xyzl.
— Кошачий голос! Чернышка жива, она не умерла!
Услышав доносящееся издали мяуканье, Сун Цзяньго просияла, сунула два пальца в рот и громко свистнула, пытаясь подозвать котенка.
Однако сколько бы она ни звала, кошка откликалась все дальше, а ее голос звучал все слабее.
— Ты же понимаешь кошачий язык? Что она говорит? — Обратился к ней Чжан Вэньда.
— Она… она кричит, что ей больно! — Сжимал сердце Сун Цзяньго, бросаясь на звук. — Она ослепла! Ее кто-то атаковал из темноты!
Тем временем 2826 намертво вцепился в фонарик и бросил Чжан Вэньда:
— Осторожно, мне это не нравится. Если бы Нефтяного Барона было так легко собирать, он бы не стоил целое состояние.
— Я знаю. — Чжан Вэньда перехватил потерявшую голову Сун Цзяньго за локоть:
— Не спеши, суета до добра не доводит!
С этими словами он снова включил фонарик и осторожно посветил в сторону жалобного мяуканья. В лучах света действительно мелькнул черный силуэт.
— Вот она! — Обрадовалась Сун Цзяньго и бросилась вперед, но Чжан Вэньда вновь удержал ее:
— Стоп, с этой кошкой что-то не так! У нее нет глаз!
Троица сбилась в кучу, вглядываясь в кошку, и вскоре поняла: у этого животного и впрямь отсутствовали глаза.
— Может, она просто повернулась спиной? — Выдвинул разумную гипотезу 2628.
— Она все еще кричит от боли! Ей кажется, что она умирает! — На глазах Сун Цзяньго выступили слезы.
После таких слов подозрения Чжан Вэньда лишь усилились. Если ей настолько больно, почему она стоит на лапах и упорно отворачивается?
С удвоенной бдительностью Чжан Вэньда медленно двинулся вперед.
И в тот момент, когда все внимание участников группы было приковано к притаившейся кошке, земля за их спинами забурлила.
Спустя десяток секунд, приблизившись к кошке и разглядев ее как следует, Чжан Вэньда почувствовал, как у него сузились зрачки.
Перед ним сидела вовсе не живая кошка, а ее силуэт – тень, принявшая кошачью форму. Сама же Чернышка лежала неподалеку: с вывернутыми суставами, окровавленной глазницей и непрекращающимся слабым стоном.
К ее телу тянулись черные крючья, торчащие из теневой кошки; по мере движения тени несчастное животное волочилось по земле, как грязная тряпка, – вот откуда брались эти крики боли!
— Тени? Тени! — Осененный догадкой Чжан Вэньда взмахнул фонариком назад.
В ярком луче света он увидел, что тени их собственной компании давно поднялись на ноги и занесли над ними булыжники, готовясь ударить в спину!
— Берегитесь, тени атакуют! — Рявкнул Чжан Вэньда, отражая фонариком выпад собственной тени и одновременно предупреждая остальных.
Сун Цзяньго отличалась проворством, а 2826 – боевым опытом, поэтому они успешно отбили первые удары. Но все они упустили из виду одну деталь: тени были не только у людей, но и у кошек.
Тени кошачьей стаи мгновенно выпрыгнули из темноты, вырвались из-под контроля хозяев и бросились в атаку.
Эти порождения мрака явно обладали зачатками разума и без колебаний окружили самую опасную цель – 2826, облепив его с ног до головы.
Пока 2826 отбивался от кошек, его собственная тень подкралась сзади и звезданула его камнем по голове.
— 2826! — Чжан Вэньда попытался прийти на помощь, но его собственная тень надежно заблокировала путь.
Краем глаза он увидел, как тень 2826 осыпает жертву градом ударов. Мало того, что она выглядела в точности как оригинал, она прекрасно знала все слабые и сильные стороны 2826.
Стоило тому попытаться поднять фонарик, как стая теней вгрызлась в его конечности, а тяжелый камень рухнул вниз.
Приглушенный стон боли потонул в темноте. Обе руки 2826 были переломаны, и пользоваться фонариком он больше не мог.
Расправившись с конечностями владельца, тень вытянула из себя черные крючья, пронзила ими плоть на груди поверженного и поволокла его по земле к Чжан Вэньда, оставляя за собой кровавый след.
Теперь тень заняла место самого 2826, а он сам превратился в собственную тень, отмечая пройденный путь багровой полосой.
Заметив, что расправившиеся с 2826 тени кошек смыкают кольцо вокруг оставшихся двоих, Сун Цзяньго истошно свистнула.
В тот же миг все оставшиеся без тени кошки бросились на врагов, слившись в единую массу с теневыми двойниками.
В этом хаосе Чжан Вэньда думал лишь о том, как спасти 2826: эти тени, похоже, не стремились убивать сразу, им нравилось истязать жертву, и 2826 был еще жив.
Однако его собственный двойник наотрез отказывался пропускать его. Какую бы атаку Чжан Вэньда ни предпринял, тень предугадывала каждое движение и неизменно вставала поперек дороги.
Она даже не пыталась нанести удар – она просто глухой обороной ждала, пока остальные покончат с остальными.
Это было не просто воскрешением теней. Они обладали интеллектом, помнили все повадки хозяев и сохранили обрывки их воспоминаний!
Ситуация стремительно катилась к катастрофе. Сердце Чжан Вэньда бешено колотилось, но он заставил себя успокоиться.
«Спокойно, спокойно. Что есть у меня из того, чего нет у нее?» – лихорадочно соображал он, не сводя глаз с безликого лица своей тени.
Внезапно его озарило. Правая рука молниеносно нырнула в карман и обрушила удар на двойника.
В следующую секунду тень со свистом втянулась в металл.
В руке у Чжан Вэньда оказался сплющенный эмалированный кувшин. Раз не получается победить силой – значит, нужно упаковать.
Избавившись от помехи, он бросился к тени 2826.
Та попыталась контратаковать, но разделила участь его собственной тени, исчезнув в недрах кувшина.
Впрочем, на этом лимит исчерпался: вместимость сосуда имела пределы, больше в него впихнуть было нечего.
— Эй, ты как? Держись! — Чжан Вэньда подхватил окровавленного 2826 и попытался впихнуть ему в рот леденец.
Однако рта у бедняги больше не было – засунуть угощение оказалось некуда.
Оглядев царящий вокруг хаос, бледный 2826 перевел взгляд на собственные культи.
Поразмыслив пару секунд, он поднял глаза на Чжан Вэньда и выдавил:
— Слушай и запоминай. Быстро: три красных, два желтых!
— Чего? — Не понял Чжан Вэньда.
Голос 2826 звучал отчаянно и панически:
— Времени нет! Здесь слишком опасно, такими темпами мы проиграем! Да и от шума сюда сбейдется черт-те кто! Нужно заканчивать! Поднимай свой излучатель! Повторяй за мной: три красных, два желтых!
Зажатый в руке Чжан Вэньда фонарик взметнулся вверх и, озаряя темноту вспышками красного и желтого цветов, замигал в определенном ритме.

Комментарии

Загрузка...