Мужчина вздрогнул от неожиданности и с недоумением уставился на Се Вэньдуна.
Мужчина вздрогнул от неожиданности и с недоумением уставился на Се Вэньдуна.
Се Вэньдун кивнул Цзян Сэню, небрежно указав на одного из пленников из Группы Душ, после чего достал из кармана зажигалку и прикурил зажатую в зубах сигарету.
Се Вэньдун кивнул Цзян Сэню, небрежно указав на одного из пленников из Группы Душ, после чего достал из кармана зажигалку и прикурил зажатую в зубах сигарету.
До этого, пока опасность не миновала, он не решался закурить. На черной глади моря огонек сигареты — слишком приметная мишень, способная в любую секунду притянуть шальную пулю. Се Вэньдун привык действовать осторожно. Осторожность вообще была его вторым «я».
До этого, пока опасность не миновала, он не решался закурить. На черной глади моря огонек сигареты — слишком приметная мишень, способная в любую секунду притянуть шальную пулю. Се Вэньдун привык действовать осторожно. Осторожность вообще была его вторым «я».
Цзян Сэнь, дождавшись знака, поднял пистолет. Раздались шесть сухих выстрелов. Шесть пуль пробили головы обреченных на смерть бойцов.
Цзян Сэнь, дождавшись знака, поднял пистолет. Раздались шесть сухих выстрелов. Шесть пуль пробили головы обреченных на смерть бойцов.
Шесть еще теплых тел повалились на дно катера или с глухим плеском канули в воду. В живых остался лишь один. Он застыл на месте, парализованный первобытным ужасом. Кровь товарищей, брызнувшая на его лицо и одежду, окончательно сломила волю к сопротивлению.
Шесть еще теплых тел повалились на дно катера или с глухим плеском канули в воду. В живых остался лишь один. Он застыл на месте, парализованный первобытным ужасом. Кровь товарищей, брызнувшая на его лицо и одежду, окончательно сломила волю к сопротивлению.
Се Вэньдун окинул его ледяным взглядом и бросил стоявшим рядом бойцам:
Се Вэньдун окинул его ледяным взглядом и бросил стоявшим рядом бойцам:
— Затащите его на борт. Мне нужно с ним поговорить.
— Затащите его на борт. Мне нужно с ним поговорить.
Пленника из Группы Душ буквально за шиворот втащили на палубу военного корабля. Как только дюжий охранник разжал пальцы, японец без сил рухнул на доски, затравленно озираясь по сторонам.
Пленника из Группы Душ буквально за шиворот втащили на палубу военного корабля. Как только дюжий охранник разжал пальцы, японец без сил рухнул на доски, затравленно озираясь по сторонам.
Се Вэньдун повернулся к молодому парню, знающему японский:
Се Вэньдун повернулся к молодому парню, знающему японский:
— Спроси, откуда у них катера.
— Спроси, откуда у них катера.
Тот послушно кивнул и быстро перевел вопрос.
Тот послушно кивнул и быстро перевел вопрос.
Пленный в панике затряс головой, уверяя, что ничего не знает.
Пленный в панике затряс головой, уверяя, что ничего не знает.
Се Вэньдун поморщился — лишняя возня.
Се Вэньдун поморщился — лишняя возня.
— Займись им, — бросил он Цзинь Яню.
— Займись им, — бросил он Цзинь Яню.
Развернувшись, Вэньдун спустился по веревочному трапу обратно в катер, где его ждал Цзян Сэнь, и они взяли курс на Остров Блаженства.
Развернувшись, Вэньдун спустился по веревочному трапу обратно в катер, где его ждал Цзян Сэнь, и они взяли курс на Остров Блаженства.
По пути Цзян Сэнь спросил:
По пути Цзян Сэнь спросил:
— Брат Дун, что думаешь по поводу этой вылазки Группы Душ?
— Брат Дун, что думаешь по поводу этой вылазки Группы Душ?
