В тени большой власти — Глава 63 читать онлайн

Когда Ли Юаньшань вернулся, он выглядел удрученным.

Хотя Дин Хань виделся с ним всего однажды, он отчетливо чувствовал, что Ли Юаньшань по натуре человек крайне оптимистичный.

Своего успеха тот добился честно, шаг за шагом, без тени хвастовства или фальши.

Теперь компания «Тяньцзынай» набрала такую мощь, что, казалось, захватила добрую половину рынка.

Продукция Ли Юаньшаня всегда была качественной и честной. В его распоряжении находились три молочные фермы, на каждой из которых содержалось не менее десяти тысяч голов скота.

Более того, коровы были импортными. Это обеспечивало не только высокие надои, но и первоклассное качество самого молока.

В штате «Тяньцзынай» трудилось более трех тысяч человек, а производственные линии были оснащены по последнему слову техники зарубежным оборудованием.

Если бы предприятие продолжало развиваться в том же духе, то не прошло бы и пяти лет, как оно превратилось в настоящего «единорога» молочной индустрии, расширив свое влияние с половины рынка на всю страну.

Добившись триумфа, Ли Юаньшань заставил себя отойти от дел. Он вложил огромные средства в покупку виллы на Острове Луны, где проводил дни, возделывая огород и наслаждаясь покоем.

Однако в последнее время его душевное равновесие было нарушено. Как признавался он сам, его пугала не конкуренция или давление со стороны коллег по цеху. Он смутно чувствовал: кто-то начал тянуть руки к его детищу – «Тяньцзынай».

Ли Юаньшань прекрасно понимал: стоит предприятию вырасти и окрепнуть, оно неизбежно привлечет алчные взгляды.

Именно поэтому он скрылся в тени, выставив вперед своих детей.

Он верил: если вести себя скромно и не высовываться, то можно избежать чужой зависти.

Но ни уединение, ни скромность не смогли уберечь его от посягательств.

Его внучка, Ли Сяоин, примчалась к нему только что именно для того, чтобы сообщить дурную весть.

Комиссия по контролю и управлению государственным имуществом города Чучжоу, где базировалась компания, предложила создать на базе «Тяньцзынай» новую корпорацию с государственным участием. Они позволяли «Тяньцзынай» сохранить контрольный пакет акций, но требовали три места в совете директоров.

В этот раз Цяо Май сама взялась за готовку. Лишь когда все блюда были готовы, она позвала Дин Ханя и Ли Юаньшаня к столу.

Зима в провинции Фунань наступила внезапно, словно горный обвал.

Еще вчера можно было ходить в футболке, а сегодня, несмотря на плотную куртку, холод пробирал до костей.

Глядя на помрачневшего Ли Юаньшаня, Дин Хань решил спросить прямо:

— Старший брат, ты сам не свой. Неужели не рад меня видеть?

Ли Юаньшань смущенно ответил:

— О чем ты? Я всё это время только и ждал твоего приезда.

Цяо Май вставила слово:

— Старший брат, а Сяоин еще дома? Может, позовем ее посидеть с нами?

— Не стоит, — отмахнулся Ли Юаньшань. — Она ведь из младших, будет только стесняться.

Но Цяо Май настояла на своем и пошла за девушкой. Ли Юаньшань не стал больше препираться. Он поднял бокал и со вздохом произнес:

— Братец, передо мной встала тяжкая задача.

Вскоре Ли Сяоин пришла вслед за Цяо Май. На ее лице играла улыбка, но в глубине глаз таилась едва заметная печаль.

— Сестрица Цяо Май, у меня совсем нет аппетита. Вы ешьте, а я просто посижу немного и пойду, — тихо сказала Сяоин. — Не обращайте на меня внимания.

Не успела она закончить, как Ли Юаньшань поправил ее:

— Сяоин, с этого момента привыкай обращаться к ней иначе. Больше не зови ее сестрицей.

Девушка пораженно вскинула брови:

— Это еще почему?

Ли Юаньшань указал на Дин Ханя:

— Это Дин Хань, мы с ним теперь побратимы. Цяо Май – спутница брата Дина, а значит, она мне ровня. Так что отныне зови ее «бабушка».

От этих слов лицо Цяо Май мгновенно вспыхнуло. Она в замешательстве затараторила:

— Сяоин, мне больше нравится, когда ты зовешь меня сестрой!

— Так не пойдет, — отрезал Ли Юаньшань со всей серьезностью. — Порядок старшинства нарушать нельзя. Сяоин, запомни мои слова: с сегодняшнего дня называй ее правильно.

Ли Сяоин не удержалась и прыснула со смеху. Она приобняла Цяо Май за плечи и сказала:

— Что ж, ладно. Иметь такую молодую и красивую бабушку – одно удовольствие, мне только в радость.

Цяо Май, все еще пунцовая, пробормотала:

— Так ты меня совсем в старухи записала.

