, чтобы мне не пришлось ни о чем сожалеть из-за того, что с ним случилось.
Я точно знал, кому предназначалась эта «месть». Ему не нужно было называть ее имя. Артур Бересфорд был еще одним пленником трагедии семилетней давности.
— Я знаю, что вы и все остальные возлагаете на меня большие надежды... но я не идеальный рыцарь, каким был мой отец. Я — позорище, способное лишь копировать заданные им стандарты. Никакого настоящего «меня» просто не существует.
И это была вовсе не простая скромность. Артур Бересфорд опустил голову, его голос был пропитан агонией, пока наружу выплескивались его искренний стыд и отвращение к самому себе. Он скрипнул зубами так сильно, что этот звук можно было принять за скрежет металла.
— Понимаю.
Больше я ничего не мог сказать. Кто-то вроде вице-командора или Каллума Бордо мог бы лучше справиться с его чувствами, но для меня это было невозможно. Я не мог постичь, почему из всех рыцарей ордена он раскрыл свою правду именно мне. Было ли это потому, что я больше не рыцарь? Его слова были своего рода исповедью, словно он верил, что уже загнан в угол.
Он был членом королевского ордена, который понимал все свои ошибки, свой стыд, свои грехи и свой позор. В этом отношении мы с ним ничем не отличались.
— Артур Бересфорд.
Я снова отвернулся от него. Я уже сдал свою рыцарскую форму. Без привычного кителя холодный ветер пробирал меня до костей. Я не смог подобрать слов, чтобы его утешить, да и не знал, с чего вообще начать. Я не был похож на других рыцарей. Возможно, кто-то другой смог бы найти для него добрые слова вместо меня. Но если он и впрямь искал цель, как и я... если он хотел, чтобы кто-то дал ему роль, которая поможет ему перешагнуть через свой позор, свои ошибки, свои грехи...
Устремив взгляд прямо перед собой, я повысил голос, перекрывая шум ветра, и передал свое короткое послание:
— Позаботься о королевском ордене.
Он не ответил. Я ожидал, что сейчас юноша закричит в своей привычной манере, но этого не произошло. Не найдя в себе мужества повернуться к нему лицом, я применил свою особую способность, чтобы умчаться прочь.
«Вице-командор...»
Я думал о нем на бегу. Своими словами я попытался наделить Артура Бересфорда целью и ролью, но не знал, правильно ли поступил. Я лишь надеялся, что эти две вещи смогут мотивировать его так же, как когда-то меня. Эти слова были единственным, что заставляло меня двигаться вперед, когда я потерял смысл жизни. Мчась вперед, я посмотрел на небо. Заходящее солнце выглядывало из-за облаков.
— Я сделал это. Я исполнил долг, который вы мне доверили, — произнес я, но я обращался к призраку. Его больше не было с нами.
Ком подступил к горлу, и я с силой прикусил нижнюю губу. Да, я действительно сделал это. Я исполнил последнее желание вице-командора. Я всё еще помнил тот день, когда он попросил меня присмотреть за этим мальчиком, если тот когда-нибудь появится у ворот королевского ордена.
— Отныне... я буду поступать так, как мне заблагорассудится.
У меня больше не было ни чести, ни звания, ни рыцарской формы. У меня не осталось ничего, кроме собственного тела, моего меча и вновь обретенной решимости, которая жила во мне с того самого рокового дня.
Жизнь, наполненная смыслом, и смерть, имеющая смысл. В конечном счете, это было всё, чего я желал.
***
— ...тан! Вице-капи... Харрисон...
А?
— Вице-капитан Харрисон!
Моя голова пылала... Казалось, всё тело было объято пламенем. Где я? Я никак не мог собрать мысли воедино. Было невыносимо жарко, а тело налилось свинцовой тяжестью. Опасаясь, что меня подвергают пыткам, я попытался пошевелиться. Бесполезно. Что я...? Где я на самом деле? Неужели мне всё это... приснилось? Я не мог вспомнить деталей, только то, что это был дурной сон. А может, и не сон вовсе?
— Вице-капитан Харрисон! Пора на тренировку! Все уже в сборе. Вы там всё еще спите?!
