Вернувшись домой, Джеймс не стал сразу ложиться спать. Он включил компьютер и, глядя на то, как медленно загружается система, тут же захлопнул крышку.
Поздно уже, стучало два с половиной часа ночи. Спать, надо спать, жизнь дороже.
На следующий день первый луч солнца проник сквозь окно в комнату Джеймса и, скользя по краю кровати, медленно пополз на его одеяло.
Золотистое солнце упало на половину лица Джеймса, и его красивое лицо казалось таким умиротворенным и тихим.
Тук-тук-тук!
Раздался настойчивый стук в дверь.
Прежний безмятежный и спокойный лик мгновенно исказился злобой, и Джеймс с резким звуком сел на постели.
— Ублюдок, каков ублюдок прервал мой сладкий сон! — Джеймс уставился на содрогающуюся от ударов дверь, сбросил одеяло и разъяренно бросился к выходу.
Питер у порога как раз собирался постучать снова, как вдруг дверь распахнулась. Увидев внезапно возникшего перед ним помрачневшего Джеймса, он на мгновение растерялся.
— Э-э-э-э... Джеймс, уже десять часов, — немного испугавшись, Питер указал на свои часы и пробормотал он.
Джеймс закатил глаза и беспомощно произнес: — Ладно, я умоюсь, подожди немного. — Он вернулся в комнату, достал несколько чистых вещей и с полузакрытыми глазами направился в ванную.
Научная выставка Корпорации Оскор располагалась в одном из коммерческих зданий на востоке Куинса. Там демонстрировались научно-исследовательские достижения Корпорации Оскор в области биоинженерии.
Это не только привлекало интерес молодежи к науке и тягу к исследованиям, но также повышало репутацию и общественное одобрение Корпорации Оскор.
Подобное могло помочь корпорации привлекать более талантливых людей в будущем.
Заговорив о Корпорации Оскор, Джеймс вспомнил о своем отце, которого он почти не видел. Тот тоже работал в Корпорации Оскор, занимал должность научного руководителя, и статус у него, судя по всему, был немалый.
Правда, этого человека порой не удавалось застать даже за целый год, да к тому же мать вечно задерживалась на работе сверхурочно, из-за чего Джеймс одно время искренне считал себя плодом легендарной случайной любви.
Войдя в выставочный зал, Питер повел себя как сорвавшаяся с привязи дикая лошадь — его было не удержать. Схватив фотоаппарат, он принялся бегать повсюду и делать снимки для репортажа. Стоило Питеру войти в нужное состояние, как он погружался в него с головой, и стоило зазеваться хотя бы на секунду, как выяснялось, что в пустом выставочном зале ты остался совсем один-одинешенек.
Именно так, Джеймс и Питер разминулись.
Джеймс с мрачным выражением лица провожал взглядом изредка проплывавших мимо случайных зевак. Подобные сухие и скучные научные выставки привлекали лишь фанатичных любителей науки да парочки юных влюбленных, решивших поглазеть на диковинки.
Окинув все вокруг взглядом и не заметив Питера, Джеймс оставил попытки его отыскать.
Стоило признать, что Корпорация Оскор специализировалась на биотехнологий. Весь выставочный зал был заполнен самыми разными живыми существами в качестве экспонатов: в витринах копошилась причудливая живность.
А биология как раз являлась той сферой, в которую Джеймс углублялся меньше всего. Быть может, изучение биологии в определенной степени помогло бы ему в закалке тела Синей Дугой?
Тем временем Питер все еще был полностью погружен в мир фотографии, щелкая объективом крошечную мартышку.
Повернув камеру, чтобы сделать последний кадр, он наконец перевел взгляд на следующую витрину.
Африканский волчий паук.
Заметив, что внутри витрины нет ни единого животного, Питер с любопытством уставился на табличку с описанием.
— Куда делся волчий паук? Почему его нет? — не желая верить своим глазам, Питер продолжил высматривать в стеклянном шкафу паука, который мог где-нибудь спрятаться.
И он даже не подозревал, что прямо над его головой, по потолку, осторожно пробирается паук.
То ли потолок был слишком гладким, то ли паук зазевался, но он сорвался сверху и шмякнулся прямо на шею Питера. Напуганное создание рефлекторно впилось жвалами в кожу.
— А-ай... Сильно... — взвизгнул Питер, взмахнув рукой к шее, но ничего там не поймал, нащупав лишь покрасневший и вздувшийся бугорок.
— Черт побери, меня словно кто-то укусил.
Питер покрутил шеей, ощущая там жгучую боль, и почувствовал себя неуютно.
— Эй, Питер, я наконец-то тебя нашел! — Джеймс издалека заметил, как Питер стоит на месте, почесываясь, будто его всего обсыпало иголками.
— О, Джеймс! Черт побери, меня только что кто-то укусил, кажется, — Питер продемонстрировал Джеймсу укус на шее.
— Хм, тебя что, какое-то насекомое цапнуло? Выглядит довольно серьезно, может, помажешь какой-нибудь мазью? — с беспокойством глядя на покрасневший бугорок, предложил Джеймс.
По обычаю выходцев из Азии, при укусах насекомых всегда принято мазать места вроде бальзама или красного цветочного масла. Но на Западе все было иначе: укусили — значит, просто не повезло, и тащиться в больницу ради мази никто бы не стал.
— Не нужно, давай убираться отсюда, как насчет пойти пообедать? — Питер снова почесал шею и внес предложение.
— Конечно можно! Я знаю тут одно отличное место с барбекю, давай сходим? — Джеймс приобнял Питера за плечи, собираясь увлечь его за собой.
