Прошло немного времени, прежде чем люди из резиденции Третьего принца пожаловали к двери медицинского зала.
Третий принц в настоящее время находился в императорском кабинете, поэтому кучер не мог встретиться с ним лично. Вместо этого ему пришлось обратиться за помощью к стражникам из резиденции принца.
Услышав, что ситуация очень серьезная, прибыло более десяти стражников, а также сопровождающий их доктор из резиденции Третьего принца.
Как только придворная дама Сюй увидела их, в ее сердце мгновенно зажглась надежда. Она, приподняв рукой юбку, выбежала из медицинского зала и, указывая на Второго Хозяина и его работников, быстро заговорила: «Вы пришли как раз вовремя, они взяли в заложники супругу Третьего принца! Супруга Третьего принца находится у них в плену! Быстро идите и спасите ее!»
Когда Второй Хозяин увидел кучу стражников, которые стекались внутрь, он подумал: Все мы ходим под Императором, и я не боюсь их. У нас есть медицинский зал, и мы занимаемся медицинской практикой и лечим больных, поэтому мы будем вправе обратиться в ямэнь.
Но когда он услышал слова "супруга Третьего принца", его ноги внезапно ослабли.
Это что шутка?
Пациентка внутри на самом деле была супругой Третьего принца? Невесткой нынешнего Императора?
И девушка Гу из моей семьи только что разрезала живот супруге Третьего принца ...
Второй Хозяин хотел снова рвать на себе волосы и потерять сознание ...
Медицинский зал все еще находился на стадии открытия, и в холле было довольно много людей: смотритель Ван, молодой Лю, ученик старого доктора и несколько недавно нанятых сотрудников, все они сейчас находились под жестоким контролем стражников из резиденции Третьего принца.
Старший стражник уже собирался броситься в боковую комнату, чтобы освободить супругу Третьего принца, когда увидел, что дверь комнаты со скрипом открывается.
Супруга Третьего принца вышла с большим трудом, опираясь на руку Гу Цзяо, а другой рукой инстинктивно прикрывая свою рану.
Ее лицо все еще было бледным, но это было намного лучше, чем полумертвое состояние, в котором она находилась еще недавно в карете.
Увидев ее, стражники один за другим поприветствовали ее, сжав кулак перед грудью.
Супруга Третьего принца холодно окинула взглядом толпу и сказала слабо, но с непоколебимой аурой: «Все еще бунтуете? Почему бы вам не отпустить этих людей?»
Стражники посмотрели друг на друга в недоумении.
Действие анестетика постепенно ослабевало, и супруга Третьего принца начала чувствовать боль от раны. Однако, как и говорила ей Гу Цзяо, она оказалась в пределах терпимого.
Она отчетливо ощущала, что в этот раз ей едва удалось избежать смерти.
Она холодно оглядела комнату, полную стражников: «Что? Мои слова для вас больше ничего не значат? Кто дал вам такую смелость? Я спрошу у Его Высочества, приказывал ли он вам не воспринимать мои слова всерьез!»
«Этот подчиненный не смеет!» Старший стражник первым убрал меч в ножны, а затем сделал жест остальным стражникам. Затем все они отпустили людей медицинского зала и вложили свои мечи обратно в ножны.
Придворная дама Сюй подошла с беспокойством: «Супруга Третьего принца, с вами все в порядке?»
Несколько обессиленная, супруга Третьего принца прислонилась плечом к Гу Цзяо и ответила: «У меня сейчас нет сил заниматься тобой, я разберусь с этим, когда мы вернемся в резиденцию принца».
Если бы не тот факт, что операция уже закончилась, эта девушка могла своими необдуманными словами и действиями спровоцировать убийство в медицинском зале.
Гу Цзяо, конечно же, приняла такую возможность во внимание, поэтому она и закончила операцию как можно скорее.
Супруга Третьего принца не знала, насколько осторожной была Гу Цзяо, но была достаточно благодарна за ее сегодняшние действия; она спасла не только ее жизнь, но и ее достоинство.
«Молодая Госпожа Гу, прощайте», - слабо сказала она.
Гу Цзяо кивнула и сказала: «Швы нужно будет снять через семь дней».
Супруга Третьего принца с трудом кивнула головой: «Хорошо, я поняла».
Казалось, она готова была упасть в любой момент, поэтому придворная дама Сюй и придворная дама Лю поспешили принять ее из рук Гу Цзяо и помочь ей сесть в карету, чтобы наконец-то вернуться в резиденцию принца.
Через семь дней супруга Третьего принца не пришла в медицинский зал, чтобы снять швы.
