Глава 4

Я не Регрессор!
Сереброволосая богиня едва заметно кивнула.
— Как я и думала, ты и есть Звезда, бросающая вызов небесам.
— Верно, — спокойно ответил Квон Оджин.
Какого чёрта я творю?
Вопреки невозмутимому лицу, сердце у него бешено колотилось.
Она правда мне поверила.
Небожители были богами, рождёнными созвездиями. Не всеведущими и всемогущими богами, о которых часто говорят в христианстве, но всё равно трансцендентными существами, чьи сила и власть лежали за пределами человеческой досягаемости.
И он только что обманул такого бога.
— Я хотела бы подробно обсудить с тобой пережитое тобой будущее, но эти ничтожные создания мешают.
Богиня прищурилась и огляделась.
Антхорны яростно зарычали и настороженно уставились на богиню.
— Гр-р-р-р.
Богиня коротко вздохнула и перевела взгляд на Квона Оджина.
Она хочет, чтобы я с ними разобрался?
Выглядело так, будто она собиралась оценить, на что способен регрессор.
Проклятье.
Отступать было нельзя.
— Я с ними разберусь.
— Ха-ха. С нетерпением жду, насколько сильна Звезда, бросающая вызов небесам.
— Но сейчас я...
— Ах, понимаю. Хотя ты вернулся из будущего, твоё тело всё ещё принадлежит нынешней эпохе. Сражайся, я не давлю на тебя.
Проклятье.
Именно эти слова давили сильнее всего. Он глубоко выдохнул и поднялся.
— Хаа.
Хотя он не включал крошечный светодиод, спрятанный под одеждой, от левой стороны его груди всё равно исходило слабое сияние. По телу разлилась сила, и ему стало так легко, будто он только что сбросил тяжёлую ношу.
Так вот что значит тело пробудившегося.
Ли Синхёк был всего лишь однозвёздным, но даже это давало огромную разницу. Он достиг области, доступной только сверхлюдям, — области настолько далёкой от человеческих пределов, что обычными тренировками до неё было не добраться. И всё же он позорно сбежал от монстров. Это не было упрёком Синхёку. Скорее, это доказывало, насколько сильны монстры.
Сможет ли Квон Оджин, который пробудился буквально несколько минут назад, сразиться с множеством антхорнов?
Сейчас не время об этом думать.
Даже если бы он взмолился, вцепившись в платье богини, толку не было бы. Она не могла разобраться с монстрами сама.
Я слышал, что Небожителям какой-то закон запрещает напрямую вмешиваться в этот мир.
Именно поэтому они даровали пробудившимся Стигмы, чтобы те сражались с монстрами.
Значит, выбора нет. Придётся драться.
Лязг.
Он поднял копьё Ли Синхёка, от которого исходило голубоватое свечение, и направил его на антхорнов. В ответ те издали свирепые вопли.
— Гр-р-р!
Двое на полной скорости бросились на него.
Квон Оджин понизил стойку и резко ударил копьём вперёд.
— Хаа!
Треск!
Их прочные панцири, неуязвимые даже для пуль, легко разлетелись, разбрызгивая зелёную кровь.
Ещё один антхорн метнулся сбоку, выискивая брешь.
— Гр-р-р!
Квон Оджин отступил плавно, будто текущая вода, ударил антхорна древком копья под челюсть, а затем без усилий провернул двухметровое копьё и пронзил ему живот.
— Как впечатляюще! — воскликнула богиня.
Что за чёрт?
Квон Оджин был удивлён ещё сильнее.
Не может быть, чтобы всё было так просто.
Он двигался так, будто очень давно обращался с копьём. Да, копья считались удобным оружием, но то, что при первом же использовании оно ощущалось настолько знакомым, определённо было странно.
Дзынь!
Словно отвечая на его сомнения, перед ним появились сообщения.
— Аргх!
Жгучая боль внезапно пронзила голову, словно ему в мозг вбили раскалённый железный шип. Мир закружился, и волна муки накрыла его с головой.
— Хафф, хафф!
В сознании заиграла незнакомая сцена: Ли Синхёк снова и снова наносил выпады копьём в воздух на пустой поляне.
— Агх!
Он шатался и, казалось, вот-вот рухнет, но не останавливался.
— Если я остановлюсь здесь, мне никогда не догнать Ухёка.
Ли Синхёк до крови прикусил губу и продолжал безжалостно делать выпады копьём. Он загонял себя до предела.
Зрение Квона Оджина постепенно пришло в норму.
Что сейчас было? Воспоминания Ли Синхёка?
