У ворот Первой средней школы
У ворот Первой средней школы
Фан Пин перекинулся парой слов с братьями Тань — Тань Хао и Тань Тао, — после чего вернулся к одноклассникам из четвертого класса.
Фан Пин перекинулся парой слов с братьями Тань — Тань Хао и Тань Тао, — после чего вернулся к одноклассникам из четвертого класса.
Как только он отошел, Тань Чжэньпин поспешил спровадить руководство школы. Проводив взглядом удаляющуюся спину Фан Пина, он тихо произнес:
Как только он отошел, Тань Чжэньпин поспешил спровадить руководство школы. Проводив взглядом удаляющуюся спину Фан Пина, он тихо произнес:
— Последние пару лет в Янчэне стало куда интереснее, чем раньше.
— Последние пару лет в Янчэне стало куда интереснее, чем раньше.
— Пап, ты о чем? — удивился Тань Хао.
— Пап, ты о чем? — удивился Тань Хао.
Тань Тао же задумчиво спросил:
Тань Тао же задумчиво спросил:
— Ты про Фан Пина?
— Ты про Фан Пина?
— Не только про него. Еще и про вашего старшего брата Вана...
— Не только про него. Еще и про вашего старшего брата Вана...
Тань Чжэньпин усмехнулся, но вдаваться в подробности не стал.
Тань Чжэньпин усмехнулся, но вдаваться в подробности не стал.
Девятнадцатилетний боец третьего ранга, которого прочат в будущие лидеры Наньцзянского университета боевых искусств. И восемнадцатилетний обычный выпускник, без пяти минут официальный боец. Появись такие самородки в мегаполисе или влиятельном клане боевых искусств, никто бы и не удивился. Но оба они выросли в обычных семьях в таком захолустье, как Янчэн. Подобное совпадение казалось чем-то из ряда вон выходящим.
Девятнадцатилетний боец третьего ранга, которого прочат в будущие лидеры Наньцзянского университета боевых искусств. И восемнадцатилетний обычный выпускник, без пяти минут официальный боец. Появись такие самородки в мегаполисе или влиятельном клане боевых искусств, никто бы и не удивился. Но оба они выросли в обычных семьях в таком захолустье, как Янчэн. Подобное совпадение казалось чем-то из ряда вон выходящим.
То, что Янчэн явил миру Ван Цзиньяна, уже поразило мастеров провинции Наньцзян. А теперь еще и Фан Пин... Конечно, нынешнему Фан Пину до прежнего гения еще далеко. То, что он вот-вот станет бойцом первого ранга, само по себе мало о чем говорит — впереди долгий путь. Ранги с первого по третий еще можно вытянуть упорным трудом и вливанием дорогостоящих ресурсов. Но все, что выше третьего, одними деньгами и временем уже не взять.
То, что Янчэн явил миру Ван Цзиньяна, уже поразило мастеров провинции Наньцзян. А теперь еще и Фан Пин... Конечно, нынешнему Фан Пину до прежнего гения еще далеко. То, что он вот-вот станет бойцом первого ранга, само по себе мало о чем говорит — впереди долгий путь. Ранги с первого по третий еще можно вытянуть упорным трудом и вливанием дорогостоящих ресурсов. Но все, что выше третьего, одними деньгами и временем уже не взять.
Ван Цзиньян восхищал окружающих вовсе не потому, что просто достиг третьего ранга. Впрочем, деталей Тань Чжэньпин не знал. До него доходили лишь слухи, что после прорыва Лао Ван заручился поддержкой какой-то очень влиятельной фигуры.
Ван Цзиньян восхищал окружающих вовсе не потому, что просто достиг третьего ранга. Впрочем, деталей Тань Чжэньпин не знал. До него доходили лишь слухи, что после прорыва Лао Ван заручился поддержкой какой-то очень влиятельной фигуры.
