Зеленый джип на всех парах несся по улицам. Устроившись на заднем сиденье, Чжан Вэньда смотрел, как за окном проносятся привычные городские пейзажи.
Кто знает, вернется ли он из этой поездки? Быть может, то, что он видит сейчас – последние мгновения в его жизни?
— Ну как, тоска берет? Хочешь, побудем здесь еще пару дней, мы не спешим, — бросила сидевшая рядом Тан Синсюн, закинув ногу на ногу.
— Не нужно. — Чжан Вэньда отвел взгляд и уставился на сидевшего впереди Клинка. — Мы что, поедем на машине? Я-то думал, у вас транспорт покруче.
— Не спеши, наш транспорт тебя поразит, только не сейчас. Сперва нужно коекого забрать. — С этими словами Тан Синсюн зажала в птичьем клюве длинную дамскую сигарету, чиркнула зажилкой и затянулась.
— Кого-то еще? К Большому Кольцу кто-то присоединяется сегодня? — С удивлением посмотрел на нее Чжан Вэньда.
Тан Синсюн загадочно улыбнулась:
— Скоро узнаешь, ты этого человека знаешь.
— Я знаю?! Тот, кого я знаю, вступил в Большое Кольцо?!
Вскоре колеса зашуршали по бездорожью, и джип выехал в глушь, где по обеим сторонам дороги тянулись лесные массивы, подозрительно напоминающие те места, где пропадал дедушка Ван.
Пока Чжан Вэньда гадал, кем же окажется загадочный попутчик, машина резко затормозила. Из чащи вышли несколько человек, и в шедшей впереди фигуре Чжан Вэньда с изумлением узнал Сун Цзяньго.
— Какого черта ты здесь делаешь?! Я же велел тебе сидеть в первой волне и ловить крыс!
Парень ошарашенно уставился на девчонку: если бы он не знал ее вредного характера, то решил бы, что Сун Цзяньго – тайный глава Банды Большого Кольца.
— Сама не хотела! Меня притащили сюда силой! — Свирепо зыркнув на боевиков с механическими головами, процедила разъяренная Сун Цзяньго.
Чжан Вэньда пресек попытку Сун Цзяньго броситься в драку и, нахмурившись, перевел взгляд на не пожелавшую выходить из машины Тан Синсюн:
— Это еще что за фокусы?
Одна из птичьих голов на плече Тан Синсюн соскользнула на дверцу и с издевкой уставилась на Чжан Вэньда:
— Никаких фокусов. Вы же с твоей девчонкой такие не разлей вода, как можно было оставлять ее одну в первой волне? Заскучает еще без любимого.
— Вот мы и решили проявить заботу, приняв ее в Большое Кольцо вместе с тобой. Не благодари, мы всегда рады услужить.
Чжан Вэньда специально не посвящал Сун Цзяньго в свои планы, зная, сколь смертельно опасной будет эта затея, но она все равно умудрилась вляпаться.
На словах Тан Синсюн звучала невероятно благородно, но Чжан Вэньда прекрасно понимал истинный смысл: эта стерва просто перестраховалась, взяв в заложники близкого ему человека, чтобы он не вздумал брыкаться!
— Решили взять меня на испуг? Серьезно думаете, что я без вашего Большого Кольца пропаду? — Чжан Вэньда бесстрашно шагнул вперед, несмотря на то что бойцы банды уже смыкали кольцо, и выхватил фонарик.
Тан Синсюн выбралась из джипа и заискивающим тоном протянула:
— Ой-ой-ой, прости, братишка, сестрица была неправа. Клянусь, в последний раз, ладно?
— Думаешь, парой сладких слов отделаться? За кого ты меня держишь, за ребенка? Живо отправь ее назад! Мне некогда нянчиться с кошками!!
— Твою мать! Сопляк! Ты на кого батон крошишь, ублюдок! — Клинок выплюнул окурок и свирепой походкой направился к нему.
— А ну валяй! Забыл, кто у кого в дураках ходил?! — Чжан Вэньда задрал подбородок и сделал шаг навстречу, не собираясь сдавать позиции.
Он понятия не имел, как вести себя в разведке, и притворяться не умел – фальшь только выдала бы его с головой, так что оставалось лишь вести себя так, как подсказывало естество.
Видя накалившуюся обстановку, Тан Синсюн поспешила встать между ними, примиряюще поднимая руки:
— Эй-эй, тише, мы же теперь одна семья.
Затем она повернулась к Чжан Вэньда:
— Эта кошечка ведь здорово помогала тебе раньше? Полезный боец, зачем отмахиваться? Я же о тебе забочусь.
— Конечно, я виновата, что притащила ее без твоего спроса. Прости, моя вина. — В знак примирения она протянула ему обеими руками пару переливающихся цветных мелков.
— Поверь, в Большом Кольце ей будет только лучше. Такие уникальные навыки обращения с кошками еще поищи, в других местах этому не научат.
— Стоит ей вступить в наши ряды, как ее сила выйдет на новый уровень, и всё это за счет организации.
Деваться было некуда: аргументы прозвучали весомо, и продолжать артачиться означало бы навлечь на себя ненужные подозрения.
К тому же Тан Синсюн не дура: оставшись без рычагов давления на него, банда никогда бы не прониклась доверием к новичку.
С мрачным видом Чжан Вэньда забрался обратно в машину и с грохотом захлопнул дверь.
Джипы вновь тронулись с места, но теперь рядом с Чжан Вэньда сидела не Тан Синсюн, а Сун Цзяньго.
— Сам виноват! А ведь сегодня воскресенье, мой законный выходной! — Злобно шипела она.
— Заткнись, думаешь, я сам рвался в этот цирк, — бросил он, отвернувшись к окну.
К счастью, перед отправкой он строго-настрого запретил ей кому бы то ни было болтать о секретах Управления 507, иначе он ни за что не взял бы эту клушу с собой.
Что будет дальше – покажет время, придется импровизировать на ходу.
Машины продолжали путь, но вскоре пейзаж за окном начал странно искажаться. Заметив вдали гигантский значок «Корзины», Чжан Вэньда сообразил, что они угодили прямиком в цифровое киберпространство.
— Штаб-квартира Большого Кольца находится в седьмой волне? — Ошарашенно спросил он сидевшую на переднем сиденье Тан Синсюн.
— Всё зависит от скорости, — ответила она, не оборачиваясь, и снова чиркнула зажигалкой.
— От какой еще скорости?
— От скорости Кавалерист. — Она указала пальцем вперед, и перед глазами Чжан Вэньда выросла колоссальная движущаяся громадина.
Широкие многосотметровые гусеницы медленно и неотвратимо давили всё на своем пути, обращая любые препятствия в пыль и цифровой мусор.
А на платформе гусеничного монстра раскинулся целый неоновый мегаполис, застроенный хаотичным скоплением причудливых зданий, среди которых доминировал гигантский пузатый ламповый монитор размером с гору.
— Ого! — Не удержалась от возгласа Сун Цзяньго.
— Как называется эта махина? Кавалерист?
Чжан Вэньда невольно сопоставил масштабы Управления 507 и Большого Кольца: судя по увиденному, мощи у банды было несоизмеримо больше.
Реакция парня явно польстила Тан Синсюн. Уголки ее рта приподнялись:
— Кавалерист 1997 года выпуска. И не думай, что он заперт в одном измерении – Кавалерист странствует сквозь девятнадцать волн одновременно, и в каждой у него особая функция. Такое вот чудо.

Комментарии

Загрузка...