Глава 38. Бёдра широкие — рожать легко будетНа берегу озера Сян повисла пауза. Чжансун Наньцяо, глядя на ошарашенное лицо юноши, казалось, прочитала его мысли, как открытую книгу. Она прикрыла рот ладошкой и тихо рассмеялась.Попался!Насмеявшись вдоволь, она мгновенно сменила маску. Улыбка исчезла, в глазах заблестели слезы, а голос задрожал от переполняющих чувств:— О, господин Ли! Вы... вы невероятны! Как же я ненавижу судьбу за то, что родилась на несколько лет раньше! Если бы не это, клянусь, я не вышла бы ни за кого, кроме вас!— ... — Ли Цзые потерял дар речи.«Сестрица, ну можно же хоть немного реалистичнее? Станиславский бы повесился!»В этот момент порыв осеннего ветра растрепал прическу Наньцяо. Длинная прядь волос взметнулась и хлестнула Ли Цзые по лицу, задержавшись на мгновение у носа. Щекотно.Ли Цзые инстинктивно, но незаметно втянул носом воздух.Аромат был... пьянящим.— Вкусно пахнет? — неожиданно спросила Чжансун Наньцяо, склонив голову набок.— А? Что? — Ли Цзые тут же состроил самое невинное лицо в мире. — Сестрица, вы что-то сказали?Наньцяо лишь ослепительно улыбнулась, не став дожимать. «Маленький лис, притворяйся дальше».Тишину нарушил плеск весел. По озеру скользила утлая лодчонка, управляемая стариком в соломенной шляпе. Новый день, новая охота на таких вот богатых бездельников, которым дома не сидится.— Эй, отец! — тут же оживился Ли Цзые. — Нам нужна лодка!— Сию минуту, молодой господин! — радостно отозвался лодочник, ловко направляя суденышко к берегу.Едва нос лодки коснулся песка, Ли Цзые с видом щедрого мецената выудил из кошелька монету и протянул старику.— Сдачи не надо.— Эм... Господин, — старик повертел в руках монету, и лицо его вытянулось. — Если я буду грести, это стоит два цяня. Одного маловато будет.Чжансун Наньцяо прыснула со смеху.— Так дорого?! — Ли Цзые забыл о стыде, его глаза округлились от возмущения. — Это же грабеж средь бела дня!— Господин Ли, — сквозь смех простонала Наньцяо, — вы дали ему один цянь. Не один лян. Это же мелочь.— Тогда я сам погребу! — решительно заявил Ли Цзые, у которого от жадности свело скулы. — Одного цяня за аренду лодки без гребца должно хватить с головой!Столичные цены его убивали. Это же пригород! Откуда такие тарифы?!— Сам? — Старик перевел взгляд с красивой, богато одетой девушки на скупого юношу. В его глазах читалось неприкрытое презрение. — Ну-ну.Никогда он еще не видел такого жмота. И как только такая красавица с ним связалась? Позор мужскому роду.— Эй, старик, ты чего так смотришь? — возмутился Ли Цзые, чувствуя, как его репутация трещит по швам. — Я, между прочим, всё вижу!— Идемте уже, — мягко подтолкнула его Чжансун Наньцяо, ступая на шаткую палубу.Под уничижительным взглядом лодочника Ли Цзые запрыгнул в лодку, схватил бамбуковый шест и, преисполненный решимости, оттолкнулся от берега.План был прост: красиво скользить по водной глади. Реальность оказалась жестокой. Ли Цзые забыл одну маленькую деталь — он никогда в жизни не управлял лодкой.Суденышко начало выписывать зигзаги, а потом раскачиваться с пугающей амплитудой.— Ах! — вскрикнула Наньцяо, хватаясь за борта.— Господин, может, все-таки я? — ехидно крикнул с берега старик. — Всего один цянь! Вы же одеты в шелка, неужели вам жалко несчастной монеты? Не позорьтесь перед дамой!— Денег нет! — рявкнул Ли Цзые. Дело было уже не в деньгах, а в принципе. Он лучше утонет, чем заплатит этому вымогателю!— Ой!