Линь Чэнъе принялся яростно писать.
Фэн Линь, который находился в последнем ряду экзаменационного зала, не смог удержаться, чтобы не усмехнуться про себя дважды, когда получил экзаменационные вопросы.
Когда Сяо Люлань давал наставления Линь Чэнъе, он в основном сидел в стороне и лишь слушал. Линь Чэнъе боялся строгого Сяо Люланя, поэтому иногда сначала показывал свои экзаменационные работы ему, а потом, убедившись, что проблем нет, отдавал их Сяо Люланю.
Постепенно он смог прочитать весь трактат "Канон сыновнего благочестия".
Если бы не строгая дисциплина в экзаменационном зале, Фэн Линю хотелось бы прыгать от радости.
Судя по одной только этой сессии экзамена, экзаменационные вопросы были совсем не такими сложными, как дьявольски сложные вопросы Сяо Люланя.
Остальные кандидаты не были так спокойны, как эти трое, они действительно не ожидали, что в этом году экзаменационные вопросы будут настолько сложными, и это просто убивало их!
Однако у кандидатов, которые смогли дойти до провинциального экзамена на соискание второй учёной степени цзюйжэнь, была относительно устойчивая психика. Несмотря на негодование в их сердцах, они, отвердив кожу головы*, начали писать.
Осенний тигр** был особенно невыносимым в этом году. Вчера погода уже была ужасно жаркой, но сегодня она была еще жарче.
При этом каопэны были тесными и плохо проветривались, и уже через короткое время кандидаты обильно потели, изнывая от жары.
Некоторые более смелые кандидаты просто начинали раздеваться, хотя это и позорило их внешний вид, но правила в экзаменационном зале были таковы, что экзаменаторам было абсолютно все равно, срет кандидат или выпускает газы, лишь бы не списывал.
К полудню солнце поднялось высоко в небе, и температура в каопэнах значительно повысилась, так что все кандидаты чувствовали себя так, словно их жарили на железной сковородке.
Наконец, один из кандидатов потерял сознание от теплового удара.
Он был Молодым Господином из большой семьи и раньше не испытывал никаких трудностей. В отличие от студентов из бедных семей, которые часто работали в поле, он не мог переносить такую жару.
Инспектор-экзаменатор не сводил с него глаз, думая, что ему лучше проснуться самому, иначе, когда его вынесут из каопэна, он уже не сможет вернуться туда.
Подождав некоторое время, однако кандидат так и не подавал признаков пробуждения, поэтому инспектору-экзаменатору пришлось вызвать охранников, чтобы они отвели его к врачу.
Как только охранники донесли его до ворот экзаменационного двора, он пришел в себя и закричал, что хочет вернуться в свой каопэн и закончить экзамен, но правила в экзаменационном зале никогда не делали исключений ни для кого, даже для принцев.
Система государственных экзаменов предъявляла к кандидатам чрезвычайно высокие требования во всех отношениях. Они должны быть не только психически устойчивыми, но и физически подготовленными, иначе они не смогут сдать такой напряженный экзамен.
Этот небольшой эпизод также оказал сильное психологическое давление на остальных кандидатов, а поскольку погода становилась все жарче и жарче, все почувствовали, что их личный каопэн уже превратился в раскаленную печь.
Те испытуемые, которые сначала были более сдержанными и отказывались раздеваться, в этот момент уже не могли ни о чем беспокоиться. И не снятие трусов было последним, что они могли сделать для уважения к экзаменационному залу!
Сяо Люлань также чувствовал жар вокруг себя, если бы это было в прошлом, он бы точно потерял сознание от подобной жары. Однако в последние несколько месяцев Гу Цзяо каждый день таскала его на восстановительные тренировки, не пропуская ни одного дня. Даже когда он уезжал из дома на экзамен, она попросила Фэн Линя присмотреть за их выполнением.
Поначалу он думал, что все, что она делает, напрасно, потому что он не мог избавиться от шипа в своем сердце, несмотря ни на что, и поэтому не мог встать и ходить, как нормальный человек.
