Месяц спустя я отправился на занятие по языку кура.
Зачёт я получил уже давным-давно, но, увы, даже выученное забывается, если им не пользоваться. Поэтому я решил посещать занятия примерно раз в месяц, хотя каждую неделю, конечно, ходить не стал.
В тот день, войдя в аудиторию, я увидел, что учительница Иса ещё не пришла. Зато там был Харол.
— Привет! Давно не виделись! — весело поздоровался он.
— ...Какое ещё «давно не виделись»? Я ведь волновался.
Это я подал ему идею, так что переживал немало. Последний месяц я уже думал, что прошло больше полугода, а он всё не возвращается. Наверное, умер.
Он пару раз даже приснился мне, и я, проснувшись с неприятным холодком, мысленно молился, чтобы его душа обрела покой. А он, оказывается, жив.
— Да? Извини.
— В общем, главное, что вы живы. Вы полгода не возвращались, вот я и подумал, что вы уже отправились на тот свет.
Мяро, который сегодня был занят и не пришёл, и вовсе не надеялся застать его живым.
— Куда ни приду, все одно и то же говорят. У меня уже уши вянут.
Харол сделал вид, что ковыряет в ухе мизинцем.
Ну конечно.
— Потом расскажете, что с вами приключилось.
— Хорошо. Только сначала поздороваюсь с учительницей Исой.
— Да, пожалуй, так будет правильно.
Насколько я знал, учительница Иса советовала Харолу, где искать торговых партнёров. Если бы она ошиблась, вполне возможно, его бы здесь сейчас не было.
Тут в аудиторию вошла сама Иса. Она обвела комнату взглядом и, заметив Харола, на мгновение удивилась, но тут же расплылась в радостной улыбке.
Мило.
— Итак, начнём занятие.
После занятия мы отправились в личную комнату учительницы Исы в Академии.
Точнее, это была комната для подготовки к занятиям, но выглядела она не как кладовая, а скорее как кабинет исследователя. Хотя урок языка кура проходил лишь раз в неделю, Иса, похоже, приходила сюда каждый день. Если хотелось спросить что-нибудь после занятий, обычно её можно было застать здесь даже в те дни, когда уроков не было. Она, как правило, не была занята и соглашалась помочь с языком.
Мы вошли вместе с ней, расселись по стульям и перевели дух.
— Как хорошо, что вы вернулись. Я очень рада.
За последние несколько лет учительница Иса стала прекрасно говорить на языке шан. В её речи почти не осталось ничего непривычного.
— Благодаря вам я всё-таки сумел вернуться.
Харол, не вставая со стула, преувеличенно низко поклонился всем телом.
— Да, это замечательно. Мои ежедневные молитвы не пропали даром.
— А? Вы каждый день за меня молились?
Каждый день это серьёзно. Я слушал рядом и тоже впечатлился. Прямо как люди, которые по сто раз ходят молиться в храм. Неужели она так сильно за него переживала только потому, что дала ему совет?
— Ах, нет. Я каждый день молюсь в любом случае.
А, вот оно что. Наверное, она имела в виду, что во время ежедневной молитвы между делом вспоминала о нём и просила за его благополучие.
Если подумать, она ведь раньше была монахиней. Похоже, и теперь не отреклась от веры. Хотя я и не думал, что она каждый день молится богу.
Иса больше походила на исследовательницу, чем на монахиню, поэтому иногда я забывал, что она религиозный человек.
— А-а, понятно. Вы об этом.
Харол выглядел одновременно разочарованным и успокоенным.
— И как прошло путешествие? — спросила Иса.
— Опасностей было много, но, похоже, дело может выгореть.
Удалось договориться о торговле?
— Вот как. Вообще-то я и сама никогда не бывала в той стране, поэтому беспокоилась, не слишком ли безответственно было её советовать.
— Вы тоже ничего не знали об этой стране? — спросил я.
— Да. Это Альбийская республика. У меня сложилось впечатление, что там много грубых и буйных людей, поэтому я колебалась.
— Зачем же вы тогда предложили именно её?
Может, она рассудила, что если там много буйных людей, то и порядка мало, а значит, проще обойти закон?
— В религии Иисуса есть разные течения. В Альбийской республике исповедуют карлугское течение, которое основное, католикское течение считает еретическим. А у карлугов нет обычая притеснять шан.
— Что?
