Только закончили завтрак, как зазвонил дверной звонок. Фэн Цзин в испуге бросилась открывать дверь.
— Товарищ Фэн Хуай, вы наконец-то пришли!
Открыв дверь и увидев родного дядю, Фэн Цзин тут же расплылась в улыбке.
Стоявший на пороге Фэн Хуай улыбнулся:
— Шалунья. А госпожа Цинь дома?
— Дома, дома!
Фэн Цзин забрала у Доктора Фэн сумку, громко крикнула вглубь квартиры, а затем втащила своего дядю внутрь за руку.
— Цинь Си, мой дядя пришел, иди скорее встречай!
Цинь Си с обреченным видом подошла к Фэн Хуаю и глубоко поклонилась:
— Доктор Фэн, вы так утруждали себя. Зачем было еще самому ехать сюда...
На самом деле, тебе вообще не нужно было приезжать!
— Госпожа Цинь, не церемоньтесь. Вы подруга Цзинцзин, а Цзинцзин — моя племянница, так что это само собой разумеется. Прошу вас, не будьте столь чужой.
Кто тут чужой, она самая что ни на есть чужая!
Да она вообще не хочет лечиться, понимаете? А он еще приперся прямо к ней домой!
— Госпожа Цинь, на самом деле я сегодня пришел не как врач, а скорее как друг... — улыбнулся он ей, когда они уселись.
Цинь Си аж передернуло от ужаса. Друг?
С каких это пор они стали друзьями? Что, решили, что близкий друг на краю света — все равно что сосед за стеной?
Заметив выражение лица Цинь Си, Фэн Хуай лишь улыбнулся:
— Госпожа Цинь, не могли бы вы объяснить, почему вы не хотите лечиться в больнице?
— Почему же не хочу? Просто сейчас у меня есть кое-какие неотложные дела, обязательно пойду, чуть позже, — тоже выдавила улыбку Цинь Си.
— Вы имеете в виду, что не отвергаете эту мысль?
— Угу, не отвергаю. — Цинь Си продолжала улыбаться. Правда, улыбка получалась все более вымученной.
— Вот и отлично. — Доктор Фэн с довольным видом кивнул, а затем, словно показывая фокус, извлек из стоявшей позади него сумки какой-то пакет.
Цинь Си с любопытством скосила глаза и тут же окаменела, а ее лицо чуть не рассыпалось на мелкие кусочки.
Полный пакет! Там были лекарства, самые настоящие лекарства!
— Я прихватил кое-какие медикаменты. Попринимайте пока их, посмотрим на реакцию организма. Хотя лечение требует времени, вам и самой нужно беречь себя, особенно следите, чтобы не было простуды или жара — иначе возникнет угроза.
Послушайте, уважаемый доктор Фэн, вы можете пожелать мне чего-нибудь хорошего?
Цинь Си нахмурилась, глядя на яркое солнце за окном: в такую жару умудриться простудиться — это надо быть уникумом.
С остывшим лицом Цинь Си приняла из рук доктора пакет, сгорая от желания выбросить его в мусорное ведро прямо на глазах у этих двоих по фамилии Фэн.
— Цинь Си, предупреждаю тебя, мой дядя с таким трудом добыл эти лекарства в больнице специально для тебя! Если посмеешь хоть что-то растратить, смотри, я затачу нож! — пригрозила ей Фэн Цзин.
— Ни за что, ни за что, я абсолютно ничего не потрачу! Строго буду следовать указаниям врача: скажут выпить девяносто девять крупинок — ни за что не ограничусь девяносто восемью!
Фэн Хуай приподнял бровь:
— На самом деле все не так страшно и не так уж много. На каждой коробочке я написал, сколько раз в день принимать и какова разовая доза. Вам не стоит так бояться, просто коробки сами по себе крупные, вот и пугают.
Цинь Си держала пакет так, будто в руках у нее была раскаленная картофелина, думая про себя: дело вовсе не в коробках, это сами врачи здесь те еще пугающие личности.
— Хорошо, я во всем разберусь. У доктора Фэн есть еще какие-нибудь дела?
Если никаких дел нет, то валили бы вы отсюда, уважаемый.
— Вообще-то дела есть...
Да если есть, так катитесь уже! Быстрее катитесь!
— Но Цзинцзин сказала, что раз я оказал вам такую огромную услугу, вы мне невероятно благодарны и обязательно пригласите меня на обед. Ну, а поскольку от такой щедрости трудно отказаться, я решил остаться и исполнить это ваше скромное желание!
