Глава 72

Гуань Цю размял шею, вышел в центр зала и громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех посетителей.— Друзья, минуточку внимания! Я — владелец этого заведения! — его голос звучал приветливо и уверенно. — Приношу свои глубочайшие извинения. Сегодня в наше интернет-кафе заползла одна мерзкая букашка, которая многим испортила настроение. В качестве извинения — сегодня весь вечер интернет для всех за счет заведения!Зал, заполненный в основном обычными работягами и молодыми девчонками, взорвался радостным гулом и смехом.— А сейчас прошу вас оставаться на своих местах и не паниковать, — Гуань Цю ослепительно улыбнулся. — Я избавлю вас от этого паразита.С этими словами он неспешным шагом направился к двадцать седьмому компьютеру. Подойдя вплотную, он вежливо обратился к соседям гопника:— Ребят, не могли бы вы немного отодвинуться?Парни за двадцать шестым и двадцать восьмым компьютерами, почувствовав повисшее в воздухе напряжение, поспешно откатились на стульях в стороны. Гуань Цю перевел холодный взгляд на Ян Тайяня.— Слышь, щегол, — голос Гуань Цю стал похож на лязг металла. — Решил мышиную отвагу показать? Неприятностей ищешь?Ян Тайянь, почувствовав, что запахло жареным, попытался вскочить с кресла. Но Гуань Цю действовал молниеносно. Его рука мертвой хваткой вцепилась в модную стрижку гопника со средним пробором. С силой вдавив его голову обратно в спинку кресла, Гуань Цю рванул парня за волосы, выволакивая его из-за стола прямо на проход.— А-а-а!.. Больно, сука! Отпусти, мать твою... пусти! — завопил Ян Тайянь, одной рукой отчаянно хватаясь за свои волосы, а другой пытаясь дотянуться до лица Гуань Цю, отбиваясь ногами.Увидев, что этот сопляк еще и пытается махать кулаками, Гуань Цю коротко замахнулся левой рукой и наотмашь влепил ему тяжелейшую пощечину.Хрясь!Звук удара раскатился по всему залу, перекрывая шум системных блоков. Парни, сидевшие за компьютерами, инстинктивно вжали головы в плечи, а многие девушки зажмурились, с шипением втягивая воздух — удар был такой силы, что было больно даже смотреть.Ян Тайянь от такой оплеухи мгновенно потерял ориентацию. Перед глазами у него заплясали разноцветные круги, он обмяк, и Гуань Цю без труда потащил его к выходу.На часах не было еще и девяти вечера. Светлая улица жила своей привычной шумной жизнью: звенели велосипедные звонки, тарахтели моторы стареньких мопедов, гудели автомобили, смешиваясь с гомоном толпы в неповторимую симфонию провинциального городка образца 2003 года.Когда Гуань Цю вытащил обмякшего Ян Тайяня на улицу и швырнул его под свет тусклого фонаря, вокруг мгновенно начала собираться толпа. Клиенты интернет-кафе, случайные прохожие, владельцы соседних магазинчиков — все сбежались посмотреть на бесплатное шоу. Жун Дунмэн, хозяин соседней парикмахерской, стоял в первом ряду. Он всё еще держал в руках миску с рисом, с нескрываемым злорадством наблюдая за происходящим.Гуань Цю не обращал внимания на зевак. Он снова вцепился в волосы Ян Тайяня, рывком заставляя его поднять залитое кровью лицо.— Кто послал тебя устраивать бардак в моём заведении? — ледяным тоном спросил он.Ян Тайянь, придя в себя, упрямо молчал. Обеими руками он вцепился в свои волосы, пытаясь ослабить хватку, и свирепо зыркал на Гуань Цю исподлобья, изображая из себя матерого волка, попавшего в капкан.Гуань Цю не стал повторять вопрос. Его ладонь снова взмыла в воздух.Хрясь!— С-с-с... — толпа зрителей дружно втянула воздух сквозь зубы от звука удара.Жун Дунмэн, не переставая жевать рис, скривил губы и издал удивленное мычание. Ему не нужно было проверять на себе, чтобы понять, насколько сокрушительной была эта оплеуха.— Твою мать... — прохрипел Ян Тайянь, сплевывая кровь. Доведенный до отчаяния, он решил пойти ва-банк и, отпустив руки, бросился вперед, пытаясь вцепиться Гуань Цю в горло.Гуань Цю только этого и ждал. Он с силой надавил ему на затылок, пригибая к земле, и одновременно резко выбросил левое колено навстречу его лицу.Раздался глухой хруст, и Ян Тайянь взвыл от боли, рухнув на асфальт. Из разбитого носа хлынула кровь, смешиваясь с соплями и слезами, заливая подбородок и грудь.Гуань Цю остался абсолютно невозмутим. Он снова намотал волосы парня на кулак, вздернул его голову и повторил:— Зачем ты пришел в моё кафе?— Пошел ты на... — булькая кровью, прорычал Ян Тайянь, пытаясь окровавленными пальцами оцарапать лицо обидчика.Хрясь! — Гуань Цю сработал на опережение, влепив ему очередную оплеуху.— У-ух! — по толпе зевак прокатился гул — то ли испуганный, то ли возбужденный. Люди таращили глаза, жадно ловя каждую деталь, но никому даже в голову не пришло вызывать полицию.Во-первых, мобильные телефоны тогда были роскошью. До эпохи всяких iPhone было еще далеко, и у половины собравшихся не было даже самого простого пейджера. Во-вторых, у людей еще не выработалась привычка жаловаться копам по каждому чиху. А в-третьих — разве можно прерывать такое шикарное, бесплатное представление?— Я...Хрясь!— О-о-о!Хрясь! Хрясь! Хрясь!Задав один и тот же вопрос трижды и не получив ответа, Гуань Цю перестал разговаривать. Он просто методично, со звериным хладнокровием отвешивал ему пощечины то правой, то левой рукой. Когда гопник пытался брыкаться, в ход шли удары коленями под дых, локтями по ребрам и тяжелые пинки по ногам. Затем Гуань Цю снова хватал его за волосы и продолжал избивать. Лицо Ян Тайяня превратилось в кровавое месиво, глаза заплыли, губы разорвались, а одежда пропиталась кровью и слюной.Спустя долгих десять минут экзекуции, когда рука Гуань Цю в очередной раз замерла в воздухе, воля мелкого ублюдка окончательно сломалась.— Стой... не надо... хватит! — зарыдал он, захлебываясь кровавой пеной. — Это... это босс интернет-кафе «Гуанмин»... Старый Орел... Инь Шаосун сказал мне прийти!Хрясь! — Гуань Цю вложил в последнюю пощечину всю оставшуюся силу.

