Глава 1

Глава 1. Запоздавшая Система[Обнаружена сигнатура души. Авторизация завершена][Добро пожаловать, Избранный Безмолвия номер 233][Инициализация Системы...][Система успешно загружена][Цель данной Системы: улучшение жилищных условий носителя, повышение качества духовных развлечений и формирование идеальной жизни][Все функции Системы предоставляются абсолютно бесплатно. Никаких микротранзакций. Остерегайтесь любых форм мошенничества и просьб о пополнении счета][Разумно распределяйте свое время и наслаждайтесь здоровой жизнью][Желаем вам приятного дня!]Лу Бань, застывший у самых ворот шумной киностудии, растерянно моргнул. Только что его сценарий завернули в шестой раз подряд, и он уже собирался уходить, как вдруг буквы на страницах — классический текст из его родного мира — начали искажаться. Свинцовые строчки выкручивались, изгибались, словно живые черви, формируя совершенно новый, пугающе аккуратный печатный узор.Клац-клац-клац...Словно невидимая печатная машинка сама собой отбивала ритм на бумаге, выплевывая безупречно ровную строку: «Сплошная работа и отсутствие развлечений делают Джека скучным малым...»«М?» — мысленно удивился Лу Бань, с трудом отрывая взгляд от собственного сценария, который он будто бы «написал».Он огляделся. Вокруг кинопавильона кипела жизнь: деловито сновал персонал, непрерывным потоком тянулась массовка в самых немыслимых исторических и фантастических костюмах, кто-то громко ругался в рупор. Но когда парень снова посмотрел на листы, чужеродный текст никуда не исчез.Это не было галлюцинацией от усталости.Спустя долгих три месяца после того, как он очутился в этом параллельном мире, Лу Бань наконец-то обрел свой «золотой палец» — свой системный чит.Что до переселения душ, что после — Лу Бань всегда считал себя самым обыкновенным человеком. У него не было девушки, он не курил, алкоголь употреблял лишь по праздникам и в гомеопатических дозах. Он прилежно отучился, плыл по течению размеренной жизни, тщательно оберегал свой внутренний покой, не гнался за мнимыми победами, не тонул в тревогах и уж тем более не наживал себе кровных врагов, из-за которых пришлось бы лишаться сна.Лу Бань считал себя образцом абсолютной нормы. Единственной его настоящей страстью был кинематограф. Герои на серебряном экране никогда не были «обычными», даже если играли мелких уличных торговцев. У каждого за душой скрывалась своя, особенная, захватывающая [История]. И обычный парень Лу Бань всегда отчаянно им завидовал.Этот мир был похож на его прежний, но словно отраженный в кривом зеркале. Некоторых великих произведений искусства здесь никогда не существовало, другие изменились до неузнаваемости. Говоря языком интернет-романов, это был «идеальный мир для плагиатора-попаданца».Вот только чита у него тогда не было.Опираясь на остатки знаний после театрального вуза в прошлой жизни и феноменальную память, он от руки восстановил несколько культовых сценариев, порвавших кассу в его родном мире. И сделал это вовсе не из тщеславия. Он не планировал вламываться в шоу-бизнес с ноги и занимать трон повелителя развлечений. Лу Бань просто до одури любил хорошее кино. Ему казалось преступлением, что этот мир никогда не увидит тех великих шедевров.Но его карьера благородного плагиатора разбилась о суровую реальность в первые же дни.Во-первых, память человеческая не идеальна, и его сценарии не были стопроцентными копиями. Во-вторых, то, что вызывало экстаз у публики в одном мире, совершенно не обязательно должно было «выстрелить» здесь. Ну и в-третьих, он был всего лишь желторотым выпускником без связей. В индустрии, где даже имена топовых авторов веб-новелл безжалостно кромсают и переписывают маститые сценаристы, у такого новичка не было ни единого шанса даже переступить порог.После череды унизительных отказов Лу Бань пошел ва-банк и выбрал жанр классического мистического триллера — надеялся, что хоть мрачная атмосфера зацепит какого-нибудь нишевого режиссера.Провал.Может, ну его к черту? Внешностью природа не обделила — может, найти богатую «папик-вумен», ублажать ее по ночам, а потом выпросить инвестиции на авторское кино? А что, звучит как рабочий бизнес-план.Именно в тот момент, когда эта отчаянная мысль пустила корни в его голове, Система наконец соизволила пробудиться.«Ну и дела», — пронеслось в мыслях Лу Баня.Он небрежно отошел в густую тень раскидистого дерева, сел на бетонную клумбу и разгладил листы сценария на коленях, старательно делая вид, что вчитывается в свои же ремарки. Все его внимание было приковано к тем жестким, неумолимым буквам.Слова казались ледяными. Несмотря на безупречно ровный, академичный шрифт, от них веяло могильным холодом. Как в типичных новеллах про попаданцев, стоило Лу Баню лишь мысленно пожелать, как текст вновь заскользил и изменился. Но перед ним не вспыхнула привычная голограмма с характеристиками, лишь появилась короткая строчка.