Се Вэньдун затянулся сигаретой и ответил:
Се Вэньдун затянулся сигаретой и ответил:
— Раз они приплыли на моторных лодках, значит, база Группы Душ находится где-то неподалеку от Острова Блаженства. А ближайшая к нам суша — это Австралия.
— Раз они приплыли на моторных лодках, значит, база Группы Душ находится где-то неподалеку от Острова Блаженства. А ближайшая к нам суша — это Австралия.
— Неужели они укрылись в Австралии? — нахмурился Цзян Сэнь.
— Неужели они укрылись в Австралии? — нахмурился Цзян Сэнь.
— Всё может быть. Или им помогает какая-то местная группировка. Развяжем язык нашему гостю — и всё прояснится.
— Всё может быть. Или им помогает какая-то местная группировка. Развяжем язык нашему гостю — и всё прояснится.
Цзян Сэнь со вздохом покачал головой:
Цзян Сэнь со вздохом покачал головой:
— Кто бы мог подумать, что после разгрома Группы Душ у них уцелело столько отребья.
— Кто бы мог подумать, что после разгрома Группы Душ у них уцелело столько отребья.
Се Вэньдун лишь прищурился и глухо усмехнулся.
Се Вэньдун лишь прищурился и глухо усмехнулся.
***
***
Стоило им сойти на берег, как к ним поспешил один из дежуривших на пристани парней. В руке он держал крупную двухфутовую морскую рыбу.
Стоило им сойти на берег, как к ним поспешил один из дежуривших на пристани парней. В руке он держал крупную двухфутовую морскую рыбу.
— Брат Дун, вот, как вы просили, — почтительно произнес парень, протягивая добычу.
— Брат Дун, вот, как вы просили, — почтительно произнес парень, протягивая добычу.
Се Вэньдун принял рыбину, прикинул на руку вес и с улыбкой похлопал парня по плечу:
Се Вэньдун принял рыбину, прикинул на руку вес и с улыбкой похлопал парня по плечу:
— Хороша. Спасибо за службу, иди отдыхай.
— Хороша. Спасибо за службу, иди отдыхай.
Тот расплылся в благодарной улыбке и торопливо поклонился:
Тот расплылся в благодарной улыбке и торопливо поклонился:
— Ну что вы, Брат Дун! Рад стараться!
— Ну что вы, Брат Дун! Рад стараться!
Перед тем как разойтись, Се Вэньдун вспомнил еще кое-что и придержал Цзян Сэня за локоть.
Перед тем как разойтись, Се Вэньдун вспомнил еще кое-что и придержал Цзян Сэня за локоть.
— Старина Сэнь, звякни Цзинь Яню, — негромко проинструктировал он. — Пусть вытрясет из японца всё, что можно, а потом пустит в расход. На остров его тащить не надо. И катера их затопите, чтоб ни тел, ни обломков на воде не осталось.
— Старина Сэнь, звякни Цзинь Яню, — негромко проинструктировал он. — Пусть вытрясет из японца всё, что можно, а потом пустит в расход. На остров его тащить не надо. И катера их затопите, чтоб ни тел, ни обломков на воде не осталось.
— Понял, Брат Дун, всё сделаем, — кивнул Цзян Сэнь.
— Понял, Брат Дун, всё сделаем, — кивнул Цзян Сэнь.
Когда Се Вэньдун вернулся на виллу, Пэн Лин еще не спала. В уютной домашней пижаме она сидела на диване перед телевизором, дожидаясь его. Заметив мужа, она поднялась и пристально оглядела его с ног до головы.
Когда Се Вэньдун вернулся на виллу, Пэн Лин еще не спала. В уютной домашней пижаме она сидела на диване перед телевизором, дожидаясь его. Заметив мужа, она поднялась и пристально оглядела его с ног до головы.
— Вэньдун, ты где пропадал?
— Вэньдун, ты где пропадал?
