Глава 41

Чжан Тяньян мысленно пробежался по списку, с удовлетворением отметив, что заботливая Система засчитала тяжелого пациента с 41-й койки с жуткими отеками как полноценно вылеченного. Более того, приступ гипогликемии у профессора Лю она тоже засчитала как «непредвиденную ситуацию», отсыпав за это двойную награду. Система, да ты просто прелесть!Три минуты спустя перед глазами развернулся сияющий интерфейс наград.Получен новый навык: Тысяча чаш — не предел +1(Отныне водка, вино и пиво вам нипочем. Пейте смело!)[Получен новый навык: Серебряный язык +1](Благодаря вашему дару убеждения, шанс уговорить упрямых пациентов многократно возрастает.)Характеристики повышены!Проницательность +2Стабильность суставов +2Память +2Скорость реакции +2Надежность +1Четыре пациента и пять экстренных случаев принесли ему в сумме девять очков пассивных характеристик. Чжан Тяньян тут же сжал кулак, проверяя «Стабильность суставов», и с восторгом обнаружил, что пальцы не дрожат ни на миллиметр даже при максимальном напряжении! Это был невероятно полезный бафф — когда он встанет за операционный стол, его руки будут тверже алмаза.За две оценки «Отлично» Система расщедрилась на два уникальных таланта. С «Тысячей чаш» можно больше не бояться банкетов, подобных сегодняшнему. Массируя ноющие виски, Чжан Тяньян подумал, что Система обладает жутковатой проницательностью — подкидывает именно то, что нужно в данный момент. А «Серебряный язык» в связке с пассивкой «Надежность» — это вообще легальный чит. Вспомнив недавнюю истерику женщины в красном, он понял, что в следующий раз уложит на лопатки любого скандалиста одной лишь силой слова.— Система, ставлю лайк! — пробормотал юноша, чувствуя, как от привалившего счастья у него кружится голова.А когда на счет капнула денежная премия, он и вовсе чуть не взлетел к потолку.Денежное вознаграждение: 10 000 юаней зачислено на ваш счет.Его тощий студенческий кошелек мгновенно раздулся от виртуальных купюр.— Спасать жизни — это еще и прибыльно?! — прошептал он в темноту. — Я пробыл в нефрологии жалкие две недели, особых подвигов не совершал, и уже десять тысяч! Две недели — десятка. Месяц — двадцать тысяч. В год — двести сорок кусков... Обалдеть...Под тяжестью алкоголя и свалившегося богатства мозг капитулировал, и Чжан Тяньян провалился в глубокий сон.Ему снилось, как он идет по бескрайнему, залитому светом больничному коридору. С потолка, словно розовый снег, сыплются купюры. Слева ему аплодируют счастливые спасенные пациенты, справа — выстроившиеся в ряд седовласые профессора в белоснежных халатах, кричащие «Браво!». Чжан Тяньян, купаясь в лучах славы, плыл сквозь этот денежный снегопад, небрежно взмахивая полами халата. В самом конце коридора сияла золотая дверь. Он толкнул ее, и его ослепило солнце, на фоне которого вырисовывался точеный, безупречный силуэт девушки.— Кто ты? — прошептал он.Девушка медленно, словно в замедленной съемке, начала поворачиваться. Чжан Тяньян распахнул глаза шире, силясь разглядеть ее прекрасное лицо...— А-а-а-а-а!!!Жуткий вопль разорвал ночную тишину, вдребезги разбивая сон. Силуэт девушки мгновенно растворился, солнце померкло, и перед глазами возник знакомый до боли облупленный потолок общежития. Стояла глубокая ночь, свет давно отключили, и лишь бледные луны пятна ложились на стены. Контраст с ослепительным сном был разительным.Чжан Тяньян тупо моргнул, потратив целых две секунды на горькое сожаление о том, что так и не увидел лицо своей суженой. На третью секунду мозг наконец включился.— Откуда этот звук? Кто орет?— Твою мать! Больно! Больно, больно, больно! А-а-а...Скулеж, перемежаемый скрипом кроватных пружин, доносился от окна.— Опять приступ? — мрачно догадался Чжан Тяньян.Вглядевшись в темноту, он перевел взгляд на койку Цзоу Цзюньхао... В бледном лунном свете лицо соседа было искажено поистине дьявольской мукой.