Только сейчас он понял, что ее труды не были напрасными и что он стал намного сильнее.
Еще через полчаса температура в каопэнах достигла своего пика, и еще два кандидата потеряли сознание от жары. Все оставшиеся кандидаты чувствовали себя подавлено, их сознание помутилось, и они больше уже не могли нормально думать.
Сяо Люлань снял верхний халат, но этого было недостаточно. Его взгляд внезапно упал на сверток под рукой.
Он развернул его, достал маленькую зеленую бутылочку, которую Гу Цзяо попросила принести Фэн Линя, и капнул несколько капель на виски и лоб. Внезапно от лба по всему телу разлилась прохлада, и он мгновенно почувствовал себя бодрым и свежим.
В этот момент ощущение нестерпимого жара значительно ослабло. Он снова взял в руки кисть и продолжил работать над экзаменационными вопросами.
Когда солнце село, было уже не так жарко. В этот день разум всех экзаменуемых был полностью парализован, все они уже точно не помнили зачем они здесь, то ли для того, чтобы сдать провинциальный экзамен, то ли для того, чтобы их изжарило солнце.
Сяо Люланю, Фэн Линю и Линь Чэнъе было гораздо легче, чем остальным кандидатам, благодаря божественному эфирному бальзаму, который дала Гу Цзяо.
Днем ни у кого не было особого аппетита, но теперь, когда похолодало, все они наконец захотели есть.
Но, к их ужасу, погода была настолько жаркой, что вся еда, которую они принесли с собой испортилась!
Из каопэнов доносился слабый зловонный запах, так что инспекторы-экзаменаторы не могли не зажать свои носы.
Но вскоре до них донесся кисло-сладкий фруктовый аромат. Это танжерины! Если очистить их от кожуры, то на руки прольется липкий сок, который имел чрезвычайно освежающий аромат!
Грмпф, Грмпф.
У некоторых кандидатов забурчало в желудке.
Сразу после этого у всех потекли слюнки, настолько ароматным был этот кисло-сладкий запах танжерина ...
Сяо Люлань съел танжерин, затем достал еще кусок вяленого мяса и лепешку из кукурузной муки. Лепешка и вяленое мясо были хорошо высушены и не содержали влаги, поэтому они не испортились, также как и маринованные овощи.
Сяо Люлань не торопился, медленно пережевывая пищу.
Запах мяса, смешанный с пикантным запахом маринованных овощей, быстро заполнил экзаменационный зал, заставив всех остальных кандидатов почувствовать себя еще более опустошенными.
Они уже достаточно намучились из-за сложных экзаменационных вопросов и ужасно жаркой погоды в течение дня, но неужели обязательно было есть такую вкусную еду в экзаменационный зале?
Вы действительно пришли на экзамен?
Кто мог принести на экзамен такие роскошные блюда?
Если бы не запрет на разговоры друг с другом в экзаменационном зале, кандидатам хотелось бы крикнуть: Брат, поделись хотя бы одним кусочком, и в будущем я позабочусь о тебе, куда бы ты ни пошел!
Однако беда не приходит одна: Как в такую жаркую погоду ночью могут не появиться комары?
Сяо Люлань, Фэн Линь и Линь Чэнъе, которые были защищены эфирным бальзамом, спали спокойно всю ночь. А вот остальные кандидаты после ночи борьбы с комарами, выходили из своих каопэнов на следующее утро с темными кругами под глазами.
К счастью, в тот день, когда они выходили из экзаменационного зала, в столице провинции прошел сильный дождь, и погода наконец-то стала прохладной.
На одиннадцатый день кандидаты снова вошли в экзаменационный зал.
Вторая сессия была посвящена "Пятикнижию" – написание эссе по теме, причем количество слов для каждого эссе было не слишком большим, но не менее 300 слов. В предыдущие годы большинство эссе были посвящены вопросам благосостояния народа и чиновничьей службе в таких сферах, как например, ремесленничество и торговля, ирригация*** и сельское хозяйство, а также распределение обязанностей между шестью министерствами.
