─ Этот твой чжуанъюань... ты что, купил его?!
Линь Циньжоу смотрела на Цзян Сяобая, и ее вмиг посуровевший взгляд, в котором и без того сквозила прохлада, сделался еще тяжелее.
От этих слов в комнате словно бы разом упала температура.
─ Да, ─ просто и без утайки кивнул Цзян Сяобай.
Увидев столь невозмутимую реакцию, Линь Циньжоу посуровела еще сильнее, и холод в ее глазах стал почти осязаемым.
Да, она питала лютую ненависть к любым проявлениям продажности и жульничества на экзаменах.
Зачем те, кто годами не поднимает головы от книг в холодных кельях, грызут гранит науки?
Исключительно ради того, чтобы собственными силами шаг за шагом пробиться наверх.
Но всегда находились те, у кого не хватало ни ума, ни таланта, зато имелись влиятельные родственники, кошельки и чиновники, готовые торговать должностями, – и они беззастенчиво оттесняли на обочину истинных мужей науки.
В ее глазах такие люди были не более чем червями, источившими экзаменационную систему, и грязью, запятнавшую государственные палаты.
Если дать им дослужиться до высоких чинов, они принесут лишь бедствия простому народу.
А уж когда выяснялось, что этот чжуанъюань достался Цзян Сяобаю по знакомству за деньги, да он к тому же еще и в ус не дует, сохраняя вид полнейшего равнодушия...
Подобное отношение лишь распаляло в ней ярость и вызывало жгучее отвращение!
И вот перед ней человек такого сорта...
И он еще смеет рассчитывать на ее помощь и просить разъяснить тонкости этикета перед аудиенцией у Сына Неба?
Какая наглая, беспредельная насмешка!
─ Сестрица Цинь-эр, все совсем не так, как ты думаешь! ─ стоявшая рядом Ли Чживэй тотчас заметила, как переменилось лицо Линь Циньжоу, тревожно сжала руки и поспешно вмешалась: ─ Шицзы... у него действительно есть настоящий талант!
─ Настоящий талант? ─ бросив на Ли Чживэй леденящий взгляд, отчеканила Линь Циньжоу. ─ Раз у него есть талант, почему он не сдал экзамены сам?
─ Зачем понадобилось покупать звание чжуанъюаня?
─ Чживэй, я не знаю, по какой причине ты выгораживаешь его, но в подобных делах оправданий быть не может!
С этими словами Линь Циньжоу вновь перевела взгляд на Цзян Сяобая: ─ Прикрываясь властью своего рода, попирать справедливость имперских экзаменов.
─ Разве человек, способный на такое... не паразит? Кто же он тогда?
Закончив говорить, она, словно опомнившись от какой-то внезапной мысли, слегка смягчила тон и тихо произнесла: ─ Если говорить о тех, кто действительно обладает талантом, они никогда не унизятся до подобных путей!
─ Взять хотя бы эссе «Рассуждение об учителе», что ходит по рукам снаружи, – вот это поистине великое произведение!
В этот момент в холодных глазах Линь Циньжоу промелькнуло искреннее изумление: ─ Глубина мысли и масштаб этого творения таковы, что обычному человеку составить подобное просто не под силу.
─ И что самое главное: когда этот текст появился на свет, автор даже не пожелал назвать своего имени. Это доказывает, что создатель «О наставнике» писал его вовсе не ради славы!
─ Только такой человек достоин называться истинным мастером и носить в себе подлинный стержень!
Пф-ф...
Стоило Линь Циньжоу договорить, как стоявáвший рядом Цзян Сяобай не удержался и тихонько фыркнул.
Этот смешок мгновенно заставил лицо девушки окаменеть еще сильнее.
─ Ты над чем смеешься?
Вперив в Цзян Сяобая взгляд, Линь Циньжоу заговорила еще ледянее.
По ее разумению, после всего сказанного он должен был сгорать со стыда, а этот наглец смеет зубоскалить?
Да где у него вообще совесть?!
У этого человека напрочь отсутствуют стыд и позор!
Увидев это, Ли Чживэй поспешно произнесла: ─ Потому что... «Рассуждение об учителе» написал шицзы.
