Осенняя прохлада уже вместе с осенним ветром проникла в тело.
Настал день, о котором договорились в Цинцю с Су Ин. Перед горой Саньчун, над огромной бездной, расколотой магической силой пятьдесят лет назад, силы бессмертных и демонов проложили две дороги. Пути бессмертных и демонов разделились по обе стороны горы Саньчун.
Янь Хуэй и Тянь Яо стояли среди сородичей-демонов, Лу Мушэн уже стоял в самомпереди, ведомый наследным принцем. Су Ин и Лин Сяо находились на противоположной стороне. Заметив Лу Мушэна, Су Ин взмахнула рукой, и следовавшие за ней бессмертные расступились, открывая проход. Тогда-то на всеобщее обозрение и вывели Сяньгэ, скованную тяжелыми оковами.
Ее руки были связаны за спиной, а на ногах бренчали тяжелые железные цепи, на которых вспыхивала печать при каждом ее шаге.
При виде этого сородичи-демоны то и дело издавали гневные возгласы. Какой бы ни была Сяньгэ, она оставалась княжной расы демонов, а теперь ее вывели в таком пленнном виде адепты Даосизма — нельзя было не возмутиться.
— Мастер Су Ин из Секты Гуанхань, — громко произнес наследный принц. — Человек, который вам нужен, здесь. Почему бы вам немедленно не снять оковы с Сяньгэ? — С этими словами он потянул Лу Мушэна за собой и шагнул вперед. Заметив это, Су Ин слегка прищурилась, и тут же ее рука блеснула, а цепи на ногах Сяньгэ мгновенно потеряли мерцание сдерживающих заклятий.
— Давай меняться, — громко произнесла Су Ин.
Тогда наследный принц Девятихвостого лиса обратился к Лу Мушэну:
— Иди.
Лу Мушэн молча направился по мосту, выстроенному с помощью бессмертной энергии. Опустив брови и прикрыв глаза, он не позволял никому разглядеть выражение его лица.
Сяньгэ в то же время двинулась навстречу по мосту расы демонов. Они ступили на середину переправы одновременно, но когда все взгляды приковались к этому зрелищу, никто не заметил, как за спиной Су Ин одна из женщин-адептов скрытно собрала в руке ци.
Прямо за спиной толпы она внезапно нанесла удар, и сгусток магической силы с силой обрушился на мост демонической энергии под ногами Сяньгэ.
Мост, сотканный из демонической ци, содрогнулся от удара, Сяньгэ пошатнулась и чуть не упала на переправе.
Взгляд Су Ин похолодел, она обернулась и посмотрела на толпу бессмертных. А Янь Хуэй, находившаяся на стороне расы демонов, увидев это, громко возмутилась:
— Мастер Су Ин из Секты Гуанхань решила нарушить собственное слово!
Заметив, что Сяньгэ едва не упала, демоны сильно встревожились, а после окрика Янь Хуэй те из них, кто и так до предела ненавидел приверженцев Даосизма, вмиг подняли невообразимый шум.
Янь Хуэй холодно фыркнула:
— Вернуть человека хотят, а отпускать — нет! Разве бывает в этом мире такое легкое дело?! — Она стремительно качнулась вперед, всколыхнув ци демона внутри себя, и взмыла в воздух, намереваясь силой утащить Лу Мушэна обратно.
Су Ин изначально планировала сама немедленно схватить того, кто совершил подлое нападение на Сяньгэ, но, заметив маневр Янь Хуэй, тут же помрачнела лицом. Не успев даже ничего произнести, она взмахнула рукой, обрушив на Янь Хуэй шквал смертоносной энергии бессмертных.
Янь Хуэй не могла противостоять силе Су Ин, да и не пыталась защищаться. Ценой собственной жизни она рванулась вперед, схватила Лу Мушэна и потащила его назад. В тот же самый момент лава на дне бездны, подогреваемая чьей-то неведомой силой, взметнулась вверх с оглушительным грохотом. Обжигающее пламя разрушило мост, созданный бессмертными, и одновременно укрыло Янь Хуэй от смертоносного удара Су Ин.