Однако в этом году тема была посвящена "Достоинствам и недостаткам сокращению феодальных вассалов", что прямо-таки сразило кандидатов наповал.
Это была такая щекотливая тема. Кто из кандидатов не боялся смерти?
В государстве Чжао экзаменационные вопросы на провинциальных экзаменах на соискание второй ученой степени цзюйжэнь каждый год составлялись кабинетом министров, а затем представлялись на рассмотрение Императору. Только после утверждения Императором экзаменационные вопросы в запечатанной сургучом шкатулке отправлялись в столицы различных провинций.
Экзаменационные вопросы, распределяемые императорским двором, были одинаковыми для каждой столицы провинции, но поскольку нельзя было исключить возможность возникновения некоторых техногенных или случайных ситуаций, таких как утечка вопросов или уничтожение листов с вопросами, императорский двор часто готовил восемь комплектов экзаменационных вопросов.
Перед началом экзамена главный экзаменатор выбирал комплект экзаменационных вопросов в случайном порядке прямо на публике, и то, что он вытягивал, и становилось экзаменационными вопросами этого экзамена. До сих пор не было прецедента, чтобы во всех столицах провинций выбирали одинаковый комплект экзаменационных вопросов.
К сожалению, в этом году главный экзаменатор, назначенный в столицу провинции, выбрал самый сложный комплект экзаменационных вопросов.
В этой группе кандидатов были и такие кто, как Сяо Люлань, впервые сдавал провинциальный экзамен на соискание второй ученой степени, и такие, кто сдавал его большую часть своей жизни и продолжал сдавать его, несмотря на то, что их волосы уже стали совсем белыми.
Любой, кто уже много раз сдавал провинциальный экзамен на соискание второй ученой степени, мог видеть, что экзаменационные вопросы этого года непростые и что они не совсем стандартные ...
Каждый год у экзаменатора имелись свои предпочтения, и кандидаты делали все возможное, чтобы учесть их в своих экзаменационных ответах, поэтому каждый год люди платили большие деньги, чтобы узнать о происхождении и биографии экзаменаторов.
Но проблема заключалась в том, что вопрос посвященный сокращение феодальных вассалов не был вопросом, связанным с материальным благополучием населения. Одного лишь предпочтения экзаменатора было недостаточно для определения результата, все зависело от отношения к нему императорского двора.
Если императорский двор выступал за сокращение феодальных вассалов, то экзаменатор никогда бы не поставил высокий балл за экзаменационную работу, которая выступала бы против, иначе разве бы это не означало, что экзаменаторы открыто выступают против императорского суда и самого Императора?
С того момента, как императорский двор нанял семью Линь, кандидаты, как правило, знали об отношении двора к феодальным вассалам и о том, что их вряд ли будут сокращать, по крайней мере, в течение следующих десяти лет.
Чтобы подстраховаться, большинство кандидатов предпочли следовать тенденции императорского двора. Ссылаясь на священные писания, они в цветистой риторике описывали недостатки сокращения феодальных вассалов и отстаивали нынешнюю политику умиротворения, проводимую императорским двором в настоящее время.
В одном из каопэнов Сяо Люлань, без колебаний изложил в письменном виде - сокращение феодальных вассалов - это вопрос необходимости!
Последняя сессия провинциального экзамена началась четырнадцатого числа, когда экзаменуемые снова вошли в экзаменационный зал. Затем, пятнадцатого числа, они сдали последнюю сессию экзамена. На этот раз она состояла из восьмичленного сочинения.
Это был самый слабый предмет у Линь Чэнъе, так как во время всех предыдущих экзаменов он ни разу не получал высоких оценок за восьмичленное сочинения. Он стал сюцаем, полагаясь в основном на свои оценки по Канонам и эссе.
Однако, когда он посмотрел на вопросы экзаменационного листа в этот раз, ему показалось, что они не такие каверзные, как те, которые ему регулярно давал Сяо Люлань.
