Вскоре они добрались до лотков с плёнкой. Даэ присмотрелась: материал хорошо пропускал свет, но был тонковат. Впрочем, обычно именно такой и брали — дёшево и в доме не темно. Северные зимы были суровыми, мороз пробирал до костей.
Вскоре они добрались до лотков с плёнкой. Даэ присмотрелась: материал хорошо пропускал свет, но был тонковат. Впрочем, обычно именно такой и брали — дёшево и в доме не темно. Северные зимы были суровыми, мороз пробирал до костей.
Без плёнки на окнах приходилось туго, сквозняки гуляли по всем углам. Утеплять дома тогда толком не умели: голая стена без всякой изоляции, а в районе окон и того тоньше. Чуть подует ветер — и вся стужа лезет в комнату.
Без плёнки на окнах приходилось туго, сквозняки гуляли по всем углам. Утеплять дома тогда толком не умели: голая стена без всякой изоляции, а в районе окон и того тоньше. Чуть подует ветер — и вся стужа лезет в комнату.
Даэ купила два отреза: один для своей комнаты, второй — для комнаты Чжоу Юйжэня.
Даэ купила два отреза: один для своей комнаты, второй — для комнаты Чжоу Юйжэня.
— Гвозди есть? — спросила она торговца.
— Гвозди есть? — спросила она торговца.
Тот помотал головой:
Тот помотал головой:
— Это тебе в хозяйственный надо. У нас только плёнка.
— Это тебе в хозяйственный надо. У нас только плёнка.
Даэ лишь разочарованно вздохнула. Не то чтобы продавцу было сложно закупить гвоздей, просто на них, видимо, много не заработаешь. Побродив по рядам ещё немного, Даэ и Чуньвэнь отправились в сельпо. Там ассортимент был богаче, найти можно было всё что угодно.
Даэ лишь разочарованно вздохнула. Не то чтобы продавцу было сложно закупить гвоздей, просто на них, видимо, много не заработаешь. Побродив по рядам ещё немного, Даэ и Чуньвэнь отправились в сельпо. Там ассортимент был богаче, найти можно было всё что угодно.
На входе они заметили молодого парня с красным, словно после выпивки, лицом и маленькой родинкой в уголке губ. Он безмятежно спал, уронив голову на прилавок.
На входе они заметили молодого парня с красным, словно после выпивки, лицом и маленькой родинкой в уголке губ. Он безмятежно спал, уронив голову на прилавок.
— Старшая сестра, этот парень — как раз тот, о котором я говорила. Из семьи, что живёт к востоку от нашего заднего двора, — шепнула Даэ.
— Старшая сестра, этот парень — как раз тот, о котором я говорила. Из семьи, что живёт к востоку от нашего заднего двора, — шепнула Даэ.
К востоку от старого колодца стоял дом. Спящий парень был их вторым сыном по имени У Эр. Даэ постучала по столешнице:
К востоку от старого колодца стоял дом. Спящий парень был их вторым сыном по имени У Эр. Даэ постучала по столешнице:
— Брат У Эр, подъём! Сейчас начальство придёт и выгонит тебя с треском.
— Брат У Эр, подъём! Сейчас начальство придёт и выгонит тебя с треском.
Тот сонно разлепил глаза, мутным взглядом уставился на Даэ, потом перевёл взгляд на Чжоу Чуньвэнь и окончательно растерялся. Этих девиц он не знал.
Тот сонно разлепил глаза, мутным взглядом уставился на Даэ, потом перевёл взгляд на Чжоу Чуньвэнь и окончательно растерялся. Этих девиц он не знал.
— Чего уставился? Это я, Чжао Даэ, — хмыкнула девочка. — Соседка твоя. Мы живём перед старым колодцем. Семья Чжао, мой отец — Чжао Тешэн.
— Чего уставился? Это я, Чжао Даэ, — хмыкнула девочка. — Соседка твоя. Мы живём перед старым колодцем. Семья Чжао, мой отец — Чжао Тешэн.
У Эр всё ещё тормозил, хотя слова звучали смутно знакомо.
У Эр всё ещё тормозил, хотя слова звучали смутно знакомо.
— Ой, да бабушка моя — старуха Ван! Та самая бабка, что в деревне вечно больной прикидывается, а пару дней назад вообще грозилась повеситься, — подсказала Даэ.