Крики по ту сторону двери наконец-то привели меня в чувство; голоса принадлежали рыцарям Восьмого отряда. Проклятье. Я проспал. Тут я вспомнил, что Артур Бересфорд сегодня отсутствует, так что за главного остался я. Который час? Мой мозг всё еще отказывался нормально соображать. Я с трудом стащил себя с кровати и поплелся к двери прямо в том, в чем спал. Мои длинные черные волосы в кои-то веки и впрямь лезли в лицо и мешали. Всё в поле моего зрения, включая челку, которую я обкорнал себе сам, расплывалось в сплошное мутное пятно. После очередной порции нетерпеливого стука терпение рыцарей лопнуло. Дверь распахнулась, и они принялись отчитывать меня прямо с порога:
— Вы опоздали! Чем вы тут заняты? Капитана Артура сегодня нет!
Я... Бах!
Удар гулким эхом отозвался внутри черепа. Пол стремительно рванул мне навстречу, обдав разгоряченную кожу приятной прохладой. Голова совершенно не соображала, но я слышал, как люди в панике кричат и зовут меня по имени. Звуки то отдалялись, то накатывали вновь, и, пока мое сознание медленно угасало, я поймал себя на мысли, что давненько уже не сваливался с простудой.
***
— Боже правый. Пробраться в спальню королевы под покровом ночи? Скажи на милость, откуда ты взялся, маленький крысеныш?
Была кромешная тьма, луна покинула свой ночной пост. Королева ухмыльнулась мне и села на своей огромной, мягкой кровати. Увидев кровь ее стражников, пропитавшую мою одежду и капающую на ее пол, она презрительно скривилась.
Один ее вид спровоцировал бурю жестоких мыслей, и по моим венам заструилась чистая ярость. Она сжимала пистолет в одной руке и хихикала, когда я не отвечал — этот мерзкий звук шипел в моих ушах, словно кислотный дождь. — Тебе незачем этого знать, — ответил я.
Я много раз встречался с ней, будучи командором королевского ордена, но, похоже, без формы она меня не узнала. Сегодня на мне была черная куртка, а капюшон был низко надвинут на лицо, но мой голос должен был меня выдать. И всё же, казалось, даже я, рыцарь-командор, не стоил того, чтобы меня помнить.
Я свирепо уставился на ухмыляющегося демона и покрепче перехватил меч. — Отчего же? — спросила она. — Я хочу знать. Ты первый мужчина, которому удалось пробраться в мои покои. Скажи мне, скольких стражников ты убил? — Я сбился со счета после тринадцати. — Аха-ха-ха!
Королева захлопала в ладоши, ничуть не испугавшись. Я оглядел комнату в поисках ловушки, но не увидел ничего, кроме мертвых стражников, павших жертвами безумия королевы. Сенешаль находился в отъезде по делам. Я выбрал эту дату специально, чтобы она не смогла сбежать с помощью его надоедливой особой способности. — Отвечай на мой вопрос, пока я тебя не убил, — процедил я.
Я вырезал всех стражников на своем пути прежде, чем они успевали издать хоть звук. У меня было время до того, как королевский орден, не говоря уже о глупых стражниках, поймет, что что-то не так — время, чтобы допросить королеву, прежде чем я снесу ей голову. — Отдаешь приказы королеве? А ты определенно высокомерен, — пропела она. Затем она подняла руку с пистолетом, чтобы скучающе осмотреть свои ногти. Я не знал, смирилась ли она уже со своей участью или просто тянет время, но, несмотря на это, я стоял на своем, подавляя желание убить ее до того, как получу ответы.
— Обвал утеса семь лет назад... и смерть Родерика Бересфорда. Это ты всё подстроила? — Семь лет назад?! О чем ты вообще говоришь? Как бы я могла запомнить что-то столь... — Он был командором королевского ордена! — закричал я, и мой голос сорвался. — Он отправился туда с рыцарями-новобранцами и отрядом авангарда, и они погибли там вместе с теми, кто устроил им засаду!
Мое дыхание участилось, пока я сверлил королеву взглядом. Она прикрыла одно ухо и поморщилась, словно я был для нее слишком громким. Поразмыслив мгновение, она издала понимающее «а-а-а». — О, так ты об этом? Только не говори мне, что ты один из выживших? Или друг, или родственник одного из погибших рыцарей? Ага! Теперь, когда я думаю об этом, я и впрямь где-то видела твое лицо. — Просто отвечай! Или хочешь, чтобы я отрубил тебе голову?!