Более того, Сяо Люлань научил его некоторым приемам восьмичленного сочинения и заставил его запомнить несколько хорошо составленных предложений, которые не имели особого смысла, но придавали общему тону сочинения выразительный и внушительный вид!
Линь Чэнъе начал писать, его движения были естественными и плавными!
Короче говоря, сочинение нужно было разбавить небольшим количеством воды!
Сяо Люлань говорил: Когда ты чего-то не понимаешь, пиши побольше цветистых предложений! Не оставляй сочинение пустым!
Линь Чэнъе почувствовал, что в этот раз он хорошо справился с заданием (хотя он и сам не мог понять, как ему это удалось). Хотя скорее всего он и не получит высокого балла, однако он не думал, что провалится, как раньше.
По окончании трех сессий экзамена кандидаты сильно похудели.
Рано утром управляющий Чжоу ждал у входа в экзаменационный двор.
Он очень волновался за своего Шестого Молодого Господина, наблюдая, как кандидаты один за другим выходят на сцену со скупыми описаниями экзамена.
Вскоре вышла группа Сяо Люланя из трех человек.
Сколько бы народу ни было вокруг, Сяо Люлань всегда был единственным, кого можно было заметить с первого взгляда.
Управляющий Чжоу заметил его первым, а затем увидел рядом с ним Линь Чэнъе.
Управляющий Чжоу уже собирался крикнуть: Вы сильно похудели, Молодой Господин, но слова застряли у него в горле.
Ээ ... почему его Молодой Господин выглядит так, как будто он набрал вес?
На самом деле Линь Чэнъе вовсе не набрал вес, все дело в том, что это другие кандидаты сильно похудели, поэтому они втроем казались поправившимися.
Управляющий Чжоу быстро шагнул вперед и спросил взволнованным и озабоченным голосом: «Как вы справились, Молодой Господин? Когда вы не позволили мне прийти во время двух последних сессий, я очень волновался! Как вы думаете, вы сдали экзамен? Были ли вопросы сложными? Почему мне кажется, что цвет лица у остальных кандидатов не слишком хороший!»
Линь Чэнъе сказал: «Мы поговорим об этом позже».
Управляющий Чжоу посмотрел на кандидатов вокруг них и понял, что слишком переволновался. Разве здесь место для подобного разговора?
Улыбнувшись, он сказал Сяо Люланю и Фэн Линю: «Экзамен наконец-то закончился. Это было тяжелое время для вас обоих. Мой Господин устраивает банкет в своей резиденции. Я хотел бы пригласить вас обоих, пожалуйста, пройдемте со мной для беседы».
Семья Линь была самой богатой в столице провинции. Фэн Линь очень хотел посетить это мероприятие и расширить свой кругозор, но Сяо Люлань отказался: «Нет, мы должны вернуться в уездный город, мы очень ценим доброту Господина Линя, но нам придется встретиться позже».
«Ах ...»
«Ах ...»
Линь Чэнъе и управляющий Чжоу были ошеломлены одновременно.
Особенно Линь Чэнъе.
Хотя он уже ожидал, что Сяо Люланю придется вернуться после экзамена, однако в этот момент он был очень расстроен.
Время, проведенное с Сяо Люланем, было самым несчастным испытанием в его жизни, но только войдя в экзаменационный зал, он понял, что это был его самый ценный опыт.
«Может ... уйдешь ... попозже. Тогда я смогу ... проводить тебя». Беспокойство Линь Чэнъе обнажило его проблему заикания.
Его лицо побледнело, а в глазах мелькнул намек на панику.
Однако лицо Сяо Люланя не изменилось, а глаза, смотревшие на него, были спокойны и ясны, как никогда: «Нет необходимости, ты так долго был вдали от дома, что должен вернуться и остаться со своей семьей».
__________________________________________________________
Примечание:
* - отвердив кожу головы - обр.выражение - с упорством; заставляя себя;
** - осенний тигр – “бабье лето”;
*** - ирригация или орошение — подвод воды на поля, испытывающие недостаток влаги.
Перевод: Флоренс
Фэн Линь был немного удивлен. Впервые за все то время, что он воссоединился с Сяо Люланем, последний сказал что-то настолько человечное.
