Кто-то заметил его.
Чи Хуайчжу никак не ожидал, что этот только что появившийся мужчина сможет заметить его в такую минуту. Он отступил на пару шагов назад, собираясь уже увести Лиз со второго этажа, как вдруг погрузившееся во тьму из-за отключения электричества первое этажное помещение озарилось светом. Огромный луч прожектора устремился прямиком на второй этаж, выхватив их обоих из темноты. Он всё еще держал Лиз за воротник, а та, только что доевшая круассан, сплошь состояла из детского недоумения. Но яркий свет резал глаза, и она крепко зажмурилась, закрыв лицо руками.
От слепящего сияния веки Чи Хуайчжу тоже слегка затрепетали. Он чуть отвернулся, чтобы яркий свет не бил прямо в глаза, и прищурившись посмотрел на человека внизу.
Внизу стоял Аэрвэйла. У него были короткие волосы глубокого каштанового цвета, кончики которых слегка забавно топорщились, миловидное лицо и правильные, тонкие черты. На переносице с высоким изломом красовались очки в золотой оправе, а губы казались бледными. И хотя в его облике чувствовалась болезненность, это ничуть не умаляло присущей ему с рождения элегантности.
Запрокинув голову, он с улыбкой произнес:
— Господин Божество, вы наконец-то соизволили явить себя.
Чи Хуайчжу не слишком жаловал этого мужчину. Подобное отвращение и подсознательное ощущение того, что этот человек — далеко не добряк и от него лучше держаться подальше, сидели в нем очень глубоко. Самое же главное заключалось в том, что после появления этого мужчины те несколько призраков разом замерли. Что-то здесь было в корне неверно, особенно — погибшая подруга Лиз, Кэсыда. Она слезла с плеча Мите, и ее зловещий, пропитанный мрачной ци взгляд устремился на Аэрвэйлу.
Мите от увиденного едва не лишился дар речи; остальные выглядели точно так же — оцепенело и дрожа стояли на месте, разинув рты и не будучи в силах вымолвить за долгое время ни единого слова.
Заметив, что его обнаружили, Чи Хуайчжу больше не видел смысла прятаться и таиться. В конце концов, если припрет, можно просто перебить здешних обитателей поодиночке и выжать из них нужную информацию. В конце концов, это всего лишь сон: главное — не умереть самому и отыскать правду. Он качнул пальцем, и в ладони неосязаемо проступило очертание длинной косы.
Но в этот самый момент крошечная ручка Лиз вдруг ухватила Чи Хуайчжу за одежду, и коса в тот же миг растворилась в воздухе. Опустив взгляд, Чи Хуайчжу увидел, что Лиз опустила глаза и прошептала:
— Не сердитесь, господин Божество, они просто так сильно хотели вас увидеть.
Стоило ее словам затихнуть, как с первого этажа донеслись громкие, надрывные рыдания. Мите даже забыл о своем кашле: дородный мужчина средних лет рыдал, словно малый ребенок, с совершенно раскрасневшимся лицом. Плюхнувшись на колени прямо на полу, он протянул дрожащие руки к стоявшему наверху Чи Хуайчжу:
— А-а-а, мое божество, господин Хэдотосы! Я и не думал, что мне еще выпадет счастье узреть вас, у-у-у...
Внизу все слилось в единый плачущий ком. Чи Хуайчжу от неожиданности даже приросло к месту — когда вокруг тебя так ревет целая толпа, невольно начинает казаться, что попал на похороны. К тому же, с чего эти люди вообще не сомневаются в его личности? Вдруг он всего лишь похожий человек, с чего такая уверенность, что он — именно то божество, о котором они толкуют?
Стоило им увидеть Чи Хуайчжу, как те самые люди, что еще мгновение назад казались обессиленными от преследования мертвецов, ожили так, будто им вкололи адреналин. Они голосили на все лады, истошно вопя о своем искреннем до глубины души почтении к Хэдотосу.