Я понизил голос ровно настолько, чтобы стража меня не услышала, оскалив зубы и наставив меч на королеву, но она оставалась невозмутимой. Она смерила меня взглядом, а затем медленно направила на меня свой пистолет. Это не было угрозой; она проверяла меня, чтобы посмотреть на мою реакцию. — Полагаю, я могла бы рассказать тебе об этом. То есть, если ты сможешь...
Бах!
— ...уклониться от моей пули. Ха-ха! Ты попытался зайти мне за спину, прежде чем я успела закончить фразу. У тебя что, совсем нет манер? — Гхк... Агх!
Как?! Я схватился за живот и рухнул на пол. Кровь хлынула из раны, пачкая мою потрепанную куртку. Я изо всех сил зажал ее ладонью, но не мог остановить кровотечение. Горький привкус железа подступил к горлу, когда изо рта хлынула кровь. Как?! Я использовал свою особую способность, чтобы оказаться у нее за спиной, пока она всё еще говорила! Я хотел отсечь ей правую руку прежде, чем отрубить голову! Как она предугадала, куда я целюсь?! Словно она знала, что я брошусь к ней и занесу меч, еще до того, как я это сделал!
Мой разум помутился, рассудок покинул меня. Я бросил попытки остановить кровотечение. На этот раз я без колебаний снесу ей голову и...
Бах! Бах!
— Аргх! А-а-ах! — Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Королева завывала от смеха, пока я кричал от боли. Это случилось снова. Она прострелила мне правую руку и ногу еще до того, как я успел поднять меч. Боль сковала всё мое тело. Я подавил крик, но от напряжения выронил меч. И хотя я отчаянно твердил себе, что это всего лишь пулевое ранение, что я смогу снова поднять свой клинок... моя правая рука не двигалась. Должно быть, она раздробила мне сустав. Рука бесполезно повисла вдоль тела, пульсируя от боли. Я всё еще мог шевелить ногами, но рука теперь лишь мешала. Терпя волны огня, простреливающие плечо, я потянулся за мечом левой рукой.
— Ты всё еще можешь стоять? — спросила королева, явно наслаждаясь происходящим. Она снова наставила на меня пистолет, следя за тем, чтобы я видел каждое мгновение.
Бах!
— Ого, я так впечатлена! Не думала, что ты всё еще сможешь ходить на этих ногах. У тебя такая же особая способность, как у Стайла?
Хоть на этот раз мне и удалось сдержать крик, королева прострелила мне левую ногу до того, как я смог до нее добраться, и я осел, словно пустые рыцарские доспехи. Я распластался на полу, мои ноги стали бесполезными. Я бросил меч, вложив все оставшиеся силы в левую руку и подтягивая себя всё ближе и ближе к этой женщине. В каждом нерве вспыхивала боль, пока я тащил свою кровоточащую рану на животе по полу.
Я сжал кулаки, свирепо глядя на хихикающую королеву. Она крутила пистолет на пальце, всем своим видом показывая, насколько наслаждается этим моментом. — Ладно, скажи мне. Куда ты хочешь получить пулю: в голову или в сердце?
Видя мою абсолютную беспомощность, она шагнула ко мне. Королева наставила дуло своего пистолета мне в голову, а затем в грудь, кудахтая в ожидании моего ответа. Она чудовище.
Я протянул к ней свою единственную действующую руку. Я так близко! Если бы только я мог пошевелить ногами! Я мог бы раздавить хрупкое горло этого демона одной рукой! Я мог бы задушить ее насмерть, словно это ничего не стоило!
Но моя рука не достигла своей цели. Вместо этого она вцепилась в ее руку, ту самую, что целилась из пистолета. Я сжал ее так сильно, как только мог, и впервые на лице королевы мелькнула боль. — Отвечай! Что ты сделала с ними... семь лет назад?!
Кровь хлынула у меня изо рта, пока я рычал на нее. Крик растревожил рану на животе, крадя то немногое время, что у меня оставалось. Мои раны горели, как живой огонь, в то время как остальное тело уже начало холодеть. Королева была заворожена, впитывая каждую черточку моего лица. — Что же мне делать? — промурлыкала она, и фальшивая забота сочилась из каждого ее слова. Ее омерзительные губы ни на секунду не переставали ухмыляться. — Отвечай! Это ты убила командора?!
