Это был серый, старинный меч. Сюй Сяошоу уже давно за ним наблюдал — ещё при первой встрече ему захотелось вытащить его из ножен.
В отличие от «Снега Безымянной Могилы» Су Цяньцянь, этот знаменитый меч казался Сюй Сяошоу куда более таинственным.
Не будь у него «Восприятия», одной лишь духовной силой он не смог бы уловить ни малейшего намёка на ауру клинка в ножнах.
Гу Цинъи отстранил их друг от друга и под всеобщими взглядами медленно начал вынимать меч.
Раздался протяжный, режущий слух скрежет — это лезвие тёрлось о край ножен.
Зрители, затаив дыхание, ждали, когда же им удастся увидеть знаменитый меч во всей красе.
Но никто и подумать не мог, что извлечённый клинок окажется обмотан бинтами!
Сюй Сяошоу лишился дара речи.
«Он что, боится, как бы меч не простудился? Так плотно укутан...»
Во взглядах зрителей тоже сквозило разочарование. Никто не знал, сделал ли это Гу Цинъи для защиты самого клинка или из соображений безопасности. В любом случае, надежда увидеть истинный облик меча рухнула.
Клинок покинул ножны, и не успело разочарование зрителей утихнуть, как Гу Цинъи внезапно перехватил меч обратным хватом и с силой вонзил обмотанное белыми бинтами лезвие в грудь Гу Цинсаня.
В тот же миг у всех глаза полезли на лоб.
Сюй Сяошоу был в полном недоумении.
— Нельзя! — позеленев, вскрикнул судья.
Это же его родной младший братец! Неужели он должен был лично прикончить его только из-за поражения?
Тело Гу Цинсаня, и без того дёргавшееся в судорогах, резко застыло. Хлынула кровь, и он, словно оглушённая умирающая рыба, начал отчаянно бить ногами о землю.
Мгновение спустя Гу Цинъи резко выдернул меч, а вместе с ним — и ту самую мерцающую Мысль-меч.
Дзынь! — не успела Мысль-меч отлететь далеко, как Гу Цинъи уже обрушил на неё свой клинок, и по Банкетному залу прокатилась ужасающая звуковая волна.
Бушующий поток энергии меча хлынул во все стороны. Сюй Сяошоу пригнулся и, опередив всех, подхватил лежащего Гу Цинсаня, чтобы оттащить его в сторону.
Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что держит на руках троих.
Сюй Сяошоу снова опешил.
Судья уставился на него, вытаращив глаза. Девятимечник Гу Цинъэр переводил взгляд с одного на другого с таким видом, будто говорил: «И чего вы лезете?» Гу Цинсань по-прежнему был без сознания, вот только оттого, что его стиснули втроём, из раны снова фонтаном хлынула кровь.
— Кажется, я тут лишний, — усмехнувшись, Сюй Сяошоу разжал руки.
По правде говоря, он не мог позволить Гу Цинсаню умереть вот так, в совершенно беззащитном состоянии. Но, очевидно, ещё двое думали так же.
Он снова посмотрел на арену. Причиной ужасающей волны энергии оказалась Мысль-меч: разрубленная надвое, она не выдержала и взорвалась.
Сюй Сяошоу был искренне поражён. Он впервые видел, чтобы кто-то смог мечом просто взять и разрубить Мысль-меч.
Т-сс! — Мечу Гу Цинъи тоже пришлось несладко. После удара раздался треск, и бинты на клинке лопнули.
В этот миг у всех в Банкетном зале ёкнуло сердце.
Сюй Сяошоу стоял близко и отчётливо видел, как из простого серого меча, словно с него сняли печать, начала сочиться зловещая серая аура.
За одно мгновение он почувствовал, как всколыхнулись все его эмоции и желания. Затем, словно сами эти чувства были растоптаны, мысли спутались, а из глубин сознания поднялась яростная, первобытная жажда.
Из его груди вырвался золотой свет, и Сюй Сяошоу едва не вскинул голову, начиная трансформацию.
— Сюй Сяошоу! — раздался вдруг за спиной чей-то голос.
Сюй Сяошоу тут же очнулся. Обернувшись, он увидел, что на арену вышла Му Цзыси. Одна её рука лежала у него на плече, а вторая превратилась в толстую лозу с острым концом, которая, похоже, собиралась куда-то вонзиться.
Сюй Сяошоу лишился дара речи.