В пылу спора Ли Цзые слишком резко налег на шест. Центр тяжести сместился, и законы физики вступили в свои права. Лодка накренилась и...Бултых!Оба пассажира с громким всплеском ушли под воду.Осенняя вода была не ледяной, но достаточно холодной, чтобы перехватило дыхание. Вынырнув и отплевываясь, Ли Цзые первым делом увидел Наньцяо.Вода сделала свое дело. Тонкая ткань платья намокла и прилипла к телу, став почти прозрачной. Каждый изгиб, каждая линия её фигуры проступили с невероятной четкостью.Глык.Ли Цзые громко сглотнул. Глаза его, против воли, прикипели к зрелищу.«Честное слово, я не специально! Лодка сама! Но... боги, какая женщина!» — мысли в его голове устроили гонку.Действительно ли она была замужем? Фигура такая, что юные девы обзавидуются.И тут в его мозгу всплыла подлая мыслишка: «А если она сейчас, в качестве компенсации, потребует... утешения? Стоит ли мне сопротивляться? У меня есть цель — Король Лекарств. Может, стоит принести себя в жертву? Да и жертва, прямо скажем, приятная...»За одну секунду его мозг прокрутил сотню сценариев, один другого развратнее.— Долго еще пялиться будешь?! — голос Наньцяо, полный возмущения, вернул его на землю. Она скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться.— Виноват! Прошу прощения! — Ли Цзые поспешно отвел взгляд, чувствуя, как горят уши. — Давайте на берег, скорее!Он подхватил её под локоть и помог выбраться на твердую землю.— Эх, молодежь... — покачал головой старик на берегу, не скрывая злорадной ухмылки. — А я говорил. Всего один цянь! Стоило оно того?Ли Цзые посмотрел на деда. Потом огляделся по сторонам. Пустынно.«Может, избить его?» — мелькнула шальная мысль. — «Свидетелей нет. Он сам нарвался. Если что, скажу, что он нас специально перевернул, вымогая деньги! Точно! Я еще и тот первый цянь обратно стребую!»Лицо Ли Цзые озарила улыбка маньяка.Старик, перехватив этот взгляд, побледнел и инстинктивно попятился. От этого парня веяло реальной угрозой.— Апчхи!Чжансун Наньцяо чихнула, и всё её тело задрожало от холода.— Сестрица, нужно срочно переодеться! — Ли Цзые мгновенно забыл о мести лодочнику и, поддерживая дрожащую девушку, потащил её к экипажу.У кареты царил мир и покой. Бай Ванъюй, прислонившись к колесу, читал конфуцианский трактат. Он был воплощением безмятежности, полной противоположностью мокрому и суетливому Ли Цзые.— Старина Бай! — заорал Ли Цзые еще на подходе. — Есть сухая одежда в карете?— Нет, — не отрываясь от книги, ответил Бай Ванъюй.— В смысле нет?! — опешил Ли Цзые. — Почему ты не взял сменную одежду?— Потому что я не предполагал, что вы умудритесь перевернуться в лодке на тихом озере, — резонно, с убийственной логикой заметил ученый.— Бай!.. — Ли Цзые заскрежетал зубами. — Клянусь, я тебя сейчас раздену!— Хм, — Бай Ванъюй лишь усмехнулся.Таких, как Ли Цзые, он мог уложить пачками, даже не отрываясь от чтения. К счастью, Ли Цзые не умел читать мысли, иначе его самооценка рухнула бы ниже плинтуса.— Господин Ли, давайте просто поедем, — стуча зубами, попросила Наньцяо.— Да, конечно! — Ли Цзые с тревогой посмотрел на неё, потом перевел взгляд на друга и решительно шагнул к нему. — Снимай халат!— У меня только эта мантия! — возмутился Бай Ванъюй, пытаясь отбиться.— Ты мужик! Потерпишь! Никто на твое тело смотреть не будет! — Ли Цзые вцепился в воротник ученого.После короткой, но яростной потасовки победа осталась за наглостью. Бай Ванъюй сдался, опасаясь, что его одежду просто порвут в клочья.