Если подумать, то он действительно очень сильно изменился по сравнению с тем, кем был год назад.
Линь Чэнъе не смог убедить Сяо Люланя пойти к нему домой, он чувствовал, что его отношения с ним, как учителя и ученика, были очень хорошими. Сяо Люлань на первый взгляд казался холодным человеком, но в глубине души он таким не был, поэтому он просто не понимал, почему он не хочет идти к нему домой.
Управляющий Чжоу рассмеялся: «Шестой Молодой Господин, в резиденции гостит ваша кузина. Она сказала, что вы хорошо потрудились на провинциальном экзамене, поэтому она возьмет вас с собой в поездку на несколько дней!»
Линь Чэнъе не нравилась эта приставучая кузина-липучка!
Сяо Люлянь и Фэн Линь вернулись в гостиницу.
Когда они поднялись наверх, Фэн Линь спросил: «Нам придется ждать здесь, пока не появятся результаты?»
Результаты должны были появиться только через полмесяца.
Сяо Люлань легкомысленно ответил: «Нет необходимости, результаты также будут сообщены в уездный ямэнь».
«Это хорошо». Фэн Линь кивнул, хотя он и хотел первым узнать результаты его и Сяо Люланя, но поведение последнего яснее слов говорило о том, что он очень сильно тосковал по дому, не так ли?
Он, должно быть, скучает по девушке Цзяо.
Хе-хе, этот паршивец.
Они направлялись в свои комнаты, когда услышали возбужденные голоса кандидатов, доносившиеся из холла постоялого двора.
«Эй, вы слышали? Императорская академия Гоцзыцзянь в столице будет вновь открыта!»
«Правда? Кто тебе это сказал?»
«Зачем мне нужно, чтобы кто-то говорил мне это? Императорское объявление было вывешено прямо на воротах провинциального ведомства! Если ты мне не веришь, пойди и убедись сам! Те, у кого будут хорошие оценки, получат шанс поступить в Императорскую академию Гоцзыцзянь после того, как их выдвинет провинциальное ведомство. А если стать лучшим на провинциальном экзамене, то сможешь поступить в Императорскую академию Гоцзыцзянь даже без выдвижения от провинциального ведомства!»
Обычно выдвигаемые кандидатуры должны обладать ученой степенью, как минимум сюцай, но был шанс попасть в Императорскую академию Гоцзыцзянь даже не обладая ученой степенью сюцай, если бы на экзамене они заняли первое место.
Фэн Линь потянул Сяо Люланя за рукав и сказал: «Люлань, ты же был лучшим по результатам двух экзаменов!»
Даже если он по какой-то причине уступил первое место, он все равно был выдающимся линьшэном*!
Фэн Линь хлопнул себя по бедру и сказал: «Ох, если бы мы знали раньше, то тебе не стоило просить эти 1000 таэлей серебра, а требовать пересдачу экзамена! Если бы ты выиграл три первых места подряд, то поступление в Императорскую академию Гоцзыцзянь уже было бы решенным делом!»
Императорская академия Гоцзыцзянь была высшим учебным заведением в государстве Чжао, и все студенты очень гордились тем, что поступили в нее.
Выражение лица Сяо Люланя оставалось невозмутимым.
Он стоял на лестнице, прислушиваясь к горячему обсуждению кандидатов в холле.
«Но разве Его Величество не лично издал указ о закрытии Императорской Академии Гоцзыцзянь? Из-за того, что молодой гоцзы цзицзю** сгорел заживо? Как получилось, что она вдруг снова открылась?»
«Это Великий Тайфу Чжуан возглавил ряд храбрых министров, которые три дня и ночи стояли на коленях у Тронного зала, прежде чем смогли, наконец, сподвигнуть Его Величества на это».
