Выйдя из библиотеки, было чуть больше десяти часов. Цун Лин не знала, куда ей сейчас податься: идти в столовую было слишком рано, а пар в аудитории не было. Направление, куда ей следовало направиться, было полно неопределенности, точно так же, как и ее душа.
Лучше пойти в развлекательный центр!
Часто развлекательный центр служил ей отступным путем, единственным путем к отступлению.
Столько лет прошло, а она не продвинулась вперед — лишь топталась на месте, оставаясь там же в ожидании возвращения тетушки У, охраняя Ци Чжо и не смея разомкнуть руки.
Отпустить — разве это так легко!
Отпустить означало, что она останется абсолютно ни с чем!
Цун Лин усмехнулась, презирая собственное эгоизм.
Что же до недавней беспричинной вспышки гнева Линь Чжэнь в библиотеке, Цун Лин была о ней ни сном ни духом, да и узнавать не собиралась — ей было совершенно всё равно, как к ней относятся окружающие, ей было плевать. С самого детства она уже давно привыкла к тому, что люди вокруг нее проходили путь от незнакомцев до друзей, снова становились незнакомцами, а в конце концов начинали испытывать к ней отвращение. Практически без исключений. Поэтому у нее уже не оставалось сил спрашивать почему и пытаться кому-то что-то объяснять: для нее это было лишь вопросом времени, не более того.
Подойдя к школьным воротам, она столкнулась нос к носу с шедшей навстречу Тянь Цинся и несколькими другими одноклассниками, чьих имен Цун Лин не помнила. Вспомнив о той дружбе со старостой класса, что завязалась во время осенней прогулки, Цун Лин уже собиралась с ней поздороваться, но никак не ожидала, что, заметив ее, Тянь Цинся тут же неестественно отведет взгляд, совершенно не собираясь с ней разговаривать и даже стараясь держаться подальше. В глазах же остальных учеников, сопровождавших Тянь Цинся, читались подозрительность и неприязнь, так что Цун Лин пришлось проглотить застрявшее на языке приветствие.
Вспомнив недавнюю выходку Линь Чжэнь, Цун Лин про себя подумала: наверняка произошло что-то такое, о чем я ничего не знаю.
В своем кабинете в развлекательном центре Ци Чжо проверял бухгалтерские отчеты. У студентов уже начались занятия, поэтому днем в развлекательном центре было не так суетно.
Кто-то постучал в дверь, и на окрик Ци Чжо заходи вошел Ван Вэйань.
— Большой Ци, взгляни-ка на это. — Ван Вэйань протянул ему свой телефон.Ци Чжо убрал руку с ноутбука, взял телефон и стал пролистывать его сверху вниз. Судя по тому, как всё сильнее мрачнело его лицо, дело было серьезным. Нет, очень серьезным.
– Обязательно выясни, кто опубликовал этот пост.
Ци Чжо вернул телефон Ван Вэйаню.
– Хорошо.
Ван Вэйань повернулся и вышел.
Ци Чжо встал, подошел к бару, наугад достал бутылку алкоголя, открыл ее, взял перевернутый бокал и налил туда полбокала. Опрокинув голову, он осушил его до дна и налил еще полбокала.
Кто это так ополчился против Цун Лин?
Подобное случалось и раньше, но тогда все происходило в стенах средней и старшей школы, и в худшем жем случае судачили лишь о ее происхождении. Этот же пост был куда более злобным: в нем не только выдумывали всякие небылицы о ее семье, но и сочиняли грязные слухи о том, что она находится на содержании у богача. От этого просто распирало от ярости.
Ци Чжо залпом выпил вино из бокала, и как раз когда он наливал уже в третий раз, в дверь постучали.
– Войдите.
Цун Лин толкнула дверь и вошла, лениво плюхнувшись на диван.
Ци Чжо стоял у барной стойки и наблюдал за ней, пытаясь по выражению ее лица угадать, знает ли она об этом происшествии.
– Чего уставился? – спросила Цун Лин, поворачиваясь к Ци Чжо, который все это время неотрывно смотрел на нее.
– Хочешь выпить? – поинтересовался Ци Чжо.
– Не хочу.
– Что, не в духе? – с опаской спросил он.
– С чего бы? Просто немного клонит в сон.
– Тогда иди в спальню, поспи немного.
Цун Лин взглянула на часы: до начала дневных занятий оставалось еще три часа.
– Ладно, пойду вздремну.
Ци Чжо напомнил ей:
– Только не забудь переодеться в пижаму, прежде чем ложиться.