Э-э-э...
Фэн Цзин ошеломленно уставилась на своего дядюшку, доктора Фэна. Когда это она говорила ему такое?
И почему у нее всё не покидало смутное ощущение, что в присутствии Цинь Си ее почтенный дядя ведет себя как какой-то прожженный нахал?
Или ей всё это мерещится?
Переведя взгляд на Цинь Си, чье лицо из выражения лица человека, съевшего горькую тыкву, превратилось в физиономию страдающего запором, Фэн Цзин поняла, что в ситуации с озвученным дядей «отказом от гостеприимства» она теперь не может ни согласиться, ни отказаться.
— Не слишком ли сильно мы стесним вас по времени?
Стесним же, правда ведь стесним?
— Хотя время и будет потрачено, но ведь вы — подруга Цзинцзин, я просто обязан оказать вам такую честь.
— Если это так обременительно, тогда не стоит, в другой раз как-нибудь.
— Ничего страшного, ради такого дела можно и потесниться, тем более что сюда я уже и так приехал.
— ...
За обедом Цинь Си тупо смотрела на стоявшую перед ней еду и лихорадочно соображала, в какой именно момент всё пошло наперекосяк.
Она же помнила, как во время их первой встречи этот самый доктор Фэн был таким робким и застенчивым... Как же так вышло... Не слишком ли крутой поворот?
По поводу этого «вынужденного» проявления гостеприимства Цинь Си не стала высказываться слишком резко.
Раз уж её принудили, можно считать, что она осталась должна человеку услугу — так пусть лучше возвращает долг сразу, чтобы потом не возникало лишних хлопот.
— Не знаю, пришлись ли доктору Фэну по вкусу здешние блюда? — Цинь Си натянула на лицо любезную улыбку.
— Вкуса многовато, а сами вы готовить умеете?
Место для обеда выбирала Фэн Цзин, это был корейский ресторан, и для дяди-доктора здешняя еда и впрямь казалась тяжеловатой.
— Э-э... Немного умею, — смущенно ответила Цинь Си, чувствуя, что снова сделала шаг в ловушку охотника.
— Был бы счастлив отведать.
Цинь Си оказалась абсолютно права: это была самая настоящая ловушка.
— В другой раз... — голос Цинь Си звучал тихонько, она надеялась, что у этого дядюшки Фэна внезапно разовьется тугоухость или заложит уши, и он ничего не расслышит.
— Договорились, значит, решено.
К сожалению, как бы тихо она ни говорила, он все равно всё услышал.
Цинь Си: — ...
— Цинь Си, я знаю тебя столько времени, а ты еще ни разу не готовила мне еду! Предательница, променяла подругу на мужика! — неожиданно с возмущением завопила сидевшая рядом Фэн Цзин.
Семья Фэн Цзин, судя по всему, жила очень счастливо, поскольку избалованности в девушке было хоть отбавляй. Нисколько не смущаясь тем, что Цинь Си и Шэнь Нинъюань состояли в самых что ни на есть официальных отношениях, она нагло пыталась увести парня из семьи.
За такие дела среди бела дня и молнией пришибить может.
— Послушай... — Цинь Си попыталась объясниться, но Фэн Цзин ее перебила:
— Всё, я ничего не хочу слышать! Сегодня я домой не возвращаюсь, буду жить у тебя. Нет, я буду жить здесь очень долго! Обязательно должна попробовать твою стряпню раньше своего дядюшки, да еще и съесть побольше — только так можно доказать, что наши с тобой отношения крепче!
Жить здесь?
Цинь Си подумалось: возможно, если Фэн Цзин поживет у нее какое-то время, им с Шэнь Нинъюанем не будет так неловко друг с другом. К тому же, если Госпожа Шэнь снова заявится на порог, с ее-то ненавистью к несправедливости, Фэн Цзин уж точно не позволит ей обидеть хозяйку.
И всё же, если Госпожа Шэнь начнет трепать нервы, а Фэн Цзин устроит скандал... Цинь Си все равно сомневалась в затее. Поэтому она осторожно заметила:
— Но тебе ведь нужно ходить на учебу.
— Пустяки, я же на машине. Твой дом от нашего университета совсем не далеко.
Только сейчас Цинь Си поняла, насколько же похожи характеры этого дяди и племянницы!
Ну ладно, что тут еще возразишь?
Фэн Хуай все это время мягко улыбался; пусть в нем и не было той ослепительной красоты, что сражала наповал с первого взгляда, как у Шэнь Нинъюаня, но от него веяло таким же теплым весенним ветерком.
