Цзян Чжугань явно был человеком разговорчивым. Пока они шли, его рот не закрывался ни на минуту:
— Кстати, ты так и не сказала, как тебя зовут.
Ци Цзи шла рядом с ним, глядя вперёд. Её взгляд был далёким и отрешённым, а холодные бледные губы едва слышно вымолвили два слова:
— Ци Цзи.
— *Глупенькая внучка, отныне тебя будут звать Ци Цзи, нравится тебе имя, которое придумала бабушка? Бабушка ходила в храм и кланялась снова и снова, прежде чем смогла его придумать.*
— Цицзи*? Твоё имя наверняка сложно пишется.
— *Забудь бабушку, Ци Цзи, путь перед тобой предстоит долгий.*
Ци Цзи про себя сосчитала количество черт в своём имени — девятнадцать. Много это?
Гораздо лучше, чем его Бамбуковая Палка.
На три черты меньше.
— В твоём имени двадцать одна черта, оно на три черты сложнее моего.
Цзян Чжугань: «?»
С чего это в его имени вдруг всего двадцать одна черта?
Он даже не успел ничего ответить, как до них донёсся шум откуда-то неподалёку.
Звуки доносились со стороны зверолюдей.
Ци Цзи шагала не оглядываясь, продолжая упрямо переставлять ноги.
Цзян Чжугань выглядел так, будто увидел призрака: неужели у этого человека совсем нет любопытства?
Он торопливо протянул руку и схватил её за рукав:
— Ты даже не хочешь посмотреть?
Ци Цзи даже глазом не повела:
— Не на что тут смотреть.
— Подожди меня минутку, я гляну, что там происходит.
Ци Цзи нахмурилась и попыталась высвободиться из его хватки, но сколько ни стряхивала руку, вырваться не смогла.
Ци Чизи: «...»
Она отказывалась в это верить. Наверняка этот парень намазал ладонь суперклеем, дело вовсе не в том, что у неё недостаточно сил.
Цзян Чжугань не заметил её манёвров и бормотал себе под нос:
— Да чтоб их, опять эти зверолюди наших обижают.
Ци Цзи вздохнула и наконец оставила попытки сопротивляться. Присев на корточки рядом с ним, она вытянула шею наполовину — точь-в-точь как заправский шпион — пытаясь разглядеть, что же там творится.
Неподалёку стоял подросток их ростка, держа в руках поднос с едой. С покорным видом опустив голову, он выслушивал едкие насмешки возвышавшегося над ним зверолюда, который превосходил его в размерах ровно в два раза.
По обеим сторонам головы зверолюда торчали серовато-белые уши, и Ци Цзи, приглядевшись, всё больше убеждалась, что они похожи на волчьи.
Скрестив руки на груди, тот свысока смотрел на стоявшего перед ним ребёнка:
— Ты на меня налетел, и думаешь отделаться простыми извинениями? Таково ваше человеческое гостеприимство? А ну опустись на корточки и вытри мои туфли насухо! Иначе легко мы сегодня не разойдёмся.
Тот ребёнок почти уткнулся лицом в землю, но на корточки так и не присел. Лишь тихо произнёс:
— Прости, я правда не со зла. Я шёл с обычной скоростью, если бы ты вдруг не выскочил наперерез, думаю, мы бы не столкнулись.
— То есть ты хочешь сказать, что я сам намеренно подставился под твой удар? — зверолюд сжал кулаки.
— Я не это имел в виду.
— Ладно тебе, Сюэ Эрво, хватит цепляться к человеку. Даже если бы он сделал это нарочно, что с того? Что ты ему сделаешь?
Сюэ Эрво оскалил зубы, обнажив спрятанные во рту клыки — такие острые, что они, казалось, в любой момент могли перекусить человеку горло.
Он качнул ушами:
— Верно подмечено. Давно уже усвоил эту истину, а всё ещё трачу на них время.
Цзян Чжугань сжал кулаки и уже было хотел подняться, но Ци Цзи изо всех сил дёрнула его назад, не давая встать. Повернувшись к ней, он уставился на неё покрасневшими глазами:
— Зачем ты меня держишь?!
По тому, как скрипели его зубы, Ци Цзи даже расслышала скрежет — было очевидно, что парень охвачен сильнейшей яростью.
Глядя на его разозлённое лицо, Ци Цзи бесстрастно бросила:
— Ни к чему это.
— Ты! И как ты можешь это терпеть?
— Разве ты не видишь, что остальные вокруг молчат и боятся пискнуть? Выйдешь ты туда — и что измени?
— Они боятся! А я нет!
Ци Цзи вовсе не была наивным десятилетним ребёнком: она прекрасно видела, что среди притихшей толпы многие кипят от гнева, но из-за собственной слабости вынуждены глотать обиду.
Но какой толк бросаться туда сейчас?
— Ты же сам только что сказал: без мехов у нас нет ни шанса против них.
Цзян Чжугань на мгновение зажмурился, с усилием выталкивая из груди скопившийся там воздух. Больше не глядя на Ци Цзи, он снова перевёл взгляд на противоположную сторону.
Ссора уже подошла к концу.
Тот подросток стал лишь поводом для зверолюдов в очередной раз унизить людей едкими колкостями. Даже когда они уже выходили из столовой, зверолюды продолжали громко рассуждать о том, что у людей нет ни воспитания, ни совести — натворят дел и даже признать вину не смеют.