Даже не взглянув на обстановку, Янь Хуэй изо всех сил волокла Лу Мушэна в сторону Цинцю. Ей не нужно было взлетать или использовать заклинания — она просто бежала вместе с ним, хромая и спотыкаясь, словно удар Су Ин задел ее тело, ранив и лишив возможности применять магию.
Увидев, что Янь Хуэй уводит Лу Мушэна, Су Ин и помыслить не могла о том, чтобы отпустить их, и тут же бросилась в погоню, намереваясь поймать беглянку.
Тянь Яо атаковал одновременно с ней, на мгнокенье перехватив Су Ин в воздухе. Су Ин проскрежетала зубами от злости:
— Дракон-Демон, не мешай мне!
Услышав это, Тянь Яо лишь холодно усмехнулся:
— Я только тем и занимаюсь, что мешаю тебе.
Лицо Су Ин исказилось от гнева, но с первого же удара справиться с Тянь Яо ей не удалось.
Янь Хуэй вовсю голосила, обращаясь к наследному принцу расы демонов:
— Быстрее забирайте Сяньгэ!
Не успел ее голос затихнуть, как наследный принц уже ринулся в бой. Тем временем Су Ин, отразив короткую атаку Тянь Яо и заметив действия принца, обернулась и рявкнула:
— Лин Сяо!
Лин Сяо и без ее приказов прекрасно видел всю суть происходящего и собирался заново схватить Сяньгэ.
Обе стороны сошлись в схватке. Находившиеся внизу демоны, годами копившие обиды, больше не могли сдерживать гнев из-за постоянных притеснений со стороны адептов Даосизма. Издав оглушительный рев, они бросились на другую сторону горы Саньчун, и бессмертные были вынуждены принять бой.
В тот же миг обе стороны сцепились в кромешной сваре.
Среди этого хаоса упавшая на землю Сяньгэ пыталась подняться, когда рядом внезапно протянулась рука и властным жестом обвила ее за талию.
Сяньгэ испугалась, но в следующее же мгновение узнала хозяина этой руки. Почти не веря своим глазам, она повернула голову: незнакомец был облачен в широкие черные одежды, а глубокий капюшон скрывал его лицо. От него исходила странная, смешанная аура — то демоническая, то бессмертная.
Ни один из сражавшихся — ни бессмертные, ни демоны — не мог в разгар этой суматохи разобрать, кто перед ними.
Сяньгэ посмотрела на него осипшим голосом, словно все слезы застряли у нее в горле:
— Ты...
— Я пришел спасти тебя.
Всего одно короткое предложение из четырех слов, но оно так легко заставило глаза Сяньгэ покраснеть.
Суматоха на поле боя не позволила им долго предавадться нежностям: Лин Сяо с мрачным выражением лица направил на Сяньгэ сгусток бессмертной ци, но та разбилась о вспышку демонической энергии, едва приблизившись.
Наследный принц Девятихвостого лиса заслонил Сяньгэ собой. Его широкая спина укрыла ее от суеты и криков битвы, а брошенное им тяжелое слово «Уходим» прозвучало так глухо, что расслышать его можно было лишь чудом.
Сяньгэ повернула голову и увидела своего отца, который с самого детства защищал и оберегал ее. Он стоял перед ней посреди хаоса битвы — точно так же, как и прежде, даря ей самую надежную опору.
Губы Сяньгэ дрогнули, и сорвавшееся с них слово «Отец» было полно неведомой прежде боли.
Однако Фэн Цяньшо не позволил ей долго любоваться этой широкой спиной. Он подхватил Сяньгэ на руки, укутал плащом и в одно мгновение растворился в гуще битвы, уносясь в неизвестную даль.
Наследный принц девяти хвостов даже не оглянулся назад, лишь крепче сжал рукоять большого кзанка, зная в глубине души, что отныне эта дочь отдалена от него тысячами ли и встретиться в этой жизни им больше не доверится.