После обеда доктор Фэн наконец удалился, а Фэн Цзин усадила Цинь Си в машину, и они вдвоем отправились в торговый центр неподалеку. Девица собиралась купить кое-какие предметы первой необходимости прямо на месте — по ее спешке можно было догадаться, как сильно ей не терпелось обосноваться на новом месте!
А тем временем Шэнь Нинъюань, едва закончив дела на работе, поспешил домой, однако вернувшись, обнаружил, что квартира пуста.
Вообще-то было уже довольно поздно. Чтобы освободить время для совместной поездки с Цинь Си, Шэнь Нинъюань в последнее время работал за двоих, так что домой он добрался уже после семи.
К счастью, Цинь Си должна была скоро вернуться, вот только он никак не ожидал, что за ней по пятам заявится барышня по имени Фэн Цзин.
Шэнь Нинъюань поднялся с дивана и шагнул навстречу, чтобы забрать у девушек пакеты:
— Вы уже поужинали?
Цинь Си из вежливости отпустила ручки пакета, а вот девица Фэн оказалась куда менее сговорчивой.
— Эй, полегче! Руки убрал, кто тебе разрешал прикасаться?
Цинь Си молча скинула сумочку с плеча. Пожалуй, решение Фэн Цзин пожить у нее было вполне правильным — глядя на потерянное лицо Шэнь Нинъюаня, она испытывала какое-то странное злорадное удовлетворение.
Поскольку Фэн Цзин училась уже на третьем курсе и парней у нее было немного, свободного времени оставалось всё больше, и проводила она его неизменно с Цинь Си.
Шэнь Нинъюаню же приходилось несладко: днем он пропадал на работе, а когда возвращался домой, Цинь Си либо сидела с Фэн Цзин в кабинете, читая романы или играя в картёжные игры, либо они вдвоем оккупировали диван в гостиной за просмотром фильмов.
В женский мир ему было не пробиться.
Более того, теперь он не мог даже нормально поужинать с Цинь Си после возвращения с работы.
Потому что чаще всего в такие моменты вперед выступала Фэн Цзин и заявляла:
— А мы уже поели.
Это было чистейшей воды проволоканство и издевательство, но, видя, что присутствие этой егозы поднимает Цинь Си настроение, Шэнь Нинъюань даже не пытался вступать в пикировку.
Тем не менее, он явно недооценивал глубину женской вредности. За те пять дней, что Фэн Цзин прожила у Цинь Си, она под самыми разными предлогами умудрилась в самых разных уголках квартиры «случайно» пнуть Шэнь Нинъюаня одиннадцать раз, «случайно» толкнуть три три раза, «случайно» запустить в него предметами семь раз и «случайно» облить водой шесть раз.
Закончив очередную такую пакость, Фэн Цзин неизменно отпрыгивала в сторону, стремглав неслась к Цинь Си, а затем с макксимально искренним видом принималась извиняться:
— Ой, прости! Прости ради бога, у меня просто глаза слепые!
Порой вдобавок она еще изображала жест, будто пытается выковырять себе оба глаза.
После череды подобных проволовок Шэнь Нинъюань вывел для себя абсолютную истину.
Настоящему мужчине стерпится — слюбится, а вспыльчивость — враг великих дел.
Поэтому на шестой день проживания Фэн Цзин в их доме, узнав расписание девицы и выяснив, что утром у нее пары, Шэнь Нинъюань снова среди бела дня сорвался с работы домой.
Иначе у него просто не было бы ни шанса побыть с Цинь Си наедине.
При их нынешнем хрупком равновесии, если затягивать дальше, обязательно произойдет какой-нибудь непредвиденный срыв.
— Почему вернулся? Забыл что-то?
В те дни, когда у Фэн Цзин не было пар, в это время суток они с Цинь Си обычно заседали в кабинете. Сегодня же, оставшись одна, Цинь Си заскучала, так что Шэнь Нинъюань застал ее сидящей на диване с пультом в руках — она безучастно щелкала каналы.
Не ожидавшая его появления Цинь Си в первые секунды просто растерялась, не зная, какое выражение лица принять. Впрочем, времени на раздумья не оставалось, и она с бесстрастным видом тихо бросила:
— Нет. Воспользовался тем, что твоя маленькая подружка ушла на учебу, хочу поговорить.
Вспомнив, через какие унижения прошел Шэнь Нинъюань за эти дни, Цинь Си не выдержала и хихикнула.