— Ты чего?
— Н-ничего, — с невинным видом ответила Му Цзыси, превращая лозу обратно в маленькую ручку.
Неизвестно почему, но, поглотив Источник Мира, она стала очень чувствительна к аурам жизни. Увидев золотое сияние в груди Сюй Сяошоу и ощутив колебания его жизненной силы, она по какой-то причине тут же представила себе огромного золотого гиганта.
Интуиция подсказывала ей, что с Сюй Сяошоу творится что-то неладное. Если всё так и продолжится, то этот Банкетный зал, пожалуй... Хм. Возможно, не только Банкетный зал. Может, всех присутствующих здесь разнесёт на куски!
— Ты в порядке? — спросила Му Цзыси, отряхивая руки и отступая на шаг.
— Всё в порядке, — нахмурился Сюй Сяошоу.
«Один лишь взгляд — и я чуть не превратился в Яростного гиганта? Меч Гу Цинъи до ужаса страшен!»
«Судя по свойствам этих бинтов, они, как и моё Кольцо Печати, что-то подавляют. Если меч, полностью обмотанный ими, высвобождает такую ужасающую силу из-за крошечного разрыва, то что же будет, если снять их полностью...»
— Как он называется? — спросил Сюй Сяошоу, глядя, как Гу Цинъи с бесстрастным лицом вкладывает клинок в ножны.
Он видел, как в месте разрыва бинтов всё ещё клубится серый туман, словно внутри был запечатан какой-то демон. Даже тот крошечный кусочек лезвия, что виднелся сквозь дыру, был того же зловещего серого цвета!
— Злой меч, Превосходящий Лотос.
Гу Цинъи вложил меч в ножны, а затем глубоко вдохнул, втянув в себя остатки серого тумана, после чего сыто рыгнул.
— Ты очень силён, — искренне похвалил он и спросил:
— Что это был за золотой свет?
Очевидно, Сюй Сяошоу почувствовал, что со знаменитым мечом что-то не так. А Гу Цинъи, в свою очередь, ощутил в том золотом свете сокрушительную, яростную мощь. Если бы эта сила высвободилась, его младший братец не продержался бы так долго. Возможно, хватило бы одного удара мечом или даже кулаком...
— Тело уровня Мастера, — без утайки признался Сюй Сяошоу.
Получив подтверждение, толпа внизу взорвалась овациями.
— Так это и вправду Тело уровня Мастера!
— Небеса, да этот Сюй Сяошоу просто невероятен! Теперь я его фанат. С этого дня Сюй Сяошоу — мой кумир!
— Кто попробует отнять у меня Сюй Сяошоу, станет моим кровным врагом!
— Ерунда, братец мой! Тело уровня Мастера... Неудивительно, что он такой сильный!
...
«Получено восхищение. Очки пассивности +626».
«Получена похвала. Очки пассивности +223».
«Получено обожание. Очки пассивности +2».
«Тело уровня Мастера? — Гу Цинъи был немного озадачен. Насколько он помнил, оно не обладало такими невероятными возможностями, как у Сюй Сяошоу. — Но книжные знания — одно, а реальность — другое. Может, истинное Тело уровня Мастера и впрямь обладает такой мощью?»
— Впечатляет, — ещё раз похвалил он и, обойдя Сюй Сяошоу, направился к помосту, куда уже унесли Гу Цинсаня.
— Ты не будешь бросать мне вызов? — обернувшись, спросил Сюй Сяошоу.
Раньше он, возможно, и подумал бы, что бой с этими тремя мечниками отнимет у него силы раньше времени, но, увидев, на что способен Гу Цинсань, Сюй Сяошоу отбросил эти мысли.
Похоже, у каждого из этих трёх мечников был свой собственный путь меча. Так уж вышло, что «Искусство без меча» Гу Цинсаня оказалось подвластно его «Канону Созерцания Меча», из-за чего бой и закончился так внезапно. Но двое оставшихся явно не практиковали «Искусство без меча». Если бы удалось сразиться с каждым из них, возможно, он смог бы подсмотреть ещё что-нибудь интересное.
— Нет, — отмахнулся Гу Цинъи. — Младший братец очень серьёзно ранен. Я должен отвезти его лечиться.
Девятимечник Гу Цинъэр удивлённо посмотрел на пузырёк с пилюлями в своей руке, а затем на почти зажившую рану Гу Цинсаня. «Кроме того, что он без сознания, где ему нужно лечение?»