— Сестрица, накинь, согреешься, — Ли Цзые с заботой укутал Наньцяо в трофейную мантию, полностью игнорируя тот факт, что его друг остался в одной исподней рубахе на осеннем ветру.Запихнув девушку в карету и запрыгнув сам, он выглянул наружу:— Старина Бай, гони!Бай Ванъюй посмотрел на небо, глубоко вздохнул, подавляя желание убить кого-нибудь, и хлестнул лошадей.Обратный путь был безрадостным. Романтическая прогулка закончилась, не успев начаться.Внутри кареты Чжансун Наньцяо плотнее куталась в мужскую мантию, но дрожь не унималась. Её лицо становилось всё бледнее.— Сестрица, если ты не против... — Ли Цзые, видя её состояние, искренне забеспокоился. Он раскинул руки. — Я могу согреть тебя. Тут никого нет, никто не узнает. Я только ради тепла, честно.Наньцяо с трудом подняла голову. На её побелевших губах заиграла опасная улыбка. Она тихо, но отчетливо произнесла:— Пошел... к черту!— ... — Руки Ли Цзые повисли в воздухе.«Я же от чистого сердца! Почему у всех такие грязные мысли?»Карета неслась к городу. Состояние Наньцяо ухудшалось на глазах. Она уже не просто дрожала, она начала терять сознание.Ли Цзые нахмурился. Это не просто переохлаждение. Старая болезнь?— Сестрица, ты как? — он тронул её за плечо.— М-м... — только и смогла простонать она, глаза её закатывались.— Прости, но выбора нет!Ли Цзые пересел к ней и решительно притянул к себе, заключив в объятия. Теплое, мягкое тело, пахнущее озерной водой и дорогими духами, оказалось в его руках.Наньцяо слабо дернулась, пытаясь отстраниться, но силы оставили её. Живое тепло, исходящее от юноши, было слишком притягательным для её замерзшего тела. Постепенно она обмякла, доверчиво прижавшись к его груди.Ли Цзые обнял её крепче, стараясь передать максимум тепла.Время тянулось мучительно медленно. Въехав в город, карета сбавила ход — улицы были забиты людьми.Почувствовав, что тело девушки в его объятиях начинает пылать жаром, Ли Цзые в панике отдернул занавеску.— Долго еще до поместья Чжансун?— На улицах толпа. Час, не меньше, — крикнул Бай Ванъюй с козел.— Слишком долго! Она горит! Поворачивай в Ли Юань!— Понял!Экипаж резко свернул, и вскоре они влетели в ворота сада Ли. Ли Цзые, подхватив бесчувственную Наньцяо на руки, выскочил из кареты и помчался в дом.— Лекаря во внутренний двор! Живо! — заорал он так, что вороны взлетели с крыш.Через несколько минут в комнате, где он уложил девушку, собрался семейный совет.— Ого, — Хун Чжу (Хон Чжу), глядя на лежащую без чувств красавицу, удивленно приподняла брови. — Только ушел и уже притащил добычу? Быстро ты. Опоил её чем-то?— Девчушка-то постарше тебя будет, — старина Чжан Лата сделал глоток из неизменной фляги, оценивающе прищурившись. — Но порода видна. Красивая, из хорошей семьи. Для тебя, оболтуса, даже слишком хороша.— Братец, возраст — это ерунда, — авторитетно заявила Ли Ювэй, скрестив руки на груди и разглядывая фигуру гостьи. — Главное — посмотри на эти бедра! Широкие, крепкие. Рожать легко будет, наследников кучу принесет. Старшая сестра одобряет!— Кха-кха!Ли Цзые, который в этот момент пил воду, поперхнулся и закашлялся так, что чуть не отдал концы.— Вы... вы что несете?!Он обвел взглядом своих родственников и домочадцев.Боги, за что ему это? Он же благородный человек! Он просто спасает жизнь! Неужели он похож на того, кто думает только о... ну, об этом?!Хотя...
Глава 38. Бёдра широкие — рожать легко будет
На берегу озера Сян повисла пауза. Чжансун Наньцяо, глядя на ошарашенное лицо юноши, казалось, прочитала его мысли, как открытую книгу. Она прикрыла рот ладошкой и тихо рассмеялась.