Лин Сяо послал вперед волну ци, которую принц отбил легким взмахом своего широкого меча. Наследный Царства Цинцю холодно усмехнулся:
— Нынешний глава Горы Чэньсин силен лишь на словах? Ты так усердно служишь миру бессмертных, но выходит не слишком-то искренне!
Услышав это, Лин Сяо слегка прищурился и бросил взгляд в сторону, заметив Янь Хуэй, которая металась по полю боя вместе с Лу Мушэном, из последних сил уворачиваясь от Су Ин. Ладонь Лин Сяо чуть сжалась, после чего он заставил себя отвести взгляд, посмотрев на принца с холодной усмешкой:
— А наследник девятихвостых лисов Царства Цинцю оказался на удивление мягкосердечен к дочери, предавшей собственный род.
Взгляд принца стал жестче, короткий окрик — и он снова бросился на Лин Сяо. Оба противника опять сошлись в схватке, только на этот раз Лин Сяо сражался отступая, постепенно приближаясь к тому месту, где находилась Янь Хуэй...
Даже с такого расстояния Лин Сяо видел те техники демонических искусств, что использовала Янь Хуэй. Семь частей из десяти казались ему незнакомыми, но остальные три он узнал с первого взгляда — их определенно обучил Дракон-Демон. К тому же, когда Янь Хуэй применяла их, в ее собственной ауре демона смутно проступало дыхание Дракона-Демона. Пусть слабое, но он чувствовал его слишком отчетливо.
И если он заметил это, Су Ин наверняка тоже...
Мысль еще не успела оформиться в его голове, как Су Ин, сражавшаяся с Тянь Яо, бросила на того холодный взгляд:
— Я-то думала, почему ты сейчас настолько слаб. Оказывается, ты до сих пор не вернул свою внутреннюю пилюлю! Почему? Неужели за счет этой девчонки выращиваешь ее обратно?
Она не стала понижать голос, и Янь Хуэй, укрывавшая Лу Мушэна в глубине Цинцю, тоже услышала ее слова. От услышанного Янь Хуэй невольно замерла, вскинув голову в небо, и увидела, что Тянь Яо, похоже, пришел в ярость от слов Су Ин.
Жест его руки заставил лаву из бездны у подношия горы Саньчун взметнуться вверх. Она свернулась в огненного дракона и стремительно бросилась на Су Ин.
Су Ин холодно хмыкнула:
— Без внутренней пилюли ты смеешь тягаться со мной! — Только ее голос затих, как небо огласилось несколькими звонкими трелями: вызванный Тянь Яо лавовый дракон мгновенно покрылся льдом, рассыпался прямо в воздухе и осыпался вниз ледяной крошкой.
Заметив, что Су Ин собирается применить магию для смертельного удара по Тянь Яо, Янь Хуэй в тот же миг услышала со стороны Лин Сяо грохот столкнувшейся энергии. Она бросила туда быстрый взгляд, но фигуры Сяньгэ уже и след простыл — Янь Хуэй решила, что Фэн Цяньшо удалось успешно забрать девушку.
Раз Сяньгэ рядом не было, у Янь Хуэй мгновенно созрел план. Она обратилась к Лу Мушэну, бросив короткое прости, и тут же приставила кинжал к его горлу, застыв посреди зарослей:
— Су Ин! — громко окликнула она. — Сделай еще хоть шаг, и этот ученый расстанется с жизнью!
При этих словах Су Ин действительно замерла. Опустив взгляд, она увидела, что лезвие Янь Хуэй уже слегка царапнуло горло Лу Мушэна, и ярко-алая кровь потекла по его шее, окрашивая воротник.
Увидев это зрелище, Су Ин почему-то крупно вздрогнула и остановилась.
— Ты говоришь, что он — реинкарнация твоего возлюбленного, — произнесла Янь Хуэй с усмешкой. — Наверное, тебе стоило немало труда отыскать его? Интересно, если я убью его на этот раз, хватит ли у тебя удачи отыскать его перерождение в следующие двадцать лет?
Ладони Су Ин слегка задрожали.