Религия Иисуса была крупной религией в обществе кура. Её обычно исповедовали там, где говорили на языке терор. Согласно её учению, шан называли демонами и презирали; именно она стала непосредственной причиной гибели Великой империи Шантила.
Насколько я помнил, это была монотеистическая религия. Неужели в ней существовало течение, которое не считало шан демонами?
— Такое возможно? Может, они пользуются другим Священным Писанием?
Если бы речь шла о многобожии, ещё можно было бы понять. Но разве такое возможно в монотеистической религии?
— Нет. Дело в том, что в Священном Писании, составленном самим Иисусом, вообще нет слов, порочащих шан.
Что?
— Во времена Иисуса шан и кура даже не считались разными народами. В писании шан появляются под именем «северных людей с волосами на ушах», но особой роли не играют. Вероятно, считалось, что у них растут волосы на ушах, потому что они живут в холодной стране.
Да быть такого не может.
Объединённые войска, которые кура каждый раз собирали для похода против шан, сами называли себя крестовым войском. В объявлении войны, присланном соседнему королевству Кирухина около десяти лет назад, говорилось примерно следующее:
Очевидно, что они считали нас нелюдями, подлежащими уничтожению. Верили они в это на самом деле или нет — другое дело, но таким предлогом они, несомненно, оправдывали грабежи и охоту за рабами.
Если их толкование было таким, как сказала учительница Иса, возникало противоречие. Если слова настолько расходились бы с писанием, они не смогли бы даже придумать себе оправдание.
— Но, учительница Иса, разве это не противоречит тому, во что верит основное, католикское течение?
— Да. К сожалению, именно так.
Значит, так оно и было.
— Оригинал Писания религии Иисуса был создан две тысячи лет назад и написан на очень древнем языке тотто. Священное Писание, которым сейчас пользуются католики, — его перевод на терор. Его называют утверждённым переводом. Но при переводе были намеренно допущены ошибки, и в нынешнем тексте действительно написано «северные демоны с волосами на ушах». Это непростительное оскорбление Бога.
Когда Иса произнесла последние слова, на её лице появилось выражение сдержанного гнева.
Значит, они исказили учение при переводе, чтобы оправдать набеги?
— Тотто — очень сложный язык. Например, существует двенадцать разных слов для обозначения человека: «ня», «сачато», «курага», «хеленас», «хафшрека», «фернас», «элхетника» и другие.
.........
В любом мире находятся идиоты, придумывающие нелепо сложные языки.
Впрочем, по словам преподавателя древнего языка шан в нашей Академии — настоящего знатока древних текстов и известного безумца, — чем сложнее письменный язык, тем шире его выразительные возможности. Так что современный язык шан по сравнению с древним, по его мнению, ближе к языку обезьян.
— В оригинале в этом месте употреблено слово «хафшрека». Оно означает примерно «чужеземец». Таким образом, точнее было бы перевести эту фразу как «люди из далёкой северной страны, у которых растут волосы на ушах». И действительно, в переводе, существовавшем до нынешнего утверждённого текста, это место переведено именно так. Авторы нынешнего перевода воспользовались тем, что, кроме духовенства, на тотто больше никто не говорит, и произвольно исказили значение слов.
Очевидно, учительница Иса была этим крайне недовольна. Судя по тому, как она говорила, не исключено, что она высказывала те же мысли и в главном религиозном центре, за что её и объявили еретичкой.
— А в Альбийской республике это место толкуют иначе?
— Да. Карлугское течение, которое исповедуют в Альбийской республике, отделилось ещё тогда, когда существовала Великая империя Шантила. То есть это произошло до того, как учение исказили, поэтому на карлугов оно не повлияло.
Ещё во времена Великой империи? Давно же это было. Целых девятьсот лет назад.
— Изначально карлугское течение исповедовали в государстве под названием Карлугиньонская империя, возникшем после распада Священной империи Ксуруксес. Карлугиньон проиграл войну католикам и пал, но в некоторых его бывших землях вера сохранилась до сих пор. Альбийская республика — островное государство, и она по сей день находится в состоянии войны со странами католикского течения.
Вот как. То есть страну со странным названием «Карлугиньонская империя» уничтожили, но её остатки засели где-то на окраине и продолжают воевать?
— А где находится остров, на котором расположена Альбийская республика?
— В открытом море, неподалёку от побережья королевства Фрюша.
По одному описанию я не понял.
— Э-э... Можно ненадолго одолжить чернила и перо?
— Конечно.