Я сжал ее руку со всей силой, что еще теплилась во мне. В крайнем случае я мог хотя бы сломать ей руку — но тут я закашлялся кровью, и моя хватка ослабла. Я потерял слишком много крови и не мог унять дрожь. И всё же, стиснув зубы, я собрал остатки сил, чтобы сокрушить ее кости.
— Что касается этого... Ее губы разомкнулись; улыбка разрезала ее лицо, словно глубокая рана. Я сглотнул. Неужели она всё-таки убила командора? Я ждал и ждал, пока она это подтвердит, но затем... — Я тебе не скажу!
Ах ты чудовище! — Нет никакого смысла ничего скрывать, — произнесла она, — но ведь так умирать будет куда тяжелее, не правда ли? Аха-ха! Эй, обязательно смотри мне прямо в глаза, когда будешь подыхать, ладно? Здесь так темно. Я бы не хотела пропустить это очаровательное выражение лица.
Королева положила пистолет передо мной, а затем с легкостью сбросила мою слабую, дрожащую руку со своего предплечья. Она наступила на мою левую кисть и присела рядом со мной на корточки, придавив меня своим весом. Стиснув челюсти от унижения, я свирепо уставился на нее. Пока все мои конечности были обездвижены, королева погладила меня по щеке и приподняла за подбородок, так что мне ничего не оставалось, кроме как смотреть на нее снизу вверх. К горлу подступила тошнота, когда я осознал, что стал ее игрушкой.
Я выплюнул остатки крови изо рта прямо в нее, обрызгав лицо королевы тем же цветом, что и ее волосы. Она вскрикнула, стирая кровь с кожи и вытирая глаза, и принялась раз за разом топтать мою левую руку. Вдавив каблуки мне в плоть, она переключилась на пулевое ранение в моей правой руке. Вспышка боли пронзила всё мое существо, но, по крайней мере, левая рука теперь была свободна. Я притворился, что корчусь в агонии, одновременно потянувшись во внутренний карман куртки, чтобы выхватить свой пистолет и...
Бах!
— Это не сработает. Аха-ха! Так легко уворачиваться, когда знаешь, куда ты целишься. Всё бесполезно. Она знает, куда опустится мой меч, и даже куда попадут мои пули. Неужели все королевы этой страны были такими чудовищами?
Я сделал еще несколько выстрелов в королеву, пока моя левая рука еще могла действовать, но она проворно уворачивалась от каждой пули и глумилась над моими потугами. В тот самый миг, когда у меня кончились патроны, королева гордо отшагнула назад и выхватила копье у одного из мертвых стражников. А затем вонзила его прямо мне в спину.
— А-а-а-а-агх! Боль разрываемой плоти выбила воздух из моих легких. Живот непроизвольно напрягся, но от этого кровь лишь еще сильнее хлынула из ран. Королева завывала от смеха. Теперь она не собиралась звать новую стражу. Она просто снова и снова вонзала копье в мое тело, упиваясь моими мучениями. Мое тело содрогалось от немыслимой боли, пока ощущения не начали притупляться. Ледяные пальцы смерти медленно сжимались на мне.
Чем дальше я проваливался в небытие, тем ленивее становились ее удары; должно быть, я ей уже наскучил. Но во мне еще оставалось достаточно жизни, чтобы шарить вокруг левой рукой. Я потерял так много крови, что меня била сильная дрожь, и мне не хватало сил, чтобы подтянуться вперед. И всё же моя рука нащупала наконечник копья, прежде чем она успела пронзить меня снова. Я поднял голову так высоко, как только мог, чтобы свирепо уставиться в ее омерзительное лицо, а затем, собрав последние силы, обратился к ней, брызгая кровавой слюной с каждым словом.
— Твоему правлению... придет... конец! Если я не мог добраться до нее физически, единственным моим оружием оставались слова. Однако в ответ на этот последний проблеск неповиновения королева расплылась в удивленной и восторженной ухмылке. Я сплюнул кровь, зачерпнул из самых глубин последние крупицы жизни внутри себя и использовал их, чтобы заставить свой голос достичь ее. — Ты... поплатишься за то, что натворила! Придет... праведная душа... и заставит тебя расплатиться собственной жизнью!