«Великий Тайфу Чжуан действительно верный министр государства Чжао. Когда Его Величество приказал закрыть Императорскую академию Гоцзыцзянь, все, кто пытался увещевать, были наказаны Его Величеством».
«Великий Тайфу Чжуан не был наказан, не так ли?»
Кандидаты, естественно, не хотели, чтобы такой хороший чиновник, который служил стране и народу, попал в неприятности.
«Как такое может быть? Если бы он был наказан, не было бы никакого возобновления работы Императорской академии Гоцзыцзянь.
Кандидаты лихорадочно переговаривались, пока некоторые говорили одно, а некоторые - другое.
У Сяо Люланя в этот момент был задумчивый взгляд.
Вскоре у него пропало настроение слушать сплетни, и он с ничего не выражающим лицом вернулся в свою комнату.
Вещи Линь Чэнъе уже были уложены управляющим Чжоу. Плата за проживание также уже была внесена управляющим Чжоу заранее, поэтому им двоим не пришлось ничего платить. Теперь Сяо Люланю оставалось только собрать свои вещи.
Вечером Фэн Линь захотел пойти перекусить в знаменитую закусочную в столице провинции.
«Я так долго нахожусь здесь, но ем исключительно блюда, приготовленные на маленькой кухне, чтобы не испортить желудок, мне это уже осточертело!» - заявил Фэн Линь с некоторым раздражением в голосе.
Когда Фэн Линь сопровождал Сяо Люланя на предыдущие экзамены, то у него по дороге разболелся желудок из-за бездумного поедания пищи. И хотя у него было лекарство против диареи, которое дала ему Гу Цзяо, тогда он был напуган до смерти.
Провинциальный экзамен на соискание второй ученой степени был большим делом, и чтобы не повторить ту же ошибку, они оба были очень осторожны в еде.
Сяо Люлань также хотел купить что-нибудь для своей семьи, поэтому он согласился пойти с Фэн Линем.
Улицы столицы провинции были настолько широкими и длинными, что четыре кареты могли ехать бок о бок без каких-либо проблем. По обеим сторонам тянулись ряды магазинов, а пешеходы перемещались по одной стороне, это была действительно процветающая картина.
Фэн Линь посмотрел на цветные фонарики в руках продавцов и с завистью сказал: «В столице провинции действительно оживленно, гораздо оживленнее, чем в нашем уездном городке, даже, кажется, в провинциальных городах не так оживленно».
Сяо Люлань выпустил "мм", что можно было расценивать как ответ.
Фэн Линь вдруг с тоской сказал: «Как ты думаешь, на что похожа столица? Если в столице провинции так шумно, то в столице должно быть еще оживленнее, верно? Будут ли улицы столицы шире и длиннее, чем здесь? На улицах будет больше карет? А магазины тоже будут больше?»
«Мм» - Сяо Люлань снова только промычал в ответ.
Фэн Линь странно сказал: «Что ты все время мычишь? Ты так выглядишь, как будто сам уже побывал там! Я так хочу побывать в столице, я всегда мечтал побывать там. Если бы я только мог побывать там хоть раз, я бы мог умереть без всяких сожалений!»
Сяо Люлань равнодушно сказал: «Что такого замечательного в столице? Это просто место, которое не приносит ничего, кроме проблем».
Фэн Линь вздохнул и покачал головой: «Это просто не то, к чему ты стремишься, поэтому тебе не понять меня!»
Императорская Академия Гоцзыцзянь - священное место для всех ученых, и если раньше Фэн Линь мечтал попасть в столицу хотя бы только один раз, то теперь он мечтал попасть в Императорскую академию Гоцзыцзянь, если бы это произошло, то он бы посвятил усердной учебе более десяти лет.
Однако он достаточно хорошо знал свои способности, чтобы понимать, что с его квалификацией он не сможет сдать экзамен и может не рассчитывать на выдвижение от провинциального ведомства.
Фирменными блюдами столицы провинции были кунжутные сладости и ослиное мясо.
