В кабинете Гу Чанцина мерцало пламя свечи.
Вошел тайный телохранитель и поклонился ему: «Шицзы!»
Лицо Гу Чанцина было скрыто в тени и казалось несколько ледяным.
Он посмотрел на тайного телохранителя и спросил: «Как продвигается дело, которое я попросил тебя провести?»
Тайный телохранитель обхватил кулак у груди и сказал: «Отвечаю Шицзы, этот подчиненный ничего не нашел».
Гу Чанцин насупил густые брови: «Ни одного? В те времена во дворе моей матери было по меньшей мере семь или восемь служанок и четыре или пять момо. Почему же ни одну из них нельзя найти?»
Это было действительно странно.
Как и служанки, сопровождавшие Яо Ши во время родов, все они бесследно исчезли.
В то время у Яо Ши было не так много слуг, которые сопровождали ее во время родов: две молодые служанки и старая кормилица. Старая кормилица умерла, а молодые служанки предположительно вышли замуж в дальние края, и найти их не удалось.
Служанки Яо Ши не были высокого происхождения, и ее слуги не проходили строгую проверку, но слуги Лин Ши были тщательно отобраны и могли быть проверены в трех поколениях, поэтому они не могли просто бесследно исчезнуть.
Тайный телохранитель сказал: «Это все слуги, которых покойная госпожа привезла из родительской семьи. Если Шицзы действительно хочет провести расследование, мы должны начать с семьи Лин».
Но семья Лин была семьей Гу Чанцина по материнской линии, и он всегда доверял им.
Если он действительно хотел провести расследование, то сначала он должен был научиться отбрасывать чувства в своем сердце.
«Тогда расследуй», - приказал он.
Тайный телохранитель был ошеломлен: «Шицзы?»
Гу Чанцин с серьезным выражением лица ответил: «Мне нужна правда».
Тайный телохранитель посмотрел на Шицзы глубоким взглядом и поклонился: «... Да!»
После ухода тайного телохранителя Гу Чанцин достал из кармана вещественное доказательство - письмо, которое Яо Ши написала маркизу Гу.
В письме говорилось, что болезненное состояние Лин Ши не продлится и нескольких дней, так, когда же маркиз Гу прибудет, чтобы жениться на ней? Она не высокого происхождения, и, если этот брак не будет оформлен раньше, то она боялась, что в будущем произойдут некоторые изменения.
Из содержания письма подразумевалось, что у них уже давно был роман, и что они использовали болезнь Лин Ши как возможность для Яо Ши приезжать в поместье как бы для ухода за ней.
Если бы это было так, насколько глубоко укоренившейся и злобной женщиной она должна была бы быть?
Но если она была невиновна, то каким же ужасным существом был тот, кто подделал это письмо?
Кроме того, дело было не только в письме, кто-то еще своими глазами видел, как Яо Ши вошла в кабинет маркиза Гу.
Этот кто-то просто ошибся, или его кто-то проинструктировал?
Кто мог проинструктировать слуг вокруг Лин Ши?
Сердце Гу Чанцина забилось в смятении, он встал, убрал письмо в ящик, открыл дверь кабинета и вышел.
Снаружи медленно падал легкий снег.
Он сел на коня и выехал из поместья маркиза, преодолевая ветер и снег.
У него не было определенного места назначения, но его лошадь остановилась перед домом в переулке Бишуй.
Ворота дома были открыты, а в проходах и во внешнем дворе горели бумажные фонари.
Со своего места, он мог видеть нескольких мальчиков, сидящих на свежем воздухе, не боясь замерзнуть, и выглядели они так, будто играли в карты.
На лице Гу Яня было написано слово «дурак»*, и оно было обклеено множеством бумажных полосок.
Лицо маленького Цзин Куна было чистым, без каких-либо надписей и бумажных полосок.
Там также был еще один мальчик тринадцати-четырнадцати лет.
Хотя Гу Чанцин уже бывал здесь раньше, присматривая за Гу Янем всю ночь, Гу Сяошунь в то время тоже болел ветряной оспой и находился в своей комнате, восстанавливаясь после болезни, поэтому они не встречались друг с другом.
Но это не помешало Гу Чанцину догадаться, кто он.
Гу Сяошунь, казалось, также проигрывал много раз, так как его лицо тоже было исписано словом «дурак».
Подошла старушка с банкой цукатов в руке, которые она время от времени отправляла себе в рот. Она поочередно коснулась головы каждого мальчика, а когда обнаружила, что они не замерзли, продолжила есть цукаты.
Гу Чанцин наблюдал за этой сценой и был немного озадачен.