— Покинь Цинцю, — потребовала Янь Хуэй. — Считай, что сегодняшнего дня не было. Иначе... — Янь Хуэй скривила губы, с напускным безразличием еще сильнее надавливая лезвием на порез Лу Мушэна, — будешь собирать его кости.
Взгляд Су Ин помрачнел до предела, зубы скрипнули от сжатых челюстей.
После долгого молчания в небе раздалось:
— Я ухожу. Только не трогай его.
Произнеся эти пять слов, она никак не ожидала вызвать холодную усмешку у Лу Мушэна, который с предельной иронией посмотрел на парящую в небе женщину. Су Ин сделала вид, будто не заметила его взгляда, и молча отступила.
Заметив, что силуэт Су Ин вот-вот скроется за границей Цинцю, Янь Хуэй мысленно перевела дыхание.
Она едва заметно ослабила руку, державшую кинжал, и в это самое мгновение под ногами Янь Хуэй с оглушительным треском расцвело ледяное заклинание. Девятихвостая растерялась, а в небе раздался полный паники окрик Тянь Яо:
— Отойди!
Лу Мушэн же в этот миг неожиданно резко подался вперед, сам насаживаясь горлом на острие ножа Янь Хуэй.
Янь Хуэй даже не успела отдернуть руку. Когда лезвие уже готово было рассечь его трахею, сбоку стремительно выметнулась чья-то рука и наотмашь схватилась за клинок. Кровь брызнула из ладони, капля за каплей падая на землю.
Су Ин, которую до сих пор не смог ранить ни один противник на этом поле боя, сейчас порезала ладонь о кинжал Янь Хуэй, пытаясь спасти Лу Мушэна.
— Ты снова хочешь покончить с собой? — выдохнула Су Ин. — Не пытайся причинить мне боль такими способами.
Лу Мушэн холодно усмехнулся:
— До тех пор, пока это причиняет тебе боль, я готов на любые способы.
Уголки губ Су Ин дрогнули, а в глазах промелькнула острая боль.
Янь Хуэй смотрела на Су Ин, оказавшуюся так близко, и в этот оцепенелый момент услышала громкий звук удара. Повернув голову, она увидела, как обычно невозмутимый Тянь Яо наотмашь бьет своей силой по краям ледяного барьера Су Ин — того самого барьера, что мешал ему прорваться к ней.
Ледяной массив ярко вспыхнул, и Янь Хуэй целиком затянуло внутрь.
Наверное, поэтому и выражение паники и потрясения на лице Тянь Яо за пределами барьера тоже разом исчезло...
Когда Янь Хуэй пришла в себя, стояла глубокая ночь. Смутно знакомая аура в воздухе показалась ей странно родной — это было... дыхание Горы Чэньсин...
Приоткрыв глаза, Янь Хуэй увидела ночное небо, просвечивающее сквозь кроны деревьев. Боковым зрением она уловила отсветы яркого пламени и, повернув голову, заметила Су Ин. Та полулежала на земле, прикрывая ладонью шею распростертого рядом Лу Мушэна — от ее пальцев исходили волны густого мороза, судя по всему, она лечила его раны.
События, предшествовавшие потере сознания, постепенно всплывали в памяти. Попытавшись пошевелиться, она обнаружила, что ее тело опутано какой-то неведомой силой, и даже движение пальцами давалось с огромным трудом.
Янь Хуэй проверила свое внутреннее состояние: ее база культивации была на месте, однако использовать ее оказалось совершенно невозможно. Девушка сразу поняла, что Су Ин наложила на нее печать, которую ей самой ни за что не снять. Осознав реальность происходящего, она неожиданно быстро успокоилась: раз уж Су Ин не прикончила ее без сознания, значит, прямо сейчас убивать не собиралась.
Она принялась размышлять, зачем вообще Су Ин понадобилось тащить ее с собой вместе с Лу Мушэном. Раз здесь чувствовалась аура Горы Чэньсин, значит, они направлялись именно туда. Но до горы отсюда было всего несколько десятков ли, так почему же они остановились прямо посреди дороги?