Гуань Цю размял шею, вышел в центр зала и громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех посетителей.

— Друзья, минуточку внимания! Я — владелец этого заведения! — его голос звучал приветливо и уверенно. — Приношу свои глубочайшие извинения. Сегодня в наше интернет-кафе заползла одна мерзкая букашка, которая многим испортила настроение. В качестве извинения — сегодня весь вечер интернет для всех за счет заведения!

Зал, заполненный в основном обычными работягами и молодыми девчонками, взорвался радостным гулом и смехом.

— А сейчас прошу вас оставаться на своих местах и не паниковать, — Гуань Цю ослепительно улыбнулся. — Я избавлю вас от этого паразита.

С этими словами он неспешным шагом направился к двадцать седьмому компьютеру. Подойдя вплотную, он вежливо обратился к соседям гопника:

— Ребят, не могли бы вы немного отодвинуться?

Парни за двадцать шестым и двадцать восьмым компьютерами, почувствовав повисшее в воздухе напряжение, поспешно откатились на стульях в стороны. Гуань Цю перевел холодный взгляд на Ян Тайяня.

— Слышь, щегол, — голос Гуань Цю стал похож на лязг металла. — Решил мышиную отвагу показать? Неприятностей ищешь?

Ян Тайянь, почувствовав, что запахло жареным, попытался вскочить с кресла. Но Гуань Цю действовал молниеносно. Его рука мертвой хваткой вцепилась в модную стрижку гопника со средним пробором. С силой вдавив его голову обратно в спинку кресла, Гуань Цю рванул парня за волосы, выволакивая его из-за стола прямо на проход.

— А-а-а!.. Больно, сука! Отпусти, мать твою... пусти! — завопил Ян Тайянь, одной рукой отчаянно хватаясь за свои волосы, а другой пытаясь дотянуться до лица Гуань Цю, отбиваясь ногами.

Увидев, что этот сопляк еще и пытается махать кулаками, Гуань Цю коротко замахнулся левой рукой и наотмашь влепил ему тяжелейшую пощечину.

Хрясь!

Звук удара раскатился по всему залу, перекрывая шум системных блоков. Парни, сидевшие за компьютерами, инстинктивно вжали головы в плечи, а многие девушки зажмурились, с шипением втягивая воздух — удар был такой силы, что было больно даже смотреть.