Размышляя об этом, Тань Чжэньпин покачал головой и усмехнулся. Как бы ни сложилась судьба этих юношей, его самого это никак не касалось. Каким бы выдающимся ни был Ван Цзиньян, он не станет нянчиться с земляками лишь из чувства ностальгии. С Фан Пином история та же.
Размышляя об этом, Тань Чжэньпин покачал головой и усмехнулся. Как бы ни сложилась судьба этих юношей, его самого это никак не касалось. Каким бы выдающимся ни был Ван Цзиньян, он не станет нянчиться с земляками лишь из чувства ностальгии. С Фан Пином история та же.
Он покосился на сыновей. Вот они — его настоящая надежда, будущее семьи Тань. Сам он во всем себе отказывал, экономил на каждой мелочи. Имея все шансы пробиться на второй ранг, он сознательно медлил, чтобы сберечь драгоценные ресурсы для детей. Тань Чжэньпину скоро пятьдесят, юношеский пыл давно угас, и даже в случае прорыва никаких сияющих перспектив его не ждали. Но сыновья — совсем другое дело. Они молоды!
Он покосился на сыновей. Вот они — его настоящая надежда, будущее семьи Тань. Сам он во всем себе отказывал, экономил на каждой мелочи. Имея все шансы пробиться на второй ранг, он сознательно медлил, чтобы сберечь драгоценные ресурсы для детей. Тань Чжэньпину скоро пятьдесят, юношеский пыл давно угас, и даже в случае прорыва никаких сияющих перспектив его не ждали. Но сыновья — совсем другое дело. Они молоды!
Выбросив лишние мысли из головы, Тань Чжэньпин подбадривающе улыбнулся:
Выбросив лишние мысли из головы, Тань Чжэньпин подбадривающе улыбнулся:
— Ахао, Атао, выложитесь на экзамене по полной! Поступите в университет — и очень скоро официально станете бойцами!
— Ахао, Атао, выложитесь на экзамене по полной! Поступите в университет — и очень скоро официально станете бойцами!
Благодаря поддержке школы и его собственным сбережениям оба сына смогли освоить столбовую работу до стадии устойчивой стойки. И пускай сейчас их показатели крови и ци были не самыми выдающимися, Тань Чжэньпин не сомневался: в стенах вуза они станут полноценными бойцами гораздо быстрее, чем тот же Чжоу Бинь.
Благодаря поддержке школы и его собственным сбережениям оба сына смогли освоить столбовую работу до стадии устойчивой стойки. И пускай сейчас их показатели крови и ци были не самыми выдающимися, Тань Чжэньпин не сомневался: в стенах вуза они станут полноценными бойцами гораздо быстрее, чем тот же Чжоу Бинь.
***
***
— Фан Пин, о чем ты там шептался с начальником Тань? — едва парень подошел к своим, вполголоса спросил У Чжихао.
— Фан Пин, о чем ты там шептался с начальником Тань? — едва парень подошел к своим, вполголоса спросил У Чжихао.
— Начальником? — удивился Фан Пин. — А какую должность занимает дядя Тань?
— Начальником? — удивился Фан Пин. — А какую должность занимает дядя Тань?
— Он замначальника Департамента образования.
— Он замначальника Департамента образования.
— Чего? — Фан Пин изумился. — В Янчэне ведь раз-два и обчелся бойцов. И дядя Тань при этом всего лишь...
— Чего? — Фан Пин изумился. — В Янчэне ведь раз-два и обчелся бойцов. И дядя Тань при этом всего лишь...
По логике Фан Пина, Тань Чжэньпин все-таки был настоящим бойцом. На весь Янчэн их едва ли набиралось три десятка, да и те наполовину ушли в бизнес. Оставшиеся служили в госорганах. То есть, как ни крути, дядя Тань входил в топ-20 самых влиятельных людей города. И при таком раскладе он довольствовался постом какого-то заместителя в Департаменте образования? Понятно, что на госслужбе ценится не только физическая сила, но карьера у него, откровенно говоря, не задалась.