Фэн Линь не очень интересовался сладостями, но очень хотел попробовать ослиное мясо. Поэтому они отправились в давно существующий ресторан, где подавали ослиное мясо, и заказали две миски супа из ослиного мяса, два пирожка с ослиным мясом и маленькую миску тушеной ослятины.
В народе говорят, что мясо осла пахнет, а конина – воняет; и даже если будешь умирать от голода, никогда не ешь мясо мула. Когда тушеная ослятина была готова, ее мясной аромат мгновенно распространился на всю улицу.
Фэн Линь не мог дождаться, когда попробует кусочек тушеной ослятины: «Ух ты, как вкусно!»
Сяо Люлань хоть и был избалован стряпней Гу Цзяо, однако также посчитал, что мясо осла совсем не плохое.
Покончив с едой, они позвали официанта, чтобы оплатить счет, но им сказали, что кто-то уже оплатил его за них.
«Кто это?» - спросил Фэн Линь. Может быть, это Линь Чэнъе? Не может быть, разве он уже не вернулся домой? Неужели он не поехал туда? И почему не присоединился к нам, чтобы прийти в этот ресторан? Зачем ему есть за другим столом и тайно оплачивать за нас счет?
Официант с улыбкой ответил: «Это господин по фамилии Лю».
Выражение лица Сяо Люланя стало холодным.
Фэн Линь посмотрел на Сяо Люланя и спросил: «Ты его знаешь?»
Сяо Люлань равнодушно ответил: «Нет, не знаю».
Официант снова заговорил с улыбкой: «Господин Лю сказал, что он устроил небольшой банкет в зале Пьяного Облака, чтобы развлечь Молодого Господина Сяо и его друга. Он убедительно просит Молодого Господина Сяо оказать ему честь своим присутствием».
«Вот оно что, а я-то думал, что происходит, оказывается, это просто господин, который хочет с тобой ближе познакомиться». Восьмичленное сочинение Сяо Люланя на прошлом экзамене в провинции было настолько превосходным, что было много желающих подойти и подружиться с ним. Фэн Линь, естественно, предположил, что этот Господин Лю был одним из них.
«Ты пойдешь?» - спросил Фэн Линь.
«Нет». Сяо Люлань встал: «Давай вернемся на постоялый двор».
«О».
Они провели последнюю ночь на постоялом дворе и на следующее утро планировали пойти в каретную, чтобы нанять хорошую карету, но как только они подошли к двери, то увидели человека, одетого как слуга, который ожидал снаружи. Последний с улыбкой заговорил: «Молодой Господин Сяо и Молодой Господин Фэн, я полагаю? Мой Господин приготовил карету, чтобы отвезти вас обратно в уездный город».
«Кто твой господин?» - спросил Фэн Линь.
«Мой Господин носит фамилию Лю», - ответил слуга.
Фэн Линь пробормотал: «Это же не может быть тот, вчерашний, не так ли?»
Фэн Линь бросил взгляд на карету, стоящую в стороне. О, Боже, она была еще роскошнее, чем карета семьи Линь! Этот Господин Лю - не был маленьким человеком!
«Не нужно», - Сяо Люлань отказался, нисколько не задумываясь.
Фэн Линь: «...»
Отлично!
Такой талантливый и такой капризный!
Они наняли самую быструю карету, потратив вдвое больше денег, чем стоили другие кареты, и без остановок отправились обратно в уездный город.
Линь Чэнъе покинул дом семьи Линь рано утром, намереваясь отвезти Сяо Люляня и Фэн Линя, но его ждало разочарование.
Он вздохнул, задаваясь вопросом, увидит ли он их снова в этой жизни.
.....
По окончании провинциального экзамена на соискание второй ученой степени внутренние экзаменаторы начали читать экзаменационные работы.
Всего было двенадцать внутренних экзаменаторов, разделенных на группы по четыре человека. Одна экзаменационная работа проверялась совместно четырьмя внутренними экзаменаторами. Те экзаменационные работы, которые получили незначительные расхождения во мнениях внутренних экзаменаторов, оценивались по среднему результату. Те экзаменационные работы, по которым внутренние экзаменаторы не могли прийти к единому мнению, передавались главному экзаменатору и заместителю экзаменатора, которые выставляли работе новую оценку.