Вэньдун приподнял свой улов и широко улыбнулся:
Вэньдун приподнял свой улов и широко улыбнулся:
— Рыбачил!
— Рыбачил!
Пэн Лин скользнула взглядом по мокрой чешуе и, ничего не заподозрив, лишь шутливо закатила глаза:
Пэн Лин скользнула взглядом по мокрой чешуе и, ничего не заподозрив, лишь шутливо закатила глаза:
— Нашел время. Какая рыбалка посреди ночи?
— Нашел время. Какая рыбалка посреди ночи?
Се Вэньдун рассмеялся, убрал улов в холодильник, а вернувшись в гостиную, приобнял девушку за плечи.
Се Вэньдун рассмеялся, убрал улов в холодильник, а вернувшись в гостиную, приобнял девушку за плечи.
— Собирай вещи. Послезавтра отправляю тебя в Англию, навестить отца.
— Собирай вещи. Послезавтра отправляю тебя в Англию, навестить отца.
Пэн Лин нахмурилась. По его тону она сразу поняла, что сопровождать ее он не собирается.
Пэн Лин нахмурилась. По его тону она сразу поняла, что сопровождать ее он не собирается.
— А ты?
— А ты?
— Мне нужно слетать в Австралию, уладить пару вопросов. Не переживай, я отправлю с тобой Вэнь Цзы и Сяо Фэн. С ними ты будешь в полной безопасности.
— Мне нужно слетать в Австралию, уладить пару вопросов. Не переживай, я отправлю с тобой Вэнь Цзы и Сяо Фэн. С ними ты будешь в полной безопасности.
Пэн Лин огорчилась. Конечно, она прекрасно ладила и с Вэнь Цзы, и с Сяо Фэн, но они не могли заменить ей любимого человека. Она так ждала этой поездки в Европу, надеясь провести время вдвоем, а теперь все планы рушились. Девушка тихо вздохнула и посмотрела на бледное, спокойное лицо Се Вэньдуна. Если он так резко сорвался в Австралию, значит, стряслось что-то серьезное. Какая бы обида ни копошилась в душе, Пэн Лин понимала его без лишних слов.
Пэн Лин огорчилась. Конечно, она прекрасно ладила и с Вэнь Цзы, и с Сяо Фэн, но они не могли заменить ей любимого человека. Она так ждала этой поездки в Европу, надеясь провести время вдвоем, а теперь все планы рушились. Девушка тихо вздохнула и посмотрела на бледное, спокойное лицо Се Вэньдуна. Если он так резко сорвался в Австралию, значит, стряслось что-то серьезное. Какая бы обида ни копошилась в душе, Пэн Лин понимала его без лишних слов.
— Будь осторожен, Вэньдун, — тихо попросила она.
— Будь осторожен, Вэньдун, — тихо попросила она.
Ее чуткость всегда согревала Се Вэньдуну душу — редкая женщина способна так понимать без лишних расспросов. Он мягко улыбнулся, убрал непослушную прядь с ее лба и ласково коснулся губами виска:
Ее чуткость всегда согревала Се Вэньдуну душу — редкая женщина способна так понимать без лишних расспросов. Он мягко улыбнулся, убрал непослушную прядь с ее лба и ласково коснулся губами виска:
— Обязательно.
— Обязательно.
***
***
На следующий день Се Вэньдун в легкой летней одежде отдыхал в шезлонге у кромки воды. По обе стороны от него расположились Цзян Сэнь, Жэнь Чанфэн и Братья Пяти Стихий. Все они, несмотря на палящее солнце, сидели в строгих, застегнутых на все пуговицы костюмах. Со стороны это выглядело дико и невероятно жарко, но на лицах телохранителей не отражалось ни малейшего дискомфорта.
На следующий день Се Вэньдун в легкой летней одежде отдыхал в шезлонге у кромки воды. По обе стороны от него расположились Цзян Сэнь, Жэнь Чанфэн и Братья Пяти Стихий. Все они, несмотря на палящее солнце, сидели в строгих, застегнутых на все пуговицы костюмах. Со стороны это выглядело дико и невероятно жарко, но на лицах телохранителей не отражалось ни малейшего дискомфорта.