[Запуск настройки параметров]«У этой штуки вообще есть обучение для новичков?» — мысленно хмыкнул Лу Бань, осторожно коснувшись указательным пальцем жутковатой фразы.Словно густой туман, разогнанный ветром, слова рассыпались и собрались в новую команду.[Выберите профессию]Сразу за этими словами из глубины бумажных страниц, прямо из-под пальцев Лу Баня, с треском вырвался плотный рой убористых букв. Он инстинктивно отшатнулся, вжавшись спиной в шершавую кирпичную стену — единственное, что сейчас казалось реальным.Слегка успокоившись, парень присмотрелся. Это были названия профессий.Среди вполне обыденных [Актер], [Программист] и [Журналист] мелькали весьма специфические [Частный детектив], [Библиотекарь] и [Археолог]. Но чем дальше он читал, тем страннее становился список: [Фольклорист], [Аферист], [Гробовщик]. Куда бы он ни бросил взгляд, названия дрожали, множились, выбрасывали новые синонимы, вытесняя соседей. Казалось, у этого роя букв есть собственная воля, и он отчаянно пытается соблазнить Лу Баня на нужный выбор.Без каких-либо инструкций или всплывающих подсказок Лу Баню оставалось полагаться лишь на собственную интуицию.Поколебавшись мгновение, он мысленно потянулся к профессии [Режиссер]. В его понимании этот термин охватывал и сценаристов, и писателей, и творцов вообще. Для человека, решившего заняться переносом шедевров из другого мира, выбор был очевиден.Стоило лишь мысленному щупальцу коснуться нужного слова, как хаотичный рой мгновенно растворился. На чистом листе сценария проступило нечто, до боли напоминающее панель характеристик из настольной игры.[Имя: Лу Бань][Профессия: Режиссер][Образование: Бакалавриат][Сила: 55][Телосложение: 65][Габариты: 60][Ловкость: 70][Внешность: 90][Интеллект: 65][Воля: 80][Образование: 70][Удача: 20][Рассудок: 80]Под скромной личной информацией красовались статы, знакомые любому гику. Вот только... почему эта таблица характеристик выглядит так подозрительно?Разве тут не должно быть всяких навыков вроде «Музыкального слуха», «Литературного таланта» или «Рисования»? Эта Система определенно была с изъяном.Лу Бань пробежался глазами до самого низа, так и не найдя жизненно необходимых для плагиатора перков. В самом конце сиротливо горела лишь одна кнопка: «Подтвердить». Никакого «Выйти» или «Создать заново». Только путь вперед.Он обреченно мазнул пальцем по слову.[Настройка успешно завершена][Избранный, добро пожаловать в Земли Безмолвия][Запуск обучающего задания для новичков...][Инициализация...][Загрузка завершена][Для творца жизненно важно черпать вдохновение. Прежде чем приступить к созданию шедевра, прикоснитесь к куда более необъятному миру][Пожалуйста, завершите обучающее задание, чтобы получить награду для новичков]Вместе с пляшущими свинцовыми буквами на поверхности бумаги вдруг начали проступать очертания. Нарисованные маслом, плотные и объемные, перед Лу Банем возникли три двери.«Какого...» — мысленно ахнул он.Створки казались отлитыми из тяжелой, проеденной вековой ржавчиной бронзы. От них веяло промозглым холодом и древностью. Двери были приоткрыты, словно приглашая войти — казалось, толкни их легонько пальцем, и они распахнутся. И это происходило на плоском листе бумаги!В узких щелях между створками Лу Бань различал клубящийся переливчатый туман, вязкую, непроглядную тьму и первобытный хаос, искажающий само пространство.В этот момент гвалт киностудии начал стремительно отдаляться, пока не исчез вовсе. Мир вокруг погрузился в глухую, ватную тишину дурного сна. Существовали лишь эти три двери, приковавшие к себе весь его разум.Он прищурился. Прямо над створками начали проступать три кроваво-черные надписи.Над левой, самой темной дверью, из щели которой сочились густые, как мазут, тени, ритмично бьющиеся о порог, гласило:[Попутчик][Возвращаясь домой под покровом ночи, не чувствуешь ли ты леденящее одиночество? Не бойся, я составлю тебе компанию]Лу Бань перевел взгляд на центральную дверь. От нее исходило настолько тошнотворное чувство искажения, что стоило лишь задержать взгляд, как изломанные орнаменты на бронзе начинали мерзко извиваться и пульсировать.[Друг под кроватью][Вы прожили вместе столько лет... Поздоровайся же со своим добрым соседом. Да-да, я о том самом, что живет прямо под твоей кроватью]Последняя, правая дверь была опутана саваном серого пепельного тумана, но из приоткрытой щели струилось мягкое, радужное свечение. На фоне двух предыдущих она выглядела почти нормальной. Почти.[Переулок без возврата][Ходят слухи, что посреди шумного района прячется переулок, в котором ни в коем случае нельзя оборачиваться. Наберись смелости и пройди его насквозь!]— Да вы, должно быть, издеваетесь... — пробормотал Лу Бань, чувствуя, как на лбу выступает холодная испарина.Что-то с этой Системой было в корне не так.