Бц-у-у!
От этих слов Линь Циньжоу замерла, будто пораженная молнией.
В ее глазах, еще секунду назад источавших холод, в тот же миг отразился глубочайший шок.
─ Что ты сказала?
Посмотрев на Ли Чживэй, она словно не верила собственным ушам: ─ Он написал?
─ Да! ─ Ли Чживэй ответила с предельной серьезностью. ─ Это «Рассуждение об учителе» создал именно шицзы.
─ В тот день наставник принял шицзы в ученики, а по правилам наставника каждый ученик обязан каждые три месяца представлять новое эссе.
─ Шицзы тогда же передал учителю первую часть «О наставнике», а за второй частью явился лично в усадьбу хоу – я сама видела это своими глазами!
Как только эти слова сорвались с губ, на лице Линь Циньжоу впервые проступило отчетливое, ничем не прикрытое недоверие.
Ее дед принял Цзян Сяобая в ученики?
Да.
Она могла не верить Цзян Сяобаю.
Она могла презирать его всем сердцем.
Но она никогда бы не усомнилась в суждениях собственного деда.
Потому что прекрасно знала, насколько высоки были требования старика к людям.
Если бы человек не обладал истинным дарованием, дед не только не стал бы брать его в ученики, он бы вряд ли удостоил его лишним словом.
Тем более что старик ненавидел жульничество на экзаменах больше всего на свете.
И тем не менее...
Ли Чживэй утверждает, что дедушка уже взял Цзян Сяобая к себе?
Как такое вообще могло уложиться в голове Линь Циньжоу?
Более того, если верить Ли Чживэй, Цзян Сяобай с ходу выдал шедевр уровня «Рассуждения об учителе»?
Разве такое возможно?
В следующую секунду Линь Циньжоу, словно вспомнив о чем-то, вновь собралась с мыслями, и ее изумление сменилось собранной строгостью.
─ Чушь!
Нахмурившись, она посмотрела на Ли Чживэй: ─ Дедушка после того, как принял тебя, дал слово больше не брать учеников!
─ С какой стати ему вдруг нарушать завет и принимать этого человека?
В голосе Линь Циньжоу вновь зазвучали нотки подозрения.
Да.
Вся эта история казалась слишком дикой.
Настолько дикой, что даже зная, что Ли Чживэй не станет лгать о подобных вещах, она инстинктивно отказывалась в это верить.
Столкнувшись с ее недоверием, Ли Чживэй ничуть не смутилась и ответила прямиком: ─ Сейчас я не смогу толком тебе все объяснить.
─ Но это чистая правда! Если сестрица Цинь-эр не верит, можешь сама спросить самого наставника!
Услышав это, Линь Циньжоу задумчиво прищурилась и на мгновдение умолкла.
Она видела: Ли Чживэй не лжет и не играет роль.
К тому же подобные факты проверяются в два счета, и врать в данном случае не было никакого смысла.
Но... дурная слава Цзян Сяобая была у всех на слуху!
Расхаживал по столице, прикрываясь именем усадьбы Чжэньбэй-хоу, притеснял слабых и вел себя донельзя надменно!
И чтобы подобный невежда вдруг продемонстрировал столь блестящие способности? Это казалось ей абсолютной небывальщицей.
Впрочем, поразмыслив еще немного, Линь Циньжоу холодно бросила: ─ Допрашивать дедушку нет никакой нужды!
При этих словах донельзя напряженная Ли Чживэй заметно расслабилась, и на ее лице промелькнула тень облегчения.
Да, раз уж Линь Циньжоу так говорит, значит, поверила по меньшей мере наполовину.
Однако не успел ее вздох облегчения застрять в груди, как следующие слова Линь Циньжоу снова заставили ее замереть.
─ Правда это или нет, но проверить... труда не составит!
С легкой усмешкой в холодных глазах Линь Циньжоу проговорила: ─ Раз он и впрямь обладает столь великим даром...
─ Пусть напишет еще одну статью прямо здесь, на месте! Вот тогда-то все и встанет на свои места.
С этими словами она в упор уставилась на Цзян Сяобая: ─ Только... боюсь, духу у него не хватит!

Комментарии

Загрузка...