То ли Шэнь Нинъюань уже слишком давно не видел улыбки Цинь Си, то ли что еще, но этот её совершенно обычный смешок вдруг показался ему исполненным такой живой энергии, словно перед ним снова предстала та самая девушка, которую он встретил впервые — всегда улыбчивая, говорливая и способная довести любого до полного ступора.
А взглянув на сегодняшнюю Цинь Си, Шэнь Нинъюань почувствовал, как сердце в груди отчаянно защемило.
Подавив горечь, он подошел к Цинь Си и присел перед ней на корточки.
— Цинь Си, ты помнишь, я говорил тебе про поездку? — прямо спросил он.
Цинь Си перевела взгляд на телевизор:
— Помню, а что?
— Послезавтра мы уезжаем, собирайся за эти два дня.
Лицо Шэнь Нинъюаня было сосредоточенным, казалось, он всё тщательно обдумал и теперь ужасно торопился.
Она кивнула:
— Хорошо.
Но тут же снова отвернулась к экрану.
Она ведь прекрасно понимала: в таких делах одного лишь энтузиазма мало, пока нет согласия Госпожи Шэнь.
Иллюзий она давно не питала.
Правда, она не знала, что на этот раз Шэнь Нинъюань настроен серьезно. Уже на следующий день он отправился в родовое поместье.
Поприветствовав Госпожу Шэнь как обычно, Шэнь Нинъюань сразу перешел к делу:
— Бабушка, послезавтра я уезжаю за границу, вернусь нескоро, берегите себя.
— Один? — подозрительно прищурилась Госпожа Шэнь.
— Вместе с Цинь Си.
Поразмыслив, Шэнь Нинъюань решил не скрывать правду.
Шэнь Нинсюань машинально бросила взгляд на лицо Госпожи Шэнь. Предсказуемо: бабушкино лицо тут же окаменело, и только что относительно спокойная атмосфера в комнате вмиг накалилась до предела.
— Бабушка, я пообещал это Цинь Си давным-давно, вы же не хотите, чтобы я нарушил свое слово перед человеком!
Госпожа Шэнь фыркнула: по ее мнению, нарушить данное кому-то слово было куда меньшим злом, чем лишний день общения ее внука с этой девицей.
— Захотелось ей — пусть едет сама, зачем ты-то ей нужен? Ты такой занятой, в компании дел по горло.
— Бабушка, все дела в компании уже улажены. Как раз выдалась свободная минута, я и сам хочу немного отдохнуть. — Голос Шэнь Нинъюаня звучал смиренно, но тон не допускал возражений.
Однако Госпожа Шэнь уперлась еще сильнее:
— Я не даю своего согласия. Если поедешь, можешь больше не называть меня бабушкой.
Старуха нервно перебирала пальцами резное навершие трости, затем гневно фыркнула и поднялась с дивана, покидая гостиную. Заметив это, Фэн Ин тут же вскочила на ноги, подбежала поддержать ее и помогла подняться наверх.
Шэнь Нинъюань с тяжелым вздохом посмотрел вслед удаляющейся бабушке, но уходить не стал. Он остался сидеть в гостиной, лихорадочно соображая, как быть дальше. Впрочем, придумывать план ему в итоге не понадобилось — кто-то уже сделал это за него.
Неизвестно когда оказавшаяся перед ним Фэн Ин явно подготовилась заранее. Стоило ей заговорить, как она выдала:
— Нинъюань, я могу помочь тебе уговорить бабушку.
Шэнь Нинъюань поднял глаза на закусившую губу Фэн Ин, помолчал пару секунд и спросил:
— Каковы твои условия?
Лицо Фэн Ин заметно побледнело, она теребила пальцы, словно нервничая — реакция Шэнь Нинъюаня оказалась одновременно и ожидаемой, и неожиданной для нее.
— Я помогу сделать так, чтобы бабушка отпустила тебя в поездку с Цинь Си. Мое условие — я еду с вами.
— Исключено, — мгновенно отрезал Шэнь Нинъюань.
— Можешь подумать. Если откажешься, вы с Цинь Си никуда не поедете.
Брови Шэнь Нинъюаня сошлись на переносице.
Фэн Ин, однако, не отступала:
— Не бойся, я не собираюсь вам мешать. Просто у меня никогда не было возможности попутешествовать, вот и захотелось съездить с вами, посмотреть мир.
— Если тебе просто хочется попутешествовать, я всё организую, езжай куда пожелаешь, — жестко ответил он.
