Первый путь требовал объединения усилий бизнес-отдела, юридического департамента и технических специалистов. Сперва предполагалось ограничить практику переманивания людей через пункты партнерского соглашения — разумеется, напрямую об этом не говорилось, и формулировку требовалось завуалировать: «Необходимость распределения ресурсов для мероприятий силами сети Синсин».
Контроль показателей активной суточной аудитории позволил бы лишить Пенгвинью компанию возможности фильтровать пользователей за счет собственных ресурсов, открывая куда больше простора для действий.
Затем на техническом уровне предстояло взять под жесткий контроль каналы пополнения счета. Идеальным вариантом было внедрение пользовательских меток в самой игре и на веб-страницах: доступ к игре сохранялся исключительно для пользователей сети Синсин, в то время как выходцы из Пенгвиньей компании были обязаны регистрироваться или активировать аккаунты на специальной целевой странице. Подобная маркировка позволяла перекрыть основной поток переманиваемых пользователей, а при грамотном подходе — еще и перетянуть аудиторию конкурентов на свою сторону. С точки зрения риторики всё это подавалось под соусом: «Подобное совместное продвижение — самый эффективный и быстрый путь к цели».
Этот первый метод представлял собой довольно стандартную схему, тяготеющую к обычному сотрудничеству. Дальше всё сводилось бы к неизбежной грызне за пункты договора и форматы взаимодействия.
Второй путь отдавал изрядной долей неортодоксальности. По части капитала сеть Синсин не могла тягаться с Пенгвиньей компанией, однако у сети имелся собственный козырь: раз сотрудничество с гигантом отпадало, почему бы не объединить усилия с развлекательной компанией того же первого эшелона, но стоящей чуть в стороне?
Суть этого подхода заключалась в том, что сеть Синсин должна была всеми силами продвигать какую-нибудь девушку из низов, интернет-знаменитость или кого-то еще в том же духе.
Стоило этой девушке под знаменами сети Синсин пробиться в финальную девятку претенденток, как вся эта схватка, полная скрытых угроз и блеска клинков, завершилась бы незримой победой, сулившей одновременно и славу, и богатство.
Этот способ опирался на принцип пробивать себе дорогу собственными кулаками. Рисков и непредсказуемых факторов здесь хватало, но и результат обещал быть впечатляющим. Он позволял поддерживать непрерывный ажиотаж на протяжении всех этих трех месяцев, привлекая пользователей, изначально далеких от данной сферы, и давая тем, кто уже находился внутри, куда более крепкое чувство причастности и готовность платить.
Юнь Сии был в этом уверен: присутствующие здесь топ-менеджеры компании вряд ли додумались бы до подобного пути. Их мышление отличалось эгоцентризмом и спесью, и у них просто не хватило бы решимости сжечь за собой мопы. Скорее, они склонились бы к третьему варианту — урвать чужое за чужой счет и при этом не потратить ни гроша. До такого же пути они бы точно не додумались сами.
Подобные перекосы в мышлении определялись личным опытом и окружением каждого, и до получения окончательных результатов никто не мог судить, чья позиция верна, а чья ошибочна.
Что же до остальной троицы прихвостней, то внешне они выглядели невероятно солидно, но на деле годились лишь на то, чтобы тупо выполнять приказы и кичиться чужими полномочиями. Какой-либо реальной жизнеспособной стратегии от них ждать не стоило.
Что до самого Юнь Сии, то, хотя ему уже стукнуло тридцать, он сохранял молодой и позитивный настрой, а потому всецело симпатизировал придуманному им второму варианту — стильному, глубокому и наполненному творческим замыслом.
Оставайся выбор за ним, он бы даже схитрил и провернул оба направления сразу — всё зависело исключительно от мастерства исполнения.
Выживем, волноваться не стоит, — ответил Юнь Сии Сяолиню. На самом деле уверенности у него самого не было ни на грош, ведь права голоса он не имел вовсе. Но сейчас, нося гордое звание руководителя, он просто обязан был излучать уверенность, чтобы поддержать коллег.
Воодушевленный его словами, Сяолинь немного успокоился. О чем-то подумав, он слегка покраснел, а затем тяжело вздохнул.