Гу Сяошунь был ребенком из семьи приемных родителей Гу Цзяо, а маленький Цзин Кун был маленьким монахом, которого она усыновила из горного храма. Ни один из них не имел кровного родства с Гу Цзяо.
Но они имели такой же статус в семье, как Гу Цзяо и Гу Янь.
Может ли быть так, чтобы даже не родные дети так хорошо ладили между собой?
«О, старший брат Яньэр, ты опять жульничаешь!»
Гу Янь спрятал карту и был пойман с поличным маленьким Цзин Куном.
«Я не делал этого!» Гу Янь с серьезным лицом отрицал это.
«Тогда что это?» Маленький Цзин Кун решительно отыскал игральную карту, которую Гу Янь засунул в снег.
Гу Янь начал выкручиваться: «Откуда я знаю? Я же не прятал ее».
«Это ты! Это был ты! Я видел это!» Малыш так рассердился, что взобрался на табуретку, топал ногами, уперев обе руки в боки!
Они начали спорить.
Их домашние животные тоже начали спорить, так что во дворе царила суматоха.
Вдруг Гу Сяошунь посмотрел на ворота и воскликнул: «Кто там?»
Двое прекратили свои препирательства и в унисон посмотрели в сторону ворот.
Гу Чанцин, который до этого лишь тихо наблюдал со стороны, как-то так увлекся наблюдением, что уже полностью стоял в проеме ворот.
Было слишком поздно прятаться.
Оба мальчика уже увидели его.
«Ух ты! Старший брат!» Маленький Цзин Кун мгновенно забыл о своем недовольстве, спрыгнул с табуретки и, топая, побежал к Гу Чанцину.
Гу Янь тоже хотел подойти, но вдруг вспомнил о чем-то и выронил из рук игральные карты и торопливо начал срывать бумажные полоски со своего лица.
Сорвав их, он, кажется, вспомнил, что его лицо исписано словами «дурак», и он отчаянно начал наклеивать бумажные полоски обратно.
«Старший брат! Счастья и благополучия, счастья и благополучия**!» Маленький Цзин Кун сложил свои маленькие ладошки у груди и вежливо поклонился в знак новогоднего приветствия.
Так говорили все соседи, когда приходили к ним домой, и он просто сделал то же самое.
Глаза Гу Чанцина смягчились: «Что вы делали?»
Маленький Цзин Кун ответил: «Играем в игральные карты!»
Тетушка научила нас!
Старушка заговорила: «Маленький Цзин Кун, кто это?»
Маленький Цзин Кун обернулся и ответил: «Это старший брат!»
Старушка поняла, кто это, и сказала: «Заходи и поешь с нами».
Ее голос не был громким, а тон не был тяжелым, но в нем чувствовалась аура, отчего ему было невозможно отказаться.
Гу Чанцин на мгновение заколебался.
Он не собирался наносить им визит, поэтому не принес никаких подарков, что было невежливо, тем более что сегодня был день Нового года.
«Почему ты все еще стоишь там? Входи скорее!» - призвала старушка.
«Да!» Гу Чанцин вошел.
Сначала он поклонился старушке.
Как ни странно, его поклон был похож на приветствие чиновника правителя.
Он и сам был крайне озадачен этим подсознательным действием.
К счастью, старушке и всем остальным было все равно.
Гу Янь опустил голову, чтобы не было видно слов «дурак», написанных на его лице.
Гу Чанцин не мог удержаться от тихого смеха, наблюдая за глупыми действиями Гу Яня.
Когда Гу Янь услышал его смех, то почувствовал себя плохо, он решительно повернулся спиной к нему, оставив для обзора только затылок!
Старый гоцзы цзицзю повез Сяо Люланя навестить своего умирающего друга, поэтому сегодня ужин готовила Гу Цзяо.
Ужин, который приготовила Гу Цзяо, не был таким роскошным, как в поместье маркиза, но на вкус это было как в детстве.
Атмосфера за обеденным столом также не была такой серьезной, и вся семья кушала в веселом настроении.
Гу Чанцин даже немного пожалел, что не остался в первые два раза, когда его приглашали.
После еды маленький Цзин Кун спросил его: «Старший брат, не хочешь поиграть в карты?»
«Я … я не знаю как». Гу Чанцин вырос под сильным давлением старого маркиза Гу и получил очень строгое воспитание. По сути, он и игры – эти два понятия были не совместимы.
В его понимании сложилось, что он не должен играть и не может играть, иначе он не станет достойным наследником.
Маленький Цзин Кун наклонил голову в сторону и сказал: «Ничего страшного, тетушка тебя научит! Тетушка удивительная!»