По логике Фан Пина, Тань Чжэньпин все-таки был настоящим бойцом. На весь Янчэн их едва ли набиралось три десятка, да и те наполовину ушли в бизнес. Оставшиеся служили в госорганах. То есть, как ни крути, дядя Тань входил в топ-20 самых влиятельных людей города. И при таком раскладе он довольствовался постом какого-то заместителя в Департаменте образования? Понятно, что на госслужбе ценится не только физическая сила, но карьера у него, откровенно говоря, не задалась.
У Чжихао посмотрел на него со стократным удивлением и недоуменно покачал головой:
У Чжихао посмотрел на него со стократным удивлением и недоуменно покачал головой:
— А что не так? По-твоему, замначальника Департамента образования — это мелкая сошка? Департамент образования входит в тройку ключевых ведомств Янчэна. Понятно, что в мегаполисах масштабы другие, но и у нас это огромная сила. Городская администрация, Бюро расследований и Департамент образования — вот три столпа власти в городе. То, что Тань Чжэньпин стал замначальником, — невероятно круто!
— А что не так? По-твоему, замначальника Департамента образования — это мелкая сошка? Департамент образования входит в тройку ключевых ведомств Янчэна. Понятно, что в мегаполисах масштабы другие, но и у нас это огромная сила. Городская администрация, Бюро расследований и Департамент образования — вот три столпа власти в городе. То, что Тань Чжэньпин стал замначальником, — невероятно круто!
«Три столпа власти...»
«Три столпа власти...»
Мировоззрение Фан Пина дало трещину. С каких это пор обычное ведомство по образованию имеет такой вес? Заметив его растерянность, У Чжихао вздохнул с таким видом, словно перед ним стоял абсолютно безнадежный глупец:
Мировоззрение Фан Пина дало трещину. С каких это пор обычное ведомство по образованию имеет такой вес? Заметив его растерянность, У Чжихао вздохнул с таким видом, словно перед ним стоял абсолютно безнадежный глупец:
— Тебе бы не мешало хоть иногда интересоваться политикой. Да, мы пока школьники, но скоро поступим в вузы. Лишними такие знания точно не будут. Янчэн — город уездного уровня, Военного ведомства у нас нет, поэтому Департамент образования занимает почетное третье место. А вот в той же Жуйяни расклад другой, там расквартированы войска, так что у них четыре столпа: администрация, Военное ведомство, Бюро расследований и Департамент образования. Конечно, в Жуйяни образовательное ведомство плетется в хвосте из-за скромных ресурсов и слабых позиций. Но возьми Цзянчэн — там совсем иная картина. В Цзянчэне сосредоточены ведущие вузы боевых искусств провинции Наньцзян. Местный Департамент образования ворочает колоссальными ресурсами, обладает огромным влиянием и котируется даже выше, чем Бюро расследований...
— Тебе бы не мешало хоть иногда интересоваться политикой. Да, мы пока школьники, но скоро поступим в вузы. Лишними такие знания точно не будут. Янчэн — город уездного уровня, Военного ведомства у нас нет, поэтому Департамент образования занимает почетное третье место. А вот в той же Жуйяни расклад другой, там расквартированы войска, так что у них четыре столпа: администрация, Военное ведомство, Бюро расследований и Департамент образования. Конечно, в Жуйяни образовательное ведомство плетется в хвосте из-за скромных ресурсов и слабых позиций. Но возьми Цзянчэн — там совсем иная картина. В Цзянчэне сосредоточены ведущие вузы боевых искусств провинции Наньцзян. Местный Департамент образования ворочает колоссальными ресурсами, обладает огромным влиянием и котируется даже выше, чем Бюро расследований...
Фан Пин приоткрыл рот, не зная, что сказать. До сих пор он вообще не вникал в тонкости госуправления, сосредоточившись исключительно на боевых искусствах, рангах и поступлении. Да и среди старшеклассников эта тема никого не волновала, в классе ее никто не обсуждал. Лишь сейчас Фан Пин осознал, насколько сильно этот мир отличается от привычного ему прежнего мира.