Сюй Сяошоу сразу понял, что это лишь предлог.
«Спешит вернуться? Зачем?» — его глаза сверкнули, и он сказал:
— Если ты хочешь вернуться, чтобы изучить ту Мысль-меч, то лучше сразись со мной прямо сейчас, и я всё тебе продемонстрирую!
Гу Цинъи замер и медленно обернулся. В этот миг Сюй Сяошоу отчётливо увидел в его глазах боевой азарт, но тот по-прежнему оставался пугающе спокоен.
— Ты очень силён.
— Но наш бой, очевидно, состоится не здесь.
Сюй Сяошоу, не поняв, вскинул бровь, но уговаривать дальше не стал. «Что ж, пусть уходит. Может, оно и к лучшему. Если бы мы сошлись в бою прямо сейчас, я не был бы до конца уверен, что смогу одолеть и этого человека, и его меч».
Но...
— Ты хорошенько подумай! — громко крикнул Сюй Сяошоу. — Может статься, что при следующей нашей встрече ты уже будешь не достоин моего меча!
Щёлк! Весь зал застыл в изумлении.
Все, затаив дыхание, следили за их перепалкой, которая поначалу казалась такой захватывающей. Но никто не ожидал, что Сюй Сяошоу своим очередным едким замечанием снова всё испортит.
До чего же он самонадеян! Да, он победил Гу Цинсаня, но даже те из молодых воинов, кто не был мечником, успели заметить неладное в том знаменитом мече, что мелькнул на мгновение. Неужели Сюй Сяошоу и впрямь был так уверен, что сможет справиться и с этим зловещим клинком?
Гу Цинъи усмехнулся. Помолчав с полминуты, он вдруг улыбнулся и сказал:
— Округ Тяньсан слишком мал. Не забудь когда-нибудь выбраться отсюда.
— Если сможешь... — он понизил голос, усмехнулся про себя, а затем серьёзно добавил:
— Белый Грот — это лишь начало.
— Я буду ждать тебя на вершине Восточного Региона, в Кургане Погребённых Мечей!
Вот это да. Сюй Сяошоу признал, что в этот момент даже он был потрясён.
Уверенность Гу Цинъи разительно отличалась от всего, что он видел раньше. За ним стояла истинная, ортодоксальная школа меча, в руках он держал знаменитый клинок, а за всем этим, скорее всего, скрывалась невероятная сила.
От одних лишь его слов Сюй Сяошоу почувствовал себя муравьём, а его собеседник — недосягаемым существом, парящим в небесах.
Глядя на знаменитый меч в руках Гу Цинъи, Сюй Сяошоу вдруг вспомнил Человека в маске, который пытался похитить «Снег Безымянной Могилы». По словам Старейшины Сана, Человек в маске вряд ли охотится лишь за одним из Двадцати одного знаменитого меча. И вот теперь, когда Святые Рабы снова активизировались в Округе Тяньсан, сюда принесли сразу два таких клинка.
Сюй Сяошоу не думал, что этот парень настолько силён, чтобы одним ударом сразить Человека в маске. Из добрых побуждений он решил его предостеречь:
— Будь осторожен. Округ Тяньсан хоть и маленькое место, но тут хватает своих «спящих драконов и птенцов феникса». Я уже встретил нескольких.
— Здесь неспокойно, так что береги свой меч.
— А то при следующей встрече явишься с пустыми руками, и мне будет как-то неловко с тобой драться!
Уголок рта Гу Цинъи дёрнулся. Не успел он ответить, как Сюй Сяошоу уже перевёл взгляд на Девятимечника. Вернее, на огромное Колесо мечей за его спиной, в которое было воткнуто девять духовных клинков.
— И тебе того же, — сказал он. — Эта штуковина у тебя за спиной слишком бросается в глаза. Смотри, как бы не привлечь ненужное внимание.
Гу Цинъэр: «...»
— Ах ты, щенок! — он повернулся к подошедшему Гу Цинъи. — Старший брат-наставник, я отомщу за младшего братца!
— Не надо, — остановил его Гу Цинъи. — Сейчас не время.
— Ты мне не веришь? — нахмурился Гу Цинъэр.
Гу Цинъи покачал головой и огляделся.
