Чжэн Хунцзе сидел, стараясь держаться как можно прямее и солиднее. — Цинцин, скоро меня повысят, — заверил он, — и тогда я подарю тебе что-нибудь по-настоящему стоящее!
Чжэн Хунцзе сидел, стараясь держаться как можно прямее и солиднее. — Цинцин, скоро меня повысят, — заверил он, — и тогда я подарю тебе что-нибудь по-настоящему стоящее!
Чжао Цинцин лишь мельком взглянула на обычную подвеску. Привыкшая к сумкам по двадцать тысяч юаней, она, разумеется, не нашла в этом дешевом украшении ничего привлекательного. В ее взгляде, обращенном на Хунцзе, промелькнуло притворное сочувствие:
Чжао Цинцин лишь мельком взглянула на обычную подвеску. Привыкшая к сумкам по двадцать тысяч юаней, она, разумеется, не нашла в этом дешевом украшении ничего привлекательного. В ее взгляде, обращенном на Хунцзе, промелькнуло притворное сочувствие:
— Ты ведь один из самых перспективных сотрудников, а наша компания сейчас процветает. И при всем этом тебе приходится жить в такой стесненности. На это просто больно смотреть.
— Ты ведь один из самых перспективных сотрудников, а наша компания сейчас процветает. И при всем этом тебе приходится жить в такой стесненности. На это просто больно смотреть.
Чжэн Хунцзе и сам уже давно проклинал свою раннюю женитьбу. — Все из-за того, что дома сидит бесполезная баба, которая только и умеет, что спускать деньги. Она тянет меня на дно, губит мою жизнь, — сокрушался он.
Чжэн Хунцзе и сам уже давно проклинал свою раннюю женитьбу. — Все из-за того, что дома сидит бесполезная баба, которая только и умеет, что спускать деньги. Она тянет меня на дно, губит мою жизнь, — сокрушался он.
Вспомнив фотографию Вэнь Вэнь, которую она видела раньше, Чжао Цинцин едва заметно усмехнулась. — Мы работаем в публичной компании, ты будущий менеджер. С такой женой под боком ты просто не сможешь соответствовать своему статусу.
Вспомнив фотографию Вэнь Вэнь, которую она видела раньше, Чжао Цинцин едва заметно усмехнулась. — Мы работаем в публичной компании, ты будущий менеджер. С такой женой под боком ты просто не сможешь соответствовать своему статусу.
Эти слова попали в самую точку. Они уже долгое время обменивались недвусмысленными намеками, но Хунцзе был связан узами брака. Несмотря на явную симпатию, Чжао Цинцин не спешила делать решающий шаг. Чжэн Хунцзе же давно потерял голову от модной и ухоженной Цинцин. Каждый раз, когда в его мыслях всплывал образ неряшливой, поблекшей жены, он чувствовал, что его жизнь превращается в беспросветный тупик. Каких бы успехов он ни добился в карьере, осознание того, что ему придется провести остаток дней с такой женщиной, лишало работу всякого смысла. Он твердо решил: нужно как можно скорее подготовить почву и навсегда порвать с Вэнь Вэнь.
Эти слова попали в самую точку. Они уже долгое время обменивались недвусмысленными намеками, но Хунцзе был связан узами брака. Несмотря на явную симпатию, Чжао Цинцин не спешила делать решающий шаг. Чжэн Хунцзе же давно потерял голову от модной и ухоженной Цинцин. Каждый раз, когда в его мыслях всплывал образ неряшливой, поблекшей жены, он чувствовал, что его жизнь превращается в беспросветный тупик. Каких бы успехов он ни добился в карьере, осознание того, что ему придется провести остаток дней с такой женщиной, лишало работу всякого смысла. Он твердо решил: нужно как можно скорее подготовить почву и навсегда порвать с Вэнь Вэнь.