Бросив еще один взгляд на Лу Мушэна, Янь Хуэй вмиг все поняла. Тот лежал с закрытыми глазами, покрытый холодным потом, отражающим пляшущие языки пламени; его губы побелели, а лицо приобрело землистый оттенок. Похоже, с его телом творилось что-то неладное.
Янь Хуэй помнила, что тогда всего лишь оставила на его шее поверхностную рану, чтобы он слегка кровоточил. Пусть сила, с которой Лу Мушэн сам бросился на клинок, была немалой, Су Ин ведь вовремя остановила кровь.
Но смертное тело... от природы было до смешного хрупким и ненадежным.
— Мушэн? — неожиданно подала голос Су Ин. — Тебе где-нибудь больно?
Лу Мушэн с трудом разлепил веки, обвел взглядом окрестности и заметил руку Су Ин на своей шее. Он попытался приподнять руку, чтобы оттолкнуть ее, но даже столь слабым движением все равно хотел избавиться от прикосновения:
— Убирайся.
Су Ин опустила глаза, словно не услышав его слов:
— Тебе стоило не снимать подаренный мной плащ. Пусть он не убережет тебя от ран, но хотя бы защитит от болезней.
Вспомнив происхождение того самого плаща, Янь Хуэй почувствовала легкую боль в груди, но на губах тут же заиграла насмешливая улыбка:
— Мастер Су Ин проявляет широту души за чужой счет, вот только жаль, что этот плащ ему больше никогда не надеть.
Су Ин была целиком поглощена Лу Мушэном и поначалу не заметила, что Янь Хуэй очнулась. Лишь услышав ее голос, она холодно скользнула взглядом назад.
— Раз Тянь Яо вернул свою чешую дракона, — продолжила Янь Хуэй, — она больше не достанется тебе.
Су Ин бросила на нее короткий взгляд:
— Я заставлю его отдать ее снова.
Янь Хуэй прищурилась, и в ее голосе прорезалась жесткость:
— Больше ты не посмеешь вредить Тянь Яо.
Раньше Тянь Яо был ослеплен Су Ин, но теперь... Янь Хуэй поклялась себе, что защитит дракона. Обязательно защитит его как следует.
Словно уловив скрытые за словами эмоции, Су Ин резко обернулась. Пристально глядя на Янь Хуэй, она прищурилась и холодно усмехнулась:
— Питать искренние чувства к Дракону-Демону — до чего же это забавно.
Хотя Лу Мушэн все еще бредил, он отлично расслышал их разговор. Осознав все, он вцепился в рукав Су Ин:
— Тот плащ... неужели ты тоже... отобрала его? Это чешуя... того дракона?
Даже столкнувшись с подобным допросом, Су Ин ответила лишь с безразличным спокойствием:
— Это всего лишь демон. Снять с него чешую ради продления твоей жизни — разве в этом есть ошибка?
Столь холодный тон заставил сердце Янь Хуэй сжаться от ярости, поднявшейся из глубин груди. Однако не успела она и слова сказать, как казавшийся полумертвым Лу Мушэн внезпно вскочил на ноги и завопил:
— И пусть демон! — Он изо всех сил толкнул Су Ин. — Убирайся! Мне не нужно твое фальшивое спасение от бессмертной небожительницы! — Выкрикнув это, он потерял контроль над собственным телом и тяжело рухнул на землю.
Су Ин даже не сдвинулась от его толчка, но лицо ее побелело так, будто ей отвесили звонкую пощечину.
— Я — муж Юньси... — пробормотал Лу Мушэн, падая на землю, его затуманенный взгляд блуждал, словно он говорил сам с собой. — Я тоже из расы демонов.
Су Ин молча смотрела на него, слушая каждое слово:
— Убей меня. Я ведь тоже демон.
Су Ин долго хранила молчание. Когда Янь Хуэй уже решила, что та больше ничего не скажет, женщина протянула руку и коснулась шеи Лу Мушэна. Голос ее звучал хрипло:
— Ты болен, не говори так.
Лу Мушэн уже не мог поднять руку, но все же отвернулся, избегая ее прикосновения. На его лице открыто читалось искреннее, неподдельное отвращение к Су Ин.