— Ой, да бабушка моя — старуха Ван! Та самая бабка, что в деревне вечно больной прикидывается, а пару дней назад вообще грозилась повеситься, — подсказала Даэ.
До парня наконец дошло:
До парня наконец дошло:
— А, соседи. Семья из переднего двора, где живёт бабка, которую я зову старой госпожой?
— А, соседи. Семья из переднего двора, где живёт бабка, которую я зову старой госпожой?
Даэ кивнула. Выходит, в люди без упоминания бабки лучше не выходить. У старухи Ван Гуйсян, грозившейся сунуть голову в петлю, слава была поистине всенародная — каждая собака знала.
Даэ кивнула. Выходит, в люди без упоминания бабки лучше не выходить. У старухи Ван Гуйсян, грозившейся сунуть голову в петлю, слава была поистине всенародная — каждая собака знала.
У Эр встряхнулся, потёр глаза и спросил:
У Эр встряхнулся, потёр глаза и спросил:
— Чего стряслось, сестрёнка? Купить что хочешь?
— Чего стряслось, сестрёнка? Купить что хочешь?
— Гвозди, чтобы плёнку прибить. Желательно толевые, с широкой шляпкой.
— Гвозди, чтобы плёнку прибить. Желательно толевые, с широкой шляпкой.
— Такие стоят две фэнь за штуку, коробка — два юаня. Целая коробка тебе ни к чему, давай я так отсыплю. У нас тут валялась россыпь, которую никто не берёт, сейчас найду.
— Такие стоят две фэнь за штуку, коробка — два юаня. Целая коробка тебе ни к чему, давай я так отсыплю. У нас тут валялась россыпь, которую никто не берёт, сейчас найду.
У Эр начал рыться в ящиках, вскоре выудил горстку гвоздей и протянул ей:
У Эр начал рыться в ящиках, вскоре выудил горстку гвоздей и протянул ей:
— Держи.
— Держи.
— Сколько с меня?
— Сколько с меня?
— Да нисколько. Три-две мао — сущие копейки. Мы ж соседи, какие счёты.
— Да нисколько. Три-две мао — сущие копейки. Мы ж соседи, какие счёты.
— Магазин-то не твой. Я заплачу, — настояла Даэ. Как-никак парень был тут всего лишь наёмным работником, подставлять его не хотелось.
— Магазин-то не твой. Я заплачу, — настояла Даэ. Как-никак парень был тут всего лишь наёмным работником, подставлять его не хотелось.
— Ну, тогда давай две мао, — смущённо почесал затылок У Эр.
— Ну, тогда давай две мао, — смущённо почесал затылок У Эр.
Отдав мелочь, Даэ поинтересовалась:
Отдав мелочь, Даэ поинтересовалась:
— Кстати, брат У Эр, а у вас тут водяные насосы продают? Электрические.
— Кстати, брат У Эр, а у вас тут водяные насосы продают? Электрические.
— У нас нет. За таким надо либо в уезд ехать, либо в Синлунчжуан. Там один частник насосами торгует, говорят, весь товар с юга возит. Качество сносное. Мой батя в Вохугоу работает, как раз через Синлунчжуан проезжает. Давай я его завтра попрошу заскочить по пути и прицениться? Заодно спросит, нужны ли к ним шланги. Наверное, там недорого. В уездном сельпо они тоже есть, но цены там кусаются. Тебе ж для дома, самый навороченный и не нужен.
— У нас нет. За таким надо либо в уезд ехать, либо в Синлунчжуан. Там один частник насосами торгует, говорят, весь товар с юга возит. Качество сносное. Мой батя в Вохугоу работает, как раз через Синлунчжуан проезжает. Давай я его завтра попрошу заскочить по пути и прицениться? Заодно спросит, нужны ли к ним шланги. Наверное, там недорого. В уездном сельпо они тоже есть, но цены там кусаются. Тебе ж для дома, самый навороченный и не нужен.
— Отлично. Тогда вся надежда на тебя, брат У Эр, — улыбнулась Даэ. Затем она скосила глаза на соседний прилавок, где дремала ещё одна продавщица, и кивнула в её сторону: — Слушай... А это часом не Цзоу Сяохуа?
— Отлично. Тогда вся надежда на тебя, брат У Эр, — улыбнулась Даэ. Затем она скосила глаза на соседний прилавок, где дремала ещё одна продавщица, и кивнула в её сторону: — Слушай... А это часом не Цзоу Сяохуа?

Комментарии

Загрузка...