В это время Вэнь Вэнь, даже не подозревая о предательстве мужа, в крайнем смущении стояла перед прилавком, наблюдая, как продавщица оформляет возврат платья. Когда-то она тоже была девушкой, обожающей наряжаться, и могла несколько дней ходить окрыленной после покупки красивой вещи. Кто бы мог подумать, что теперь она превратится в жалкого, затравленного паразита. Погруженная в свои невеселые мысли, она не заметила, как Лэлэ, до этого тихо сидевшая на диване, принялась исследовать мир вокруг.
В это время Вэнь Вэнь, даже не подозревая о предательстве мужа, в крайнем смущении стояла перед прилавком, наблюдая, как продавщица оформляет возврат платья. Когда-то она тоже была девушкой, обожающей наряжаться, и могла несколько дней ходить окрыленной после покупки красивой вещи. Кто бы мог подумать, что теперь она превратится в жалкого, затравленного паразита. Погруженная в свои невеселые мысли, она не заметила, как Лэлэ, до этого тихо сидевшая на диване, принялась исследовать мир вокруг.
В силу возраста девочка была крайне непоседлива. Сползая с мягких подушек, она трогала всё, до чего могла дотянуться. Неизвестно где ее маленькие ладошки испачкались в ярко-красной краске, похожей на лак, и теперь она оставляла за собой отчетливые следы. Малышка шаг за шагом доползла до витрины и с детским любопытством прижалась к аккуратно отутюженному мужскому костюму, размазывая по нему красные пятна.
В силу возраста девочка была крайне непоседлива. Сползая с мягких подушек, она трогала всё, до чего могла дотянуться. Неизвестно где ее маленькие ладошки испачкались в ярко-красной краске, похожей на лак, и теперь она оставляла за собой отчетливые следы. Малышка шаг за шагом доползла до витрины и с детским любопытством прижалась к аккуратно отутюженному мужскому костюму, размазывая по нему красные пятна.
— Ох! — Вскрикнула одна из продавщиц, заметив порчу товара. Ее резкий голос тут же привлек внимание остальных сотрудников. Из подсобного помещения вышла управляющая. — Соблюдайте тишину, не нужно кричать при клиентах.
— Ох! — Вскрикнула одна из продавщиц, заметив порчу товара. Ее резкий голос тут же привлек внимание остальных сотрудников. Из подсобного помещения вышла управляющая. — Соблюдайте тишину, не нужно кричать при клиентах.
— Но... директор, посмотрите на костюм... — дрожащим голосом произнесла продавщица. — Его же заказал молодой господин Тулун!
— Но... директор, посмотрите на костюм... — дрожащим голосом произнесла продавщица. — Его же заказал молодой господин Тулун!
Спокойствие мигом слетело с лица управляющей. Увидев испачканный наряд в витрине, она побледнела. Вэнь Вэнь, осознав, что дочь натворила дел, бросилась к ней и подхватила на руки. — Простите! Пожалуйста, простите! — Она в панике пыталась оттереть краску с рук Лэлэ, не понимая, где та могла ее найти.
Спокойствие мигом слетело с лица управляющей. Увидев испачканный наряд в витрине, она побледнела. Вэнь Вэнь, осознав, что дочь натворила дел, бросилась к ней и подхватила на руки. — Простите! Пожалуйста, простите! — Она в панике пыталась оттереть краску с рук Лэлэ, не понимая, где та могла ее найти.
— И что нам теперь делать? — Запричитала сотрудница. — Молодой господин Тулун вот-вот придет за заказом!
— И что нам теперь делать? — Запричитала сотрудница. — Молодой господин Тулун вот-вот придет за заказом!
Управляющая мрачно посмотрела на Вэнь Вэнь:
Управляющая мрачно посмотрела на Вэнь Вэнь:
— Как вы могли допустить, чтобы ребенок испортил столь дорогую вещь?
— Как вы могли допустить, чтобы ребенок испортил столь дорогую вещь?
— Мне очень жаль, — заливаясь краской, пробормотала Вэнь Вэнь. — Сколько стоит химчистка? Я всё оплачу.
— Мне очень жаль, — заливаясь краской, пробормотала Вэнь Вэнь. — Сколько стоит химчистка? Я всё оплачу.
