Когда они прибыли в Юэши, было лишь начало двенадцатого дня.
Стоило им сойти с самолета, как у Чжоу Юя зазвонил телефон. Звонил Е Жунсян.
— Алло, капитан Е?
Е Жунсян на том конце провода не стал тратить время на приветствия и сразу выпалил: — Го Хао и его сын мертвы.
Чжоу Юй нисколько не удивился такому исходу.
Го Хао и Го Цзыцзе совершили столько злодеяний, что полностью растратили всю добродетель, оставленную им предками.
Лишившись золотого сияния добродетели и погубив столько невинных девочек, они были обречены. Чжоу Юю даже не нужно было слушать Е Жунсяна, чтобы представить, какой жуткой смертью умерли отец с сыном.
Когда Го Цзыцзе снова пришел в себя, он уже находился в полицейском участке. Вскоре туда же доставили и его отца, Го Хао.
Глядя на неопровержимые улики, которые один за другим выкладывали полицейские, отец и сын окончательно пали духом. Они во всем сознались, даже не дожидаясь расспросов Е Жунсяна.
Их преступлениям не было числа. Когда они во всем сознались, в полицейском участке поднялся настоящий переполох.
В общей сложности отец и сын довели до смерти более двадцати несовершеннолетних девочек, а число их совершеннолетних жертв и вовсе не поддавалось счету.
Е Жунсян долго смотрел на Го Хао и Го Цзыцзе покрасневшими от ярости глазами, изо всех сил пытаясь подавить бушующее внутри желание убить их на месте.
После этого он приказал временно запереть Го Хао и Го Цзыцзе под стражу.
Так их и распределили по двум раздельным камерам.
Спустя два часа дежурный полицейский понес им еду. Стоило ему приоткрыть дверь, как в нос ударил резкий, удушливый запах крови.
Увидев то, что творилось внутри, даже бывалый полицейский, повидавший немало трупов на местах преступлений, не выдержал. Он зажал рот рукой и зашелся в сильном рвотном позыве.
В запертых комнатах Го Хао и Го Цзыцзе подверглись «тысяче порезов» — жестокой казни линчи. Срезанная кусками плоть устилала пол, а вырванные кишки и внутренности были разбросаны повсюду.
Обглоданные добела кости были раздроблены и валялись по углам.
— Судмедэкспертиза установила, что Го Хао и Го Цзыцзе резали заживо, — глухо произнес Е Жунсян. — Когда им вырывали кишки, они, скорее всего, еще дышали.
Е Жунсян умолчал об одной детали, которая была слишком омерзительной, чтобы произнести ее вслух: детородные органы отца и сына изрубили в фарш и запихали им же в рты.
Выслушав его, Чжоу Юй промолчал.
Честно говоря, узнав о такой участи мерзавцев, он почувствовал лишь глубокое удовлетворение.
Спустя мгновение Чжоу Юй произнес: — Вы ведь смотрели мою трансляцию? У Минь и остальные девушки были полны такой лютой злобы, что ни за что не отпустили бы Го Хао и Го Цзыцзе просто так. Пусть на этом все и закончится. Сейчас я пришлю вам одну фотографию. Обойдите с ней обе камеры — помогите мне отправить их души в преисподнюю.
— Хорошо, я понял, — ответил Е Жунсян.
Он действительно видел трансляцию. Сердце его обливалось кровью при мысли о том, через что пришлось пройти этим бедным девочкам, и он искренне желал помочь им обрести покой.
Повесив трубку, Чжоу Юй отправил Е Жунсяну фотографию ритуального жетона.
Получив снимок, Е Жунсян направился в камеры, где встретили свою смерть Го Хао и Го Цзыцзе.
Он не мог этого видеть, но обе комнаты были заполнены призраками девушек с жуткими, искаженными лицами. Однако бушевавшая в них злоба теперь заметно утихла.
Е Жунсян поднял телефон и показал экраном в пустоту комнат фотографию жетона.
В то же мгновение все вокруг переменилось. Поднялся яростный вихрь, температура резко упала на несколько градусов, повеяло пронизывающим до костей холодом.
Прямо посреди комнаты соткались врата преисподней.
Хоть Е Жунсян и не видел их, он отчетливо ощутил их присутствие.
Он выпрямился и отдал честь пустой комнате.
— Простите, что мы не смогли защитить и спасти вас. Надеюсь, в следующей жизни вы переродитесь в счастливых семьях и проживете долгую, мирную и радостную жизнь.