Банкетный зал был разделён на две части: одна для пира, другая для поединков. Но сейчас, после яростных атак Сюй Сяошоу, это место было не узнать. Зона для пиршества сжалась на треть, а остальная часть зала превратилась в поле с взрытой землёй и глубокими ямами — настоящая зона бедствия.
— Как думаешь, это место подходит для твоего стиля?
— Не говоря уже об истинной силе Сюй Сяошоу, чтобы заставить его выложиться по полной, этой арены точно не хватит.
— К тому же, если ты решишь обнажить свой меч... — его взгляд упал на элегантный красный клинок за спиной второго брата.
— Учитель говорил: когда выходите в свет, не причиняйте вреда невинным.
Гу Цинъэр скривился. Он посмотрел на гостей за столами и мысленно выругался. Неужели из-за этих слабаков он не сможет отомстить за младшего братца? Да и месть — дело второстепенное... Ему просто до зуда в костях хотелось сразиться с этим Сюй Сяошоу!
— Ещё будет возможность, — Гу Цинъи похлопал его по плечу. — А пока оставайся здесь. Когда Сюй Сяошоу закончит, завоюй пять путёвок. Нам ведь нужно попасть в Белый Грот.
— А ты? — Гу Цинъэр сразу понял, что в словах старшего брата-наставника есть скрытый смысл.
— Я пока заберу младшего братца и кое-что изучу, — ответил Гу Цинъи.
— Хочешь изучить Мысль-меч? Я тоже хочу! Не желаю я торчать в этой дыре, я хочу учиться!
— Успокойся, останься здесь.
— Нет, я тоже хочу учиться!
У Гу Цинъи разболелась голова.
— Я и так умею использовать Мысль-меч, просто этот парень делает это иначе. Сначала мне нужно разобраться, — сказал он. — А потом я и вас научу, в чём проблема? К тому же, какая от тебя будет польза? Ты что, уже овладел Мыслью-меч?!
— Э-э... — этот удар пришёлся точно в цель, и Гу Цинъэр потерял дар речи.
Он понуро опустил голову.
— Ну ладно.
— Сиди тихо и не лезь на рожон.
Гу Цинъи поднял младшего братца, сложил пальцы в печать меча и резко ткнул ими в грудь юноши. Затем он растёр кровь в Узор и временно запечатал ауру той необычной Мысли-меч.
— Господин Фу Син, прошу прощения, но мне нужно отлучиться.
— Ничего страшного, — улыбнувшись, ответил Фу Син.
Затем он перевёл взгляд на Сюй Сяошоу вдалеке. Краем глаза он видел царившую вокруг разруху. Даже если он старался не смотреть, она всё равно попадала в поле зрения.
«Так я и знал... К счастью, обошлось без жертв. Если бы здесь погиб кто-то из Кургана Погребённых Мечей, Резиденция городского правителя... да что там, весь Округ Тяньсан, наверное, перестал бы существовать».
Он подал знак, но судье и так всё было ясно — тот уже достал из кольца половину ароматической палочки.
— Кто-нибудь ещё желает бросить вызов?
Когда судья задавал этот вопрос бойцам Очищения Духа, желающие находились. Но сейчас его слова вызвали у некоторых смех.
— Судья, вы умеете шутить.
— Может, сами выйдете?
Судья: «...»
Он позеленел и едва не швырнул шутника на арену. Однако, поразмыслив, он вспомнил, как та Мысль-меч пробила его ладонь, хоть и защищённую духовной энергией. Он посмотрел на Сюй Сяошоу, стоявшего посреди руин. Тот был весь в крови и выглядел очень ослабевшим, но в глубине души судью терзали сомнения.
«Даже Магистр меча не смог его одолеть. У меня, простого Мастера, есть ли шансы на хороший исход?»
Впервые судья почувствовал, что ему не хватает квалификации, чтобы находиться в этом Банкетном зале, и что он здесь, пожалуй, лишний.
— Кха-кха, — Сюй Сяошоу откашлялся кровью и слабым голосом спросил:
— Неужели больше никто не хочет со мной сразиться?
Толпа: «...»
«Получено подозрение. Очки пассивности +1212».
— Сюй Сяошоу, хватит притворяться!
— Только что ты болтал и смеялся, вызывая на бой старшего брата Гу Цинсаня! А теперь что, последствия травм внезапно проявились?
— Ха-ха-ха...
