— Так значит, это правда. Ты и есть Гарри Поттер?
Выйдя из лодки, Малфой в сопровождении Крэбба и Гойла подошёл к Гарри. В его голосе и позе сквозило высокомерие.
— Думаю, нам стоит познакомиться. Я — Драко Малфой, а это Крэбб и Гойл.
Гарри посмотрел на него и с лёгкой полуулыбкой ответил:
— Гарри Поттер.
Драко благосклонно принял этот ответ. Скользнув взглядом по стоявшим рядом Рону и Гермионе, он усмехнулся:
— Знаешь, Гарри, некоторые волшебные семьи гораздо лучше других. Разница колоссальная.
Он бросил взгляд на Гермиону:
— Ты, может, и симпатичная, но магл есть магл. Красивая пустышка. Даже если у тебя обнаружились способности к магии, сильной волшебницей тебе не стать.
Затем Малфой перевёл презрительный взгляд на Рона:
— А тут у нас рыжие волосы и поношенная мантия с чужого плеча. Очередной Уизли. Такие люди нам не ровня. Тебе лучше держаться от них подальше, не стоит мараться. Настоящие друзья для тебя — такие, как мы.
С этими словами Драко протянул Гарри руку.
Гермиона и Рон слушали его с закипающим возмущением, но они прекрасно знали, какую власть имеют чистокровные семьи и откуда берётся эта спесь.
Однако Гарри был благодарен своим новым знакомым. Рон и его семья тепло отнеслись к нему на вокзале и помогли попасть на платформу девять и три четверти. Гермиона оказалась очень милой, починила ему очки и поразила своими знаниями, пусть и была немного занудной.
— Они мои друзья. А вот твои слова мне очень неприятны, — твёрдо ответил Гарри, проигнорировав протянутую руку. — Ты должен перед ними извиниться.
Драко словно услышал нелепую шутку. Он картинно развёл руками, расплылся в издевательской ухмылке и, повернувшись к своим телохранителям, расхохотался:
— Вы только послушайте! Какая умора! Он хочет, чтобы я перед ними извинялся!
Резко оборвав смех, он вперился в Гарри тяжёлым взглядом.
— Я скажу тебе это предельно ясно, Поттер. Этому не бывать. С какой стати джентльмен из чистокровной семьи станет извиняться перед магловским отродьем и каким–то Уизли?
— Сейчас ты совсем не похож на джентльмена, — спокойно парировал Гарри.
Он не до конца понимал все тонкости статуса чистокровных и маглов, но зато точно знал, как выглядит настоящий джентльмен–аристократ, — достаточно было вспомнить мистера Кэтлера.
Малфой лишь презрительно фыркнул, смерил Рона и Гермиону уничижительным взглядом и, развернувшись, удалился вместе с Крэббом и Гойлом. К ним уже приближался Хагрид, а ссориться с лесничим, несмотря на его низкую должность, Драко не хотелось — уж больно тот был здоров. Это их детские разборки, взрослым тут не место.
Перед дверями в Большой зал стояла профессор Макгонагалл в изумрудно–зелёной мантии, с безупречно уложенными чёрными волосами. Её суровый, строгий вид заставил первокурсников, поднимавшихся по лестнице, мгновенно остановиться и замолчать. От профессора так и веяло властностью.
Гарри, Рон и Гермиона жались друг к другу, не решаясь проронить ни звука. Рон скосил глаза на Гарри и красноречиво пошевелил бровями: «Какая строгая тётка, нам конец».
Гарри поправил очки, словно пытаясь отгородиться ими от пронзительного взгляда Макгонагалл, и моргнул в ответ: «Да уж, если попадёмся ей под горячую руку, мало не покажется».
Гермиона переводила недоумённый взгляд с одного на другого. На её милом лице читалось возмущение: «Как вы можете так себя вести!»
Хагрид же, ничуть не смутившись строгого вида профессора, добродушно загудел:
— Первокурсники, знакомьтесь! Это профессор Макгонагалл, великий мастер трансфигурации. Она будет преподавать вам этот предмет.
Услышав это, Гарри и остальные поспешно захлопали, надеясь, что аплодисменты хоть немного смягчат суровую преподавательницу и разрядят обстановку.
