Амнезия — штука крайне неудобная. Гу Шэнцзэ не помнил вообще ничего.
И как бы уверенно ни распинался офицер Чжан, и как бы ни свидетельствовала так называемая «жертва» Ван Жун, он всё равно не мог вспомнить, пытался он её изнасиловать или нет.
Да и плевать. Даже если пытался — признаваться он не собирался.
Он потерял память, а не мозги.
В его нынешнем положении чистосердечное признание было бы идиотизмом. Офицер Чжан притащил с собой целую толпу, и кем бы ни были эти люди, они явно пришли не в качестве адвокатов. Скорее уж, как стервятники, слетевшиеся добить раненого.
Так что переход в нападение оставался едва ли не единственным вариантом защиты! Но трюк не сработал. Офицер Чжан не купился.
— Раз тебе больше нечего сказать, изволь проследовать с нами в участок. Для содействия следствию! — произнёс коп. Прозвучало вежливо, но смысл был предельно ясен: его забирают на допрос.
Гу Шэнцзэ это прекрасно понял и попытался отмазаться:
— У меня вообще-то нога сломана. Как-то неудобно, не находите?
— Ничего страшного, я взял крепких парней. Мы тебя хоть на руках до участка донесём, — отмахнулся Чжан и махнул рукой. Двое полицейских шагнули вперёд.
Но путь им преградил Гу Цзайши, грудью вставший на защиту койки.
Этот жест мгновенно возвёл доверие Гу Шэнцзэ к «брату» на новый уровень. Родной он там по крови или нет — неважно, но брат он правильный!
— Прошу не препятствовать следствию! — глаза офицера недобро сверкнули.
На лице Гу Цзайши мелькнуло сомнение, но с места он не сдвинулся.
Назревал конфликт?
Нет. Офицер Чжан уже приготовился брать пациента силой, когда Гу Шэнцзэ вдруг протянул руку и похлопал Гу Цзайши по боку. На большее сил не хватило — рука поднялась только до уровня пояса брата.
Ну а что вы хотели? Падение с восьмого этажа бесследно не проходит!
Гу Шэнцзэ ободряюще кивнул. Гу Цзайши с тяжёлым вздохом отошёл в сторону.
— Вот и отлично, раз ты такой сговорчивый — поехали! — губы офицера Чжана скривились в насмешливой улыбке, и копы сделали ещё пару шагов к кровати.
— Секундочку, — Гу Шэнцзэ снова указал пальцем на Ван Жун. — Офицер, вы вот так безоговорочно верите её словам? А моим почему не верите?
— Потому что у нас есть улики, — фыркнул Чжан. — Да и с чего нам вообще верить кому-то из семьи Гу?
Гу Шэнцзэ на пару секунд замолк и покосился на Гу Цзайши. Тот смущённо отвёл взгляд в сторону.
«Так-так... Значит, у моей семейки рыльце в пушку?»
Парень пожалел, что не активировал сегодня Анализ. Без него он терял кучу ценной информации и не мог адекватно оценивать ситуацию. Но если бы он его активировал, то пришлось бы...
Впрочем, неважно. Гу Шэнцзэ кашлянул, скрывая неловкость, и продолжил гнуть свою линию:
— А вдруг она всё-таки врёт?
— Сомневаешься в компетентности нашего расследования? — Чжан кивнул самому себе, уже не скрывая презрительной усмешки. — Вы, Гу, все одинаковые. Утверждаешь, что Ван Жун лжёт? Чем докажешь? Хватит прикрываться амнезией и бросаться нелепыми обвинениями. Будешь дальше тянуть время — я перестану быть вежливым.
Гу Шэнцзэ покачал головой, пропуская угрозы мимо ушей. Зато стервятники за спиной полицейского уже не могли молчать.
Круглолицый мужчина средних лет встрял в разговор:
— Гу Шэнцзэ, тебе лучше прямо сейчас вспомнить о своих преступлениях и во всём сознаться!
— А ты кто такой? — уставился на него парень.
— Заместитель декана филологического факультета университета С!
— И чё припёрся?
— Чтобы лично убедиться в факте насилия над студенткой Ван Жун. Если вина подтвердится, я, от лица университета С, исключу тебя!
«Исключат?! Охренеть, да это же праздник какой-то! Не ходить на пары!»
Гу Шэнцзэ внимательно посмотрел на круглолицего, мысленно фиксируя его физиономию, и перевёл взгляд на остальных:
— А вы кто такие?
Один оказался управляющим гостиницей, другой — журналистом из газеты города S. Всего человек семь-восемь, должности у всех разные, но объединяло их одно: ни один не был на стороне Гу Шэнцзэ.
Они реально пришли добивать лежачего!
Последний представился дядей Цинь Люли — человеком из семьи Цинь.