— Нет, я никогда не выезжала из дома одна, я поеду именно с вами. — Заметив мрачное выражение лица Шэнь Нинъюаня, она тут же добавила: — Ладно, бабушка говорила, что хочет к вечеру суп из семян лотоса, я пойду на кухню помогу тетушке приготовить. А ты пока подумай над моим предложением.
С этими словами Фэн Ин зажатой, неестественной походкой вышла из гостиной. В ту самую секунду, когда она отвернулась, из ее груди вырвался тяжелый вздох — на самом деле внутри нее все дрожало от неуверенности.
Она знала: за исключением того, что старуха к ней в общем-то неплохо относится, по сравнению с Цинь Си она — пустое место.
Но козырной карты достаточно и одной. Если хватит ума разыграть ее правильно, этой карты ей хватит на всю жизнь, так она считала.
Пока Шэнь Нинъюань курил одну сигарету за другой на балконе, Госпожа Шэнь наконец спустилась со второго этажа.
Фэн Ин налила старухе пиалу супа из лотоса, и лишь когда та опустошила всю порцию и собралась попросить добавки, Шэнь Нинъюань подал голос:
— Бабушка...
— Если хочешь завести разговор о Цинь Си, можешь даже не начинать, слушать не стану.
Стоило ему открыть рот, как бабушка оборвала его на полуслове, загнав слова обратно в горло.
Мрачный Шэнь Нинъюань молча затворил рот и больше не произнес ни звука.
— Бабушка... — подала голос Фэн Ин.
— Раз уж Нинъюань так хочет поехать, отпустите его.
Она легко погладила старуху по руке, изображая предельную послушность.
— Инъин, ты... — озадаченно подняла брови та.
— Бабушка, ну какая редкая возможность! Разве плохо немного развеяться? Я бы тоже не отказалась, да вечно не выпадает шанса, а у них такая поездка срывается — разве не обидно? К тому же, если вы запретите ему ехать, он ведь всё равно будет тосковать.
Разве человеческая натура не устроена именно так?
Больше всего людей тянет именно к тому, чего им не дают.
Стоит начать запрещать что-то — и эффект неизменно окажется противоположным.
Слова Фэн Ин попали точно в цель. В таком большом семействе бывалая Госпожа Шэнь прекрасно понимала эту нехитрую истину.
— Ладно, считай, что я согласилась. Но с одним условием: берете с собой Инъин.
Шэнь Нинъюань нахмурился.
Конечно же, бабушка заметила его реакцию, но решение, судя по всему, было принято окончательно:
— Либо берете Инъин, либо не едете вовсе.
Только стихло эхо ее слов, как с улицы вернулась Шэнь Нинсюань.
Заметив ее, Шэнь Нинъюань немного помедлил, а затем медленно произнес:
— Раз уж ехать, то пусть и Нинсюань собирается!
Может, хоть так удастся окончательно избавиться от этой ненормальной барышни Фэн.
Шэнь Нинсюань ошеломленно хлопала глазами.
— У твоей сестры свои планы, зачем она тебе там сдалась? — старуха уступать не хотела.
— Бабушка, это моя последняя уступка.
Голос Шэнь Нинъюаня звучал жестко — он и так уже шел против воли бабушки дальше некуда.
Вникнув в суть дела, Шэнь Нинсюань почувствовала, как в голове зарождается какое-то нехорошее предчувствие.
Она и сама толком не могла объяснить, почему, но когда бабушка с братом уладили все вопросы, она воспользовалась моментом и украдком настрочила Цинь Си длинное сообщение, в котором вкратце описала всю подоплеку конфликта. Смысл сводился к тому, чтобы Цинь Си вошла в положение ее брата, а заодно успокоилась: раз она, Шэнь Нинсюань, тоже едет, то Фэн Ин точно не удастся чинить беспредел и измываться над Цинь Си.
Сообщение вышло настолько длинным, что отправлять его пришлось в два приема. Отослав текст, Шэнь Нинсюань вернулась в гостиную и бросила взгляд на брата — лицо Шэнь Нинъюаня было страшнее тучи.
Будь она на месте Цинь Си, подумалось ей, ни за что бы на такое не согласилась!
Но главное — о чем вообще думал ее брат? Как он мог дать согласие на такую безумную авантюру? Шэнь Нинсюань даже боялась представить себе, во что превратится их поездка, когда все четверо окажутся заперты вместе.

Комментарии

Загрузка...