Я достал из сумки бумагу и положил её на стол.
— О, это ведь растительная бумага. Впервые вижу её здесь.
О?
— Я сам до этого додумался. Значит, в странах кура тоже нашлись люди с такой идеей.
Я сделал невинный вид. И всё же, выходит, у кура уже есть растительная бумага. Похоже, в культурном развитии они нас опередили.
— Ну-ка, дай посмотреть.
Харол, которому стало скучно слушать сложный разговор, сразу заинтересовался.
— Пожалуйста. Смотрите сколько хотите.
Я достал из сумки ещё один лист и отдал ему.
А на своём листе, на котором в последнее время уже можно было довольно неплохо писать, набросал простую карту.
— Какая хорошая карта, — похвалила меня Иса.
— Она здесь есть?
— Разумеется. Вот тут.
Иса указала пальцем на Ирландию.
— А соседний остров?
Я указал на Великобританию — остров, который, насколько я помнил, занимало Соединённое Королевство.
— Его северная половина принадлежит Альбийской республике, а южной управляет государство под названием Федерация Юфос. Эти два острова называют Альбийскими островами. Республика уже давно воюет, чтобы установить контроль над обоими целиком. Она знаменита своими пиратами.
Похоже, в этом мире страна вроде Великобритании так и не возникла: остров разделён на север и юг, и они продолжают войну.
Может, на нашу страну не нападают с моря именно благодаря тому, что эти ребята там стараются?
— А чему учит католикское течение?
— Хотя католики называют себя течением, на самом деле их так назвать нельзя. Католичество — это мнение папы, и нынешнее католичество совершенно не похоже на раннее. Толкование учения меняется всякий раз, когда это становится выгодно, поэтому их можно назвать группировкой, но не течением. В раннем католическом учении тоже не было представления о том, что шан — демоны.
Значит, как я и думал, это течение меняло учение в зависимости от эпохи. Наверное, оно уже по уши увязло в корысти и борьбе за привилегии.
— А карлугское течение?
— Его основали воинствующие монахи, поэтому учение у них простое и незатейливое. Оно возникло как реакция на католичество того времени, и даже их толкование священных таинств с точки зрения католиков выглядит еретическим.
— Не знаю, можно ли спрашивать... А вы сами к какому течению принадлежите?
Хотя, судя по разговору, наверное, к католикскому.
— Я принадлежу к течению «Я».
Она ответила с улыбкой.
— ???
К течению «Я»? Что ещё за новое течение?
— Течение «Я» — это течение, которое я придумала сама. Оно следует учению раннего католичества, но благодаря исследованиям развилось ещё дальше.
Я думал, что ослышался, но она и правда сказала «Я». Разговор вдруг превратился в историю о том, что «мой собственный путь — самый лучший».
— В-вот как. И у течения «Я» всего одна последовательница?
— Да. Когда я попыталась его проповедовать, меня чуть не убили, так что, наверное, на мне всё и закончится.
Вот почему ей пришлось бежать в такую дальнюю глушь. Серьёзно она рискнула жизнью.
— ...Понятно. Жаль.
— Я так не считаю. Вера изначально возникает внутри отдельного человека, и этого вполне достаточно. А состояние, когда человек не находит себе места, пока множество других людей не разделит его взгляды, — не более чем ненужная навязчивая потребность, возникающая из человеческой слабости. Я поняла это, когда приехала сюда.
Похоже, учительница Иса тоже продолжала развиваться. Значит, течение «Я» совершенствуется день за днём? Она прямо живёт в будущем.
— ...Я не очень разбираюсь в таких сложных вещах, — тут вмешался Харол. — Но, если вы не против, не могли бы вы рассказать об этом течении «Я» и мне? Меня интересует религия Иисуса.
Ого.
Серьёзно?
— Конечно. Если вы хотите, я не против.
— Правда? Вот и славно!
Что это с ним? Я знал его недолго, но не думал, что он интересуется религией.
Хотя, если подумать, он ведь и сам побывал в Альбийской республике. Возможно, там произошло что-то, из-за чего он ощутил необходимость получше разобраться в местной вере.
Если посмотреть с этой стороны, его просьба рассказать о религии Иисуса вовсе не выглядела странной.
— Если студентам понадобится помощь после занятий, я должна буду уделить время сначала им. Но в остальное время я к вашим услугам.
— Конечно.
Харол радостно улыбнулся.

Комментарии

Загрузка...