Глава игрового подразделения Пенгвиньей компании завершил свою речь, после чего несколько слов сказала Цю Яньянь. Речь ее вышла короткой, но заставила всех присутствующих испуганно сглотнуть:
— Я — один из продюсеров проекта [Девушки из измерения], и я буду лично участвовать во всех этапах его разработки, включая не только дизайн нарядов, но и создание будущих совместных игр. До того как прийти в сеть Синсин, я побывала у операторов нескольких других ведущих продуктов по всей стране. Сейчас я сопоставляю факты и очень надеюсь, что сеть Синсин меня не разочарует.
Столь ленивая и в то же время уверенная в себе особа — ее происхождение и правда оказалось внушительным! Вес каждого слова в этой речи заставлял окружающих бросать на нее опасливые взгляды.
Следом выступили другие сотрудники Пенгвиньей компании, чьи бейджи пестрели VIP-статусом.
Кто-то отвечал за программирование, кто-то — за графику и так далее. Что же до наших людей, то, помимо сидевших за главным столом, рядовые сотрудники вроде Юнь Сии воспользовались этой паузой, чтобы уткнуться в экраны и вполголоса обсуждать собственные мысли. Пальцы на телефонах мелькали с невероятной скоростью — судя по всему, все они отчаянно строчили сообщения в WeChat.
Юнь Сии заглянул в телефон и закономерно обнаружил активность троицы прихвостней в рабочем чате. Первым в списке вещавших значился менеджер Мэй. Глядя на то, с каким невозмутимым, нерушимым и полностью контролирующим ситуацию видом он восседал во главе стола, трудно было поверить, что именно этот человек только что отправил в чат вопрос: «Что вы об этом думаете?»
Он запаниковал.
Юнь Сии мысленно усмехнулся, но сердце пронзила горькая тоска: его изо дня в день втаптывали в грязь вот такие вот надутые петухи, страдающие манией величия и абсолютной пустотой внутри.
До чего же жалко.
Но сдаваться он не собирался! Ни за что и никогда в жизни! У него оставался секрет, о котором никто здесь не подозревал, у него были связи в Weibo, которые уже начинали приносить плоды!
Столкнувшись с этим кризисом, он бросил взгляд на ярко сверкавшее на пальце кольцо и подумал: может, стоит дать отпор еще раз? Заставить себя проявить твердость?
Совещание продолжалось, и вскоре очередь дошла до презентации нашей стороны.
— Вот ключевые направления для возможного сотрудничества по нашему продукту, — менеджер Мэй вывел на экран план Юнь Сии и заговорил с воодушевлением, лишаясь всякого дара речи.
Когда зашла речь о музыкальной системе, оппоненты проявили живейший интерес. Этот функционал действительно открывал широкий простор для маневра: вместо того чтобы заставлять игроков запускать сторонний плеер поверх игры, предложение заключалось в интеграцию самой системы внутрь игрового процесса. При проигрывании определенных композиций игроки получали дополнительные бонусы, а интерфейс дополнялось внешним окном, по своему функционалу и UI неотличимым от упрощенной комнаты стримера.
Подобная креативность фактически стирала границы, органично вплетая в игру популярные нынче элементы прямых трансляций. Независимо от того, как это будет реализовано технически, один лишь масштаб заложенных в проект возможностей для расширения функционала, монетизации и привлечения аудитории выглядел невероятно привлекательно.
«Тот, кто написал этот план — настоящий гений! Как я сам не додумался до такого сочетания?», — обменявшись многозначительными взглядами, первые лица Пенгвиньей компании зашептались, после чего главный из них взял слово:
— Отличный план. Это идея менеджера Мэя?
Носитель фамилии Мэй на секунду осекся, а затем выдал:
— Да.
Чтоб тебя черт побрал!
Аватарка Сяолиня снова бешено замигала на экране, да и остальные участники рабочей группы, включая троицу прихвостней, устремили на Юнь Сии многозначительные взгляды.
Юнь Сии держался безупречно: на его лице играла легкая улыбка, никаких лишних движений или выдающих волнение эмоций.