Эту сцену Чи Хуайчжу еще не доводилось наблюдать вживую. Веки у него нервно дернулись, однако, судя по обстоятельствам, убивать никого, пожалуй, и не придется: эти люди, скорее всего, сами выложат ему всю интересующую информацию без остатка. Довольно хлопотно, но удобно.
Впрочем... Чи Хуайчжу поднял взгляд на единственного человека на первом этаже, сохранившего полное спокойствие — на Аэрвэйлу. Тот даже не выказывал никаких лишних эмоций, лишь приложил руку к груди, опуская глаза и что-то бормоча себе под нос. Заметив, что Чи Хуайчжу смотрит на него, Аэрвэйла чуть изогнул брови и уголки губ, ответив улыбкой, в которой читалось более чем достаточное почтение.
Как же это раздражало. Чи Хуайчжу охватило беспричинное раздражение. Он отвел взгляд, решив, что перед тем как отсюда выбраться, он первым делом прикончит Аэрвэйлу. Взяв Лиз за руку, он тихо произнес:
— Пойдем вниз, торчать здесь вечно тоже не дело.
Глаза Лиз округлились, она наклонила голову:
— Вниз? Тогда следуйте за мной, лестница находится...
Не успела Лиз договорить, как Чи Хуайчжу подхватил ее на руки и, перемахнув через ограждение, сиганул прямо со второго этажа.
Приземлившись мягко и уверенно, он бережно опустил на пол заметно перепуганную девочку. В этот самый момент на первом этаже наконец дали свет.
В тот же миг пространство залило ярким сиянием. Чи Хуайчжу стоял на прежнем месте, окруженный со всех сторон непрекращающимся плачем. Судя по всему, ему действительно придется как следует войти в роль этого самого божества.
Мите наконец унял слезы. Стоя на коленях и заметив, что Чи Хуайчжу смотрит на него, он на четвереньках подполз к самым ногам гостя:
— Господин Хэдотосы, если у вас будут какие-то указания, лишь соизвольте отдать приказ столь ничтожным созданиям, как мы!
Он до того перевозбудился, что был готов уткнуться лицом в ботинки Чи Хуайчжу и целовать их. С чего бы Чи Хуайчжу позволять ему подобное? Он поспешно отступил на пару шагов назад. Какая жуткая вера.
Зрители, наблюдавгие за трансляцией Чи Хуайчжу по ту сторону подземелья, впали в полный ступор:
Это еще что за цирк? Разве в самом начале он не был разбитой статуей? С чего вдруг он снова стал божеством?
В смысле? Все остальные барахтаются в жутких кошмарах, почему это Чи Хуайчжу тут прохлаждается и наслаждается жизнью?
Новичок просто зверь.
Да что тут происходит? Чистое везение, не больше! Попадись мне такая роль, я бы тоже прошел, чего вы тут все развопились?
Тьфу-тьфу-тьфу, виноград зелен, да сладок язык у тех, кто достать не может.
По сравнению с вопросами жизни и смерти, с которыми сталкивались остальные, у Чи Хуайчжу все шло куда как легче. Раз уж его изначальный статус вознесли до таких высот, добыть дальнейшую информацию будет гораздо проще.
Валявшаяся на полу монахиня вернулась в свое обычное состояние. Она пожирала Чи Хуайчжу глазами, полными истового пламени, но, сознавая собственную незначительность и не имея возможности замолвить и словечка, могла лишь молча наблюдать со стороны.
Вскоре она заметила стоявшую подле Чи Хуайчжу Лиз. Ту самую Лиз, которую она сама же посадила под замок — с какой стати та околачивается рядом с божеством?
Монахиня открыла рот, собираясь что-то сказать, и даже попыталась, по привычке, протянуть руку и грубо оттащить Лиз в сторону, но вовремя передумала. Натянув на лицо приторную улыбку, она поманила девочку пальцем и ласково произнесла:
— Иди сюда, Лиз, у меня есть к тебе разговор.