Рука Су Ин замерла в воздухе, а затем медленно опустилась обратно. Больше она ничего не сказала.
Ночь воцарилась вокруг.
Дыхание Лу Мушэна, хоть и оставалось поначалу частым, постепенно выровнялось — судя по всему, он заснул. Заметив это, Янь Хуэй решила, что до утра они с места не сдвинутся. Бросив ленивый взгляд на спину Су Ин, она тоже закрыла глаза и погрузилась в сон.
Янь Хуэй вовсе не находила Су Ин, чьи чувства были вот так отвергнуты, жалкой. Ей казалось, что та просто получила по заслугам.
Ранним утром Янь Хуэй проснулась и, открыв глаза, случайно увидела, что Лу Мушэн уже сидит. Его раны, должно быть, затянулись во многом благодаря магии Су Ин. Он слегка пошевелил пальцами, а затем поднял взгляд на прислонившуюся к дереву спящую женщину.
Долго вглядываясь в ее лицо и о чем-то раздумывая, он внезапно поднялся на ноги.
Янь Хуэй моргнула: тело по-прежнему не слушалось ее, и она понятия не имела, что задумал Лу Мушэн. Однако, заметив, как он быстрым шагом направляется к Су Ин, она приоткрыла рот, но прежде чем успела хоть слово произнести, Лу Мушэн уже выхватил из ножен холодный меч, висевший у пояса Су Ин.
Если бы Янь Хуэй до сих пор не догадывалась, что он собирается сделать, ее жизнь явно прошла бы зря.
Впрочем, если бы Су Ин не проснулась, когда у нее вытаскивали меч, ее собственная жизнь тоже не стоила бы ломаного гроша. А раз она все еще закрывала глаза, оставалось лишь одно: женщина притворялась спящей, желая узнать, на что решится Лу Мушэн, пока она якобы отдыхает...
Почти без колебаний, сжав зубы и вложив в удар все силы своего слабого ученого тела, Лу Мушэн вонзил меч прямо в сердце Су Ин.
Раздался глухой звук, и брызнула кровь, окрасив грудь Су Ин в ярко-алый цвет.
Увидев, что удар достиг цели, Лу Мушэн победно сверкнул глазами и толкнул клинок еще глубже. От этого движения тело Су Ин слегка качнулось, и она открыла глаза: ее взгляд был чист, но на самом дне глаз таилась неизбывная, невыносимая боль.
Лу Мушэн замер.
Су Ин горько усмехнулась:
— Ты, должно быть, удивлен, почему моя кровь все еще красная? Наверное, в твоем представлении мое сердце должно быть черным.
Лу Мушэн стиснул зубы и единым движением выдернул меч. Су Ин крепко сжала челюсти, словно испытывая предел физической боли. Увидев, что та сидит на земле и не предпринимает ответных действий, Лу Мушэн тут же бросился к лежавшей неподвижно Янь Хуэй:
— Госпожа Янь, я ранил ее, я вытащу вас отсюда.
Янь Хуэй не ответила, прекрасно понимая, что сбежать от Су Ин не так-то просто. Наверное, во всем мире нашелся бы лишь один Лу Мушэн, способный столь легко вогнать клинок в грудь Су Ин, вытащить его и уйти целым и невредимым.
— Ты настолько жаждешь сбежать от меня! — Су Ин, казалось, больше не могла сдерживаться. Ее голос резко взлетел, став пронзительным, способным разорвать барабанные перепонки: — Ты же говорил, что хочешь состариться со мной, ты сам выцарапал мое имя на своей ладони и клялся вечно хранить его в сердце!
Су Ин говорила с надрывом, полным отчаяния, в то время как Лу Мушэн оставался абсолютно бесстрастным. Янь Хуэй же не удержалась и тихо пробормотала про себя:
— И как этот ученый в прошлой жизни мог совершать столь ванильные, приторно-пошлые поступки...