Ее лицо вытянулось. Уголки губ дрогнули, словно она вспомнила что-то неприятное. Пьянящий блеск в ее глазах померк. Видя ее такой, я сумел выдавить улыбку. Я собирался продолжать ранить ее своими словами до тех пор, пока в моем теле теплилась жизнь. — Эта страна... будет ликовать, празднуя твою смерть! Они будут превозносить героя, который сделает это! Новым правителем станет...
Бах!
Прости меня, Артур Бересфорд. Я не смог получить ответ. Я лишь хотел бы убить ее до того, как твои руки обагрятся кровью.
Эта королева осквернила смерть нашего возлюбленного командора, отняла друга у вице-командора и забрала вице-командора у меня. Она уничтожила рыцарский уклад жизни, который я так любил, и лишила мое существование смысла. Всё это время я разделял желание Артура Бересфорда убить ее.
Но для тебя это возможно.
Он вдохнул новую жизнь в кровь и честь командора. Он воплощал в себе последние надежды вице-командоров на королевский орден. Артур Бересфорд получил их любовь и привязанность, и даже сейчас все остальные рыцари возлагали на него свои надежды. Он был куда более выдающимся и искусным бойцом на мечах, чем я когда-либо был. Да, он действительно мог стать тем, кто совершит это. Он уже был самым гордым, самым выдающимся рыцарем из всех. Я был уверен в этом после того, как столько времени наблюдал за ним.
— Что? Мне плевать, кто он такой. Уверена, он просто еще одна из этих крыс.
Ах, теперь я понимаю...
— Просто выбросьте его тело на обычную свалку.
Мне следовало... сказать ему всё это самому...
***
— Доброе утро, Харрисон.
Где я?
— Тебе уже лучше?
Артур Бересфорд смотрел на меня сверху вниз. Я наблюдал, как он медленно убирает руку с моего лба. Он вздохнул, и в этом вздохе смешались облегчение и раздражение. — Поверить не могу. Как долго ты уже болеешь? Тебе следовало сказать, если ты неважно себя чувствовал.
Еще один глубокий вздох вырвался из его груди, когда он сел на край моей кровати. Это... моя спальня? — Что ты здесь делаешь, Артур Бересфорд? — Я вернулся на тренировочную площадку и услышал, что ты потерял сознание. Мне сказали, что у тебя простуда, вот я и... просто зашел проведать. — Он почесал щеку, отводя взгляд. — Ты хоть понимаешь, что уже вечер?
Я сел в постели. В ответ на его вопрос о моем самочувствии я потрогал лоб и понял, что жар и ломота в теле прошли. Зрение вернулось в норму, а в голове прояснилось. — Я в порядке. Я возвращаюсь к тренировкам.
— Нет, мне сказали, что тебе дали день на отдых. Держи, съешь вот это. Он достал с тумбочки миску овощного супа. От миски поднимался пар, донося до моего носа аппетитный аромат. — Что это? — Я попросил столовую приготовить это для тебя. Он только с плиты, так что ешь, пока горячий.
Он буквально всучил мне в руки миску и ложку, а затем заявил, что не уйдет, пока не увидит, как я поем. У меня не было иного выбора, кроме как повиноваться. Не понимаю, к чему всё это. Я уже в порядке...
Я зачерпнул ложку идеально свежего, обжигающе горячего бульона с овощами. Пока я жевал, пикантный вкус овощей раскрывался на языке. Мое тело расслабилось, и только тогда я заметил, как тепло в моей комнате. Скосив глаза, я обнаружил, что камин, которым я никогда не пользовался, был впервые разожжен.
Пока я в тишине наслаждался едой, Артур Бересфорд подался вперед. Когда я встретился с ним взглядом, он нахмурился. — Когда ты в последний раз хоть что-то ел? — Не помню.
Он сгорбился со стоном. Надо отдать ему должное: он рассчитал всё так, чтобы принести суп как раз к моему пробуждению. Я съел еще ложку, и Артур Бересфорд снова заговорил, глядя в пол. — Вице-командор говорил мне, что еда и сон всегда были для тебя обузой. Он сказал, что ты болеешь и падаешь в обмороки по несколько раз в год. Сейчас середина зимы, а ты даже не пользовался камином, не так ли?