Попался!
Насмеявшись вдоволь, она мгновенно сменила маску. Улыбка исчезла, в глазах заблестели слезы, а голос задрожал от переполняющих чувств:
— О, господин Ли! Вы... вы невероятны! Как же я ненавижу судьбу за то, что родилась на несколько лет раньше! Если бы не это, клянусь, я не вышла бы ни за кого, кроме вас!
— ... — Ли Цзые потерял дар речи.
«Сестрица, ну можно же хоть немного реалистичнее? Станиславский бы повесился!»
В этот момент порыв осеннего ветра растрепал прическу Наньцяо. Длинная прядь волос взметнулась и хлестнула Ли Цзые по лицу, задержавшись на мгновение у носа. Щекотно.
Ли Цзые инстинктивно, но незаметно втянул носом воздух.
Аромат был... пьянящим.
— Вкусно пахнет? — неожиданно спросила Чжансун Наньцяо, склонив голову набок.
— А? Что? — Ли Цзые тут же состроил самое невинное лицо в мире. — Сестрица, вы что-то сказали?
Наньцяо лишь ослепительно улыбнулась, не став дожимать. «Маленький лис, притворяйся дальше».
Тишину нарушил плеск весел. По озеру скользила утлая лодчонка, управляемая стариком в соломенной шляпе. Новый день, новая охота на таких вот богатых бездельников, которым дома не сидится.
— Эй, отец! — тут же оживился Ли Цзые. — Нам нужна лодка!
— Сию минуту, молодой господин! — радостно отозвался лодочник, ловко направляя суденышко к берегу.
Едва нос лодки коснулся песка, Ли Цзые с видом щедрого мецената выудил из кошелька монету и протянул старику.
— Сдачи не надо.
— Эм... Господин, — старик повертел в руках монету, и лицо его вытянулось. — Если я буду грести, это стоит два цяня. Одного маловато будет.
Чжансун Наньцяо прыснула со смеху.
— Так дорого?! — Ли Цзые забыл о стыде, его глаза округлились от возмущения. — Это же грабеж средь бела дня!
— Господин Ли, — сквозь смех простонала Наньцяо, — вы дали ему один цянь. Не один лян. Это же мелочь.
— Тогда я сам погребу! — решительно заявил Ли Цзые, у которого от жадности свело скулы. — Одного цяня за аренду лодки без гребца должно хватить с головой!
Столичные цены его убивали. Это же пригород! Откуда такие тарифы?!
— Сам? — Старик перевел взгляд с красивой, богато одетой девушки на скупого юношу. В его глазах читалось неприкрытое презрение. — Ну-ну.
Никогда он еще не видел такого жмота. И как только такая красавица с ним связалась? Позор мужскому роду.
— Эй, старик, ты чего так смотришь? — возмутился Ли Цзые, чувствуя, как его репутация трещит по швам. — Я, между прочим, всё вижу!
— Идемте уже, — мягко подтолкнула его Чжансун Наньцяо, ступая на шаткую палубу.
Под уничижительным взглядом лодочника Ли Цзые запрыгнул в лодку, схватил бамбуковый шест и, преисполненный решимости, оттолкнулся от берега.
План был прост: красиво скользить по водной глади. Реальность оказалась жестокой. Ли Цзые забыл одну маленькую деталь — он никогда в жизни не управлял лодкой.
Суденышко начало выписывать зигзаги, а потом раскачиваться с пугающей амплитудой.
— Ах! — вскрикнула Наньцяо, хватаясь за борта.
— Господин, может, все-таки я? — ехидно крикнул с берега старик. — Всего один цянь! Вы же одеты в шелка, неужели вам жалко несчастной монеты? Не позорьтесь перед дамой!
— Денег нет! — рявкнул Ли Цзые. Дело было уже не в деньгах, а в принципе. Он лучше утонет, чем заплатит этому вымогателю!
— Ой!