Глава 1. Запоздавшая Система

[Обнаружена сигнатура души. Авторизация завершена]

[Добро пожаловать, Избранный Безмолвия номер 233]

[Инициализация Системы...]

[Система успешно загружена]

[Цель данной Системы: улучшение жилищных условий носителя, повышение качества духовных развлечений и формирование идеальной жизни]

[Все функции Системы предоставляются абсолютно бесплатно. Никаких микротранзакций. Остерегайтесь любых форм мошенничества и просьб о пополнении счета]

[Разумно распределяйте свое время и наслаждайтесь здоровой жизнью]

[Желаем вам приятного дня!]

Лу Бань, застывший у самых ворот шумной киностудии, растерянно моргнул. Только что его сценарий завернули в шестой раз подряд, и он уже собирался уходить, как вдруг буквы на страницах — классический текст из его родного мира — начали искажаться. Свинцовые строчки выкручивались, изгибались, словно живые черви, формируя совершенно новый, пугающе аккуратный печатный узор.

Клац-клац-клац...

Словно невидимая печатная машинка сама собой отбивала ритм на бумаге, выплевывая безупречно ровную строку: «Сплошная работа и отсутствие развлечений делают Джека скучным малым...»

«М?» — мысленно удивился Лу Бань, с трудом отрывая взгляд от собственного сценария, который он будто бы «написал».

Он огляделся. Вокруг кинопавильона кипела жизнь: деловито сновал персонал, непрерывным потоком тянулась массовка в самых немыслимых исторических и фантастических костюмах, кто-то громко ругался в рупор. Но когда парень снова посмотрел на листы, чужеродный текст никуда не исчез.

Это не было галлюцинацией от усталости.

Спустя долгих три месяца после того, как он очутился в этом параллельном мире, Лу Бань наконец-то обрел свой «золотой палец» — свой системный чит.

Что до переселения душ, что после — Лу Бань всегда считал себя самым обыкновенным человеком. У него не было девушки, он не курил, алкоголь употреблял лишь по праздникам и в гомеопатических дозах. Он прилежно отучился, плыл по течению размеренной жизни, тщательно оберегал свой внутренний покой, не гнался за мнимыми победами, не тонул в тревогах и уж тем более не наживал себе кровных врагов, из-за которых пришлось бы лишаться сна.