Он указал в угол комнаты и сообщил, что рыцари из Восьмого отряда принесли мне дров. Когда я ничего не ответил, он поднял голову. — Я почти никогда не видел, чтобы ты ел, Харрисон. На этот раз именно я отвел взгляд. Я разжевал кусок картошки и запил его ложкой бульона.
— Разве вице-командор не говорил тебе заботиться о своем здоровье? — спросил он. — Он не приказывал мне есть или спать.
Мои старые привычки пропускать приемы пищи и держаться особняком от совместного быта всё еще давали о себе знать. Спать урывками мне тоже нравилось больше. И хотя вице-командор был очень занят, он находил время преподать мне несколько практических жизненных уроков — не то чтобы он мог присматривать за мной постоянно.
— Ты проводишь зиму без малейшего обогрева, почти не ешь и не спишь. Ты правда думал, что это не аукнется? — Последние несколько лет обходилось. Мне удавалось избегать обмороков с тех самых пор, как Артур Бересфорд вступил в королевский орден. В последние недели мое здоровье слегка пошатнулось, но я не видел необходимости зацикливаться на одном неудачном эпизоде.
Артур Бересфорд обхватил голову руками, но удержался от того, чтобы снова начать меня отчитывать. Он взъерошил волосы, явно борясь с какими-то мыслями. — Ты правда больше не собираешься нападать на меня из засады, как раньше? — В этом нет необходимости.
Он снова поник. Я не понимал, почему он спрашивает об этом сейчас; наша дуэль уже подтвердила его силу. Другим рыцарям ни к чему было видеть, как вице-капитан нападает на капитана без всякой причины. Артур Бересфорд скрестил руки на груди и пробормотал: — Я так и думал...
Если он сомневался в моей силе, он был более чем способен напасть на меня сам, но, похоже, он искал не этого. — Тогда как насчет того, чтобы я отдал тебе приказ как твой капитан?
Удивленный, я встретил его синий взгляд. — Начиная с сегодняшнего дня, пожалуйста, завтракай вместе со мной. — Он поднял два пальца. — И присоединяйся ко мне на два спарринга в неделю.
А? Я не понимаю. — Это значит «нет»? Он, должно быть, заметил шок на моем лице, но если это были его приказы, у меня не было причин отказываться. Я просто не понимал их цели. — Хорошо, — ответил я.
Он с облегчением вздохнул, поклонился и сказал, что мы начнем завтра, с чем я согласился. — Тебе правда следует лучше заботиться о себе, — произнес он. — В следующем месяце вечеринка по случаю дня рождения принцессы Тиары, а затем...
Он вдруг осекся. Он прищурился, глядя в потолок, словно только что вспомнил о чем-то важном. Спустя мгновение он снова перевел внимание на меня, увидел, что я доел суп, и тихо спросил, можем ли мы кое-что обсудить. Я кивнул и выпрямился в постели.
— Пока держи это в секрете, — начал он. — Тебе было бы интересно стать одним из имперских рыцарей принцессы Прайд?
Я моргнул, сбитый с толку словами, слетевшими с его губ. Ложка выскользнула из моей руки и со звоном ударилась о миску. Оценив мое замешательство, он принялся объяснять. — Уверен, ты в курсе, что теперь, когда меня повысили, вице-капитан Эрик — единственный имперский рыцарь, не являющийся капитаном какого-либо отряда. Это означает... что ему приходится защищать Ее Высочество в одиночку, когда капитаны собираются на свои совещания.
Это я, по крайней мере, знал. Мы несколько раз пытались подстроить график капитанских совещаний под расписание имперских рыцарей: переносили их прибытие во дворец на время после завтрака королевской семьи, а не до; проводили совещания поздно ночью или рано утром и так далее. Теперь, когда капитанов среди имперских рыцарей стало трое, они приняли те же меры, что и во время периода отстранения Каллума Бордо и Алана Бернерса. Эрик Гилкрист по очереди с другими рыцарями подменял трех капитанов, чтобы им не приходилось пропускать собрания. Всякий раз разгоралась нешуточная борьба за то, кому достанется честь охранять принцессу, но в конечном итоге кандидатов отбирали сами имперские рыцари или сам командор.