Все трое были учениками старушки!
Маленький Цзин Кун был самым умным, поэтому она научила его всему, что знала сама, и теперь он уже много раз обыгрывал Гу Яня и Гу Сяошуня!
Гу Чанцин заколебался.
Гу Цзяо изогнула губы в улыбке и сказала: «Сегодня же Новый год, ты можешь веселиться».
Гу Янь также кивнул головой в знак согласия.
На самом деле, даже Старая Госпожа Гу, которая очень любила своих внуков, никогда не говорила ему таких слов: Все в порядке, ты можешь веселиться.
Гу Чанцин как будто наконец-то разбил оковы, которые все это время сковывали его тело. Он глубоко вздохнул и ответил: «Ну что ж, хорошо».
Гу Цзяо предложила: «Идите играть в комнате тетушки. Там тепло, а я принесу вам что-нибудь перекусить».
Глаза старушки метались по сторонам, когда она наблюдала за Гу Чанцином. Последний был хорошо одет, с важной осанкой, и у него было честное лицо. В общем за карточным столом про такого говорят – глупец с кучей денег.
Старушка: «Ох, как будет неловко рисовать на лицах слово «дурак» перед нашим гостем, может вместо этого будем ставить по десять медных монет!»
Маленький местный богач Цзин Кун только что получил арендную плату за дом и в настоящее время имел много денег, поэтому не испытывал никакого давления!
Гу Сяошунь также получил немного денег на Новый год в качестве подарка от Гу Цзяо.
Гу Янь оказался в худшем положении. Его новогодних денег не хватало даже на то, чтобы расплатиться с долгами перед маленьким Цзин Куном.
Он работал на маленького Цзин Куна и тяжело зарабатывал деньги, десять медных монет в день, разгребая куриные помет, пока не ослабевали руки!
Однако он скорее предпочел бы потерять свой кошелек, чем предстать перед Гу Чанцином с нарисованным на лице словом «дурак».
Делов-то ... он просто возьмет еще в долг у маленького Цзин Куна и будет продолжать убирать куриный помет еще несколько дней.
Маленький Цзин Кун: Просто дружеское напоминание, твоя работа по уборке куриного помета на этот год уже расписана!
«Я действительно не знаю как ...» Гу Чанцин почувствовал себя неловко. Старый маркиз никогда не позволял ему играть, чтобы, увлекшись вещью не потерять волю***. Он даже не знал значение карт, и ему потребовалось много времени, чтобы понять, кто из них, кто: «Пожалуйста, не принимайте близко к сердцу, если я буду плохо играть».
В результате, как только они начали, он обыгрывал маленького Цзин Куна за считанные секунды!
Маленький Цзин Кун: «...!»
Честно говоря, после нескольких игр Гу Чанцин, честно говоря, все еще находился в состоянии неясности относительно правил, время от времени задаваясь вопросом: Как лучше сыграть так или иначе? И что насчет этого?
Затем, как только все карты были разыграны, у всех присутствующих в комнате чуть не взорвался мозг.
Он выиграл самым необъяснимым образом.
Старушка была королевой азартных игр в переулке Бишуй, и никто в округе не мог выиграть у нее деньги.
Старушка не поверила и поднялась, чтобы сыграть партию, но была побита Гу Чанцином.
Лицо старушки стало угольно-черным.
Гу Чанцин смущенно пробормотал: «Это ... я действительно не хотел. Я не буду ходить с этой карты. Я пойду с другой».
Он поменял карту на другую, в итоге разыгралась комбинация стрит****!
После того, как была составлена комбинация стрит, соперник должен был заплатить двойной куш.
Старушка: «.....»
Есть ли у кого-нибудь таблетки быстрого действия от сердечного приступа?
Семья, которая умела играть в покер, была повержена Гу Чанцином, новичком, который даже не понимал правил.
Маленький Цзин Кун потерял лицо.
Он бездушно стоял на месте, а старушка в расстройстве неистово ходила по комнате из угла в угол!
_____________________________________________________
Примечание:
* - в оригинале было указано слово черепаха (или еще одно ругательное значение – негодяй), думаю это какая-то система наказания для проигравшего, но так как для русского человека не совсем понятно, поэтому заменила на понятный нам «дурак»;
** - счастья и благополучия – самое часто используемое пожелание на Новый год;
*** - увлекшись вещами, потерять волю – обр.выражение - стать рабом своих увлечений;
**** - стрит (straight) – одна из комбинаций в покерных играх.
Перевод: Флоренс

Комментарии

Загрузка...