Чжан Тяньян мысленно пробежался по списку, с удовлетворением отметив, что заботливая Система засчитала тяжелого пациента с 41-й койки с жуткими отеками как полноценно вылеченного. Более того, приступ гипогликемии у профессора Лю она тоже засчитала как «непредвиденную ситуацию», отсыпав за это двойную награду. Система, да ты просто прелесть!

Три минуты спустя перед глазами развернулся сияющий интерфейс наград.

Получен новый навык: Тысяча чаш — не предел +1(Отныне водка, вино и пиво вам нипочем. Пейте смело!)[Получен новый навык: Серебряный язык +1](Благодаря вашему дару убеждения, шанс уговорить упрямых пациентов многократно возрастает.)

Характеристики повышены!Проницательность +2Стабильность суставов +2Память +2Скорость реакции +2Надежность +1

Четыре пациента и пять экстренных случаев принесли ему в сумме девять очков пассивных характеристик. Чжан Тяньян тут же сжал кулак, проверяя «Стабильность суставов», и с восторгом обнаружил, что пальцы не дрожат ни на миллиметр даже при максимальном напряжении! Это был невероятно полезный бафф — когда он встанет за операционный стол, его руки будут тверже алмаза.

За две оценки «Отлично» Система расщедрилась на два уникальных таланта. С «Тысячей чаш» можно больше не бояться банкетов, подобных сегодняшнему. Массируя ноющие виски, Чжан Тяньян подумал, что Система обладает жутковатой проницательностью — подкидывает именно то, что нужно в данный момент. А «Серебряный язык» в связке с пассивкой «Надежность» — это вообще легальный чит. Вспомнив недавнюю истерику женщины в красном, он понял, что в следующий раз уложит на лопатки любого скандалиста одной лишь силой слова.

— Система, ставлю лайк! — пробормотал юноша, чувствуя, как от привалившего счастья у него кружится голова.

А когда на счет капнула денежная премия, он и вовсе чуть не взлетел к потолку.

Денежное вознаграждение: 10 000 юаней зачислено на ваш счет.

Его тощий студенческий кошелек мгновенно раздулся от виртуальных купюр.

— Спасать жизни — это еще и прибыльно?! — прошептал он в темноту. — Я пробыл в нефрологии жалкие две недели, особых подвигов не совершал, и уже десять тысяч! Две недели — десятка. Месяц — двадцать тысяч. В год — двести сорок кусков... Обалдеть...

Под тяжестью алкоголя и свалившегося богатства мозг капитулировал, и Чжан Тяньян провалился в глубокий сон.

Ему снилось, как он идет по бескрайнему, залитому светом больничному коридору. С потолка, словно розовый снег, сыплются купюры. Слева ему аплодируют счастливые спасенные пациенты, справа — выстроившиеся в ряд седовласые профессора в белоснежных халатах, кричащие «Браво!». Чжан Тяньян, купаясь в лучах славы, плыл сквозь этот денежный снегопад, небрежно взмахивая полами халата. В самом конце коридора сияла золотая дверь. Он толкнул ее, и его ослепило солнце, на фоне которого вырисовывался точеный, безупречный силуэт девушки.

— Кто ты? — прошептал он.

Девушка медленно, словно в замедленной съемке, начала поворачиваться. Чжан Тяньян распахнул глаза шире, силясь разглядеть ее прекрасное лицо...

— А-а-а-а-а!!!

Жуткий вопль разорвал ночную тишину, вдребезги разбивая сон. Силуэт девушки мгновенно растворился, солнце померкло, и перед глазами возник знакомый до боли облупленный потолок общежития. Стояла глубокая ночь, свет давно отключили, и лишь бледные луны пятна ложились на стены. Контраст с ослепительным сном был разительным.

Чжан Тяньян тупо моргнул, потратив целых две секунды на горькое сожаление о том, что так и не увидел лицо своей суженой. На третью секунду мозг наконец включился.

— Откуда этот звук? Кто орет?

— Твою мать! Больно! Больно, больно, больно! А-а-а...

Скулеж, перемежаемый скрипом кроватных пружин, доносился от окна.

— Опять приступ? — мрачно догадался Чжан Тяньян.

Вглядевшись в темноту, он перевел взгляд на койку Цзоу Цзюньхао... В бледном лунном свете лицо соседа было искажено поистине дьявольской мукой.