— Очевидно, мы не хотим, чтобы всякий раз отсутствовали одни и те же имперские рыцари, но и то, что капитан не может присутствовать на собрании, тоже никуда не годится, — с некоторым усилием произнес Артур Бересфорд. — Даже принц Стайл говорил об этом. Нам нужен кто-то, кто сможет подменять нас, когда мы не при исполнении.
Артур Бересфорд потер заднюю часть шеи, пока говорил, хотя и не сводил с меня глаз. Он натянуто улыбнулся. — Лично я... хочу отдать эту работу тебе, Харрисон.
Казалось, у Артура Бересфорда был дар делать меня счастливым. Как и прежде, я не смог скрыть своего удивления. Он застенчиво почесал щеку и отвел взгляд, но, поняв, что я лишился дара речи, продолжил: — Принц Стайл и принцесса Прайд тоже просили о тебе. Как и капитан Алан, капитан Каллум и вице-капитан Эрик. — Но почему я?
Я подавил захлестнувшие меня эмоции и потребовал ответа. Мое сердце екнуло при упоминании имени «принцесса Прайд», но, что более важно, я не был создан для защиты людей. Алан Бернерс и Каллум Бордо знали об этом не хуже меня. Почему они не остановили Артура Бересфорда от того, чтобы предлагать мне столь почетную должность?
Артур Бересфорд нервно теребил ткань своей рубашки, сжав другую руку в кулак. Неужели он солгал о рекомендациях остальных? Прежде чем я успел задать вопрос, он произнес: — Я абсолютно уверен, что она — тот человек, которого ты будешь защищать ценой своей жизни, несмотря ни на что.
Не обращая внимания на мое безмолвное недоумение, он продолжил: — Может, с моей стороны это самонадеянно... но ты очень, очень силен, и тебе удается выполнять каждый без исключения приказ. Я уверен, что ты сможешь уберечь Ее Высочество, как только это станет твоим долгом. Остальные думают так же.
Юный рыцарь сделал глубокий вдох, прежде чем снова встретиться со мной взглядом. Успокоившись, он выпрямился и заговорил более низким тоном, на мгновение прозвучав точь-в-точь как его отец. — Я всё это время наблюдал за тобой, Харрисон. Даже я могу сказать, что ты человек, которому можно доверять.
Он наблюдал за мной. Мое сердце едва не выпрыгнуло из груди. Эмоции бушевали во мне, словно бурная река, подступая к горлу, так что мне стало трудно дышать. Ах, да, он...
— Хех... Ха-ха-ха... Ха-ха-ха-ха-ха!
Плотина рухнула, и все эти чувства вырвались наружу безудержным смехом. Я закрыл лицо руками, но не мог подавить своего восторга. Артур Бересфорд отшатнулся от этого зрелища, вскинув кулаки, словно защищаясь. — Ч-что с тобой такое, Харрисон?!
Я смеялся и смеялся, пока не выпустил всё это из себя. Когда приступ прошел, я вылез из постели. Моя болезнь не просто отступила; я чувствовал себя великолепно.
— Вы должны приказать это, Артур Бересфорд. Я посмотрел сверху вниз на онемевшего рыцаря. Откинув волосы с лица, я взял свой меч в ножнах, высвободил клинок и приставил острие к горлу Артура Бересфорда. Он успел отшатнуться в самый последний момент, растерянно моргая своими широкими синими глазами, снизу вверх взирая на меня. Меня не волновало, что на мне нет ни доспехов, ни формы. Он, и никто иной, выбрал меня! Он доверял мне! Он хотел даровать мне честь защищать принцессу Прайд Роял Айви!
— Я выполню всё, что вы прикажете.
Моя единственная работа заключалась в том, чтобы выполнять приказы. Вице-командор Кларк, командор Родерик, принцесса Прайд и человек передо мной были единственными четырьмя людьми в этом мире, достойными моей преданности.
Артур Бересфорд... Если мой капитан желает этого, это будет исполнено.
Продолжение следует…
Над переводом работала команда FanLate Journal
Перевод и редактура: TuXoXoDKa
Вычитка и оформление диалогов: Исекайный Сомелье
Работа с изображениями: Animia

Комментарии

Загрузка...