Су Ин, казалось, полностью погрузилась в собственный мир. Она вскочила на ноги, бросилась к Лу Мушэну, вцепилась в него мертвой хваткой и принялась кричать:
— Ты все забыл? Все забыл? Ты столько клялся мне в вечной любви, обещал помнить меня до последнего вздоха, но ты! — Голос Су Ин сорвался на хрип. Прижимая рукой кровоточащую рану, она почти умоляла: — Как ты мог стать таким? Почему ты не можешь вести себя со мной так же, как раньше?
Лу Мушэн даже не удостоил ее взглядом:
— Я не тот, кого ты любишь. И я не тот, кто любит тебя.
Янь Хуэй добавила от себя:
— Тот человек, о котором ты говоришь, уже умер.
— Чушь! — это слово прозвучало так, будто задело самую больную точку Су Ин. — Замолчи! — взмахнув рукой, она обрушила на Янь Хуэй мощную волну давления. У девушки тут же перехватило дыхание, в груди тяжело заныло, и она потеряла возможность издать хоть звука.
А Лу Мушэн остался безучастен:
— Она говорит правду. Тот человек, о котором ты бредишь, тот генерал — ему снесли голову на поле боя еще двадцать лет назад.
Услышав это, даже придавленная тяжелым удушьем Янь Хуэй невольно вздрогнула.
В мире культиваторов знали лишь то, что Су Ин когда-то полюбила простого смертного, а тот со временем умер от старости. Но никто не ожидал, что он... погиб на поле боя обезглавленным? Если он умер так просто и быстро, тогда зачем Су Ин понадобилось обманывать Тянь Яо и отбирать его чешую ради каких-то доспехов...
Мысль еще не успела завершиться в голове Янь Хуэй, как Су Ин с сияющими от безумия глазами уставилась на Лу Мушэна:
— Вспомнил ли ты что-нибудь из прошлой жизни? Та Духовная жемчужина, что я нашла для тебя, помогла тебе вернуть воспоминания?
Брови Лу Мушэна сошлись на переносице:
— Всего лишь пара бессмысленных снов...
Су Ин прижала ладонь к груди, останавливая кровотечение, и ее лицо слегка успокоилось:
— Раз ты ведешь себя так со мной, значит, просто еще не все вспомнил. Когда вспомнишь — все наладится.
Обретя прежнее хладнокровие, Су Ин произнесла:
— Пойдем на Гору Чэньсин.
Су Ин привела Янь Хуэй и Лу Мушэна на Гору Чэньсин. Переступая через горные врата, Янь Хуэй думала, что испытает бурю эмоций, но стоило ей пройти мимо них, как она поняла — никаких особых чувств больше не осталось.
К этому месту она не испытывала ничего, кроме пустоты.
Несколько учеников Горы Чэньсин вышли встретить Су Ин, и пока те переговаривались, шедший рядом с Янь Хуэй Лу Мушэн внезапно бросил ей:
— До меня Су Ин ради меня совершила немало жутких дел против Тянь Яо.
Янь Хуэй помолчала мгновение:
— Не то слово. — Ее фраза прозвучала наполовину как ответ, наполовину как горькое заключение. — Впрочем, к тебе это не имеет никакого отношения. Она расчленила Тянь Яо и запечатала части его тела по четырем сторонам лишь ради того, чтобы сделать для генерала из прошлой жизни доспехи из чешуи дракона, дарующие бессмертие.
Губы Лу Мушэна крепко сжались, а во взгляде промелькнул ледяной холод. Не успел он произнести что-то еще, как шедшая впереди Су Ин приказала ученикам отвести Янь Хуэй в подземную темницу, а Лу Мушэна проводить в другое место.
Оглянувшись, Янь Хуэй увидела идущую позади Су Ин с привычно холодным и равнодушным лицом.
В темнице на Пике Синьсю Янь Хуэй заперли в клетке, подвесив за руки прямо посреди мрачного подземелья.
Су Ин вошла в темницу и жестом велела ученикам Горы Чэньсин удалиться. Внутри было темно, лишь сквозь крошечное железное окошко высоко в стене за спиной Янь Хуэй пробивался скудный свет. Он вытягивал тень девушки, и Су Ин, сделав шаг, наступила прямо на неё.