Ян Тайянь от такой оплеухи мгновенно потерял ориентацию. Перед глазами у него заплясали разноцветные круги, он обмяк, и Гуань Цю без труда потащил его к выходу.

На часах не было еще и девяти вечера. Светлая улица жила своей привычной шумной жизнью: звенели велосипедные звонки, тарахтели моторы стареньких мопедов, гудели автомобили, смешиваясь с гомоном толпы в неповторимую симфонию провинциального городка образца 2003 года.

Когда Гуань Цю вытащил обмякшего Ян Тайяня на улицу и швырнул его под свет тусклого фонаря, вокруг мгновенно начала собираться толпа. Клиенты интернет-кафе, случайные прохожие, владельцы соседних магазинчиков — все сбежались посмотреть на бесплатное шоу. Жун Дунмэн, хозяин соседней парикмахерской, стоял в первом ряду. Он всё еще держал в руках миску с рисом, с нескрываемым злорадством наблюдая за происходящим.

Гуань Цю не обращал внимания на зевак. Он снова вцепился в волосы Ян Тайяня, рывком заставляя его поднять залитое кровью лицо.

— Кто послал тебя устраивать бардак в моём заведении? — ледяным тоном спросил он.

Ян Тайянь, придя в себя, упрямо молчал. Обеими руками он вцепился в свои волосы, пытаясь ослабить хватку, и свирепо зыркал на Гуань Цю исподлобья, изображая из себя матерого волка, попавшего в капкан.

Гуань Цю не стал повторять вопрос. Его ладонь снова взмыла в воздух.

Хрясь!

— С-с-с... — толпа зрителей дружно втянула воздух сквозь зубы от звука удара.

Жун Дунмэн, не переставая жевать рис, скривил губы и издал удивленное мычание. Ему не нужно было проверять на себе, чтобы понять, насколько сокрушительной была эта оплеуха.

— Твою мать... — прохрипел Ян Тайянь, сплевывая кровь. Доведенный до отчаяния, он решил пойти ва-банк и, отпустив руки, бросился вперед, пытаясь вцепиться Гуань Цю в горло.

Гуань Цю только этого и ждал. Он с силой надавил ему на затылок, пригибая к земле, и одновременно резко выбросил левое колено навстречу его лицу.

Раздался глухой хруст, и Ян Тайянь взвыл от боли, рухнув на асфальт. Из разбитого носа хлынула кровь, смешиваясь с соплями и слезами, заливая подбородок и грудь.

Гуань Цю остался абсолютно невозмутим. Он снова намотал волосы парня на кулак, вздернул его голову и повторил:

— Зачем ты пришел в моё кафе?

— Пошел ты на... — булькая кровью, прорычал Ян Тайянь, пытаясь окровавленными пальцами оцарапать лицо обидчика.

Хрясь! — Гуань Цю сработал на опережение, влепив ему очередную оплеуху.

— У-ух! — по толпе зевак прокатился гул — то ли испуганный, то ли возбужденный. Люди таращили глаза, жадно ловя каждую деталь, но никому даже в голову не пришло вызывать полицию.

Во-первых, мобильные телефоны тогда были роскошью. До эпохи всяких iPhone было еще далеко, и у половины собравшихся не было даже самого простого пейджера. Во-вторых, у людей еще не выработалась привычка жаловаться копам по каждому чиху. А в-третьих — разве можно прерывать такое шикарное, бесплатное представление?

— Я...

Хрясь!

— О-о-о!

Хрясь! Хрясь! Хрясь!

Задав один и тот же вопрос трижды и не получив ответа, Гуань Цю перестал разговаривать. Он просто методично, со звериным хладнокровием отвешивал ему пощечины то правой, то левой рукой. Когда гопник пытался брыкаться, в ход шли удары коленями под дых, локтями по ребрам и тяжелые пинки по ногам. Затем Гуань Цю снова хватал его за волосы и продолжал избивать. Лицо Ян Тайяня превратилось в кровавое месиво, глаза заплыли, губы разорвались, а одежда пропиталась кровью и слюной.

Спустя долгих десять минут экзекуции, когда рука Гуань Цю в очередной раз замерла в воздухе, воля мелкого ублюдка окончательно сломалась.

— Стой... не надо... хватит! — зарыдал он, захлебываясь кровавой пеной. — Это... это босс интернет-кафе «Гуанмин»... Старый Орел... Инь Шаосун сказал мне прийти!

Хрясь! — Гуань Цю вложил в последнюю пощечину всю оставшуюся силу.