По залу прокатился легкий шум одобрительных аплодисментов. Мэй бросил вороватый взгляд на присутствующих, сияя от радости, и уже собрался продолжать доклад, как вдруг из-за стола поднялась изящная белая рука, и ленивый голос прервал его:
— Концепция этого решения очень интересна, но мне хотелось бы узнать, что именно вдохновило вас на подобную идею?
Цю Яньянь была искренне любопытна — подобные озарения имели огромный вес. Это был серьезный бонус, и если в будущем дело дойдет до реального сотрудничества, автору этой задумки придется неизменно участвовать в творческом процессе, независимо от того, коснется ли это игровой динамики или других сфер, в которых она сама была мастером.
Улыбка менеджера Мэя мгновенно застыла, и его взгляд помимо воли метнулся в сторону Юнь Сии.
На долю секунды их глаза встретились в воздухе, породив странное, неописуемое напряжение. Взгляд Юнь Сии оставался спокойным, а вот палитра эмоций на лице Мэя поражала воображение, причем главенствующее место в ней по-прежнему занимало брезгливое презрение оскорбленного достоинства.
Даже сам Юнь Сии не понимал, чем и когда он умудрился задеть этого человека? Разве не он только что помог ему покрасоваться? Или он снова ухитрился выдумать драму на пустом месте?
Мужская душа — и впрямь потёмки.
Сообразив, что пахнет жареным, а опыт преодоления штормов у него все-таки имелся, Мэй нашелся что ответить:
— Сейчас прямые трансляции невероятно популярны, вот я и подумал, что их грамотная интеграция принесет максимальную пользу.
Меньше слов — меньше ошибок. На этом он решил закончить.
Цю Яньянь явно осталась недовольна. Она не принадлежала к миру геймдева, вращаясь в сфере моды, но даже ей было очевидно: отправной точкой для этого проекта служила концепция, созданная словно по мерке для [Девушек из измерения]. Иначе зачем было вводить выбор песен? Зачем понадобилось выносить во внешнее окно предварительное проигрывание конкретных музыкальных клипов? Зачем привязывать разнообразные баффы к использованию определенных треков? Всё это являлось краеугольным камнем сотрудничества, в то время как стримы были лишь последующим инструментом для расширения проекта.
Стало быть, этот менеджер Мэй даже не удосужился толком ознакомиться с материалом.
Тогда кто же мог так досконально понимать, чего именно хотят [Девушки из измерения]?
Цю Яньянь перевела взгляд на Юнь Сии, сидевшего в самом дальнем углу.
Причина крылась на поверхности: хотя сам Мэй ничего не показал виду, члены его собственной команды раз в несколько минут то и дело оборачивались именно на этого парня.
— Хорошо, я поняла, — Цю Яньянь вежливо хлопнула в ладоши. — Хотелось бы услышать мнение кого-нибудь еще. Тот молодой человек на заднем ряду в шарфе... да, верно, именно вы. Поделитесь своими мыслями.
Мэй рухнул на стул с таким выражением лица, будто только что проглотил муху. Бывали времена, когда этот тип славился неумением уважать окружающих и безжалостно обрывал чужие речи грубым «вам слова не давали!», явно испытывая от этого мазохистическое удовлетворение. Интересно, каково ему теперь оказаться на другой стороне? Насладился ли он моментом, полегчало ли у него на душе?
Юнь Сии подумал, что Цю Яньянь поступила слишком мягко — ей следовало, подобно этому Мэю, оборвать его на полуслове, вот тогда было бы в самый раз.
Внутренне торжествуя под перекрестным огнем изумленных, завистливых, насмешливых и недоумевающих взглядов, Юнь Сии поднялся на ноги. Поймав на себе чуть заинтересованный взгляд Цю Яньянь, он одарил ее гордой, едва заметной улыбкой. Исходившая от него уверенность и бьющая через край созидательная энергия заставляли его буквально сиять! Но стоило ему взглянуть на собственное творение, отсвечивавшее на проекторе, и осознать шанс утереть нос менеджеру Мэю и блеснуть во всей красе, как с его губ слетело всего десять слов:
— Мои мысли полностью совпадают с мнением менеджера Мэя.

Комментарии

Загрузка...