Фан Пин приоткрыл рот, не зная, что сказать. До сих пор он вообще не вникал в тонкости госуправления, сосредоточившись исключительно на боевых искусствах, рангах и поступлении. Да и среди старшеклассников эта тема никого не волновала, в классе ее никто не обсуждал. Лишь сейчас Фан Пин осознал, насколько сильно этот мир отличается от привычного ему прежнего мира.
В его прошлой жизни Департамент образования хоть и не был бедным ведомством, но к ключевым структурам его никто не относил. А здесь он оказался на самой вершине власти. Что касается Бюро расследований, Фан Пин помнил, как Ван Цзиньян мельком упоминал его — это была специальная силовая структура, контролирующая бойцов.
В его прошлой жизни Департамент образования хоть и не был бедным ведомством, но к ключевым структурам его никто не относил. А здесь он оказался на самой вершине власти. Что касается Бюро расследований, Фан Пин помнил, как Ван Цзиньян мельком упоминал его — это была специальная силовая структура, контролирующая бойцов.
Фан Пин тряхнул головой. В конце концов, если в этом мире люди могут соперничать по силе с ручными гранатометами, стоит ли удивляться кадровой иерархии? Зато из слов У Чжихао стало ясно, что Тань Чжэньпин устроился весьма недурно. Для бойца первого ранга кресло заместителя в столь весомом ведомстве — отличный результат.
Фан Пин тряхнул головой. В конце концов, если в этом мире люди могут соперничать по силе с ручными гранатометами, стоит ли удивляться кадровой иерархии? Зато из слов У Чжихао стало ясно, что Тань Чжэньпин устроился весьма недурно. Для бойца первого ранга кресло заместителя в столь весомом ведомстве — отличный результат.
У Чжихао, закончив свой краткий ликбез, попытался вернуть разговор к прежней теме, но Фан Пин ловко уклонился от ответа и перевел стрелки:
У Чжихао, закончив свой краткий ликбез, попытался вернуть разговор к прежней теме, но Фан Пин ловко уклонился от ответа и перевел стрелки:
— Кстати, а почему ты едешь на школьном автобусе? Я думал, ты доберешься до Жуйяна сам.
— Кстати, а почему ты едешь на школьном автобусе? Я думал, ты доберешься до Жуйяна сам.
— Я тебе что, дурак? — фыркнул У Чжихао. — Ехать самому — плати за дорогу, плати за гостиницу, плати за еду... Я сейчас каждую копейку берегу, с какой стати мне швыряться деньгами?
— Я тебе что, дурак? — фыркнул У Чжихао. — Ехать самому — плати за дорогу, плати за гостиницу, плати за еду... Я сейчас каждую копейку берегу, с какой стати мне швыряться деньгами?
Фан Пин даже завис от такой практичности.
Фан Пин даже завис от такой практичности.
«Надо же, какой скряга... Стоп, почему это "тоже"? Я-то уж точно не жадный!»
«Надо же, какой скряга... Стоп, почему это "тоже"? Я-то уж точно не жадный!»
***
***
Пока они болтали, к воротам потянулись автобусы из других школ. В отличие от Первой средней, выкатившей целую кавалькаду из восьми или девяти машин, некоторые школы не могли наскрести кандидатов даже на один автобус. А ученики из сельских окраин и вовсе добирались до Жуйяна своим ходом, чтобы встретиться со всеми уже на месте.
Пока они болтали, к воротам потянулись автобусы из других школ. В отличие от Первой средней, выкатившей целую кавалькаду из восьми или девяти машин, некоторые школы не могли наскрести кандидатов даже на один автобус. А ученики из сельских окраин и вовсе добирались до Жуйяна своим ходом, чтобы встретиться со всеми уже на месте.
К двадцати минутам девятого колонна была полностью сформирована. Около двадцати пяти автобусов везли почти девятьсот человек, и треть из них составляли ученики Первой средней. Когда все собрались, Тань Чжэньпин переговорил с сопровождающими от школ, сел в свой легковой автомобиль, и автоколонна тронулась в путь.