Лу Бань считал себя образцом абсолютной нормы. Единственной его настоящей страстью был кинематограф. Герои на серебряном экране никогда не были «обычными», даже если играли мелких уличных торговцев. У каждого за душой скрывалась своя, особенная, захватывающая [История]. И обычный парень Лу Бань всегда отчаянно им завидовал.

Этот мир был похож на его прежний, но словно отраженный в кривом зеркале. Некоторых великих произведений искусства здесь никогда не существовало, другие изменились до неузнаваемости. Говоря языком интернет-романов, это был «идеальный мир для плагиатора-попаданца».

Вот только чита у него тогда не было.

Опираясь на остатки знаний после театрального вуза в прошлой жизни и феноменальную память, он от руки восстановил несколько культовых сценариев, порвавших кассу в его родном мире. И сделал это вовсе не из тщеславия. Он не планировал вламываться в шоу-бизнес с ноги и занимать трон повелителя развлечений. Лу Бань просто до одури любил хорошее кино. Ему казалось преступлением, что этот мир никогда не увидит тех великих шедевров.

Но его карьера благородного плагиатора разбилась о суровую реальность в первые же дни.

Во-первых, память человеческая не идеальна, и его сценарии не были стопроцентными копиями. Во-вторых, то, что вызывало экстаз у публики в одном мире, совершенно не обязательно должно было «выстрелить» здесь. Ну и в-третьих, он был всего лишь желторотым выпускником без связей. В индустрии, где даже имена топовых авторов веб-новелл безжалостно кромсают и переписывают маститые сценаристы, у такого новичка не было ни единого шанса даже переступить порог.

После череды унизительных отказов Лу Бань пошел ва-банк и выбрал жанр классического мистического триллера — надеялся, что хоть мрачная атмосфера зацепит какого-нибудь нишевого режиссера.

Провал.

Может, ну его к черту? Внешностью природа не обделила — может, найти богатую «папик-вумен», ублажать ее по ночам, а потом выпросить инвестиции на авторское кино? А что, звучит как рабочий бизнес-план.

Именно в тот момент, когда эта отчаянная мысль пустила корни в его голове, Система наконец соизволила пробудиться.

«Ну и дела», — пронеслось в мыслях Лу Баня.

Он небрежно отошел в густую тень раскидистого дерева, сел на бетонную клумбу и разгладил листы сценария на коленях, старательно делая вид, что вчитывается в свои же ремарки. Все его внимание было приковано к тем жестким, неумолимым буквам.

Слова казались ледяными. Несмотря на безупречно ровный, академичный шрифт, от них веяло могильным холодом. Как в типичных новеллах про попаданцев, стоило Лу Баню лишь мысленно пожелать, как текст вновь заскользил и изменился. Но перед ним не вспыхнула привычная голограмма с характеристиками, лишь появилась короткая строчка.

[Запуск настройки параметров]

«У этой штуки вообще есть обучение для новичков?» — мысленно хмыкнул Лу Бань, осторожно коснувшись указательным пальцем жутковатой фразы.

Словно густой туман, разогнанный ветром, слова рассыпались и собрались в новую команду.

[Выберите профессию]

Сразу за этими словами из глубины бумажных страниц, прямо из-под пальцев Лу Баня, с треском вырвался плотный рой убористых букв. Он инстинктивно отшатнулся, вжавшись спиной в шершавую кирпичную стену — единственное, что сейчас казалось реальным.

Слегка успокоившись, парень присмотрелся. Это были названия профессий.

Среди вполне обыденных [Актер], [Программист] и [Журналист] мелькали весьма специфические [Частный детектив], [Библиотекарь] и [Археолог]. Но чем дальше он читал, тем страннее становился список: [Фольклорист], [Аферист], [Гробовщик]. Куда бы он ни бросил взгляд, названия дрожали, множились, выбрасывали новые синонимы, вытесняя соседей. Казалось, у этого роя букв есть собственная воля, и он отчаянно пытается соблазнить Лу Баня на нужный выбор.

