Цинь Люли ушла.
Она пришла только для того, чтобы одарить Гу Шэнцзэ полным презрения взглядом. И, надо отдать ей должное, сделала всё очень вежливо.
Перед уходом даже дверь за собой закрыла!
Гу Шэнцзэ почесал в затылке. Он не понимал. Решительно не понимал!
Интуиция вопила, что между ним и этой красоткой точно что-то было. Хотелось рвануть следом и потребовать объяснений, но взгляд упал на гипс.
Ладно. Проехали.
Он снова дотерпел до полуночи, чтобы дождаться обновления. Новый навык озадачил его ещё больше, но ломать голову он не стал. Раз навык появился, значит, когда-нибудь пригодится. С этой утешительной мыслью он и уснул.
Новое солнце взошло по расписанию, как и в любой другой день после потери памяти. Вскоре после пробуждения Гу Шэнцзэ умылся, почистил зубы и даже сходил в туалет — всё это под чутким руководством фигуристой медсестры.
Медсестра одарила его весьма многозначительной улыбкой.
Но поскольку сегодня Гу Шэнцзэ не установил в активный слот навык Анализа, никакой дополнительной информации он не получил.
После завтрака медсестра убрала посуду и вышла. В палату тут же шагнули офицер Чжан и Гу Цзайши, а за ними потянулась целая процессия.
Присмотревшись, Гу Шэнцзэ понял, что не знает никого из вошедших. Он вопросительно взглянул на Гу Цзайши.
Старший брат кивнул, а затем торжественно приложил правый кулак к груди.
Гу Шэнцзэ поспешно отвёл глаза, опасаясь, что сейчас снова раздастся этот кринжовый боевой клич.
«Только не это, ради всего святого, не позорь меня!»
К счастью, обошлось. Офицер Чжан взял слово первым:
— Не будем терять времени. Сразу к делу. Гу Шэнцзэ, поскольку твой лечащий врач подтвердил наличие амнезии, я вкратце изложу события десятилетней давности... то есть, десятидневной. Если в процессе рассказа в голове всплывут хоть какие-то воспоминания, требую немедленно сообщить. Всё ясно?
Гу Шэнцзэ с любопытством обвёл взглядом толпу. Впервые с момента пробуждения он видел столько людей одновременно.
Человек десять. Трое в форме — явно коллеги офицера Чжана. Остальные — мужчины средних лет с самыми разными выражениями лиц. И лишь одна девушка.
Вполне симпатичная, но выглядела запуганной и напряжённой, словно натянутая струна.
Гу Шэнцзэ сделал собственные выводы, но, увы, без активного Анализа копать глубже не мог.
— Гу Шэнцзэ, тебе всё ясно? — повторил офицер Чжан. Выражение его и без того сурового, потрёпанного лица стало ещё более мрачным.
— Ясно, — кивнул парень.
— Отлично. То, что я сейчас расскажу, основано на показаниях Ван Жун. Часть фактов уже подтверждена свидетелями. Итак, десять дней назад...
«Краткий рассказ» офицера Чжана оказался не таким уж и кратким. Это была целая история.
Точнее, история одного происшествия.
Если верить копу, Гу Шэнцзэ наконец узнал, как очутился на больничной койке, сломал ногу и потерял память.
Заодно выяснилось, что ту запуганную девушку зовут Ван Жун.
Суть инцидента сводилась к следующему: десять дней назад Ван Жун и группа студентов-филологов из университета C, включая самого Гу Шэнцзэ, приехали в город S на экскурсию.
Вечером Гу Шэнцзэ заманил Ван Жун в свой гостиничный номер и попытался изнасиловать. К счастью, в последний момент их обнаружили однокурсники. Когда те уже собирались выломать дверь, Гу Шэнцзэ выпрыгнул в окно.
Итог: сломанная нога и амнезия.
Ключевая деталь: это был восьмой этаж!
— Гу Шэнцзэ, — подытожил офицер Чжан. — Ты что-нибудь вспомнил из того, что я сейчас перечислил?
— Нет!
— Тебе есть что сказать в своё оправдание?
— Я реально сиганул с восьмого этажа?
— Да!
— С восьмого этажа? Вниз? Вы уверены?
Офицер Чжан нахмурился и кивнул.
— Может, я на дерево упал? Или на проводах повис? Или меня кто-то поймал?
Чжан покачал головой.
— То есть, я реально вот так — вжух! — вылетел с восьмого этажа, ни за что не зацепился, и просто вжух! — приземлился на асфальт?
Офицер Чжан снова кивнул.
Гу Шэнцзэ перевёл взгляд на Гу Цзайши.