Сяоин перевела лукавый взгляд на Дин Ханя:

— Дедушка, значит, мне и его теперь так называть?

— Пожалуйста, не надо, — поспешно вставил Дин Хань. — Это меня просто убьет.

— И «дедушка» будет верно, — настаивал Ли Юаньшань. — Иерархия – вещь серьезная. Братец, я хоть и не раб условностей, но вы, молодежь, не должны забывать традиции, хотя и новое принимать стоит охотно.

Дин Хань улыбнулся:

— В твоих словах, старший брат, есть глубокая мудрость.

Ли Юаньшань заранее приготовил доброе вино. И это был не тот напиток, который можно купить в обычном магазине.

В деревне у него жил старый друг, чья семья веками занималась винокурением. В его поколении традиции исполнилось уже сто лет.

Когда-то, будучи простым крестьянином, Ли Юаньшань пил только его вино.

За домом друга возвышалась гора. Начиная с прадеда его прадеда, предки винокура вырубали в ней пещеры для хранения запасов. Говорили, что старейшим бутылкам в тех погребах было около восьмидесяти лет.

Ли Юаньшань бывал в тех пещерах. Настоящая «Обитель чудес» – прохладно летом, тепло зимой. Температура там круглый год держится на отметке около двадцати одного градуса.

Ради встречи с Дин Ханем он специально съездил в деревню и выпросил у старого друга пять цзиней восьмидесятилетнего коллекционного вина.

Напиток, разлитый по прозрачным бокалам, отливал нежной желтизной, а в воздухе разлился густой, ни на что не похожий аромат.

Узнав, насколько ценно это вино, Дин Хань даже засомневался, стоит ли его пить.

Ли Сяоин, как младшая, сама принялась разливать вино по бокалам.

Первый же глоток пролился в горло, подобно чистому ручью. Никакой жгучей остроты – лишь обволакивающая, глубокая и мягкая сладость.

Дин Хань поставил бокал и невольно восхитился:

— Чудесное вино! Пожалуй, лучшее, что я пробовал в жизни.

Ли Юаньшань довольно рассмеялся:

— Вот видишь, братец, как говорят в народе: истинные мастера скрываются среди простых людей.

Цяо Май, которая обычно не притрагивалась к крепким напиткам, тоже сделала крошечный глоток. Пригубив, она подтвердила:

— Старший брат, это и впрямь бесподобный нектар.

— Брат, если у твоего друга такой талант, почему он не расширит дело? — Полюбопытствовал Дин Хань. — Если бы в нашей Фунани появилось такое вино, мы бы мигом избавились от славы края, где не умеют делать приличный алкоголь.

Ли Юаньшань вздохнул:

— Видишь ли, у каждого свои стремления. Мой друг никогда не мечтал о богатстве. Не то что я. Если бы я тогда не вложил всё до последнего в молочных коров, не было бы у меня сегодняшнего дня.

— Верно, дедушка, — улыбнулась Ли Сяоин. — Иначе мы бы до сих пор оставались крестьянами.

Внезапно Ли Юаньшань посерьезнел:

— Чуть не забыл! Я заметил, братец Дин, что ты сегодня пришел пешком. Как это мой брат может обходиться без машины? Сяоин, распорядись-ка, чтобы твоему младшему дедушке подобрали и пригнали автомобиль.

— Дедушка, ты уточни, — с усмешкой спросила Сяоин, — в какую цену должна быть машина?

Ли Юаньшань махнул рукой:

— Ну, никак не дешевле пятисот тысяч. Если брать дороже – это уже будет излишним хвастовством.

Дин Хань поспешил его остановить:

— Старший брат, прошу тебя, не надо. Даже если ты ее пришлешь, я не сяду за руль.

— Нет прав?

— Нет, дело в другом. Я не могу принять от тебя машину.

— Мы же братья, к чему этот дележ на «твое» и «мое»? — Ли Юаньшань с недоумением воззрился на него. — Ты что же, не считаешь меня братом?

Дин Хань покачал головой:

— Знакомство с тобой уже большая честь для меня. Но у меня есть свои принципы: я не принимаю даров, которых не заслужил. К тому же, как на меня посмотрят другие, если я, рядовой госслужащий, буду разъезжать на машине за полмиллиона? Брат, если ты и вправду ценишь нашу дружбу, давай следовать мудрости предков: «Дружба благородных мужей чиста и прозрачна, как вода».

— Золотые слова: «Чиста, как вода», — проникновенно произнес Ли Юаньшань. — Знаешь, братец, за столько лет ты первый, кто отказался от моего подарка. Видно, глаз меня всё же не подвел.

Дин Хань смущенно улыбнулся и тихо добавил:

— Брат, если у меня действительно возникнут трудности, я первым делом приду к тебе.

Не успел он договорить, как почувствовал, что под столом кто-то наступил ему на ногу. Опустив взгляд, он увидел, как ножка Цяо Май грациозно соскользнула с его ступни.

Комментарии