К двадцати минутам девятого колонна была полностью сформирована. Около двадцати пяти автобусов везли почти девятьсот человек, и треть из них составляли ученики Первой средней. Когда все собрались, Тань Чжэньпин переговорил с сопровождающими от школ, сел в свой легковой автомобиль, и автоколонна тронулась в путь.
***
***
У ворот Первой средней школы оставшиеся учителя провожали колонну взглядами. Кто-то со вздохом произнес:
У ворот Первой средней школы оставшиеся учителя провожали колонну взглядами. Кто-то со вздохом произнес:
— Интересно, сколько ребят отсеется уже к третьему числу?
— Интересно, сколько ребят отсеется уже к третьему числу?
Один из его коллег покачал головой:
Один из его коллег покачал головой:
— Медосмотр — самое суровое испытание. Если хотя бы сотня пройдет, это уже будет победой.
— Медосмотр — самое суровое испытание. Если хотя бы сотня пройдет, это уже будет победой.
— Сотня? Сомневаюсь! В этом году у нас в Янчэне под двадцать тысяч выпускников, и почти полторы тысячи подали заявления на боевое отделение. Будь мы в Пекине или Шанхае, процент прохождения оказался бы гораздо выше. Но у нас... По нашим прикидкам, планка крови и ци в этом году поднимется минимум до ста десяти ка. Медосмотр одолеют от силы процентов пять. Хотя те, кто прорвется через него, почти наверняка поступят.
— Сотня? Сомневаюсь! В этом году у нас в Янчэне под двадцать тысяч выпускников, и почти полторы тысячи подали заявления на боевое отделение. Будь мы в Пекине или Шанхае, процент прохождения оказался бы гораздо выше. Но у нас... По нашим прикидкам, планка крови и ци в этом году поднимется минимум до ста десяти ка. Медосмотр одолеют от силы процентов пять. Хотя те, кто прорвется через него, почти наверняка поступят.
— Эх, хорошо все-таки в мегаполисах. Там есть школы, где на боевое отделение поступают целыми классами. Нам до них как до луны...
— Эх, хорошо все-таки в мегаполисах. Там есть школы, где на боевое отделение поступают целыми классами. Нам до них как до луны...
Учителя продолжали переговариваться, и в их голосах сквозила зависть. С другой стороны, жизнь в столицах тоже медом не казалась. Цены на жилье там были заоблачными, да и прописку получить — та еще задача. Здесь, в Янчэне, преподаватели элитной школы считались местной интеллигенцией и жили в достатке, а перебравшись в мегаполис, они вполне могли затеряться в безликой толпе.
Учителя продолжали переговариваться, и в их голосах сквозила зависть. С другой стороны, жизнь в столицах тоже медом не казалась. Цены на жилье там были заоблачными, да и прописку получить — та еще задача. Здесь, в Янчэне, преподаватели элитной школы считались местной интеллигенцией и жили в достатке, а перебравшись в мегаполис, они вполне могли затеряться в безликой толпе.
***
***
В салоне автобуса Фан Пин и У Чжихао сидели на соседних креслах, а их одноклассники из четвертого класса рассредоточились спереди и сзади. Свободные места заняли ребята из параллельных, в основном обычных, не специализированных классов. Братья Тань тоже устроились в этом автобусе, как раз через проход слева от Фан Пина.
В салоне автобуса Фан Пин и У Чжихао сидели на соседних креслах, а их одноклассники из четвертого класса рассредоточились спереди и сзади. Свободные места заняли ребята из параллельных, в основном обычных, не специализированных классов. Братья Тань тоже устроились в этом автобусе, как раз через проход слева от Фан Пина.
Поначалу пассажиры разбились на небольшие кучки и негромко переговаривались со своими знакомыми. Но вскоре благодаря стараниям Чжан Хао и еще пары местных балагуров общая беседа оживилась и охватила весь салон.