Правда, на воспоминания прошлого это не походило.
У него был шрам, которого я раньше не видел.
В том всполохе памяти по правой скуле Ли Синхёка до самой челюсти тянулся отчётливый шрам; когда Квон Оджин видел его несколько часов назад, такого шрама не было.
Значит, это должны были быть воспоминания будущего. Точнее, ему передались воспоминания из первой жизни Ли Синхёка, где тот не умер так легко. И не только воспоминания.
— Гр-р-р!
— Кра-а-а!
Окружившие его антхорны бросились все разом.
— Хмф!
Квон Оджин рванул к сжимающемуся правому краю стаи.
Хруст!
Взрывным выпадом копьё раскрошило череп одному антхорну.
— Кра-а-а!
Справа на него понёсся крупный старший антхорн. Раньше он был бы слишком быстр, чтобы уследить за ним невооружённым глазом, но теперь всё изменилось.
— Слишком медленно, ублюдок!
Бум!
Уперевшись копьём, Квон Оджин взмыл в воздух, словно прыгун с шестом. В полёте он развернулся и перехватил копьё. Затем обрушил удар на голову растерянного старшего антхорна, потерявшего цель.
Треск!
— Вот оно!
По спине пробежала сладкая дрожь и разлилась по всему телу.
Я могу это сделать!
Взрывная сила бурлила внутри, а движения нападающих антхорнов были видны с кристальной ясностью.
Спокойно. Не увлекайся.
Он глубоко вдохнул и отпрыгнул назад, создавая дистанцию. Хотя он унаследовал навыки Ли Синхёка, факт оставался фактом: он всё ещё был всего лишь однозвёздным пробудившимся. Одна неосторожная ошибка могла стоить ему жизни.
Треск! Хрясь!
Каждым взмахом копья он медленно прореживал антхорнов.
Однозвёздные пробудившиеся всегда были настолько сильными?
Даже столкнувшись сразу с десятками антхорнов, он не чувствовал ни малейшей усталости. Если вспомнить, как Ли Синхёка прижали всего три-четыре таких монстра, это никак не сходилось.
Однозвёздные пробудившиеся, которых я видел, такими не были.
Обычно даже два антхорна, атакующие одновременно, заставили бы однозвёздного пробудившегося метаться, как обезьяна с горящим хвостом.
Тогда почему всё казалось таким лёгким?
— Хммм.
Глядя, как он яростно врезается в ряды антхорнов, сереброволосая богиня прищурилась.
— Ты устраиваешь какое-то представление, чтобы развлечь меня?
Представление? Она серьёзно? Что за чушь она несёт?
— Если нет, тогда почему ты не используешь свою Стигму?
Что?
— ...
Взгляд Квона Оджина сам собой опустился к левой стороне груди. Там слабым светом сияла Стигма Лиры — не фальшивая, которую он вырезал раньше. Когда Стигма использовалась, она светилась куда ярче.
Погоди, значит, до сих пор...
Он правда сражался с десятками антхорнов, даже не используя Стигму?
Разобравшись в ситуации, богиня кивнула.
— Ах, понимаю. Даже будучи регрессором, ты не можешь свободно управлять только что сформированной Стигмой.
— Для тебя это должно ощущаться так, будто ты вошёл в тело ребёнка, который только начал делать первые шаги.
Богиня ошибалась полностью, но в её словах даже был какой-то смысл. Она уже сама себя обманывала, и Квон Оджин не собирался упускать такой шанс.
Он быстро согласно кивнул.
— Да, именно так. Это тело... по сути, такое же, как у новорождённого.
Агу-агу. Теперь он младенец Квон Оджин.
— Тогда мой долг — помочь тебе сделать первые шаги. Я помогу тебе с лёгкостью управлять моей Стигмой.
Богиня медленно подняла руку, и в Квона Оджина потёк мерцающий серебряный свет.
Дзынь!
Так её звали Вега.
А?
Имя показалось ему странно знакомым.
Тр-р-ресь!
— А-а-аргх!
Прежде чем он успел задуматься, по всему его телу пронеслась синяя молния. Из Стигмы на левой стороне груди вырвалась взрывная синяя аура.
— Гр-р-р!
— Кра-а-а!
После короткого замешательства антхорны снова бросились на него — теперь строем, который возглавляли трое старших антхорнов.
Он глубоко вдохнул и понизил стойку.
Тресь, тресь!
Он сосредоточил синюю молнию, окутывавшую тело, на кончике копья. Затем мощным движением сорвался с места и яростно ударил заряженным молнией копьём вперёд.
Ну что ж, посмотрим, насколько сильна Стигма Лиры на самом деле.

Комментарии

Загрузка...