Зрители внизу расхохотались. Его притворство было слишком неубедительным. Обладая Телом уровня Мастера и сверхчеловеческой регенерацией, он всё ещё строил из себя слабака. Никто не понимал, как на свете могут существовать такие мерзавцы. Неужели нельзя было просто уйти с честью после победы? Нет, ему обязательно нужно было продолжать издеваться над слабыми!
— Как тебя зовут? — заметив, что его уловка раскрыта, Сюй Сяошоу раздражённо повернул голову к тому, кто смеялся громче всех.
В зале мгновенно воцарилась гробовая тишина. Секунду назад кто-то смеялся, разинув рот, а в следующую секунду все, даже те, кому хотелось кашлянуть, сдерживались изо всех сил.
Чёрт! Все забыли, что этот жестокий тип может запросто вытащить любого из толпы и избить!
«Получено проклятие. Очки пассивности +1221».
— Я-я-я... Неважно, кто я! — запаниковал тот, на кого смотрел Сюй Сяошоу. — Главное, что арены больше нет! Ты не можешь нарушать правила и тащить меня наверх!
Глаза Сюй Сяошоу загорелись.
— О, раз арены нет, значит, арена теперь повсюду?
Он сделал шаг вперёд. Толпа в панике отхлынула назад.
— Чёрт, не подходи!
— Сюй Сяошоу, пощади! Я всего лишь на Сфере Высшего Духа, я не достоин драться с вами!
— Посмотри на меня, — усмехнулся Сюй Сяошоу. — Я ещё слабее, я всего лишь на уровне Изначального Двора.
«...»
В этот момент все в зале почувствовали себя оскорблёнными.
«Получено проклятие. Очки пассивности +1240».
— Ну и негодяй, — Гу Цинъэр сидел за столом. Если бы не наказ старшего брата-наставника не вступать в бой, он бы уже не сдержался.
Дозорный же, сидя за главным столом, с удовольствием наблюдал за происходящим. Он, кажется, всё понял. Наглость Сюй Сяошоу была особого рода, она в корне отличалась от высокомерного презрения других. Этот парень, очевидно, использовал свою силу, чтобы довести издевательство над слабыми до абсолюта. Но стоило ему выйти на арену, как он становился предельно осторожен, а в его арсенале находились приёмы против самых разных противников.
«Неплохо!» — мысленно кивнул Дозорный.
Если его единственная странность заключается в том, чтобы «строить своё счастье на панике других», то для такой организации, как Алые Одежды, это вполне приемлемо. Более того, это делает его идеальным кандидатом! Ведь те типы, что служат в Алых Одеждах... Тьфу, лучше и не вспоминать.
«Человек из серого тумана...» — Дозорный вспомнил слова Сюй Сяошоу. Глядя на шумную сцену, он вдруг стал серьёзным. — «Сюй Сяошоу, а сколько правды о Призрачных зверях знаешь ты сам?»
......
Та-а.
Когда последняя частичка ароматической палочки обратилась в пепел, Сюй Сяошоу с горькой усмешкой покинул арену, не забыв на прощание бросить колкость:
— Ну вы и слабаки, совсем меня не уважили.
— Такой прекрасный шанс обменяться опытом в искусстве меча! Я же сказал, что не убью вас, а вы не воспользовались... Эх вы...
«Ну почему вы не можете просто дать мне заработать побольше Очков пассивности? Проклятье!»
Люди расступались перед Сюй Сяошоу, думая про себя: «Ага, так мы тебе и поверили!» Судьба Гу Цинсаня, с которым он так «поиграл», была у всех перед глазами. Кто мог поверить, что «обмен опытом» в его понимании означал то же самое, что и у обычных людей?
— О, вернулся? — с улыбкой встретила его Му Цзыси. Она была, наверное, одной из немногих в зале, кто радовался его победе.
— Ты снова получил пять путёвок!
— Пять? — Сюй Сяошоу вдруг замер, почувствовав тревогу, будто с его счёта списали деньги, и резко обернулся. — Фу Син, за этот бой ведь полагалось десять путёвок!
Все опешили, но Фу Син лишь беспомощно кивнул.
— Значит, вместе с предыдущими у меня уже пятнадцать?
Фу Син молча кивнул ещё раз.
— Проклятье...
«Получено проклятие. Очки пассивности +1240».
Зрители снова почувствовали себя оскорблёнными. Как один человек мог завладеть пятнадцатью путёвками? Это было просто издевательство! Даже у пяти великих семей Города Тяньсан было пока только по пять путёвок, а он один получил в три раза больше?