Гу Цзяо не беспокоилась, поскольку она была супругой Третьего принца, а в резиденции принца должен был быть высококвалифицированный в медицине доктор, и во дворце также имелись императорские доктора, поэтому им не составило бы большого труда снять швы.
...
Одним прекрасным солнечным утром наступил день, когда медицинский зал должен был официально открыться.
Семья встала рано, чтобы выразить свою поддержку медицинскому залу. Даже старушка, которая всегда оставалась в постели до позднего утра, сегодня была уже на ногах.
Но поскольку ни в Императорской академии Гоцзыцзянь, ни в академии Цинхэ не было каникул, Гу Цзяо не разрешила четверым юношам взять выходной, а просто выразила им благодарность, сказав, что очень ценит их доброту.
Четверо: Почему так трудно пропустить занятия?
Четверо юношей, сжимая в руках сумки с книгами, в отчаянии отправились в Императорскую академию Гоцзыцзянь и академию Цинхэ.
Старушке больше нечего было делать, поэтому она села в карету, присланную Вторым Хозяином, и вместе с Гу Цзяо отправилась в медицинский зал.
Дощечка-вывеска «медицинский зал Мяошоу» уже висела, ожидая, когда Гу Цзяо снимет с нее красную ткань.
Гу Цзяо без лишних проволочек подняла руку и сняла красную ткань. На причудливой и элегантной дощечке-вывеске красовались большие золотые иероглифы – «Медицинский Зал Мяошоу»!
Второй Хозяин был чрезвычайно счастлив, хотя у него больше не было медицинского зала Тунфу, теперь у него был медицинский зал Мяошоу, и он по-прежнему был Вторым Хозяином, но только по имени!
Гу Цзяо тоже была очень довольна. В столице жизнь была очень дорогая, и просто сидеть и есть, ничего не делая, здесь не получится. С медицинским залом она могла начать зарабатывать деньги, а имея деньги, она могла обеспечить четверым юношам ее семьи возможность посещать академии и получать лучшее образование.
В своих классах эти четверо страдающих юношей чихнули в унисон ...
В первый день открытия медицинского зала всех пациентов принимали бесплатно, на все травы действовала скидка 20%, на все тонизирующие средства - 50%, а чашу секретного чая с лонганом и красными финиками раздавали каждому, кто входил, бесплатно.
Такой чай готовился из лучших сушеных красных фиников и мякоти лонгана высшего качества, с добавлением ягод годжи, такой чай хорошо питает ци и кровь, улучшает состояние кожи и сохраняет молодость, и, что самое главное, напиток довольно сладкий, и пить его было одно удовольствие!
Старушка обосновалась на кухне и пила его чашку за чашкой!
Гостей пришло немного, а чая уже стало в два раза меньше.
.....
Академии для девушек также открылась сегодня.
Гу Цзиньюй встала очень рано, когда она оделась и пошла поприветствовать родителей, то увидела, что маркиз Гу и Яо Ши одеты соответствующим образом и выглядели так, словно они собирались на свидание.
Гу Цзиньюй была слегка ошеломлена: «Папа, мама, что вы ...»
Маркиз Гу с улыбкой сказал: «Разве сегодня не начало занятий в академии для девушек?»
Как только она услышала эти слова, Гу Цзиньюй сразу же все поняла. Она спросила: «Папа и мама ... собираются проводить меня в академию для девушек?»
В последнее время отношения между отцом и матерью, казалось, стали несколько натянутыми, а мать, похоже, изменилась как личность, начав по-разному противостоять наложнице Лин в поместье, из-за чего она стала меньше заботиться о ней.
На ее лице появилось счастливое выражение, когда она сказала: «Папа, мама, вы так добры ко мне!»
Маркиза Гу ободряюще похлопал дочь по руке: «Ну-ну, уже поздно, пора идти. Не опоздай в свой первый день в академии!»
Если мы опоздаем, то не сможем увидеть чудесную сцену того, как эта грубиянка входит в академию для девушек!
Он хотел, чтобы Яо Ши своими глазами увидела, сколько усилий он приложил для этой девушки!
«Скорее, поторопимся, Госпожа маркиза!»
Иначе мы опоздаем к сюрпризу!
Со вчерашнего вечера он объявил Яо Ши, что приготовил для нее сюрприз. И последняя гадала, что это может быть, но оказалось, что он всего лишь хотел проводить Цзиньюй в академию для девушек?
Перевод: Флоренс
По дороге настроение Яо Ши было не очень хорошим.
Как мать, она должна была бы радоваться поступлению Гу Цзиньюй в академию для девушек, но почему-то она не чувствовала никакого волнения.