Перед внутренним взором Гу Шэнцзэ тут же всплыло лицо той невероятной красотки. Она была настолько сногсшибательна, что врезалась в память намертво.
«Между нами что-то было?»
Гу Шэнцзэ вдруг почувствовал странное предвкушение.
Он посмотрел на представителя семьи Цинь — коротко стриженного мужика средних лет — и спросил:
— Ну и чего ты пришёл?
— Расторгнуть помолвку! — отрезал тот. — Согласен ты или нет — помолвка расторгается! Это не предложение, это факт!
«Чего он так пафосно вещает, как босс из мыльной оперы? И вообще, Цинь Люли — моя невеста? И теперь помолвка расторгается? Из-за того, что я кого-то там пытался изнасиловать? Да бред!»
«Если у меня такая роскошная невеста, на кой хрен мне лезть на какую-то Ван Жун? Я что, больной? А, ну да. Я больной. У меня же амнезия!»
Гу Шэнцзэ решительно отказывался это понимать. Голова больше не гудела, зато мозги снова зачесались — видимо, пытались отрасти заново.
Он молча кивнул коротко стриженному.
«Похоже, тут все собрались, чтобы станцевать на моих костях».
Если есть вопросы, их надо задавать, особенно когда перед тобой человек в форме. Но Гу Шэнцзэ не успел открыть рот.
— Только не надо заливать, что раз Цинь Люли красивее Ван Жун, то ты бы не стал ни на кого нападать, — опередил его офицер Чжан. — Тут нет прямой связи. Да и вкусы у всех разные, может, тебе как раз типаж Ван Жун нравится!
Услышав это, Ван Жун почему-то густо покраснела и потупила взор. Если абстрагироваться от обвинений в изнасиловании, Гу Шэнцзэ был реально красавчиком, так что...
— Ладно, хорош тянуть время, — вздохнул полицейский. — Если не можешь доказать, что она лжёт — поехали.
— Докажу. Подождите. Дайте мне встать, — Гу Шэнцзэ начал осторожно приподниматься на кровати, попутно подтягивая здоровую ногу.
Один из молодых копов из жалости дёрнулся было помочь ему, но Чжан так зыркнул на подчинённого, что тот мгновенно замер.
Гу Шэнцзэ всё это прекрасно видел.
«Он под меня копает! Хреново дело. А этот Гу Цзайши, называет себя старшим братом, придурок, хоть бы предупредил заранее! Могли бы показания отрепетировать! А теперь я, калека без памяти, должен отдуваться один! Брат, ну это же подстава!»
Кое-как Гу Шэнцзэ сполз с койки. Он провалялся в ней столько дней, справляя все нужды не вставая, что ноги ожидаемо не держали.
Он пошатнулся, и если бы Гу Цзайши вовремя его не подхватил, рухнул бы на пол.
— Справишься? — спросил брат.
— Нормально, — буркнул Гу Шэнцзэ.
Он поманил Ван Жун пальцем:
— Подойди-ка. Встань прямо передо мной. Смотри мне в глаза и честно ответь: ты соврала?
Ван Жун замялась. Она затравленно посмотрела на офицера Чжана и, дождавшись его кивка, медленно, словно на эшафот, поплелась к кровати.
Расстояние было меньше двух метров, но она преодолела его секунд за пятнадцать. Девушка глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, подняла глаза и встретилась взглядом с Гу Шэнцзэ.
— Я не...
Но договорить она не успела. Рука Гу Шэнцзэ легла ей на голову.
[Уведомление: навык «Захват Души» успешно применён!]
Истина часто предопределена заранее!
— Я солгала! — выпалила Ван Жун. — Я тебя подставила!
— Ван Тао заплатил мне двадцать тысяч юаней, чтобы я заманила тебя в номер и переспала с тобой!
— Но даже напившись, ты всё соображал! Как бы я к тебе ни клеилась, ты не поддался. А чтобы не запятнать свою честь, ты просто выбросился в окно с восьмого этажа!
— Только в тот момент я поняла, как сильно ты любишь Цинь Люли!
— Когда ты выпрыгнул, я испугалась и сбежала. Вскоре кто-то заметил тебя на земле и вызвал полицию.
— Я побежала к Ван Тао, спросить, что делать. И это он велел мне обвинить тебя в изнасиловании!
— Я говорю чистую правду! И у меня есть доказательства!
— Ван Тао заранее поставил в номере скрытую камеру, чтобы заснять нас и шантажировать тебя. Но из-за непредвиденных обстоятельств он не успел её забрать — люди семьи Гу примчались быстрее полиции!
— Камера всё ещё там. Встроена под телевизором напротив кровати. На карте памяти всё записано!
— А я... я на самом деле тоже тебя люблю! Но ты смотрел только на Цинь Люли. Я завидовала. Я так завидовала!
— И поэтому я решила...
— Уничтожить тебя!

Комментарии

Загрузка...