Одна из девушек, внимательно осмотрев пятна, покачала головой:
Одна из девушек, внимательно осмотрев пятна, покачала головой:
— Похоже, это не отстирается... Как мы будем объясняться? Это же вещь, сшитая по индивидуальным меркам!
— Похоже, это не отстирается... Как мы будем объясняться? Это же вещь, сшитая по индивидуальным меркам!
В разгар их суматошного обсуждения в магазин вошел высокий, широкоплечий мужчина ростом под два метра. — Молодой господин Тулун, примите наши глубочайшие извинения, — тут же заискивающе заговорила хозяйка заведения. — Костюм прибыл только вчера, мы его подготовили, повесили здесь, и вдруг... ребенок...
В разгар их суматошного обсуждения в магазин вошел высокий, широкоплечий мужчина ростом под два метра. — Молодой господин Тулун, примите наши глубочайшие извинения, — тут же заискивающе заговорила хозяйка заведения. — Костюм прибыл только вчера, мы его подготовили, повесили здесь, и вдруг... ребенок...
— Господин, простите меня, ради бога, — Вэнь Вэнь, прижимая к себе Лэлэ, не переставала кланяться.
— Господин, простите меня, ради бога, — Вэнь Вэнь, прижимая к себе Лэлэ, не переставала кланяться.
На вид пришедшему было лет тридцать пять. Его мощные плечи и рельефные мышцы, проступающие сквозь одежду, выдавали в нем человека, с которым лучше не спорить. За его спиной замерли двое крепких мужчин в темных очках, похожих на телохранителей. Несмотря на правильные черты лица, на шее мужчины красовалась отчетливая татуировка, а сама его аура была настолько тяжелой и пугающей, что Вэнь Вэнь похолодела от ужаса. Она сразу поняла, что перед ней кто-то очень опасный.
На вид пришедшему было лет тридцать пять. Его мощные плечи и рельефные мышцы, проступающие сквозь одежду, выдавали в нем человека, с которым лучше не спорить. За его спиной замерли двое крепких мужчин в темных очках, похожих на телохранителей. Несмотря на правильные черты лица, на шее мужчины красовалась отчетливая татуировка, а сама его аура была настолько тяжелой и пугающей, что Вэнь Вэнь похолодела от ужаса. Она сразу поняла, что перед ней кто-то очень опасный.
Лэлэ, почувствовав исходящую от незнакомца угрозу, с плачем спрятала лицо на груди у матери. Мужчина подошел ближе и угрюмо осмотрел испорченный костюм, после чего перевел тяжелый взгляд на дрожащую женщину.
Лэлэ, почувствовав исходящую от незнакомца угрозу, с плачем спрятала лицо на груди у матери. Мужчина подошел ближе и угрюмо осмотрел испорченный костюм, после чего перевел тяжелый взгляд на дрожащую женщину.
— Господин, вы не волнуйтесь, — выдавила из себя Вэнь Вэнь, — я возмещу полную стоимость.
— Господин, вы не волнуйтесь, — выдавила из себя Вэнь Вэнь, — я возмещу полную стоимость.
Один из телохранителей за спиной господина Тулуна грубо оборвал ее:
Один из телохранителей за спиной господина Тулуна грубо оборвал ее:
— Легко сказать! Ты хоть представляешь, во сколько он обошелся?
— Легко сказать! Ты хоть представляешь, во сколько он обошелся?
— Этот костюм был сшит по спецзаказу ведущим дизайнером бренда и доставлен из-за границы, — упавшим голосом произнесла владелица магазина, глядя на Вэнь Вэнь. — Его цена – более ста пятидесяти тысяч юаней.
— Этот костюм был сшит по спецзаказу ведущим дизайнером бренда и доставлен из-за границы, — упавшим голосом произнесла владелица магазина, глядя на Вэнь Вэнь. — Его цена – более ста пятидесяти тысяч юаней.
Услышав эту цифру, Вэнь Вэнь почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног.
Услышав эту цифру, Вэнь Вэнь почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног.

Комментарии

Загрузка...