— Ну, и что рассказал наш вчерашний гость? — поинтересовался Се Вэньдун, поднимаясь и разминая затекшие плечи.
— Ну, и что рассказал наш вчерашний гость? — поинтересовался Се Вэньдун, поднимаясь и разминая затекшие плечи.
Цзинь Янь ответил:
Цзинь Янь ответил:
— Катера они раздобыли в Дарвине. Оттуда дошли до острова Бастер, переждали там какое-то время, а затем взяли курс на нас.
— Катера они раздобыли в Дарвине. Оттуда дошли до острова Бастер, переждали там какое-то время, а затем взяли курс на нас.
Будучи одним из Братьев Пяти Стихий, Цзинь Янь когда-то профессионально промышлял заказными убийствами. Он знал не меньше полусотни способов быстро отправить человека на тот свет, но еще больше преуспел в искусстве причинять боль, не убивая. Развязать язык упрямцу для него было парой пустяков.
Будучи одним из Братьев Пяти Стихий, Цзинь Янь когда-то профессионально промышлял заказными убийствами. Он знал не меньше полусотни способов быстро отправить человека на тот свет, но еще больше преуспел в искусстве причинять боль, не убивая. Развязать язык упрямцу для него было парой пустяков.
— В Дарвине? — Се Вэньдун задумчиво постучал пальцем по лбу. — Хоть это и близко, но там в основном живут аборигены. К японцам они теплых чувств не питают, да и скоростные катера первому встречному не доверят.
— В Дарвине? — Се Вэньдун задумчиво постучал пальцем по лбу. — Хоть это и близко, но там в основном живут аборигены. К японцам они теплых чувств не питают, да и скоростные катера первому встречному не доверят.
— Именно так, — подтвердил Цзинь Янь.
— Именно так, — подтвердил Цзинь Янь.
— Из чего следует вывод: либо в Дарвине укрепились недобитки из Группы Душ, либо за их спиной стоит кто-то из местных.
— Из чего следует вывод: либо в Дарвине укрепились недобитки из Группы Душ, либо за их спиной стоит кто-то из местных.
— К сожалению, пленный рядовой боец деталей не знал. Сказал только, что плавсредства им предоставил некий Марк.
— К сожалению, пленный рядовой боец деталей не знал. Сказал только, что плавсредства им предоставил некий Марк.
Се Вэньдун обвел взглядом своих людей:
Се Вэньдун обвел взглядом своих людей:
— Кому-нибудь знакомо это имя?
— Кому-нибудь знакомо это имя?
Бойцы переглянулись и покачали головами.
Бойцы переглянулись и покачали головами.
Се Вэньдун с улыбкой пожал плечами:
Се Вэньдун с улыбкой пожал плечами:
— Что ж, значит, летим в Австралию.
— Что ж, значит, летим в Австралию.
***
***
Дарвин
Дарвин
Дарвин — административный центр Северной территории Австралии. Пожалуй, это самый дикий и безлюдный регион страны: бескрайние полупустыни и песчаные дюны, где живет от силы сто пятьдесят тысяч человек, большую часть которых составляют коренные племена. Остров Блаженства находится у северных берегов континента, совсем близко к Дарвину и еще ближе к безжизненному острову Бастер. И если на Бастере ловить было нечего, то в Дарвине определенно стоило поискать зацепки.
Дарвин — административный центр Северной территории Австралии. Пожалуй, это самый дикий и безлюдный регион страны: бескрайние полупустыни и песчаные дюны, где живет от силы сто пятьдесят тысяч человек, большую часть которых составляют коренные племена. Остров Блаженства находится у северных берегов континента, совсем близко к Дарвину и еще ближе к безжизненному острову Бастер. И если на Бастере ловить было нечего, то в Дарвине определенно стоило поискать зацепки.