«Держаться. Нельзя поддаваться на провокации. Пусть это будет его последняя насмешка. Пятнадцать так пятнадцать, будем считать, что их... украли. Лишь бы спровадить этого бога чумы, и тогда начнётся наше время!»
«Ага, Тело уровня Мастера, Очищение Духа уровня Мастера, владение мечом уровня Мастера... и что с того? Человек за всю жизнь не может освоить много навыков. То, чего достиг Сюй Сяошоу, уже достойно восхищения».
«Не может же он, забрав все путёвки в поединках мечников и мастеров Очищения Духа, оказаться ещё и Мастером-алхимиком и Мастером духовных формаций?»
— Хе-хе, братец, ты преувеличиваешь.
— Если это так, его нужно звать не Сюй Сяошоу, а папаша Сюй! Я признаю поражение!
— Ну что ты, может, у него и вправду есть ещё козыри в рукаве?
— Есть? Да я тогда в туалет вверх ногами ходить буду!
«...»
«Получено пренебрежение. Очки пассивности +123».
Снова сев на своё место, Сюй Сяошоу облегчённо вздохнул. Бой с Гу Цинсанем, по правде говоря, отнял у него немало сил. В основном потому, что он был слишком неосторожен вначале и сильно пострадал. К счастью, «Нескончаемый Поток Жизни» не только восстановил его тело, но и насильно взбодрил дух.
«Нельзя расслабляться!»
Сюй Сяошоу хлопнул себя по щекам и украдкой взглянул на Чжан ТайИна. И обнаружил, что тот всё это время не сводил с него глаз.
— Привет! Вторая встреча? — ухмыльнулся Сюй Сяошоу.
Чжан ТайИн: «...»
«Получено проклятие. Очки пассивности +1».
Он отвернулся и начал что-то тихо говорить человеку рядом с собой.
«Хочет со мной разобраться?» — Сюй Сяошоу усмехнулся и, не придав этому значения, снова посмотрел на помост.
Помоста, собственно, уже не было. На руины после ухода Сюй Сяошоу взошёл следующий — Девятимечник Гу Цинъэр.
При виде него лица зрителей напряглись. Один знаменитый меч, восемь высококлассных духовных клинков, да ещё и старший брат Гу Цинсаня... Никто и не думал недооценивать его из-за поражения младшего. Магистр меча, владеющий «Искусством Сгущения Мечей из Пустоты», «Искусством без меча», «Течением Небытия» и «Указующим Дао»... Можно было сказать, что Гу Цинсань проиграл лишь потому, что столкнулся с ещё более чудовищным противником, а не потому, что сам был слаб. А раз так, то сила его старшего брата...
Наконец, кто-то решился бросить ему вызов. Однако... один палец. Гу Цинъэр, к всеобщему изумлению, не сделал ничего, кроме одного жеста меча-пальца. Он перерубил духовный меч противника и остановил палец у его горла. В зале снова воцарилась тишина. Ещё пара-тройка неверующих вышли на арену, после чего все окончательно притихли.
В этом году из-за открытия Белого Грота состязание мечников стало до ужаса сложным! Это были бои совершенно разного уровня.
Даже Сюй Сяошоу был разочарован. Он надеялся, что найдётся какая-нибудь тёмная лошадка, которая заставит Гу Цинъэра обнажить меч, а в идеале — тот самый знаменитый клинок. Но, как и ожидалось, ни у кого не хватило на это сил.
— Гу Цинъэр, победа!
Поскольку он продемонстрировал искусство боя, в котором останавливался в шаге от смертельного удара, зрители не стали скупиться. «Потратив» на него десять подставных жизней, они отправили Гу Цинъэра с помоста. Таким образом, оставшимся бойцам предстояло сразиться за последние пять путёвок.
Когда сотня мечников, боровшихся за двадцать мест, дошла до борьбы за последние пять, битва стала настолько ожесточённой, что даже Сюй Сяошоу было тяжело на это смотреть.
После кровопролитной бойни состязание наконец завершилось. Победителями стали четыре практика с Врожденным Намерением меча. И среди них лишь один был из Округа Тяньсан.
«Белый Грот и впрямь привлёк слишком много сильных воинов...» — с этими мыслями Сюй Сяошоу поправил одежду и посмотрел на Фу Сина.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...