Поначалу пассажиры разбились на небольшие кучки и негромко переговаривались со своими знакомыми. Но вскоре благодаря стараниям Чжан Хао и еще пары местных балагуров общая беседа оживилась и охватила весь салон.
Сидящий впереди Чжан Хао воодушевленно воскликнул:
Сидящий впереди Чжан Хао воодушевленно воскликнул:
— Слушайте, а ведь наш автобус сегодня просто элитный! Тань Хао, Тань Тао, У Чжихао, Чжоу Мин, Фан Пин — целых пять человек с показателем крови и ци выше ста пятнадцати ка! Ян Цзянь, Лю Жоци, Лань Пэй — у всех за сто двенадцать! Будь сейчас прошлый год, из одного только нашего автобуса в вузы поступил бы десяток человек!
— Слушайте, а ведь наш автобус сегодня просто элитный! Тань Хао, Тань Тао, У Чжихао, Чжоу Мин, Фан Пин — целых пять человек с показателем крови и ци выше ста пятнадцати ка! Ян Цзянь, Лю Жоци, Лань Пэй — у всех за сто двенадцать! Будь сейчас прошлый год, из одного только нашего автобуса в вузы поступил бы десяток человек!
Имена остальных были у всех на слуху. Про братьев Тань и говорить нечего, а Чжоу Мин из третьего класса считался признанным фаворитом. Но кто, черт возьми, такой этот Фан Пин? Конечно, когда Тань Хао окликнул его у школы, кое-кто обратил внимание, но до сегодняшнего дня об этом парне почти никто не слышал. Поэтому сосед Чжан Хао с сомнением переспросил:
Имена остальных были у всех на слуху. Про братьев Тань и говорить нечего, а Чжоу Мин из третьего класса считался признанным фаворитом. Но кто, черт возьми, такой этот Фан Пин? Конечно, когда Тань Хао окликнул его у школы, кое-кто обратил внимание, но до сегодняшнего дня об этом парне почти никто не слышал. Поэтому сосед Чжан Хао с сомнением переспросил:
— Погоди, Чжан Хао, этот Фан Пин... он что, из вашего класса?
— Погоди, Чжан Хао, этот Фан Пин... он что, из вашего класса?
Говоря это, парень попытался обернуться, но Фан Пин полулежал в кресле, скрытый высокой спинкой сиденья, так что разглядеть его не удалось.
Говоря это, парень попытался обернуться, но Фан Пин полулежал в кресле, скрытый высокой спинкой сиденья, так что разглядеть его не удалось.
Чжан Хао мгновенно уловил скепсис в его голосе. В школе ученики четвертого класса особо не демонстрировали сплоченность, но сейчас, перед лицом «чужаков», в Чжан Хао взыграла классовая гордость. Он тут же повысил голос:
Чжан Хао мгновенно уловил скепсис в его голосе. В школе ученики четвертого класса особо не демонстрировали сплоченность, но сейчас, перед лицом «чужаков», в Чжан Хао взыграла классовая гордость. Он тут же повысил голос:
— А ты как думал? Решил, что у нас один У Чжихао силен? Когда Фан Пин встречал старшего брата Вана, тот лично подтвердил, что Фан Пин без проблем поступит в университет! Не веришь мне — спроси Чжихао. Чжихао, ведь у Фан Пина кровь и ци зашкаливают за сто пятнадцать ка, верно?
— А ты как думал? Решил, что у нас один У Чжихао силен? Когда Фан Пин встречал старшего брата Вана, тот лично подтвердил, что Фан Пин без проблем поступит в университет! Не веришь мне — спроси Чжихао. Чжихао, ведь у Фан Пина кровь и ци зашкаливают за сто пятнадцать ка, верно?