Не то чтобы Гу Цзиньюй не замечала эмоций своей матери, но в последнее время, когда та вступала в конфронтацию с наложницей Лин, у нее всегда было выражение лица человека, погруженного в свои мысли, поэтому не стала воспринимать это слишком серьезно.
Вскоре карета подъехала к академии для девушек.
Маркиз Гу уже живо представлял в своем воображении трогательные сцены того, как Госпожа маркиза видит эту девушку, входящей в академию для девушек! И тогда Яо Ши взволнованно возьмет дочь за руку и спросит: Цзяо Цзяо, почему ты здесь? А та ответит мягким голосом: Я пришла учиться в академию для девушек. На лице Яо Ши появится удивление: Ты ... ты тоже пришла в академию для девушек, чтобы учиться? Но как ты поступила? Ты сдала вступительный экзамен? Цзяо Цзяо тем временем застенчиво опустит голову и ответит: Как я смогла бы? Я выросла в деревне и не умею читать и писать. Это все благодаря моему отцу, который приложил немало усилий, чтобы помочь мне получить приглашение. Отец так добр ко мне! Мама, не сердись больше на отца! Тогда Яо Ши посмотрит на него со стыдом и сожалением и возьмет его за руку: Господин маркиз, я была не права, обвиняя тебя. Ты действительно самый любящий отец в мире! Я не должна была заставлять тебя вставать на колени. Давай восстановим наши хорошие отношения, сегодня вечером, пожалуйста, приходи ко мне в комнату.
«Хахаха, хахаха, хахаха ...»
Маркиз Гу радостно хлопнул себя ладонями по коленям и, живо представляя себе все это, вдруг начал смеяться, как дурак.
Яо Ши и Гу Цзиньюй смотрели на него с шокированными выражениями на лицах.
Это продолжалось до тех пор, пока Яо Ши не приподняла занавеску и не увидела Гу Цзяо.
«Цзяо Цзяо!»
Яо Ши подняла занавеску и проворно вышла из кареты, взволнованно подойдя к дочери и взяв ее за руку.
Маркиз Гу в ту же секунду пришел в себя.
Вот он, вот он, настал тот самый звездный час, который принадлежит только мне!
Наконец-то он собирался стереть память о своих прошлых позорных поступках и подняться на вершину жизни!
Цвет лица Гу Цзиньюй потемнел. Ее мать была такой вялой с самого утра, и она подумала, что та просто устала. Однако, когда она увидела свою дочь, то мгновенно преобразилась и засияла.
Очевидно же, что это именно я заслуживаю сегодня наибольшего внимания!
«Цзяо Цзяо, что ты здесь делаешь?» - спросила Яо Ши.
Маркиз Гу: Ну, говори, скорее! Я пришла в академию, чтобы учиться!
Гу Цзяо ответила: «У меня здесь дело».
Маркиз Гу: «...?!»
Яо Ши тоже не понимала, какое у ее дочери здесь может быть дело.
Гу Цзяо указала на медицинский зал позади себя и сказала: «Наш медицинский зал только что открылся».
Яо Ши ничего не знала о том, что ее дочь открыла медицинский зал в партнерстве со Вторым Хозяином, и маркиз Гу тоже ничего не знал об этом.
В прошлый раз он попросил Хуан Чжуна пойти в переулок Бишуй, чтобы найти Гу Цзяо, но ее не оказалось дома. Старушка сказала ему, что Гу Цзяо пошла в медицинский зал рядом с академией для девушек.
Когда Хуан Чжун сообщил об этом маркизу Гу, тот решил, что она снова пошла работать к кому-то в качестве знахарки.
Маркиз Гу был в ярости. Разве не лучше было бы быть студенткой с высоким статусом, чем какой-то мелкой знахаркой?
Маркиз Гу не хотел предстать плохим отцом перед Яо Ши, но в этот момент он больше не мог держать себя в руках: «О чем ты только думаешь? Почему ты не хочешь ходишь в академию? Разве ты не дала мне обещание? Я послал тебе приглашение и серебро, и вот какой результат я получил?»
Гу Цзиньюй сразу поняла, что происходит: оказывается, ее отец тайно достал для Гу Цзяо приглашение.
Она шагнула вперед и сказала: «Верно, сестра, поступить в академию для девушек очень сложно, и если у тебя нет на руках приглашения, то придется сдавать вступительные экзамены, чтобы попасть в нее».
Гу Цзяо бросила на нее тусклый взгляд и ответила: «О, ты думаешь, что я не смогу сдать вступительный экзамен?»