И, кажется, это сработало. Губы профессора дрогнули в подобии улыбки, взгляд на мгновение потеплел, но она тут же взяла себя в руки и снова стала серьёзной.
— Благодарю вас, Хагрид. Дальше я сама.
Она определённо благоволила добродушному лесничему за такое хорошее представление.
— Как скажете, профессор! — Хагрид с улыбкой сделал приглашающий жест.
Макгонагалл кивнула и развернулась к гигантским, невероятно высоким и тяжёлым дубовым дверям. Казалось немыслимым, но эта стройная женщина толкнула их без видимых усилий.
Дети, ещё не привыкшие к настоящей магии, дружно ахнули. Особенно впечатлены были выходцы из неволшебных семей. Драко Малфой и другие чистокровные отпрыски восприняли это со спокойным равнодушием, лишь презрительно поглядывая на восторженных магловских детей.
Большой зал поражал воображение своим великолепием. За четырьмя длинными столами уже сидели старшекурсники. Прямо над ними в воздухе парили тысячи свечей, заливая помещение мягким светом. Но больше всего Гарри поразил потолок: он мерцал мириадами звёзд, и казалось, будто крыши над ними вовсе нет.
Заметив удивление Гарри, Гермиона тихо шепнула:
— Он заколдован, чтобы выглядеть как настоящее ночное небо.
Гарри кивнул. Поверить в то, что потолок существует, и впрямь было непросто — зал казался открытым небу.
— Добро пожаловать в Хогвартс, первокурсники! — голос Макгонагалл разнёсся по залу.
Она стояла на возвышении, а рядом с ней, на высоком табурете, лежала старая, залатанная, потёртая и откровенно грязная остроконечная шляпа. Она смотрелась здесь настолько чужеродно, что не заметить её было невозможно.
— Скоро начнётся Приветственный пир, но прежде чем вы сядете за столы, вас должны распределить по факультетам. Распределение — очень важная церемония, и пройти её обязан каждый. Пока вы учитесь здесь, факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, жить в одной спальне и проводить свободное время в факультетской гостиной. В Хогвартсе четыре факультета: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них — своя славная история, и каждый выпустил немало выдающихся волшебников. Надеюсь, вы будете их достойны и, возможно, даже превзойдёте.
...
— А теперь мы приступаем к Распределению. Советую вам собраться с мыслями — это может повлиять на то, куда вы попадёте.
...
Профессор говорила долго. Первокурсники слушали, затаив дыхание, не смея издать ни звука под перекрёстными взглядами преподавателей и директора. Только когда Макгонагалл закончила, по рядам прокатился тихий вздох облегчения.
Гарри же чувствовал себя отлично: войдя в зал, он почти сразу заметил Кэтлера, стоявшего неподалёку от Дамблдора. Мистер Кэтлер не обманул, он действительно здесь! Кэтлер тоже заметил Гарри и ободряюще улыбнулся. Мальчик взволнованно сжал кулаки, гадая, на какой факультет он попадёт и сможет ли учиться у мистера Кэтлера.
Внезапно торжественную тишину разорвали крики ужаса. Дети в панике шарахнулись в стороны. Прямо из стен, с потолка и из–под пола выплыло около двадцати привидений. Они скользили сквозь перепуганных первокурсников, о чём–то оживлённо споря. Мало кто из детей когда–либо видел привидений — разве что по телевизору, но там это были лишь актёры. Здесь же перед ними парили настоящие, полупрозрачные, жемчужно–белые призраки.
— Добро пожаловать в Хогвартс!
— Надеюсь, попадёте в Пуффендуй! Мой любимый факультет.
— Моя голова должна была окончательно оторваться, но увы, я снова проиграл...
Профессор Макгонагалл нахмурилась:
— Идёт торжественная церемония. Попрошу соблюдать тишину.
Призраки послушно отплыли к стенам и замерли, с улыбками наблюдая за перепуганными детьми, явно довольные произведённым эффектом.
Макгонагалл обвела строгим взглядом побледневших первокурсников.
— Вам предстоит привыкнуть к чудесному и невероятному, например, к привидениям. А теперь, — она выдержала паузу, — те, чьё имя я назову, будут выходить сюда для Распределения.

Комментарии

Загрузка...