У Чжихао с улыбкой покосился на Фан Пина. Тот, изображая полнейшее равнодушие, лишь закатил глаза и продолжил созерцать проплывающий за окном пейзаж. Убедившись, что друг не против, У Чжихао усмехнулся:
У Чжихао с улыбкой покосился на Фан Пина. Тот, изображая полнейшее равнодушие, лишь закатил глаза и продолжил созерцать проплывающий за окном пейзаж. Убедившись, что друг не против, У Чжихао усмехнулся:
— Да там далеко не сто пятнадцать. Фан Пин посильнее меня будет.
— Да там далеко не сто пятнадцать. Фан Пин посильнее меня будет.
После этих слов взгляды всех пассажиров автобуса невольно скрестились на фигуре Фан Пина. Сидящий неподалеку Тань Хао тоже не остался в стороне и беспечно бросил:
После этих слов взгляды всех пассажиров автобуса невольно скрестились на фигуре Фан Пина. Сидящий неподалеку Тань Хао тоже не остался в стороне и беспечно бросил:
— Да этот монстр поступит одной левой! Еще бабушка надвое сказала, станет ли Чжоу Бинь лучшим на экзамене в Янчэне в этом году. Фан Пин ему точно на пятки наступает!
— Да этот монстр поступит одной левой! Еще бабушка надвое сказала, станет ли Чжоу Бинь лучшим на экзамене в Янчэне в этом году. Фан Пин ему точно на пятки наступает!
Тут уж даже Чжоу Мин и другие сильные кандидаты удивленно приподняли брови. Претендент на звание лучшего выпускника Янчэна? Если бы это трепал пустозвон Чжан Хао, на его слова никто бы и внимания не обратил. Словам У Чжихао они поверили от силы на треть. Но когда заговорил Тань Хао, сомнения улетучились почти полностью. В один миг шумный салон автобуса погрузился в ошеломленное молчание.
Тут уж даже Чжоу Мин и другие сильные кандидаты удивленно приподняли брови. Претендент на звание лучшего выпускника Янчэна? Если бы это трепал пустозвон Чжан Хао, на его слова никто бы и внимания не обратил. Словам У Чжихао они поверили от силы на треть. Но когда заговорил Тань Хао, сомнения улетучились почти полностью. В один миг шумный салон автобуса погрузился в ошеломленное молчание.
Фан Пин мысленно вздохнул и недовольно зыркнул на Тань Хао и компанию.
Фан Пин мысленно вздохнул и недовольно зыркнул на Тань Хао и компанию.
«Вот же балаболки, решили мне всех врагов в округе собрать?»
«Вот же балаболки, решили мне всех врагов в округе собрать?»
Но, если признаться честно, сцена тешила самолюбие. Тот парень, который задал вопрос, явно смотрел на него свысока и смел сомневаться, есть ли у него хотя бы сто пятнадцать ка. Каков наглец!
Но, если признаться честно, сцена тешила самолюбие. Тот парень, который задал вопрос, явно смотрел на него свысока и смел сомневаться, есть ли у него хотя бы сто пятнадцать ка. Каков наглец!
Сам Фан Пин, разумеется, должен был поддерживать статус загадочного гения и снисходить до споров не собирался. Зато добровольные помощники отлично разыграли карту, знатно утерев скептику нос. Фан Пин ликовал в душе, но внешне сохранял олимпийское спокойствие. Он демонстративно покачал головой и укоризненно посмотрел на У Чжихао с ребятами.
Сам Фан Пин, разумеется, должен был поддерживать статус загадочного гения и снисходить до споров не собирался. Зато добровольные помощники отлично разыграли карту, знатно утерев скептику нос. Фан Пин ликовал в душе, но внешне сохранял олимпийское спокойствие. Он демонстративно покачал головой и укоризненно посмотрел на У Чжихао с ребятами.
«Ну и зачем этот цирк? Разве я похож на хвастуна? Эх, скромнее надо быть, господа, скромнее!»
«Ну и зачем этот цирк? Разве я похож на хвастуна? Эх, скромнее надо быть, господа, скромнее!»

Комментарии

Загрузка...