«Я не это имела в виду», - обиженно ответила Гу Цзиньюй. «Я просто думаю, что сестра не должна тратить впустую кропотливые усилия отца. Я определенно не стала бы смотреть на сестру свысока. На самом деле, я уже давно говорила отцу, что, если сестра захочет, я могу прийти и научить тебя читать и писать».
Гу Цзяо сказала: «Тогда почему ты ни разу не пришла?»
Гу Цзиньюй мгновенно потеряла дар речи.
Тебе не кажется, что ты играешь не по правилам?
Что мне ответить на этот вопрос?
Гу Цзиньюй сухо рассмеялась и сказала: «Тогда я буду приходить и учить сестру каждый день».
Гу Цзяо небрежно заметила: «Нет, я не хочу учиться».
Гу Цзиньюй: «......»
Тогда почему ты спросила меня об этом только что?!
Маркиз Гу не мог вынести того, что его драгоценную дочь обижают, и сказал Гу Цзиньюй: «Уже поздно, тебе пора идти на занятия, а то опоздаешь».
Гу Цзиньюй закусила губы и мягко ответила: «Да, отец, мать, я пойду первой. Береги себя, сестра».
После ухода Гу Цзиньюй, Яо Ши взяла дочь за руку и пошла вместе с ней в медицинский зал.
Маркиз Гу удрученно поплелся за дуэтом матери и дочери, полностью забытый, как будто был пустым местом.
Второй Хозяин был достаточно предусмотрителен, чтобы предоставить Гу Цзяо отдельную комнату в задней части дома, которая выходила на небольшой уединенный двор.
Когда мать и дочь вошли во двор, маркиз Гу последовал за ними, но только для того, чтобы уткнуться носом в захлопнутую перед ним дверь.
Маркиз Гу, чей нос тут же распух и стал похож на свиной: «...!!!»
Войдя в комнату, Гу Цзяо проверила пульс Яо Ши.
Без влияния аромата от цветка мандрагоры, пульс Яо Ши стал намного лучше.
Депрессия и истерика Яо Ши не были вызваны цветком мандрагоры, но он усугубил ее состояние. И если подумать, то только благодаря решимости Гу Цзяо сразу же приехать в поместье маркиза, предотвратило страшное, ведь иначе Госпожа маркиза могла бы не дождаться появления Гу Цзяо.
После этого они поговорили о семейных делах.
.....
Гу Чанцин уже несколько дней не возвращался в поместье маркиза из-за срочного задания в военном лагере.
Гу Чэнлинь был выпущен Гу Чанцином из зала предков, но он все еще не мог встать с кровати.
Гу Чэнфэн продолжал ходить в академию каждый день. Без Гу Чэнлиня, который постоянно доставлял проблемы, дни его проходили гораздо спокойнее.
Единственным человеком, у которого постоянно болела голова, была наложница Лин. Вместо того, чтобы у Яо Ши болела голова из-за нее, у нее болела голова из-за Яо Ши.
В последнее время визиты Яо Ши во двор Сунхэ стали более частыми, она исполняла обязанности невестки, не пропуская ни одного дня.
Старая госпожа Гу находила удовольствие в том, чтобы утверждать свое господство над своей невесткой. Каждый раз она вызывала к себе Яо Ши, чтобы продемонстрировать перед ней свою власть свекрови.
Но она делала это в доме, и посторонние не знали об этом и думали, что Яо Ши внезапно получила благосклонность Старой Госпожи.
Кроме того, каждый раз, когда Яо Ши выходила со двора Старой Госпожи Гу, она имела весьма довольный вид. Любой, кто видел ее, подумал бы, что отношения между свекровью и невесткой были очень хорошими!
Слуги в поместье привыкли смотреть на статус людей, и теперь, когда Яо Ши получила благосклонность Старой Госпожи, то и их отношение резко переменилось.
Для начала она стала получать больше угля, чем наложница Лин, а затем постепенно питание Яо Ши стало более обильным и экстравагантным, чем у наложницы Лин; даже зимняя одежда для слуг во дворе Яо Ши была подготовлена раньше, чем для двора наложницы Лин.
В прошлом такое было просто невозможно.
Тем не менее, поскольку наложница Лин много лет отвечала за управление поместьем у нее имелись кое-какие навыки.
Будучи подавленной Яо Ши, она оставалась спокойной и собранной.
«Она слишком спокойна, мне будет трудно вывести ее из равновесия». Яо Ши впервые участвовала в борьбе во внутреннем дворе, и ей не хватало опыта.
В этот момент старушка, которая спала в этой комнате, вышла из-за ширмы, зевая, и бросила перед Яо Ши пакет с лекарством: «Используй это!»
Перевод: Флоренс

Комментарии

Загрузка...