Благо там у Се Вэньдуна давно были свои люди, да и связями среди местных чиновников он успел обзавестись.
Благо там у Се Вэньдуна давно были свои люди, да и связями среди местных чиновников он успел обзавестись.
Поскольку Остров Блаженства со всех сторон окружен водой, добраться до него легально можно было только через территориальные воды Австралии. Дарвин служил идеальным перевалочным пунктом. Разумеется, существовали нелегальные пути, но контрабанда морем грозила встречей со сторожевыми кораблями австралийских ВМС и немедленным обстрелом. Между Дарвином и Островом Блаженства регулярно курсировал частный авиатранспорт, а чтобы чиновники закрывали глаза на таможенные формальности, Се Вэньдун щедро осыпал их взятками.
Поскольку Остров Блаженства со всех сторон окружен водой, добраться до него легально можно было только через территориальные воды Австралии. Дарвин служил идеальным перевалочным пунктом. Разумеется, существовали нелегальные пути, но контрабанда морем грозила встречей со сторожевыми кораблями австралийских ВМС и немедленным обстрелом. Между Дарвином и Островом Блаженства регулярно курсировал частный авиатранспорт, а чтобы чиновники закрывали глаза на таможенные формальности, Се Вэньдун щедро осыпал их взятками.
В какой бы точке мира ты ни находился, хрустящие купюры всегда остаются самым надежным и быстрым пропуском.
В какой бы точке мира ты ни находился, хрустящие купюры всегда остаются самым надежным и быстрым пропуском.
В тот же день, когда Пэн Лин улетела в Англию, Се Вэньдун в сопровождении Цзян Сэня и Жэнь Чанфэна отправился в Дарвин. Этот оживленный прибрежный город встретил их шумом волн и толпами иностранных туристов на чистых улицах. Вдоль дорог выстроились стройные ряды кокосовых пальм. Когда они прогуливались по мягкому белому песку под свежим океанским бризом, трудно было поверить, что прямо за южной окраиной города раскинулась бескрайняя, выжженная солнцем пустыня.
В тот же день, когда Пэн Лин улетела в Англию, Се Вэньдун в сопровождении Цзян Сэня и Жэнь Чанфэна отправился в Дарвин. Этот оживленный прибрежный город встретил их шумом волн и толпами иностранных туристов на чистых улицах. Вдоль дорог выстроились стройные ряды кокосовых пальм. Когда они прогуливались по мягкому белому песку под свежим океанским бризом, трудно было поверить, что прямо за южной окраиной города раскинулась бескрайняя, выжженная солнцем пустыня.
Под оглушительный рокот винтов два вертолета приземлились на вертолетной площадке четырехзвездочного отеля. Их уже ждали. Возглавлял встречающих высокий тучный мужчина лет сорока пяти. На нем была яркая гавайская рубашка и темные очки, а зачесанные назад волосы лоснились от бриолина.
Под оглушительный рокот винтов два вертолета приземлились на вертолетной площадке четырехзвездочного отеля. Их уже ждали. Возглавлял встречающих высокий тучный мужчина лет сорока пяти. На нем была яркая гавайская рубашка и темные очки, а зачесанные назад волосы лоснились от бриолина.
Едва дверь кабины распахнулась и Се Вэньдун спрыгнул на бетонную площадку, толстяк заметно подобрался. Он торопливо сорвал очки, подбежал ближе и низко склонился в поклоне:
Едва дверь кабины распахнулась и Се Вэньдун спрыгнул на бетонную площадку, толстяк заметно подобрался. Он торопливо сорвал очки, подбежал ближе и низко склонился в поклоне:
— Брат Дун!
— Брат Дун!
Картина выглядела довольно комично: взрослый, солидный мужчина за сорок лебезил и заискивал перед юношей, которому едва исполнилось двадцать.