Цун Лин направилась в спальню и на ходу бросила:
– Знаю, у тебя же мания чистоты!
– Тьфу ты, ну прямо змея, которую согрел на груди! Я же о том, что в пижаме спать намного удобнее.
Цун Лин тихонько хихикнула, махнула рукой и скрылась в спальне.В спальне у стены стояли в ряд два белых шкафа в европейском стиле: один принадлежал Ци Чжо, а второй — ей.
С тех пор как Ци Чжо стал жить здесь, Цун Лин стала захаживать очень часто. После ухода тетушки У она часто спала здесь после обеда, а иногда, не желая возвращаться домой по вечерам, оставалась на ночевку. Именно поэтому, покупая гардероб, Ци Чжо специально взял две секции — по одной на каждого.
Цун Лин открыла шкаф, достала пижаму, переоделась, а затем вытащила собственную подушку и легкое одеяло — их Ци Чжо тоже приготовил специально для нее. Забота Ци Чжо никогда не выражалась в словах, она вся пряталась в мелочах.
Лежа на большой белой кровати в европейском стиле, она вдыхала легкий аромат мужского одеколона, освежающий и успокаивающий душу.
Ее взгляд упал на книжную полку в углу: книг на ней снова прибавилось — экономика, менеджмент, психология маркетинга...
На прикроватной тумбочке лежала еще одна. Цун Лин взяла ее, бегло пролистала и невольно остолбенела. Книга была прочитана уже на две трети, и к странице в конце каждой главы прилагался лист формата А4, исписанный от руки. Цун Лин бросила беглый взгляд: там содержались итоги текущей главы и краткий обзор предыдущей.
Она невольно подумала: если бы Ци Чжо всю свою нынешнюю усердность направил на учебу, он наверняка смог бы поступить в отличный университет.
Она осторожно вернула книгу на место, аккуратно поправила ее, словно к ней никто и не прикасался, а затем перевела телефон в беззвучный режим. Спать пока не очень хотелось, она просто лениво листала ленту в телефоне, попутно напоминая себе завести будильник перед сном.
Сама того не заметив, Цун Лин провалилась в сон.
Проспав неизвестно сколько времени, она постепенно пришла в себя и тут же подскочила на кровати. Схватив лежавший рядом телефон, она глянула на время — уже четыре часа дня.
Она потрепала себя по волосам: почему же не прозвенел будильник?
Заглянув в настройки, она поняла, что перед сном просто забыла его поставить, и в результате безнадежно пропустила дневную пару.
Эх... Цун Лин снова легла. Пропустила так пропустила, все равно уже ничего не исправить. Прямо как в поговорке: стоит чему-то ускользнуть, как оно уходит навсегда — как вот эта лекция, например.
На иконке WeChat висело уведомление о дюжине непрочитанных сообщений. Цун Лин открыла их — все они были от И Хань:
— Ты куда ушла?
— Почему не пришла на занятия?
— Ты опоздала или вообще прогуливаешь?
— Ответь мне!
— Почему никто не берет трубку?
Это было отправлено в два ноль пять, когда пара только началась. Спустя примерно двадцать минут, около половины третьего, И Хань написала снова:
— Не обращай внимания на те слова, пусть болтают что хотят!
— Ледяное Мороженое, неужели ты не понимаешь, что сейчас просто сбегаешь от проблемы?
— Я понимаю тебя, ты не смеешь взглянуть правде в глаза, да?
— Почему ты не отвечаешь на сообщения?
— Ты где? Дома? В развлекательном центре?
Еще через полчаса, ровно в три, И Хань прислала новые сообщения:
— Почему не отвечаешь?
— Занятия закончились.
— Ты где?
— Ледяное Мороженое, я знаю, что ты сейчас не хочешь никого видеть, я понимаю тебя, но если сидеть одной, на душе станет еще тоскливее.
Спустя еще несколько минут:
— Я пошла в библиотеку. Если захочешь с кем-нибудь поговорить, можешь прийти ко мне.
Прочитав все это, Цун Лин совершенно растерялась. Что все это вообще значит?!
От чего это я сбегаю?
Чему я не смею взглянуть в глаза?
И с чего это мне тоскливо?
Цун Лин презрительно усмехнулась, но все же задумалась: с чего бы И Хань писать ей такое?
Вспомнив дневное поведение Линь Чжэнь и Тянь Цинся, она еще тогда подумала, что что-то могло произойти. А раз во второй половине дня И Хань прислала ей подобные сообщения, значит, и вправду что-то случилось.
Да и плевать! Наверняка очередные выдуманные сплетни из ничего.

Комментарии

Загрузка...