Услышав его напутствие, призраки девушек слабо улыбнулись и одна за другой шагнули в открытые врата.
Сидевший в такси Чжоу Юй внезапно что-то почувствовал в груди.
— Что случилось? — спросил Ван Ян, заметив, как Чжоу Юй прижал руку к груди.
Чжоу Юй с улыбкой ответил: — Они ушли. Отправились на суд в преисподнюю.
Немного помолчав, Ван Ян спросил: — А те двое... какое наказание их ждет?
— Не знаю. Но там правит Судья, а у него не бывает несправедливых приговоров, — отозвался Чжоу Юй.
Ван Ян кивнул и больше не проронил ни слова.
Они ехали больше часа,и прибыли в небольшую деревушку в глуши。
Выйдя из машины, Ван Ян попросил таксиста подождать их и повел Чжоу Юя в глубь деревни.
— Этот человек — одинокий старик. Полжизни скитался на чужбине и только год назад вернулся в родные края, — на ходу рассказывал Ван Ян о подозреваемом.
Деревушка была совсем крошечной, дворов на двадцать. Вскоре они подошли к нужному дому.
Во дворе небольшого дома Чжоу Юй увидел мужчину — щуплого, сгорбленного старика, который возился на грядках.
— Ну как? — негромко спросил Ван Ян.
— Ничего. Скорее всего, это не он, — ответил Чжоу Юй.
Возле старика было чисто — никаких призраков.
Ван Ян кивнул, и они ушли.
Проведя в такси еще около трех часов, Ван Ян привез Чжоу Юя к какому-то заводу.
— А здесь сторожем работает еще один старик. На него у меня больше всего подозрений, — поделился Ван Ян.
Чжоу Юй кивнул.
Ван Ян привел его к заводу металлоконструкций «Банхуэй».
— Вы кто такие? Чего высматриваете? — спросил вышедший навстречу пожилой сторож, заметив, как Чжоу Юй и Ван Ян оглядываются по сторонам.
На вид старику было за шестьдесят, виски его полностью поседели, а лицо избороздили глубокие морщины.
Чжоу Юй промолчал. Его взгляд приковала фигура за спиной старика — там стояла девочка лет пятнадцати-шестнадцати.
Ее окутывала плотная черная дымка. Живой она точно не была.
Заметим выражение лица Чжоу Юя, Ван Ян внутренне обрадовался и спросил: — Видишь кого-то?
Чжоу Юй сначала кивнул, но затем покачал головой.
— То киваешь, то головой качаешь... Так что ты там увидел? — озадачился Ван Ян.
Сторож, заметив их странное поведение, насторожился. Он вернулся в будку охраны и взял резиновую дубинку.
Чжоу Юй проигнорировал вопрос Ван Яна и подошел ближе к будке.
— Как тебя зовут? — спросил он у призрака девочки.
Девочка, стоявшая с опущенной головой, вскинула взгляд на Чжоу Юя и изумленно спросила: — Ты меня видишь?
Чжоу Юй кивнул: — Вижу. Кто ты и почему ходишь за ним по пятам?
Сторож уставился на Чжоу Юя как на умалишенного.
Он совершенно не понимал, с кем этот парень разговаривает в пустом пространстве.
— Вы кто вообще такие? Если сейчас же не объяснитесь, я вызову полицию!
— Тебя зовут Цяо Наньнань? — спросил Чжоу Юй.
Лицо сторожа мгновенно побелело. Он резко повернулся к Чжоу Юю: — Какая еще Цяо Наньнань?! Где она?!
— Она стоит прямо здесь. Говорит, что она ваша внучка. Это ведь так, уважаемый Цяо Айго? — спросил Чжоу Юй у старика.
Цяо Айго в упор уставился на Чжоу Юя, его взгляд лихорадочно метался: — Кто ты такой на самом деле?
Ван Ян, почувствовав, что дело принимает серьезный оборот, достал и предъявил свое полицейское удостоверение.
Цяо Айго окинул Ван Яна и Чжоу Юя долгим взглядом, после чего негромко произнес: — Заходите внутрь, там поговорим.
Рядом с будкой охраны находилась небольшая пристройка — здесь Цяо Айго обычно и жил.
— Вы пришли расспросить об исчезновении моей внучки? — спросил Цяо Айго.
Ван Ян перевел взгляд на Чжоу Юя. Тот ответил: — И да, и нет. Мои глаза видят призраков. И прямо сейчас я вижу рядом с вами вашу внучку, Цяо Наньнань.

Комментарии

Загрузка...