Янь Хуэй усмехнулась:
— Мастер Су Ин, вы решили вершить самосуд?
Су Ин осталась бесстрастной:
— Ты помогла Дракону-Демону возродиться, стала причиной смерти Су Э и предала мир культивации. Этих грехов достаточно, чтобы ты умерла десять тысяч раз. Что бы я с тобой ни сделала — это нельзя назвать самосудом.
— Тянь Яо должен был вернуться в свой прежний облик, мир культивации заслужил предательство, а твоя сестра, Лин Фэй, была в высшей степени достойна смерти. Всё, что я делала, было справедливо и обоснованно. С чего это ты решила, что я заслуживаю смерти только потому, что ты так сказала?
— Даже если бы не было этих причин, ты заслуживаешь смерти уже за то, что носишь в себе Чешую Защиты Сердца и внутреннюю пилюлю (нэйдань) Дракона-Демона. Двадцать лет назад ты уже должна была умереть — эта жизнь, которую ты прожила, была украденной, пришло время вернуть её.
Не успела Янь Хуэй ответить, как в руках Су Ин блеснуло сияние: там появился кинжал, выкованный из вечного льда. Она приблизилась к Янь Хуэй и приставила лезвие к её груди.
Янь Хуэй не изменилась в лице и ответила спокойным голосом:
— Теперь, даже если ты вспорешь мне грудь и достанешь Чешую Защиты Сердца, ты всё равно не соберешь доспехи из драконьей чешуи.
Не успела она закончить, как Су Ин усмехнулась:
— Не нужно пытаться тянуть время, разговаривая со мной. Ты думаешь, Дракон-Демон примчится тебя спасать? Следы техники отслеживания, которую он наложил на тебя, я давно стерла. Никто не знает, что ты у меня на Горе Чэньсин.
Услышав это, Янь Хуэй почувствовала, как внутри всё похолодело.
— И даже не ради чешуи, — добавила Су Ин, — я никогда не позволю тебе оставить себе ту внутреннюю пилюлю (нэйдань)...
Дун! Раздался тяжелый глухой удар, в темницу ворвался поток свежего воздуха. Су Ин нахмурилась, даже не обернувшись, и вонзила кинжал прямо в сердце Янь Хуэй.
Однако прежде чем лезвие коснулось плоти, его перехватила некая сила.
Та же ледяная мощь, но совершенно иная по своей природе, встала перед Янь Хуэй, преграждая путь Су Ин.
Оттолкнув лезвие и разбив кандалы на руках Янь Хуэй, спаситель заключил её в объятия.
Янь Хуэй уже давно не ощущала этого дыхания чистого инея. Пришелец прижал её к своей груди, не позволяя никому подойти.
Янь Хуэй услышала, как за её спиной Су Ин вопрошает:
— Лин Сяо, неужели ты готов отринуть великий замысел ради этой девицы?
Лин Сяо не ответил. Он лишь взмахнул рукой, атакуя Су Ин. В узкой темнице столкнулись потоки магической силы, прогремел оглушительный взрыв. Янь Хуэй ничего не успела разглядеть, лишь почувствовала, как под ногами вспыхнул ледяной массив перемещения.
Её тянуло всё дальше и дальше. Прошло немало времени, прежде чем окружающая обстановка наконец перестала меняться.
Тот, кто её держал, внезапно разжал руки. Янь Хуэй отступила на два шага и огляделась.
Чужие деревья, незнакомый ручей — она не знала, в какой глуши они оказались. Перед ней стоял Лин Сяо, его губы заметно побледнели. Он посмотрел на Янь Хуэй и произнес:
— Ты действительно осмелилась пройти через Очищение костного мозга! И практиковать магию расы демонов.
Его голос звучал хрипло, но для Янь Хуэй эти слова прозвучали резко, неприятно и до крайности лицемерно.
— А что мне оставалось? — холодно усмехнулась Янь Хуэй. — Покорно принять твои восемьдесят один удар плетью и превратиться в калеку?
Взгляд Лин Сяо потемнел:
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...