В пылу спора Ли Цзые слишком резко налег на шест. Центр тяжести сместился, и законы физики вступили в свои права. Лодка накренилась и...
Бултых!
Оба пассажира с громким всплеском ушли под воду.
Осенняя вода была не ледяной, но достаточно холодной, чтобы перехватило дыхание. Вынырнув и отплевываясь, Ли Цзые первым делом увидел Наньцяо.
Вода сделала свое дело. Тонкая ткань платья намокла и прилипла к телу, став почти прозрачной. Каждый изгиб, каждая линия её фигуры проступили с невероятной четкостью.
Глык.
Ли Цзые громко сглотнул. Глаза его, против воли, прикипели к зрелищу.
«Честное слово, я не специально! Лодка сама! Но... боги, какая женщина!» — мысли в его голове устроили гонку.
Действительно ли она была замужем? Фигура такая, что юные девы обзавидуются.
И тут в его мозгу всплыла подлая мыслишка: «А если она сейчас, в качестве компенсации, потребует... утешения? Стоит ли мне сопротивляться? У меня есть цель — Король Лекарств. Может, стоит принести себя в жертву? Да и жертва, прямо скажем, приятная...»
За одну секунду его мозг прокрутил сотню сценариев, один другого развратнее.
— Долго еще пялиться будешь?! — голос Наньцяо, полный возмущения, вернул его на землю. Она скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться.
— Виноват! Прошу прощения! — Ли Цзые поспешно отвел взгляд, чувствуя, как горят уши. — Давайте на берег, скорее!
Он подхватил её под локоть и помог выбраться на твердую землю.
— Эх, молодежь... — покачал головой старик на берегу, не скрывая злорадной ухмылки. — А я говорил. Всего один цянь! Стоило оно того?
Ли Цзые посмотрел на деда. Потом огляделся по сторонам. Пустынно.
«Может, избить его?» — мелькнула шальная мысль. — «Свидетелей нет. Он сам нарвался. Если что, скажу, что он нас специально перевернул, вымогая деньги! Точно! Я еще и тот первый цянь обратно стребую!»
Лицо Ли Цзые озарила улыбка маньяка.
Старик, перехватив этот взгляд, побледнел и инстинктивно попятился. От этого парня веяло реальной угрозой.
— Апчхи!
Чжансун Наньцяо чихнула, и всё её тело задрожало от холода.
— Сестрица, нужно срочно переодеться! — Ли Цзые мгновенно забыл о мести лодочнику и, поддерживая дрожащую девушку, потащил её к экипажу.
У кареты царил мир и покой. Бай Ванъюй, прислонившись к колесу, читал конфуцианский трактат. Он был воплощением безмятежности, полной противоположностью мокрому и суетливому Ли Цзые.
— Старина Бай! — заорал Ли Цзые еще на подходе. — Есть сухая одежда в карете?
— Нет, — не отрываясь от книги, ответил Бай Ванъюй.
— В смысле нет?! — опешил Ли Цзые. — Почему ты не взял сменную одежду?
— Потому что я не предполагал, что вы умудритесь перевернуться в лодке на тихом озере, — резонно, с убийственной логикой заметил ученый.
— Бай!.. — Ли Цзые заскрежетал зубами. — Клянусь, я тебя сейчас раздену!
— Хм, — Бай Ванъюй лишь усмехнулся.
Таких, как Ли Цзые, он мог уложить пачками, даже не отрываясь от чтения. К счастью, Ли Цзые не умел читать мысли, иначе его самооценка рухнула бы ниже плинтуса.
— Господин Ли, давайте просто поедем, — стуча зубами, попросила Наньцяо.
— Да, конечно! — Ли Цзые с тревогой посмотрел на неё, потом перевел взгляд на друга и решительно шагнул к нему. — Снимай халат!
— У меня только эта мантия! — возмутился Бай Ванъюй, пытаясь отбиться.
— Ты мужик! Потерпишь! Никто на твое тело смотреть не будет! — Ли Цзые вцепился в воротник ученого.
После короткой, но яростной потасовки победа осталась за наглостью. Бай Ванъюй сдался, опасаясь, что его одежду просто порвут в клочья.