Картина выглядела довольно комично: взрослый, солидный мужчина за сорок лебезил и заискивал перед юношей, которому едва исполнилось двадцать.
— Привет, — кивнул Се Вэньдун и с улыбкой окинул встречающего взглядом. — А ты, я гляжу, еще больше раздобрел.
— Привет, — кивнул Се Вэньдун и с улыбкой окинул встречающего взглядом. — А ты, я гляжу, еще больше раздобрел.
Этот человек не состоял в Обществе Вэньдун и не принадлежал к Хунмэню — он подчинялся лично Се Вэньдуну.
Этот человек не состоял в Обществе Вэньдун и не принадлежал к Хунмэню — он подчинялся лично Се Вэньдуну.
Звали его Чжан Тяньян. Обладая острым умом и талантом к финансовым операциям, он сразу привлек внимание Вэньдуна, который и отправил его в Австралию вести свои легальные дела.
Звали его Чжан Тяньян. Обладая острым умом и талантом к финансовым операциям, он сразу привлек внимание Вэньдуна, который и отправил его в Австралию вести свои легальные дела.
И Чжан Тяньян доверие босса оправдал сполна.
И Чжан Тяньян доверие босса оправдал сполна.
Поначалу у Се Вэньдуна в Дарвине не было никаких активов, но всего за несколько месяцев Чжан Тяньян умудрился учредить две крупные компании — «Восток-Синь Окружная Морская Недвижимость» и «Восток-Синь Финансовые Инвестиции», а теперь вел переговоры о покупке четырехзвездочного отеля. Благодаря своей агрессивной деловой хватке он быстро заработал репутацию одного из самых влиятельных бизнесменов в городе.
Поначалу у Се Вэньдуна в Дарвине не было никаких активов, но всего за несколько месяцев Чжан Тяньян умудрился учредить две крупные компании — «Восток-Синь Окружная Морская Недвижимость» и «Восток-Синь Финансовые Инвестиции», а теперь вел переговоры о покупке четырехзвездочного отеля. Благодаря своей агрессивной деловой хватке он быстро заработал репутацию одного из самых влиятельных бизнесменов в городе.
Разумеется, никто из местных не подозревал, что за его спиной стоит Се Вэньдун. В глазах общественности Чжан Тяньян оставался просто расчетливым, но надежным китайским предпринимателем.
Разумеется, никто из местных не подозревал, что за его спиной стоит Се Вэньдун. В глазах общественности Чжан Тяньян оставался просто расчетливым, но надежным китайским предпринимателем.
Чиновники души в нем не чаяли — из его бездонных карманов рекой текли щедрые пожертвования.
Чиновники души в нем не чаяли — из его бездонных карманов рекой текли щедрые пожертвования.
Чжан Тяньян лично свел босса со многими высокопоставленными лицами Дарвина, расчистив тому путь во властные кабинеты.
Чжан Тяньян лично свел босса со многими высокопоставленными лицами Дарвина, расчистив тому путь во властные кабинеты.
Естественно, за ширмой легального бизнеса скрывались десятки бойцов из Общества Вэньдун. Числясь рядовыми сотрудниками в фирмах Чжан Тяньяна, они наводнили весь город. Именно им Се Вэньдун и поручил отыскать таинственного Марка.
Естественно, за ширмой легального бизнеса скрывались десятки бойцов из Общества Вэньдун. Числясь рядовыми сотрудниками в фирмах Чжан Тяньяна, они наводнили весь город. Именно им Се Вэньдун и поручил отыскать таинственного Марка.
И хотя по части шпионажа они уступали профессионалам из Теневой Группы, долгое пребывание в Дарвине давало свои плоды: они знали изнанку города как свои пять пальцев.
И хотя по части шпионажа они уступали профессионалам из Теневой Группы, долгое пребывание в Дарвине давало свои плоды: они знали изнанку города как свои пять пальцев.
Всего через сутки Се Вэньдуну лег на стол готовый отчет. Марк оказался человеком из Банды Свирепых Тигров.