Однако Лиз вовсе не собиралась покорно выходить вперед, как то рассчитывала монахиня. Выглядя несколько испуганной, она спряталась за спину Чи Хуайчжу, вцепилась в край его одежды и робко пролепетала:
— Простите, матушка-настоятельница, я сбежала тайком, но у меня были на то причины, только не наказывайте меня.
Она сбавила губы, изображая крайнюю степень обиды и подавленности. Монахиня пришла в ужас. Она уже собиралась было оправдаться, но, столкнувшись с абсолютно безэмоциональными глазами Чи Хуайчжу, от страха рухнула на колени прямо на месте.
Господин Божество, я-я-я... я не... — монахиня вся затряслась в лихорадке, отчаянно пытаясь защитить себя, но в голове, на беду, стояла абсолютная пустота, и не получалось выдавить из себя ни звука.
По одному ее виду было очевидно, что за ней водится немало грешков. Чи Хуайчжу даже не собирался допытываться — он лишь нахмурился:
— Вы ведь не творили за моей спиной никаких гадостей?
При этих словах даже Мите бросило в пот, а на лбу заблестели капли испарины:
— Это моя вина, всецело моя ошибка.
Мите намеренно уходил от прямых ответов. Очевидно было, что воды в этом приюте мутные донельзя, и разгадать их до конца не выйдет, даже будь он настоящим божеством. Человеческая природа непостижима, особенно когда она сплетена из тугой вязи корысти и власти.
Чи Хуайчжу перевел взгляд на Аэрвэйлу. При ближайшем рассмотрении этот мужчина по-прежнему держался с абсолютной невозмутимостью — в его облике не прослеживалось ни единой трещинки или изъяна.
Стоявшая рядом Лиз подпрыгивала, дергая Чи Хуайчжу за руку:
— Господин Божество, должно быть, устал! Директор, живо приготовьте господину место для отдыха!
Лишь теперь Мите запоздало опомнился и бросился командовать людьми, суетливо организуя все необходимое. Впрочем, он впервые в жизни видел то самое божество, о котором слагали предания их родители и еще более далекие предки; от переполнявшего его волнения у него дрожали руки.
То самое пропавшее без вести божество наконец вернулось. И ежегодные ритуалы призыва, на которые все эти долгие годы без остатка тратились все их богатства, все-таки не прошли даром.
Чи Хуайчжу тоже не прочь был отдохнуть, а раз уж Лиз сама предложила, грех было отказываться. Он потрепал девочку по волосам — какая послушная малышка.
Заметив благосклонность Чи Хуайчжу к Лиз, Мите поспешно вставил:
— Сегодня пусть Лиз сопровождает господина, а мы пока все подготовим.
С этими словами он, снедаемый спешкой, увел людей вниз.
Остальные тоже разошлись по своим делам, хотя мысли большинства по-прежнему крутились вокруг Чи Хуайчжу. И неудивительно — ведь свершилось долгожданное возрождение божества.
Аэрвэйла не последовал за Мите. Выпрямившись во весь рост, он изящно поклонился Чи Хуайчжу, словно нарочно оставшись здесь ради того, чтобы принять гостя. С легкой улыбкой на губах он произнес низким голосом:
— Ну как, господин Божество, зрелище оказалось достаточно занимательным?
Чи Хуайчжу всё еще помнил призраков, вившихся вокруг связанных с этим приютом людей. Стоит признать, пожалуй, лишь на теле Аэрвэйлы не было ни единого следа чужого посмертного присутствия.
И впрямь странно.
Лиз снова дернула Чи Хуайчжу за руку, озарив всё лицо сияющей улыбкой:
— Господин Божество, пойдемте!
Кинув на Аэрвэйлу еще пару взглядов, Чи Хуайчжу тем не менее мягко ответил Лиз:
— Пойдем.

Комментарии

Загрузка...