— Сестрица, накинь, согреешься, — Ли Цзые с заботой укутал Наньцяо в трофейную мантию, полностью игнорируя тот факт, что его друг остался в одной исподней рубахе на осеннем ветру.
Запихнув девушку в карету и запрыгнув сам, он выглянул наружу:
— Старина Бай, гони!
Бай Ванъюй посмотрел на небо, глубоко вздохнул, подавляя желание убить кого-нибудь, и хлестнул лошадей.
Обратный путь был безрадостным. Романтическая прогулка закончилась, не успев начаться.
Внутри кареты Чжансун Наньцяо плотнее куталась в мужскую мантию, но дрожь не унималась. Её лицо становилось всё бледнее.
— Сестрица, если ты не против... — Ли Цзые, видя её состояние, искренне забеспокоился. Он раскинул руки. — Я могу согреть тебя. Тут никого нет, никто не узнает. Я только ради тепла, честно.
Наньцяо с трудом подняла голову. На её побелевших губах заиграла опасная улыбка. Она тихо, но отчетливо произнесла:
— Пошел... к черту!
— ... — Руки Ли Цзые повисли в воздухе.
«Я же от чистого сердца! Почему у всех такие грязные мысли?»
Карета неслась к городу. Состояние Наньцяо ухудшалось на глазах. Она уже не просто дрожала, она начала терять сознание.
Ли Цзые нахмурился. Это не просто переохлаждение. Старая болезнь?
— Сестрица, ты как? — он тронул её за плечо.
— М-м... — только и смогла простонать она, глаза её закатывались.
— Прости, но выбора нет!
Ли Цзые пересел к ней и решительно притянул к себе, заключив в объятия. Теплое, мягкое тело, пахнущее озерной водой и дорогими духами, оказалось в его руках.
Наньцяо слабо дернулась, пытаясь отстраниться, но силы оставили её. Живое тепло, исходящее от юноши, было слишком притягательным для её замерзшего тела. Постепенно она обмякла, доверчиво прижавшись к его груди.
Ли Цзые обнял её крепче, стараясь передать максимум тепла.
Время тянулось мучительно медленно. Въехав в город, карета сбавила ход — улицы были забиты людьми.
Почувствовав, что тело девушки в его объятиях начинает пылать жаром, Ли Цзые в панике отдернул занавеску.
— Долго еще до поместья Чжансун?
— На улицах толпа. Час, не меньше, — крикнул Бай Ванъюй с козел.
— Слишком долго! Она горит! Поворачивай в Ли Юань!
— Понял!
Экипаж резко свернул, и вскоре они влетели в ворота сада Ли. Ли Цзые, подхватив бесчувственную Наньцяо на руки, выскочил из кареты и помчался в дом.
— Лекаря во внутренний двор! Живо! — заорал он так, что вороны взлетели с крыш.
Через несколько минут в комнате, где он уложил девушку, собрался семейный совет.
— Ого, — Хун Чжу (Хон Чжу), глядя на лежащую без чувств красавицу, удивленно приподняла брови. — Только ушел и уже притащил добычу? Быстро ты. Опоил её чем-то?
— Девчушка-то постарше тебя будет, — старина Чжан Лата сделал глоток из неизменной фляги, оценивающе прищурившись. — Но порода видна. Красивая, из хорошей семьи. Для тебя, оболтуса, даже слишком хороша.
— Братец, возраст — это ерунда, — авторитетно заявила Ли Ювэй, скрестив руки на груди и разглядывая фигуру гостьи. — Главное — посмотри на эти бедра! Широкие, крепкие. Рожать легко будет, наследников кучу принесет. Старшая сестра одобряет!
— Кха-кха!
Ли Цзые, который в этот момент пил воду, поперхнулся и закашлялся так, что чуть не отдал концы.
— Вы... вы что несете?!
Он обвел взглядом своих родственников и домочадцев.
Боги, за что ему это? Он же благородный человек! Он просто спасает жизнь! Неужели он похож на того, кто думает только о... ну, об этом?!
Хотя...

Комментарии

Загрузка...