Всего через сутки Се Вэньдуну лег на стол готовый отчет. Марк оказался человеком из Банды Свирепых Тигров.
Известие это удивило его и одновременно расставило всё по местам. Их вражда с Бандой Свирепых Тигров тянулась с самого начала его пути. Можно сказать, Общество Вэньдун поднялось именно благодаря им — точнее, благодаря похищенной у «Тигров» партии оружия на пять миллионов.
Известие это удивило его и одновременно расставило всё по местам. Их вражда с Бандой Свирепых Тигров тянулась с самого начала его пути. Можно сказать, Общество Вэньдун поднялось именно благодаря им — точнее, благодаря похищенной у «Тигров» партии оружия на пять миллионов.
С тех пор они вели кровопролитную войну на уничтожение, которая затихла лишь тогда, когда Се Вэньдун окончательно вышвырнул конкурентов из города H.
С тех пор они вели кровопролитную войну на уничтожение, которая затихла лишь тогда, когда Се Вэньдун окончательно вышвырнул конкурентов из города H.
Потеряв позиции в Китае и лишившись половины бойцов, лидеры «Тигров» люто возненавидели Вэньдуна. Было вполне ожидаемо, что они профинансируют Группу Душ ради его ликвидации. Поражало другое: враг затаился прямо у него под носом, на соседней территории, а он об этом даже не догадывался. Если бы не ночная атака на море, неизвестно, как долго они планировали выжидать и насколько сокрушительный удар могли нанести.
Потеряв позиции в Китае и лишившись половины бойцов, лидеры «Тигров» люто возненавидели Вэньдуна. Было вполне ожидаемо, что они профинансируют Группу Душ ради его ликвидации. Поражало другое: враг затаился прямо у него под носом, на соседней территории, а он об этом даже не догадывался. Если бы не ночная атака на море, неизвестно, как долго они планировали выжидать и насколько сокрушительный удар могли нанести.
«Банду Свирепых Тигров нужно выжечь из Дарвина под корень, — твердо решил для себя Се Вэньдун. — Иначе Остров Блаженства никогда не будет в безопасности»
«Банду Свирепых Тигров нужно выжечь из Дарвина под корень, — твердо решил для себя Се Вэньдун. — Иначе Остров Блаженства никогда не будет в безопасности»
Услышав добродушную шутку босса, Чжан Тяньян облегченно вздохнул и заулыбался:
Услышав добродушную шутку босса, Чжан Тяньян облегченно вздохнул и заулыбался:
— Да уж, Брат Дун, в последнее время слишком много банкетов, вот жирок и завязывается! Я подготовил для вас лучшие номера. Прошу внутрь!
— Да уж, Брат Дун, в последнее время слишком много банкетов, вот жирок и завязывается! Я подготовил для вас лучшие номера. Прошу внутрь!
Следуя за управляющим, Се Вэньдун и его спутники покинули крышу и вошли в здание. Спускаясь в лифте, Вэньдун поинтересовался:
Следуя за управляющим, Се Вэньдун и его спутники покинули крышу и вошли в здание. Спускаясь в лифте, Вэньдун поинтересовался:
— Как продвигается сделка по покупке этого отеля?
— Как продвигается сделка по покупке этого отеля?
При упоминании дел Чжан Тяньян так и просиял:
При упоминании дел Чжан Тяньян так и просиял:
— Всё на стадии завершения, Брат Дун. Бумаги практически оформлены. Если не вылезет никаких юридических заминок, к концу месяца отель полностью перейдет под наш контроль.
— Всё на стадии завершения, Брат Дун. Бумаги практически оформлены. Если не вылезет никаких юридических заминок, к концу месяца отель полностью перейдет под наш контроль.
— Оперативно, — с довольной улыбкой покачал головой Се Вэньдун.
— Оперативно, — с довольной улыбкой покачал головой Се Вэньдун.

Комментарии

Загрузка...