Правда, обнимая друга за плечи, Джеймс почувствовал нечто странное, хотя и не мог понять, что именно было не так.
— Пойдем быстрее, я уже жду не дождусь, когда отведаю ароматного мяса на гриле! — торопливо подгонял Питер, заставляя Джеймса отбросить замешательство.
— Ха-ха-ха, пошли, я угощу тебя как следует! — Джеймс притянул его еще крепче.
Сменился ночной мрак, забрезчил рассвет.
Рано ложиться и рано вставать — давняя привычка Питера. Не имея за душой выдающегося семейного положения, парень жил в строгой дисциплине.
Если бы не вчерашние долгие гулянки с Джеймсом, он бы ни за что не вернулся домой за полночь.
Питер оглядел свое отражение в зеркале, машинально поправляя прическу и растрепавшиеся со сна волосы.
Проведя столько времени рядом с красавчиком Джеймсом, он поневоле перенял у того толику лоска: следить за внешностью стало для Питера непреложным утренним правилом.
— М? — Питер с изумлением уставился на собственные глаза. Как не самый последний отличник в школе, он обладал характерными чертами многих зубрил.
А именно — очками. Без них Питер не то что не мог разглядеть предметы — для него даже увидеть просто какой-то силуэт было роскошью.
— Я... это... я могу видеть себя? — запинаясь, Питер прижался лицом к зеркалу, разглядывая каждый его сантиметр. Убедившись, что ему это не снится, он испытал легкое оцепенение.
Как это его зрение восстановилось? Почему?
Взгляд Питера оторвался от зеркала и скользнул по комнате. Каждый уголок, каждая мельчайшая деталь казались увеличенными в бесчисленное множество раз и словно растянутыми прямо перед его глазами.
Все было видно кристально четко.
Питер перевел взгляд на собственную подушку, и по мере того как он вглядывался, та в его глазах продолжала увеличиваться.
Пока он не разглядел переплетение нитей на наволочке.
— Ха! — Питер поспешно отвел взгляд, потер занывшие от напряжения глаза и с неверием уставился на собственные руки.
— Это... волоски на лапах волчьего паука? — он внезапно заметил изменения на коже рук. Прямо поверх узоров отпечатков пальцев густо росли волоски, точь-в-точь как у паука.
Острые зазубрины торчали из кожи, напоминая миниатюрные клинки.
— Я мутировал? — растерянно ощупывая себя, Питер резко сорвал с себя футболку, полностью обнажая торс перед зеркалом.
Вам доводилось слышать выражение: одетым кажешься худым, а раздевшись — мускулистым? Да, именно такое ощущение у него и возникло.
Широко раскрытыми глазами Питер с учащенным дыханием рассматривал свое отражение. Руки скользили по телу: от плеч к тыльной стороне ладоней, от ключиц к талии. Слегка рельефные мышцы наполняло ощущение скрытой силы.
— Я действительно мутировал? — Питер глядел на себя в зеркало, не зная, что и думать.
— Питер! Если немедленно не выйдешь, опоздаешь! — крик тетушки прервал его разглядывания.
— Иду, тетя, я уже бегу! — Питер подхватил футболку и, забыв даже причесаться, бросился к выходу. Но в самый момент открывания двери он обернулся и бросил взгляд на очки, лежавшие на тумбочке у кровати.
Хлоп!
Питер захлопнул дверь. Сегодня он обойдется без очков.
— Тетя, где мой бутерброд? Я поем по дороге! — на ходу перехватил приготовленный завтрак Питер и вытащил из тостера еще один кусок хлеба, запихнув его в рот.
Невнятно пробормотав: — Мр-м, я побежал!
— А Питер случайно не забыл очки? — пробормотала себе под нос тетя, глядя на то, как племянник в спешке уносится прочь.
— Эх, наверное, я просто старею. У Питера ведь такое сильное зрение упало, неужели он сам не заметил бы, если б вышел без них? — она покачала головой, отгоняя мысли о собственной старости.
Мчась по улице, Питер со свистом в ушах безудержно наслаждался ощущением ветра.
Раньше стоило ему пробежать пять минут подряд, как он уже задыхался от усталости. Теперь же он бежал почти десять минут, не только не чувствуя упадка сил, но даже ощущая готовность прибавить скорость.
Если бы на тротуарах не было столько прохожих и машин, он непременно испытал бы свой предел скорости.
— Эй, Питер, давненько не виделись! — едва переступив порог школы, Питер услышал знакомый голос Джеймса.
Хотя в обычное время они были лучшими друзьями, сейчас Питер был готов признать, что встреча с Джеймсом пугала его больше, чем появление завуча.
Джеймс считался в школе признанным рекордсменом по опозданиям. Его расчет времени базировался на погрешности менее чем в полсекунды — он гарантированно успевал добежать до школьных ворот аккурат на третьей минуте после окончания звонка.
В народе ходила шутка: встретить Джеймса означало, что ты уже опоздал. Можешь сбавить шаг, не торопясь плестись на урок, спешить больше некуда, ведь твое имя уже записано в журнале.
— Джеймс? Почему ты здесь? — глядя на сияющего улыбкой Джеймса, Питер выглядел глубоко удрученным.
Знал бы прикуп — побежал бы быстрее. И вообще, почему это он сегодня решил добираться до школы бегом? Разве он не должен был сесть на автобус? Что за дурь ударила ему в голову?
— С чего бы мне здесь не быть? Я вообще-то на учебу пришел, — с плутовской улыбкой глядя на потерявшего веру в жизнь Питера, Джеймс обнял его за плечи и утешил: — Питер, не бойся. Лучший способ победить страх — посмотреть ему в глаза.

Комментарии

Загрузка...