Без каких-либо инструкций или всплывающих подсказок Лу Баню оставалось полагаться лишь на собственную интуицию.

Поколебавшись мгновение, он мысленно потянулся к профессии [Режиссер]. В его понимании этот термин охватывал и сценаристов, и писателей, и творцов вообще. Для человека, решившего заняться переносом шедевров из другого мира, выбор был очевиден.

Стоило лишь мысленному щупальцу коснуться нужного слова, как хаотичный рой мгновенно растворился. На чистом листе сценария проступило нечто, до боли напоминающее панель характеристик из настольной игры.

[Имя: Лу Бань]

[Профессия: Режиссер]

[Образование: Бакалавриат]

[Сила: 55]

[Телосложение: 65]

[Габариты: 60]

[Ловкость: 70]

[Внешность: 90]

[Интеллект: 65]

[Воля: 80]

[Образование: 70]

[Удача: 20]

[Рассудок: 80]

Под скромной личной информацией красовались статы, знакомые любому гику. Вот только... почему эта таблица характеристик выглядит так подозрительно?

Разве тут не должно быть всяких навыков вроде «Музыкального слуха», «Литературного таланта» или «Рисования»? Эта Система определенно была с изъяном.

Лу Бань пробежался глазами до самого низа, так и не найдя жизненно необходимых для плагиатора перков. В самом конце сиротливо горела лишь одна кнопка: «Подтвердить». Никакого «Выйти» или «Создать заново». Только путь вперед.

Он обреченно мазнул пальцем по слову.

[Настройка успешно завершена]

[Избранный, добро пожаловать в Земли Безмолвия]

[Запуск обучающего задания для новичков...]

[Инициализация...]

[Загрузка завершена]

[Для творца жизненно важно черпать вдохновение. Прежде чем приступить к созданию шедевра, прикоснитесь к куда более необъятному миру]

[Пожалуйста, завершите обучающее задание, чтобы получить награду для новичков]

Вместе с пляшущими свинцовыми буквами на поверхности бумаги вдруг начали проступать очертания. Нарисованные маслом, плотные и объемные, перед Лу Банем возникли три двери.

«Какого...» — мысленно ахнул он.

Створки казались отлитыми из тяжелой, проеденной вековой ржавчиной бронзы. От них веяло промозглым холодом и древностью. Двери были приоткрыты, словно приглашая войти — казалось, толкни их легонько пальцем, и они распахнутся. И это происходило на плоском листе бумаги!

В узких щелях между створками Лу Бань различал клубящийся переливчатый туман, вязкую, непроглядную тьму и первобытный хаос, искажающий само пространство.

В этот момент гвалт киностудии начал стремительно отдаляться, пока не исчез вовсе. Мир вокруг погрузился в глухую, ватную тишину дурного сна. Существовали лишь эти три двери, приковавшие к себе весь его разум.

Он прищурился. Прямо над створками начали проступать три кроваво-черные надписи.

Над левой, самой темной дверью, из щели которой сочились густые, как мазут, тени, ритмично бьющиеся о порог, гласило:

[Попутчик]

[Возвращаясь домой под покровом ночи, не чувствуешь ли ты леденящее одиночество? Не бойся, я составлю тебе компанию]

Лу Бань перевел взгляд на центральную дверь. От нее исходило настолько тошнотворное чувство искажения, что стоило лишь задержать взгляд, как изломанные орнаменты на бронзе начинали мерзко извиваться и пульсировать.

[Друг под кроватью]

[Вы прожили вместе столько лет... Поздоровайся же со своим добрым соседом. Да-да, я о том самом, что живет прямо под твоей кроватью]

Последняя, правая дверь была опутана саваном серого пепельного тумана, но из приоткрытой щели струилось мягкое, радужное свечение. На фоне двух предыдущих она выглядела почти нормальной. Почти.

[Переулок без возврата]

[Ходят слухи, что посреди шумного района прячется переулок, в котором ни в коем случае нельзя оборачиваться. Наберись смелости и пройди его насквозь!]

— Да вы, должно быть, издеваетесь... — пробормотал Лу Бань, чувствуя, как на лбу выступает холодная испарина.

Что-то с этой Системой было в корне не так.