— Если быть точным, то ты не «вжух», а «шмяк» приземлился на асфальт! — педантично поправил «брат».
«Ты сейчас реально думаешь, что это смешно?» — Гу Шэнцзэ закатил глаза.
— Охренеть... И я выжил, просто ногу сломал?
В голове это не укладывалось, но он искренне восхитился собственной крутостью.
— Ты ещё и память потерял! — напомнил Чжан.
— А, ну да!
«Если б ты не сказал, я бы и про это забыл!»
— Офицер, послушайте, — произнёс Гу Шэнцзэ. — Восьмой этаж! Прыжок, «вжух», и я жив. Это вообще научно?
Чжан сдвинул брови, будто всерьёз задумался над этим вопросом. И вскоре выдал вердикт:
— Ненаучно!
Гу Шэнцзэ всем своим видом показал «я же говорил».
— Но науку мы пока отложим в сторону, — отрезал полицейский. — Ван Жун обвиняет тебя в попытке изнасилования. Признаёшь вину?
«Науку отложим? А чем тогда руководствоваться? Законами фэнтези? А, ну да, у меня же в башке система навыков сидит — то ещё фэнтези!»
Гу Шэнцзэ посмотрел на Ван Жун. Девушка вжала голову в плечи и поспешно опустила глаза.
— С чего бы мне её насиловать? — спросил он.
— Ты был пьян!
Пьяным море по колено...
— Даже если я был в стельку, — фыркнул Гу Шэнцзэ. — Я наследник великого и богатого рода. Если мне приглянулась девушка, зачем мне её насиловать?
Офицер Чжан промолчал. По палате пополз шепоток.
Гу Цзайши с горящим взором уставился на Гу Шэнцзэ и снова с гордостью прижал правый кулак к сердцу.
— Хочешь сказать, Ван Жун лжёт и клевещет на тебя? — наконец сформулировал мысль полицейский.
— Нет. Я хочу сказать: а не могла ли это она вытолкнуть меня в окно? Я ведь, как вы сами сказали, был пьян!
— Я этого не делала! — испуганно взвизгнула Ван Жун.
Шепотки в палате усилились.
А вот офицер Чжан усмехнулся.
— Мы осмотрели место происшествия и исключили такую вероятность. На оконной раме только твои отпечатки пальцев. Отпечатков Ван Жун там нет!
Гу Шэнцзэ скривился. Голова начинала гудеть, мозгов явно не хватало, чтобы выстроить нормальную защиту.
— Итак, что скажешь по поводу обвинений в попытке изнасилования? — продолжил давить Чжан. — У нас есть улики. Если захочешь — покажем. И даже амнезия не спасёт тебя от правосудия!
Шепотки переросли в гул. Слова полицейского прозвучали как приговор, все присутствующие, казалось, уже признали Гу Шэнцзэ виновным. Даже Гу Цзайши опустил кулак.
В робких глазах Ван Жун промелькнула искра торжества.
— Но с чего вы взяли, что она говорит правду? — Гу Шэнцзэ ткнул в девушку пальцем.
— Опять обвиняешь её в клевете? — вздохнул Чжан. — Разве стала бы девушка клеветать на тебя ценой собственной чести?
...
Ультимативный аргумент! Высший пилотаж!
В таких вопросах мужчина изначально находится в проигрышной позиции. Как доказать свою невиновность? Бросить ей вызов на дуэль?
Гу Шэнцзэ рассмеялся, хотя голова кружилась всё сильнее.
— Чего смеёшься? — нахмурился Чжан.
— А что, если она проститутка? — в лоб спросил парень.
Офицер Чжан замолчал, всерьёз задумавшись. Будучи копом, он по определению стоял по другую сторону баррикад от жриц любви. Он накрыл достаточно притонов и повидал достаточно шлюх, чтобы знать: они мастерски вешают лапшу на уши. То, что они говорят... их рты способны не только говорить, но и...
В общем, верить им точно нельзя!
Гул в палате не стихал. Вопрос Гу Шэнцзэ явно сбил присутствующих с толку: кто-то нахмурился, кто-то брезгливо поморщился, а кто-то посмотрел на Ван Жун с масленым интересом.
— Я не такая! — бросилась оправдываться девушка. — Я студентка!
— Универская шлюха, значит, — припечатал Гу Шэнцзэ.
— Нет! Ты всё врёшь! — чуть не плача, закричала Ван Жун.
— Она не такая! — оборвал дискуссию офицер Чжан. — Это ты пытался её изнасиловать! Гу Шэнцзэ, даже не пытайся перевести стрелки. От правосудия ты не уйдёшь, хоть с памятью, хоть без!

Комментарии

Загрузка...