Первая сессия экзамена была посвящена трем классическим Канонам и стихотворению в пять слов и восемь рифм, помимо правильности ответов учитывался еще и почерк. В предыдущие годы были либо кандидаты с высоким процентом правильных ответов, но с недостаточно хорошим почерком, либо кандидаты с отличным почерком, но не такими хорошими ответами, как у другого кандидата.
Этот год был несколько необычен тем, что уже один кандидат дал идеальный ответ!
Он не только правильно ответил на все вопросы, но и его почерк был настолько хорош, что остальным стоило стыдиться своего.
Этот кандидат должен был заслуженно получить первое место в первой сессии экзамена.
«В этом году "Канон сыновнего благочестия" поставил в тупик многих кандидатов», - один из внутренних экзаменаторов посетовал с улыбкой. «Кроме этой работы, я не увидел другой такой же, где было бы правильно даны ответы на вопросы по "Канону сыновнего благочестия", а? Хотя подождите-ка».
Не успел он это сказать, как заметил еще один отличный лист с ответами, не совсем слово в слово, но гораздо лучше, чем тот, который он отметил ранее, особенно по "Канону сыновнего благочестия", ответы по которому были просто идеальны!
Внутренний экзаменатор напротив него сказал: «Какое совпадение, у меня тоже есть работа, в которой правильно даны ответы по "Канону сыновнего благочестия"».
Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.
В этом году кандидаты ...... неожиданно удивили их.
Однако атмосфера стала более напряженной, когда они прочитали экзаменационные листы по второй сессии экзамена.
Феодальные вассалы всегда были головной болью императорского двора. Это были либо могущественные драконы, когда-то захватившие отдаленные земли, впоследствии привлеченные императорским двором на свою сторону и получившие титул вассального вана***, либо были пожалованными вассальными ванами**** с императорской родословной.
Первые обладали военной мощью, а вторые - кровным родством с Императором. А в действительности, это была постоянная внутренняя угроза.
Как говорится, разве можно было позволить кому-то крепко спать на собственном ложе*****? Просто в настоящее время у императорского двора не было достаточно сил, чтобы избавиться от этих феодальных вассалов, поэтому большинство чиновников императорского двора не поддерживали идею сокращения феодальных вассалов.
Семья маркиза Сюаньпина всегда враждовала с Великим Тайфу Чжуаном, но в этом вопросе они на удивление имели единодушное мнение.
Никто не знал, что вопросы для этого экзамена задавал сам Император.
Император хотел услышать голос народа и увидеть, каким видением и сердцем обладают студенты государства Чжао, находящиеся под его управлением. В результате многие из них просто рассыпались красивыми и ничего не значащими речами!
Однако среди этой кучи полнейшей ерунды оказалось одно просто гениальное эссе. Хотя в нем кандидат не выступал прямо за сокращение феодальных вассалов, однако и не потворствовал тенденции императорского двора. Вместо этого, он разбирал плюсы и минусы сложившейся ситуации всего государства Чжао, кроме того проанализировал возможные последствия сокращения феодальных вассалов в краткосрочной перспективе, а также то, как получить беспроигрышные результаты для обеих сторон в области экономики и сельского хозяйства в рамках политики умиротворения.
Это была потрясающая работа, которая поразила всех внутренних экзаменаторов.
Неудивительно, что все они решили, что именно это эссе должно занять первое место на второй сессии экзамена!
Однако вскоре один из внутренних экзаменаторов заметил еще одно эссе, выступающее за сокращение феодальных вассалов, и оно было так резко сформулировано, что заставило лица внутренних экзаменаторов побелеть.
Почему бы ему не пойти прямо в Тронный зал и не отругать императора, гражданских и военных чиновников?
Тем не менее, слова могли звучать резко, но внутренние экзаменаторы не увидели никаких недочетов в его аргументах.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...