Наконец Цзян Чжугань поднялся и бросился к пострадавшему ребёнку, пытаясь утешить:
— Ты ни в чём не виноват.
Подросток поднял голову, закусив губы так сильно, что на них выступили капли крови, и ровным голосом произнёс:
— Я знаю.
Цзян Чжугань — именно так.
— Вот именно, поэтому... а? Ты знаешь?
Заготовленные в утешение слова застряли у него в горле. Его так перхнуло от этого ответа, что стало даже как-то не по себе.
Стоя в стороне и наблюдая за растерянным выражением лица Цзян Чжуганя, Ци Цзи почувствовала, как в её глазах мелькнула тень улыбки. Она уже хотела позвать его на тренировку, как вдруг сообразила, что понятия не имеет, как его зовут по фамилии — знала лишь про прозвище Бамбуковая Палка.
— Палка, пошли на тренировку.
Цзян Чжугань на секунду замер. Повернувшись к ней, он возмутился:
— Ты почему так фамильярно меня зовёшь?!
Даже родители обращались к нему по полному имени, а они ведь знакомы всего день, разве так годится?
Улыбка в холодно-серых глазах Ци Цзи тут же погасла:
— Потому что я без понятия, как твоё полное имя, знаю только про твою палку.
Теперь расстроился уже Цзян Чжугань:
— Ты до сих пор не знаешь, как меня зовут?!
Ци Цзи молча развернулась и зашагала прочь.
— Эй-эй, погоди меня! — Цзян Чжугань на прощание улыбнулся стоявшему рядом подростку и поспешил следовать за Ци Цзи. — И вот почему ты говорила, что в моём имени больше черт, чем в твоём? Оказывается, ты просто не знала моего полного имени!
Цзян Чжугань чувствовал себя уязвлённым: оказывается, всё это время он разыгрывал драму одного актёра.
Подросток у входа в столовую бросил взгляд им вслед. Сдав поднос, он тоже направился в сторону тренировочной площадки.
Только став сильным, можно предотвратить повторение сегодняшнего дня.
Добравшись до тренировочного поля и глядя на валявшиеся на земле шлемы виртуальной реальности, Ци Цзи почувствовала глухое сопротивление в груди.
Она всё ещё не понимала, каким образом её занесло в эту школу и заставила вот так тренироваться.
Хотя изначально она всего лишь хотела раздобыть приличную одежду, чтобы с чистой совестью сброситься с крыши.
Рассеянно глядя перед собой, Ци Цзи бессознательно теребила тонкими, но крепкими пальцами край своей тренировочной формы. Стоя так в стороне, она словно отгородилась от окружающих невидимой стеной.
В следующий миг за спиной раздался голос Бай Чанло:
— Все собрались довольно быстро.
Ци Цзи вздрогнула. Опомнившись, она уже не могла вспомнить, о чём только что думала.
На тренировочном поле собрались почти исключительно люди, решившие дополнительно позаниматься — зверолюдей среди них не было видно.
Окинув взглядом девятнадцать человек, Бай Чанло произнёс суровым голосом:
— А ну все ко мне, строиться.
Девятнадцать малышей синхронно подтянулись и выстроились в ряд, задрав головы вверх.
Бай Чанло продолжил тихим, но отчётливым голосом:
— Знаю, в душе вы наверняка затаили обиду. Вам хочется поскорее получить мехи и лицом к лицу сойтись в честном бою с другими. Но не забывайте: если у нас не будет крепкого, тренированного тела, способного выдержать нашу духовную силу, разве сможем мы управлять мехами?
Управлять мехами далеко не так просто, как вы себе воображаете. Вы понимаете, что означает момент, когда вы переступаете порог кабины меха?
Девятнадцать курсантов в молчании смотрели на него.
— Это значит, что мех и вы становитесь единым целым. Мех — это вы, а вы — это мех. В тот момент, когда ваша духовная сила соединяется с машиной, без закалённого тела вы просто не выдержите колоссальной нагрузки от такой тяжести, уяснили?
Ци Цзи смотрела на Бай Чанло, ощущая исходящую от него глубокую волну бессилия.
Её глаза слегка сверкнули. В её прежней жизни люди всегда занимали высшее положение, возможно, так было и здесь в былые времена, но сейчас, на фоне подъёма зверолюдей и развития Расы Разумных Механизмов, человеческий статус падал ниже некуда. Терпеть насмешки чужаков на собственной земле — наверняка и ему самому было нелегко с этим мириться.
Но если бы наставники сами вмешались в открытую, всё могло зайти слишком далеко.
Челюсти Цзян Чжуганя были плотно сжаты, а в голове прокручивались все те сцены издевательств над их сородичами, что он успел повидать с момента поступления.
— И ещё кое-что: не забывайте, что после поступления в военное училище вам придётся сражаться не только с помощью мехов, но и в рукопашную. Так есть ли у кого-нибудь ещё вопросы или возражения по поводу моих тренировок?
— Никаких! — вразнобой прозвучало со стороны курсантов.
— Отлично. Тогда продолжаем. Надели виртуальные шлемы — и бегом марш вокруг плаца!
— Есть!

Комментарии

Загрузка...